Другая реальность

"Живые не боятся смерти. Живым не нравится ее НЕКРАСОТА" (Т. Соломатина)

Музыка: BTS - Run

Искристое свечение последних солнечных лучей обливало свинцом шумные кроны деревьев и каменистые очертания горных выступов. Неугомонные чайки все еще носились в воздухе, изредка перекликаясь между собой. Огненное зарево растянулось по небу на сотни километров, окрашивая кучерявые облака всевозможными теплыми тонами. Плыли воздушные массы поразительно медленно, словно призывая весь мир чуточку передохнуть от постоянной спешки. И вся природа, и каждая травинка была с ними заодно. Неугомонный ветер уже давно стих, позволяя сочной растительности пребывать в отрешенным спокойствии. Даже настойчивая река старалась казаться как можно тише, все более медленно просачиваясь меж горных валунов. Впрочем, из любого правила всегда были, есть и будут исключения. Перескакивая через немногочисленные ямы и кочки, двое шумных обывателей пересекали опушку. Словно соревнуясь друг с другом, они с каждой секундой ускоряли шаг, затем и вовсе пускаясь в бегство. Ни один из них не уступал другому далеко не потому, что Мадараме был слабым, а Номура обладала недюжинной силой. Не смотря на разность полов, оба участника незапланированного забега были в отличной форме и хорошем расположении духа, чем не мог похвастаться их третий союзник, вообще отказавшийся от затеи куда-либо идти. Оставив на попечение Аясегавы пещеру, шинигами двинулись в путь к реке, возле которой, по словам девушки, их дожидается приятный сюрприз. Иккаку сгорал от любопытства, но вида старался не подавать. Однако брюнетка все равно заметила озорной огонек в глазах спутника. — Долго нам еще? — выдохнул мужчина. — А ты что, уже бежать устал? — усмехнулась Мизуки, насмешливо покосившись на бритоголового. — Ничего подобного! Я еще и быстрее тебя добежать могу, — огрызнулся тот. — Тогда перегоняй, лысик, — хихикнула девушка и, показав моментально вспыхнувшему офицеру язык, пустилась без оглядки вперед. — Я не лысый! — взревел Мадараме, значительно ускорив бег. Догонять проворную обидчицу едва ли не пускающему пар от негодования служащему пришлось весьма долго. Он до того увлекся концентрацией внимания на спине достигаемой цели, что даже не заметил долгожданного шума. До этого времени ведомая желанием насолить новому знакомому девушка внезапно остановилась и шумно втянула носом свежий воздух. Иккаку, завороженный красотой открывшегося вида, даже успел позабыть о своей маленькой мести. Пару раз удивленно моргнув, мужчина с восхищением окинул взглядом пенящуюся под гнетом водопада реку. Беснующиеся потоки воды, на огромной скорости срываясь с крутого обрыва, гулко ударялись о водную гладь, разверзая брызгами растянувшийся полукруг радуги. Брюнетка с неподдельным интересом пронаблюдала за вытянуашимся лицом знакомого и, довольно хмыкнув, подтолкнула того в спину. — Это и есть обещанный сюприз? — поинтересовался Мадараме. — Если и так, то очень даже недурно. — Это еще ничего по сравнению с тем, что нас ожидает внизу, — пояснила девушка. — Идем, нам нужно вернуться обратно как можно скорее. Едва заметно кивнув, бритоголовый последовал примеру Мизуки, которая уже, успев миновать небольшой выступ, прытко шагала по шуршащей под ногами гальке. Брюнетка деловито осмотрелась по сторонам и, не приметив поблизости никакой грозившей им опасности, поплелась к кромке воды. — Что ты делаешь? — удивленно охнул Иккаку, расширенными от удивления глазами наблюдая за разувшейся спутницой, судя по всему, намеревавшейся зайти в воду. — Просто подойди поближе и смотри. Снисходительно улыбнувшись, Номура ступила в реку. Множество мелких кругов разлетелись в стороны, сопровождая каждое девичье перемещение неровной рябью. Даже оказавшись у самой кромки воды, где злостное течение так и норовили зацепить ледяными языками босые ноги, Мадараме так и не смог уловить сути задуманного обладательницей темный очей. Однако зачинщица всей этой истории продолжала неторопливо ступать по каменнистому дну, погружаясь все глубже и глубже. Только когда прохладная вода наконец достигла колен, девушка замерла. Последующие ее действия и вовсе заставили офицера покраснеть и отвести взгляд в сторону. Нагнувшись непозволительно низко для особы с аристократским происхождением, брюнетке и в голову прийти не могло, что данная поза может хоть кого-то смутить. Впрочем, отвлекаться она не была намерена, поэтому старательно сделала вид, что не заметила замешательства мужчины. Погрузив руки в воду, Номура чему-то радостно улыбнулась. — Тебя же Иккаку зовут? — Э… — замялся бритоголовый. — Да. — Так вот, Иккаку, у нас сегодня будет праздничный ужин! — Чего?! — опешил от такого заявления Мадараме. — Ты о чем там думаешь? — фыркнула девушка, сузив глаза. — Лучше смотри, каков трофей! Попятившись к берегу Мизуки, словно маленький ребенок, довольно захихикала. От подобной реакции и увиденного, переминающийся с ноги на ногу от нетерпения бритоголовый удивленно поднял брови. В хрупких ручках, так неожиданно показавшихся из воды, виднелось искусное переплетение тончайших веревок. Чем быстрее юнная добытчица вытягивала из воды сеть, тем больше офицер отказывался верить в происходящее. С добрый десяток рыбы, безвольно болтавшей в воздухе хвостами, показался из-под водного пласта. — Вот это я понимаю, еда! Ни в какое сравнение с яблоками не идет, — одобрительно закивал Иккаку, с неподдельным счастьем взирая на приземлившуюся возле ног сеть. — А то я все думал, чем ты тут питаешься… — Да чем придется, тем и питаюсь, — пожала плечами Номура, судорожно натягивая на озябшие ноги обувь. — Я не привередлива в еде, а вот вам привыкать придется. — Глупости, я все ем, — рассмеялся в голос счастливый Мадараме. — Ну что, домой? — С первого дня называешь пещеру домом? — вопросительно изогнула бровь брюнетка. — А ты, оказывается, крепкий орешек.

***

Музыка: Owl Vision - Horus

Не сказать, что Аясегава был рад остаться в скорбном уединении с огнем. Танцующие языки пламени уже порядком наскучили, но более интересного для себя занятия он так и не нашел. Безусловно, можно бы было отправиться на прогулку вместе с Иккаку и Мизуки, посмотреть на заходящее солнце… Но парень предпочел остаться на едине с собственными мыслями и секретом, тщательно скрываемым от своих приятелей уже на протяжении нескольких часов. Никто из них совсем не подозревал, по какой причине Юмичика ответил отказом вопреки собственному нежеланию отсиживаться в мрачном жилище. Мысли о произошедшем все так же нещадно обуевали голову, позволяя неприятному чувству разливаться внутри темной и липкой массой. Офицеру всегда нравилось рассуждать о тех или иных событиях, придавать им некий смысл и искать философское значение. Однако сейчас бурная мозговая деятельность вовсе не способствовала достижению положительного эффекта, а наоборот, позволяла депрессивному состоянию забрать юношу в свои тестные объятия. Впрочем, тот даже не старался сопротивляться, что было крайне на него не похоже. А делиться с кем-либо Аясегава нужным не считал. Еще не хватало, чтобы его слыли слабаком. Кинув мученической взгляд в сторону свернутого плаща, парень неожиданно улыбнулся. Давненько ему уже не приходилось чувствовать заботы, лучик которой так внезапно коснулся плеч. Офицер до сих пор припоминал то внезапно посетившее душу чувство, волнующее, но приятное. Словно сам электрический ток пробежал по венам, заставляя сердце участить ритм. — Какие глупости… — простонал брюнет, взглянув на огонь. Тот лишь многозначительно треснул в ответ догоревшим сучком. Подобно негласному собеседнику, пламя рассказывало офицеру истории о райских птицах, рассаженных на красующихся лиловыми цветами веточках изящных деревьев, о шабутном роднике, весело клокочащим хрустальной водой и о мраморных стенах замка, колонны которого украшают дикие, никем не потревоженные лозы виноградника. Шепот костра, ласково касаясь ушей своего подопечного, ненавязчиво погружал бедолагу в мир грез и сказочных сновидений, позволяя ему отрешиться от суровой реальности и хоть на миг позабыть о насущных проблемах. Юмичика был ему только благодарен. Однако радужные мечтания неожиданно дали трещину, рассыпаясь цветными осколками. Прародитель офицерского умиротворения хищно блеснул острыми языками, зло прошипев в адрес невидимого врага проклятия. Дрогнули золотистые отблески на каменистой стене, заставляя тени из плавного вальса окунуться в ритм танго. Протяжный рык, не предвещающий ничего хорошего, раздался очень близко. Аясегава вздрогнул и распахнул глаза. Сотрясаясь в беззвучном ужасе, каменный выступ, служивший своеобразному домику потолком, обрушил на голову насторожившегося офицера пылевое крошево. Но того это мало волновало. Брюнет так и не успел понять, когда рефлексы, дав четкую установку ногам и рукам, вынудили его вскочить и схватиться за меч. Осторожно выглянув на улицу, Юмичика нахмурился. Ничего странного заметить так и не удалось. Но ведь не могло же подобное быть плодом разбушевавшегося воображения… Шаг. Небо подозрительно спокойное, чего обычно не наблюдается в схватках. Или просто не замечаешь? Шаг. Деревья все так же молчаливы, не предвещающие никакой беды. Или они за одно с врагом? Шаг. Мощный удар и боль в руке. Слух никогда не подводит… Схватившись за раненную конечность, Аясегава проворно отпрыгнул в сторону от повторной атаки и взглянул в алые глаза чудовища. Им оказался никто иной, как самый обыкновенный пустой. Не слишком сильный, но и не слабый. К тому же, не такой уж и глупый, чтобы не догадаться выманить добычу наружу. Анализируя полученную информацию, офицер нахмурился. Очень невыгодное положение сражаться на открытой местности, когда твои способности приуменьшены в сотню раз. Казалось, пустой думал точно так же, посему, оценивающе взглянув на свою испачканную в чужой крови конечность, глухо заурчал, предчувствуя легкую добычу. Впрочем, Юмичика так просто сдаваться не собирался. — Рано радуешься. Такому уродству как ты никогда меня не победить, — бросил парень. Пустой не был падок на разговоры, но произнесенные в свой адрес оскорбления терпеть не стал. Аясегава поздно понял суть того, что у быка не стоит махать перед носом красной тряпкой. Вытянув хвост во всю длину, чудовище как следует размахнулось и, снеся по дороге несколько крупных деревьев, попыталась ударить в цель. Слишком предсказуемая атака не сыграла никакой роли, да и брюнету совершенно не составило труда уйти с траектории полета прошипованного отростка вражеского тела. Однако пустой на этом останавливаться явно не спешил и, казалось, уже успел войти в раж, бороздя многочисленными ударами землю вокруг себя. Не смотря на бессмысленные атаки, которые никоем образом не задевали шустрого противника, враг действовал вполне себе логично и не позволял парню подойти к себе близко. — Эй, тебе никогда меня так не достать! — усмехнулся Юмичика. Вжавшись телом в покореженный ствол, офицеру удалось улучить несколько секунд для раздумий, пока невнимательный противник неустанно продолжал озираться по сторонам в поисках потерянной цели. «Ксо, что же делать? Если так будет продолжаться, то я совсем скоро попросту потеряю силы и не смогу от него даже убегать. Нужно что-то сделать… Что же?..», — судорожно размышлял брюнет. — Придумал! Хм, может и сработает… — растерянно пробормотал себе под нос Аясегава. Решительно кивнув головой и покрепче сжав в руках дзанпакто, Юмичика бросился в противоположную сторону, чем моментально привлек к себе внимание. Пустой, закатисто взревев, кинулся на так неожиданно отыскавшуюся добычу. Он вновь замахнулся хвостом и сделал крутой поворот. Однако от подобных ударов другого и не жди, противник вновь ушел от удара. Пока недальновидный враг возвращал свое оружие в исходное положение, офицер умеючи проскочил под его массивной лапой. «Пора!» Вплотную подскачив к пустому, Аясегава оттолкнулся от земли и занес оружие для контрольного удара. Целился парень точно в маску, по чему и попал. Чудовище возмущенно заревело, а шокированный офицер непонимающе уставился на собственный клинок, не оставивший на костяном черепе противника и царапины. С поразительной силой отмахнувшись от шинигами как от назойливой мухи, пустой без всякого сожаления отправил докучный ужин в кратковременный полет. Юмичика с отчаянием понял, что проиграл эту битву только тогда, когда оказался на земле и не смог встать. Спина предательски заныла, перекликаясь с острой болью содранной с руки кожи. Кровь теплыми ручейками заструилась по кисти, окрапляя молодую траву алыми бусинами. С большим трудом парню удалось сесть и снова взять в неповрежденную руку дзанпакто, но было уже слишком поздно. Расширенными от ужаса глазами Аясегава проследил за приближающейся конечностью и даже успел мысленно извиниться перед Иккаку за такую глупую смерть, как сквозь довольное урчание пустого прорезались голоса. — Не лезь, я сам! — Нет, вместе! Резко поддавшись назад, пустой протяжно взвыл. От громкого звука у парня едва ли не заложило уши. Повторный вопль оказался не таким долгим как первый. Рассеивалось на мелкие частички огромное тело, а Юмичика все так же отказывался верить в происходящее. Только когда довольные собой бойцы, ударив друг друга по ладошке, наконец обратили свои удивленные взгляды в сторону пострадавшего, брюнет позволил себе глупую улыбку. — Здорово он тебя покромсал, — буркнул подошедший Мадараме. — Ты ранен? — поинтересовалась девушка, опасливо покосившись на алые капли в листьях травы. — Пустяки, — отмахнулся Аясегава. — О, а это у вас откуда? Проследив за заинтересованным взглядом приятеля, бритоголовый довольно усмехнулся. — Да так, с рыбалки вот идем. Представляешь, такое место! Тебе бы там понравилось… — Вот как? Я рад, — хрипло произнес парень, безвольно опускаясь на траву. Контуры деревьев закружились в изжелта-зеленоватом хороводе, расплывались очертания испуганных лиц друзей, так вовремя подоспевших на помощь. Настойчиво звала темнота, протянув навстречу оторопевшему парню холодную руку. Не в силах больше сопротивляться, брюнет канул во тьму, стремительно теряя нить с реальностью. — Юмичика? Эй! — потряс друга за плечо Мадараме. — Потерял сознание, — констатировала факт Мизуки, слегка дотрагиваясь до шеи раненого. — Что с ним? — прищурился мужчина, бросая обеспокоенные взгляды на девушку. — Ничего особо страшного. Он ослаблен, потому что в ходе боя потерял много сил. К тому же, остаточная реацу не была стабильной, что повлекло за собой дополнительные затраты, — мягко пояснила брюнетка. — Лучшим лекарством сейчас послужит хороший отдых. Ну и… Перевязка, конечно же. — Э, понял, — рассеянно отозвался Мадараме. — Прекрасно. Тогда поторопимся в пещеру. Надеюсь, что от нее еще хоть что-нибудь осталось, — вздохнула девушка. — И то верно. Легкими шажками Номура направилась прочь, увлекая за собой и нового приятеля, заботливо перекинувшего через плечо бессознательную тушку отважного офицера.