Отвратности клоунской жизни.

Эта глава, по сути, перечеркнет мой труд при написании 50 главы к фику "Превратности клоунской жизни" (да-да, кстати, это именно так пишется!), но просьб было слишком много везде. Поэтому - пожалуйста. И да: я автор, я так вижу! Ребята, миник я писать начала, но у меня температура 38 с копейками и адски болит горло. Поэтому прошу меня простить за то, что придется немного подождать.

***

- Ну, и что ты делаешь? - Ем апельсин с шоколадом! - Ты не ешь апельсины! - возмутился Джокер, хватая арлекину за шкирку. Он потащил ее в лабораторию, здраво предположив, что это и не Харли вовсе, а дешевая подделка. Право слово, он и лучше делал! Его копии ничем не отличались от оригинала, даже он сам иногда путал... Ну, пока настоящая Квинн не поотрывала всем головы, доказав, что она единственная и неповторимая. В ходе проверок выяснилось, что эта Харли настоящая. Просто... беременная. Джокер удивленно хлопал глазами и не знал, что сказать. Ребенок. У Квинн будет ребенок. От него... А это вообще возможно? Они с арлекиной - аномалия, потому что купание в кислоте явно не прошло даром. И Джей точно был уверен, что от обычной женщины ребенка иметь не мог. Пытливый ум тут же сделал предположение насчет двух минусов, которые в сумме дают плюс. Но что с этим плюсом делать? Первым делом он подумал об аборте. Зачем ему обуза на следующие несколько месяцев, а потом еще одна на несколько лет? С другой стороны... Джокера впервые посетили мысли о смерти. Нет, умирать он не боялся, хоть сейчас готов был пустить пулю себе в висок или выпить яду (слоновью дозу!), но что потом? Неужели он отставит Бэтси скучать? Неужели его титул принца-клоуна преступного мира канет в лету? Неужели после него отравлять жизнь людям будут только такие мелкие злодеи-идиоты, как Пингвин? Нет уж, это совсем не смешно! А вот ребенок...это смешно! Это очень и очень забавно. Еще одна жизнь, с которой он может сотворить, что захочет! Они с Харли потратили слишком много времени на "нормальную" жизнь, а их ребенок сразу может погрузиться в это безумие. Конечно, если Джокер предпримет все необходимые меры! - Иди, - кивнул он наконец Квинн. - А что... - Ты родишь! - Возвестил о своем решении Джокер, а потом подтолкнул Харли к выходу. Дела! У него слишком много дел. До вечера Джей разрабатывал специальную программу - план, если угодно, но от этого слова клоун всегда кривился. Расписал питание, занятия и лекарства для Квинн, вычислил точную дату родов, с учетом будущих экспериментов. О, он предусмотрел все! Кроме Харли.

***

-Что? Сам себе это вкалывай! В задницу? В чью? Ах, в мою задницу! Я тебе его сейчас туда засуну и скажу, что так и было! - Кричала Харли. Джокер что-то вяло отвечал. Время от времени раздавался звук разбивающихся о стены предметов. - Лежать! - вдруг заорал клоун. Все стихло. Спустя минуту он появился в коридоре с шикарным синяком под глазом и крайне мрачной улыбкой: - Беременная женщина! Ее даже из окна нельзя выкинуть! - Босс, - просяще начал один из головорезов, - а может мы ее того... - Хотелось бы, - мечтательно вздохнул клоун. - Нет, в смысле, в пансионат отправим? Передадим им все лекарства, расписание... И будем приезжать раз в месяц? На часок.. - Идиот! - Закричал Джокер, в комнате что-то опасно стукнуло, и он тут же сбавил тон: - Идиот! Она там полпансионата перестреляет и пешком вернется! Злая! И кто будет следить за ходом эксперимента? Все угрюмо вздохнули. Харли оказалась из тех дамочек, которых беременность делает еще более чокнутыми. А учитывая, что она изначально не отличалась крепким психическим здоровьем... Никто не мог сказать, чего арлекина пожелает в следующую минуту. Даже она сама. А доставалось всегда банде...

***

- Пирожочек! Пирожочек, - Харли расталкивала крепко спящего Джокера. - Что? - не открывая глаз спросил он, серьезно хмуря брови. В любое другое время он бы уже достал пистолет. - Я хочу шоколадных блинчиков с ананасовым сиропом и сливовое мороженое! - И что? - Принеси!!! - Тебе надо, ты и неси, - отмахнулся Джокер, отворачиваясь к окну. Харли была уже на четвертом месяце, у нее заметно округлялся белый животик, что очень пугало стройную арлекину. - Принеси!!! - почти прокричала она. Но когда он не отозвался, Квинн вдруг заревела. Громкие всхлипы разрезали тишину: - Ты меня не люби-и-ишь! Джокер повернулся, оперевшись на локоть, и пытался вспомнить, когда же утверждал обратное. Не вспомнил... Харли продолжала горько реветь, размазывая по щекам слезы, одной рукой она держалась за живот, нежно поглаживая белую кожу. И вдруг ему это показалось очень милым почему-то. Трогательным. - Хорошо! - Воскликнул он, поднимаясь с кровати и направляясь к двери. Следующие пять минут Джокер расталкивал банду, не мелочась на пинки, толчки и тумаки. Отправив бодрую команду за мороженным и сиропом, объявил между оставшимися конкурс на лучшие шоколадные блинчики. - А награда? - робко спросил кто-то. - Лучшее поощрение - это не наказание, - зло ответил Джокер, но потом все же добавил: - крепкий сон следующей ночью! О, с каким рвением они рванулись к плите, толкаясь и что-то весело крича. - Тихо! - кинул им вслед Джокер, - вдруг она уснула! Толпа резко поднялась на носочки и сгорбила плечи. Не дай боже разбудить это лихо, которое за две недели успело разнести дом больше, чем за пять лет до этого на пару с Джокером! Сам клоун вернулся в спальню, намереваясь поспать еще хотя бы час... Харли сидела на кровати и все еще плакала, обняв его подушку. Услышав тихий скрип двери, она подняла на него большие голубые глаза и вдруг бросилась вперед, крепко сжимая его в объятиях и щедро поливая обнаженную грудь слезами. - Я думала, что ты ушел! - Я и ушел, - непонимающе отозвался Джокер. - Навсегда-а-а-а-а-! - Дура! Видимо беременность удалила все твои мозги! - Рассмеялся он, вдруг заметив, что его рука гладит ее белые волосы... - Пирожочек, может нам...? - она вдруг поцеловала его в шею и знакомым движением опустила руку на пах. Да, он слышал, что у беременных быстро сменяется настроение, но чтобы так? - Тебе нельзя! - категорично заявил он. - Можно! - она надула губки, потираясь носом о его ключицы, - Или ты меня не хочешь, потому что я...жирная? - О, заткнись! - он подхватил ее на руки, ногой захлопывая дверь. И почему он должен отказываться от секса? Он ее хочет, даже с этими отвратительно-зареванными глазами, красным носом и забавным белым животиком!

***

- Пирожочек! Пирожочек!!! Скорее! - она ворвалась в его лабораторию. Хотя ворвалась - громко сказано. Живот Харли стал действительно большим, что вызывало переживания у Джокера. Она теперь ходила довольно медленно, опираясь на его руку. Квинн стеснялась своего живота, но очень его любила. Она могла убить за один косой взгляд в ее сторону... А Джокер мог убить просто за один взгляд. Любой. Он запер Харли на верхних этажах дома, ежедневно выводя гулять в сад, но никому не позволял приближаться к своей беременной женщине. Он сам себя не узнавал! Да, он всегда был собственником, но сейчас это чувство будто обострилось. Джокер злился, когда она смотрела на кого-то и готов был убивать, когда кто-то смотрел на нее! Поэтому все врачи, изредка посещающие их дом, были женщинами. - Что случилось? - он устало оторвался от пробирки, в которой опять что-то смешивал. В последнее время Харли спала слишком беспокойно, но не позволяла ему спать отдельно. Когда он пытался уйти, ей снились кошмары, она кричала по ночам и громко плакала. - Скорее! - она схватила ее за руку и приложила к своему животу. Джокер непонимающе нахмурился, уже готовый отчитать Квинн за глупость и опять получить разгромленную лабораторию, но... под его рукой что-то толкнулось. - Он.. - Да! Он толкается! Толкается! Ахахаха! - Квинн счастливо засмеялась, раскинув руки в стороны... Джокер медленно опустился на пол. Кажется, ему придется очень тяжело... Есть еще пара моментов, которые мне бы хотелось осветить. Если захотите - напишу проду)