Хроники Смертельной Битвы. Часть 1. Начало

Вскоре после визита хозяина турнира Кэно снова заснул, а когда проснулся, на часах было уже около полудня, и солнце стояло совсем высоко. Он встал, пошел завтракать и с удивлением почувствовал, что ему уже намного лучше — видимо, сказалось действие какого-то травяного отвара, которым его напоил Эсмене. Когда он сидел и пил чай с мятными шоколадками, сзади к нему внезапно подошел Шэнг. — Спасибо, — коротко сказал он. — Ты знаешь, за что. — Вы вчера снова вляпались… ой, простите, забыл поздороваться, хозяин. — Вляпался — не то слово, — ответил тот. — Если бы не твоя Кира, я бы сейчас наверняка с тобой не разговаривал. — Отличная девчонка, — пояснил бандит. — Я ее подобрал в Афганистане, у меня там делишки были, она у себя на родине мужиком переоделась и оружием торговала. Все и думали, что она парень. Нам она понравилась, мы с товарищами ее к нам в «Черный Дракон» и позвали. Не пожалели. — А я не пожалел, что взял на службу тебя, — в голосе Шэнга Кэно послышалась благодарность. Он уже привык к тому, что внешнемирец не любит никому показывать свои чувства, и о том, что на самом деле думает хозяин, порой догадывался с огромным трудом: ему было тяжело понять, доволен тот, раздражен или огорчен. С этими словами черный маг покинул столовую, оставив своего подручного в одиночестве допивать чай. *** Когда утром следующего дня Джонни Кейджу сообщили, что сегодня он будет сражаться со Скорпионом, Рейден, как того и следовало ожидать, толканул перед Избранными пафосную речь о противнике в своей обычной манере. — На самом деле Саб-Зиро, заклятого врага Скорпиона, зовут Би-Хань. Он является членом Лин Куэй, легендарного клана ниндзя, который издавна соперничал с Ширай Рю — кланом Скорпиона, у которого по сей день есть своя резиденция в Японии. Оба клана соревновались между собой в том, кто выставит для Смертельной Битвы самых лучших воинов. Тогда в Лин Куэй было много хороших бойцов, сейчас же во Внешнем Мире осталось очень немного ниндзя. — Надо же, хоть какая-то хорошая новость! — обрадовался Лю Канг. — Только мне кажется, что ты, Рейден, однозначно что-то напутал. Во-первых, я слышал, что люди из Лин Куэй уничтожили Ширай Рю, и сейчас у этого клана не может быть никакой резиденции, во-вторых, Лин Куэй и по сей день считается очень могущественной организацией, в-третьих, замок Лин Куэй находится в Китае, а Ширай Рю обретались в Японии, так что при чем тут вообще Внешний Мир? — Итак, Скорпион, он же Ханзо Хасаши, и Саб-Зиро должны были встретиться в поединке, — ничуть не смутившись, продолжил протектор Земного Мира, хотя в его истории явно не сходились концы с концами. — Они были равны друг другу силой, и у каждого было сверхъестественное оружие, созданное их кланами и хранившееся в глубокой тайне. Саб-Зиро мог замораживать людей и предметы, а у Скорпиона был гарпун-змея, вытягивающийся до бесконечности. — Ну да, это все мы уже видели, — покачал головой Джонни Кейдж. — Ледяной ниндзя одолел своего врага, подкравшись к нему сзади, заморозив и расколотив вдребезги. Теперь Скорпион стал адским призраком и вернулся к жизни в своей былой форме. Он должен лично убить Саб-Зиро — только тогда душа воина Ширай Рю обретет покой, и он займет достойное место в Зале славы мертвых своего клана. Поэтому он служит Шэнг Цунгу и помогает Саб-Зиро в схватках с воинами Земного Мира — если они убьют ледяного ниндзя, Скорпион будет предан вечному забвению! — со свинячьей радостью в голосе завершил свое повествование бог грома. — Что-то нелогично выходит, — пожала плечами Соня. — Кто ж забудет такую одиозную фигуру, как Скорпион! Я лично уж точно до конца своих дней не забуду, если с этого острова живой выберусь. Кстати, а кто тебя учил английскому языку? Может, мне как его носителю с тобой немножко позаниматься? — вежливо предложила Избранная. — Мне кажется, что время от времени ты не очень правильно на нем говоришь, и мы с Лю и Джонни тебя не слишком хорошо понимаем. Надо сказать, что все пламенные монологи склочного божества звучали как плохая пародия на английский язык — до такой степени Рейден был косноязычен и безграмотен. К примеру, он не имел никакого понятия о звуках [θ] и [đ], так что слово this в его исполнении звучало как [dis], вместо классического английского r лепил обычное переднеязычное, а альвеолярные звуки вообще не умел произносить. Из времен английского языка Рейден употреблял исключительно простое настоящее и простое прошедшее в активном залоге, все глаголы спрягал по схеме правильных (с суффиксом —ed в простом прошедшем времени: maked, runed, haved, leaved…), флексию притяжательного падежа лепил по непонятной схеме в глагол (…if you killʼs Sub-Zero enemy…), а сложное дополнение употреблял со всеми без исключения глаголами без частицы to. К чему приводило неумение Рейдена правильно произносить гласные звуки, можно проиллюстрировать тремя примерами: «The sheet of paper» (в исполнении склочного божка с кратким гласным выходило, что кто-то питается целлюлозой); «I canʼt go to the Outworld» (с произношением [kʌnt] получалось, что Рейден весьма низко себя ценил, чего не скажешь по его поведению); «Iʼll go to the beach» (звучало это как признание Рейдена в посещении весьма сомнительных заведений) (1). Англоговорящий Рейден испытывал большую нужду в хорошем переводчике со своего жуткого жаргона на нормальный английский язык, поскольку бедные Избранные испытывали огромные трудности в общении со своим покровителем, а грамотная и образованная Соня тихо хихикала про себя, но все же решила предложить богу грома свою помощь в освоении иностранного языка, хоть и удивлялась, что за столько лет жизни в Земном Мире он так и не смог как следует освоить английский. Рейден сильно смутился и даже обиделся — ему было не слишком приятно, что Соня считает, будто он плохо говорит по-английски, но решил виду все же не подавать, чтобы не терять лицо перед Избранными. — Конечно, Соня, я буду признателен тебе за все, что ты для меня сделаешь, — с деланной благодарностью закивал он. — Как только у меня появится время, я с удовольствием подтяну с твоей помощью свой английский, как ты сама понимаешь, у меня не было хороших учителей и учебников, я до всего доходил сам. *** Поединок между Скорпионом и Джонни проходил в какой-то небольшой роще на севере острова. Ранним утром за Избранным, как и полагается, пришел молчаливый служитель в плаще с капюшоном, который, не говоря ни слова, проводил его на место боя и оставил в одиночестве. Актер ждал своего врага, стоя среди деревьев. Появившись, Скорпион сразу же выкинул вперед правую руку, из которой показалась голова металлической змеи-гарпуна. — Иди сюда! — глухо выкрикнул адский призрак, и искусственное чудовище, раскрыв пасть, устремилось к Джонни, который со всех ног бросился бежать. Если актер пытался изменить направление движения и хоть как-то сбить монстра с толку, гарпун следовал за ним. В конце концов Джонни понял, что это совершенно бесполезно, и остановился. Воин Земли был напуган: он был опытным и сильным бойцом, однако ему еще ни разу не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Нужно было срочно что-то придумать, иначе он проиграет, а проиграть он не имел права. Во-первых, от него зависит судьба родного мира, во-вторых, актеру совершенно не хотелось, чтобы его душа после смерти стала принадлежать жуткому колдуну из иной вселенной, который будет питаться ее энергией и читать мысли своей жертвы, словно записи на дискете. Голова чудовища, которое, как показалось актеру, было явно наделено самостоятельным разумом, приблизилась почти к самому лицу Джонни Кейджа, щелкая челюстями, но достать увертливого и ловкого Избранного ей так и не удалось. Металлическая змея противно запищала от досады и злости. — Ко мне! — крикнул Скорпион, затягивая свое страшное оружие назад в руку. Джонни внимательно смотрел на врага и вдруг увидел, что тот на долю секунды просто исчез, внезапно возникнув в другом месте. Неужели он умеет телепортироваться? Так, это еще больше осложняет дело… Адский призрак снова решил достать актера при помощи своей стальной змеи, но Джонни сообразил, что нужно делать, и перехитрил Скорпиона. До поры до времени он неподвижно стоял у одного из деревьев, а когда злобная тварь приблизилась к намеченной жертве почти вплотную, резко увернулся, и голова чудовища впилась в ствол. С ужасом актер увидел, что из дерева, когда в него вонзился гарпун, брызнула какая-то странная жидкость, подозрительно напоминавшая кровь. Это вообще остров посреди моря или царство сюрреализма? Когда Скорпион попробовал вновь затянуть свое оружие в руку, тело металлической змеи оторвалось от головы, которая так и осталась торчать в дереве. Тем временем актер, перехватив инициативу, бросился к вроде бы как ошарашенному, как ему показалось, противнику и хотел было нанести ему сокрушительный удар, но вдруг непонятным образом очутился на деревянном помосте в каком-то совершенно незнакомом полутемном замусоренном подвале. Джонни принялся удивленно оглядываться по сторонам — точно царство сюрреализма, как он вообще мог тут очутиться, они же только что сражались в залитой солнцем зеленой роще! — но тут перед ним вновь возник Скорпион. — Добро пожаловать! С этими словами адский призрак начал с бешеной скоростью наносить Джонни сокрушительные удары, но тот не растерялся — во-первых, успел вовремя сгруппироваться, чтобы защитить от повреждений жизненно важные органы, во-вторых, быстро перешел в контратаку и мощным ударом в грудь опрокинул своего грозного врага наземь. Киноактер уцепился за прибитую над его головой деревянную планку и влез на маленькую узкую платформу, укрепленную на одной из опор помоста, намереваясь спрыгнуть с нее и одним решающим ударом окончательно разделаться с лежащим перед ним Скорпионом, но его противник на удивление быстро пришел в себя, словно не чувствуя боли от удара, и, молниеносно вскочив на ноги, одним резким движением сломал опору, на которой держалась платформа, после чего спрыгнул с помоста на пол подвала. — Спускайся! — все так же глухо выкрикнул Скорпион. Помост с грохотом рухнул, и Джонни очутился на пыльном полу, который был сплошь завален человеческими костями и разнообразным холодным оружием. Оглядываясь по сторонам, актер заметил, что у одного из скелетов в пальцах зажат короткий дротик. Джонни вытащил его из мертвой руки и стал искать глазами своего врага. Где-то через полминуты перед актером появился Скорпион. Адский призрак резко сорвал с себя маску. Тут Джонни испугался не на шутку: вместо лица у его противника был скалящийся голый череп. Нет. Он должен победить этого живого мертвеца. Он просто обязан это сделать, иначе и быть не может. В глазах Скорпиона заплясали жуткие огоньки, и внезапно он дохнул в киноактера огромной и мощной, как будто выпущенной из огнемета, струей пламени. Джонни схватил лежавший рядом с ним щит с острыми зазубренными краями, много лет назад брошенный здесь кем-то из безвременно погибших участников турнира, и закрылся им от испепеляющего огня и тысячеградусного жара, после чего метнул во врага найденный дротик. Оружие вонзилось Скорпиону в руку, но вместо крови из раны потекла мгновенно запылавшая густая красноватая жидкость, консистенцией напоминающая начинку для пирога. Враг не то зашипел, не то закричал от боли и недовольства. Тогда актер бросился к своему противнику и нанес ему еще несколько ран краем щита, а под конец решительным ударом снес полчерепа. Голова мертвого ниндзя взорвалась, и Джонни едва успел отбежать в сторону до того, как Скорпион окончательно разлетелся на мелкие кусочки. Несколько объятых пламенем ошметков, недавно бывших грозным ниндзя, отлетели к ногам актера, и он с изумлением увидел среди них свою собственную фотографию с надписью: «Моему самому большому поклоннику. Джонни Кейдж». Такие он в большом количестве дарил своим фанатам на премьерах фильмов, причем по большей части даже не помнил, кому — так много почитателей его творчества было в разных странах мира. Где-то с минуту он ошарашенно смотрел, как догорает фотография, и пытался вспомнить среди людей, которым раздавал автографы, хоть кого-то похожего на внешнемирца или ожившего призрака. Неужели все это время враги находились среди землян на их родной планете, а он даже ничего и не подозревал? Вытерев мокрый от пота лоб и пригладив слипшиеся волосы, актер пошел разыскивать выход из подвала.