Ещё не поздно

Каждый день Тетсуи начинается с мини-гимнастики для беременных. Сколько курсов она прошла! В свободное от работы время девушка посещала их, общалась с такими же будущими мамами (а кто-то уже во второй и третий раз мамы), которые делились советами и женскими секретами об уходе за ребенком. Куроко почерпнула самое важное и была на маленькую долю спокойнее. Да, она молода и неопытна. Но, наверно, отсутствие родителей в ее жизни сыграло большую роль. Голубоволосая помнит, как в детстве ей было тяжело и грустно. Как плакала по ночам, зовя маму. Как прибегал дядя, крепко обнимал и качался, пытаясь успокоить. Хирамичи всегда старался изо всех сил, чтобы его племянница была счастлива. Но не баловал. И сейчас ей 18, и она готовится стать мамой. Ему 41, и он готовится стать дедушкой. Тетсуя самостоятельна и пытается не отягощать дядю, хотя тот всегда будет помогать ей. Да, она молода и неопытна. Но она хочет стать самой лучшей мамой для своего малыша. Такой, какой не было у нее самой. Голубоглазая быстро повзрослела. У нее получается учиться на заочном. Всё-таки дурочкой она никогда не была. И очень повезло, что Куроко родит до зимней сессии. Не хотелось бы брюхатой идти в деканат. Она бы от волнения, наверно, сразу бы родила на месте! Как и обещал, Мидорима попросил отца лично заняться подругой. Тот, взглянув на сына, без проблем согласился. Если это так важно для Шинтаро, Макото не против. Тем более отец понимает, почему так беспокоится его сын… Снайпер прочитал кучу пособий для беременных. Поэтому, когда приходил к ней, всегда проверял температуру в комнатах, проветривал помещения, следил за рационом. Он даже посмотрел, достаточно ли у нее жесткий матрас или мягкие стельки в обуви. Еще принес много дисков с классической музыкой. Мидорима так пугался, когда девушка начинала плакать, если композиция оказывалась очень грустной, или смеяться, если очень веселой. Но она всегда уверяла, что Даичи нравится. И когда Шинтаро прикасался к животу рукой, мальчик благодарно пинал дядю. Мурасакибара следил за питанием девушки не меньше Мидоримы. Несмотря на его заявление о сладостях, он часто приносил ей овощи и фрукты, курицу, вместо жирной свинины. Вместе они готовили здоровую и полезную еду. Куроко была совсем не против, хоть и не всегда хотелось впихиваемую зелень. Но малыш же должен быть здоровым. Поэтому она через не могу, но ела. Атсуши учил Тетсую готовить кондитерские изделия, поэтому скучать ей не приходилось. Она с энтузиазмом пробовала делать всё, что показывал ей друг, и в квартире постоянно стояли сладкие ароматы. Аомине и Кисе на пару играли в мальчиков на побегушках. Они сами придумали себе эти роли, поскольку Тетсу не была настолько уж капризна. Стереотипы про беременных сыграли с ними шутку. Парни всё время спрашивали, чего хочет подруга, не холодно, не жарко ли ей. Очень часто было так: «Тетсу, ты любишь ананасы? — Да, — Тогда я сейчас сбегаю!» или «Смотри, Куроко-чи, какой милый комбинезончик! — И, правда, очень красивый, — Упакуйте, пожалуйста!». Кажется, в такие моменты Дайки и Рёта были довольны больше беременной. Родителям Сейджуро Куроко ничего не говорила, решив, что папа должен узнать первым. Хотя очень хотелось поделиться с Шиори, узнать, каково было ей или каким был Сейджи. Но сейчас девушка вообще с ними не видится, да и не ищет встреч. Отец должен узнать первым. На выходных бывало парни заваливались к Тетсу на ночь. Как в старые добрые времена. Сначала готовили ужин. Ну или Атсуши бегал за Аомине, который таскал с кухни еду. Потом иногда ходили на ближайшую баскетбольную площадку. Вспоминали прошлое, смеялись. Тетсуя всё время улыбалась, смотря на играющих друзей и разговаривала с Даичи. — Смотри, Дай, это твои дяди. Они и твой папа — лучшие баскетболисты всех времен. Тогда парни начинали на перебой показывать племяннику свои лучшие приемы и клятвенно обещать, что они научат его этому в будущем. Похоже, варианта, что Даичи не захочет быть баскетболистом, не существовало. После они снова заходили в квартиру и смотрели спортивные новости. Тетсу говорила, что каждый день смотрит вечерний выпуск, чтобы приобщать сына к спорту, который формирует и тело, и дух. И даже если он выберет не баскетбол, он должен будет чем-то заниматься. А парни лишь отмахивались, мол, куда он денется. Еще регулярно показывали Акаши в рубрике «Наши в Америке». За ним действительно чуть ли не следили. Показывали, как он тренируется и в каких играх участвует. С красноволосым они созванивались редко. Он постоянно занят и не берет трубку. Совсем заработался. Кагами, кстати, с Тацуей тоже свалили недавно в штаты. Они решили учиться там же, где училась Александра. Тайга, когда узнал о беременности, свалился со стула в прямом смысле. Он тоже привык видеть Тетсу в баскетбольной форме, бегающей по полю со всеми. А теперь расцвела вся ее женственная натура. Это даже смутило. Но он пообещал прилететь, когда родится Даичи. Еще недавно звонила Момои! Они с Тетсу разговаривали по скайпу. Сацу решила, что расстояние не должно быть проблемой для дружбы, Куроко ее поддержала. Не удержалась и рассказала про ребенка. Сацуки визжала. Если честно, голубоглазая боялась, что Момои не поймет. Но та успокоила ее, сказав, что она сама была единственным ребенком в семье, хотела братика или сестричку и очень любит детей. Рада за них с Акаши, ведь у них такая история любви! Они заслужили счастье. Но Тетсу поубавила ее пыл, ведь Сейджуро не знает. Поделилась планом сюрприза на его прилет, Момои согласилась с этим решением. Поболтав об учебе заграницей, они распрощались. После разговора стало так легко! Подруга осталась с ней. Куроко могла с уверенностью заявить, что ее жизнь прекрасна. Она скоро станет мамой, ее дядя и друзья рядом, они здоровы. А любимый скоро вернется и узнает самую шокирующую новость в своей жизни. Тетсу не могла дождаться. Осталась всего неделя. Неделя, и они увидятся. Что может быть лучше? Может то, что Даичи появится на свет через месяц? Да. Девушка хихикнула, гуляя по парку. Дышать свежим воздухом — это первое, что потребовал от нее Мидорима. Поэтому голубоглазая самозабвенно шла, греясь в лучах солнца, пряча руки в карманы. Зима. Внезапно зазвонил телефон. Тетсу радостно нажала «Принять». — Сейджи! — Привет, детка, — возможно, Куроко была слишком рада звонку, чтобы сразу заметить, что Акаши был не так же воодушевлен. — Как ты? Уже купил билеты? — она придерживала живот, когда попала в поток людей на площади. — Я как раз звоню по этому поводу… Понимаешь… — Что такое? — она обеспокоенно остановилась. Люди, видя беременную, осторожно огибали ее, понимая, что ей тяжело идти. — Я не смогу прилететь… Мне решили не давать отгул. — Что? — сердце будто стало биться медленней. Телефон выпал из рук, отключая вызов. Неожиданно появилась резкая боль в животе. Куроко болезненно скрючилась, морщась. — Девушка? Вам плохо?! Кто-нибудь, вызовите скорую! Здесь беременная! Толпа засуетилась, а Тетсу смотрела на злосчастный смартфон. — Это ваш? Она успела кивнуть, когда ее потащили к ближайшим скамейкам. Опять боль, и она закричала, хватаясь за живот. «Малыш, Дай, пожалуйста, всё будет хорошо…» Повезло, что Центральная больница относительно недалеко. Скорая примчалась мгновенно. Ее быстро погрузили в машину и увезли. А девушка всё растерянно стояла, держа чужой телефон и не зная, что делать. Вдруг на него позвонили. Она долго не решалась взять. — Тетсу, ты где? Если в парке, то жди, я сейчас прибегу, — Аомине недавно освободился в университете. — Эм, — парень резко остановился. Это не голос Тетсу. — Кто ты? — Я Араки Акина. Вы друг владелицы этого телефона? — такое чувство, что он попал в грёбанный фильм. — Да, — дрожащим голосом ответил Дайки. — Что с Тетсу? — Ее только что увезли на скорой, — удар под дых, синеволосый не мог вздохнуть. — Поезжайте в Центральную больницу, я буду ждать вас там и отдам ее телефон, — больше слов не потребовалось. Аомине помчался, на ходу звоня Кисе. — Да, Аоми… — Тетсу в Центральной больнице, — молчание. — Скоро буду. Дайки бежал и мог думать только об одном. «Тетсу… Даичи…» Мидорима никогда не прогуливал пары или сбегал с них. Это было его табу. Он должен учиться, чтобы стать врачом. Но стоило непонимающему отцу позвонить и сказать, что его подруга поступила к нему на скорой, Шинтаро, не раздумывая, вскочил и побежал, бросив обед в буфете и плюя на последнюю лекцию. Поймав такси, он судорожно сжимал кулаки. Всё, о чем он мог думать: «Пожалуйста, только не снова…» Поскольку его модельное агентство находилось рядом с кондитерской Мурасакибары, Кисе забежал за другом, и они вместе «полетели» в госпиталь. Атсуши пытался узнать, что случилось, но Рёта молчал. Потому что было страшно. Что произошло? Почему тогда, когда никого из них не было рядом? Через 20 минут они были на месте. Мидорима сидел на железной больничной скамье, уперев локти в колени. Он смотрел в пол, как только очки не упали. Неподалеку стоял Аомине и разговаривал с какой-то девушкой. — Э? Аки-чин? Что ты тут делаешь? — Мурасакибара-кун, — нисколько не удивилась та. Уже поняла, чей телефон подобрала, а там уже всё равно, что дважды два. — Вы знакомы? — Дайки смотрел то на друга, то на Араки. — Это дочка моей бывшей тренерши… — Познакомимся позже. Что с Куроко-чи? — прервал беседу Рёта. — Я не знаю, видела только, что она разговаривала по телефону, потом ей стало плохо, и я подбежала к ней. — Она разговаривала с Акаши, — помахал телефоном тяжелый форвард. — Что опять натворил Акаши-чи? — блондин раздраженно выдохнул. Всё-таки то, что он отдалился ото всех, плохо сказывалось на девушке, пусть она и не показывала этого. — Сейчас узнаем. Мидорима слушал гудки, ожидая, когда бывший капитан поднимет трубку. Спустя семь, что очень не характерно для него, он ответил. — Да, Мидорима? — Акаши, что случилось? — Тебе Тетсуя уже сказала? — выдохнул Сейджуро. — Я не прилечу зимой. — Почему? — Меня не отпускает тренер, — снайпер поджал губы. — Хорошо. Только… не теряй связь. — Конечно, — красноволосый улыбнулся. Шинтаро выключил телефон. Объяснил ситуацию друзьям. Те обреченно прикрыли глаза. — Теперь понятно. — И он не спросил про Куро-чин? — зеленоволосый покачал головой, Атсуши нахмурился. — Мне кажется, наш капитан сдает позиции, — выдал Аомине. — Тренер отказал ему, и он так просто смирился? Вспомните, как он устроил нашим школам общий тренировочный лагерь к великому не хотению всех директоров. Неполное Поколение не знало, что думать. Сейчас главное — узнать, что с Куроко. Через 10 минут пришел отец Мидоримы. Все вскочили. — Отец, — Шинтаро почти беспомощно посмотрел в его глаза. Макото улыбнулся ему. — Всё в порядке. Жизни девушки и ребенка вне опасности. Угрозы выкидыша не было. Она переволновалась. Все, как по команде, облегченно выдохнули. Вот, что такое счастье. — Но постарайтесь проследить за ней. На последнем месяце лучше исключить все стрессовые ситуации, — парни кивнули. — Можете пройти к ней. Когда они зашли в палату, Тетсуя сидела на койке и смотрела в окно. — Видимо, это знак, — она задумчиво перевела взгляд на зашедших друзей. — Сейджи не узнает о ребёнке. — Не делай ошибку, — Мидорима вышел вперед. Девушка горько усмехнулась. — Ты хочешь, чтобы я сказала это по телефону? — да, не самое лучшее решение. — А вам никогда не приходило в голову, что, возможно, это не его ребёнок? — ребята округлили глаза. — Нет… — А ему придет! — громко сказала она. — Эта Америка… его испортила. — Куроко-чи… — Когда он соизволит меня почтить своим присутствием, тогда и узнает! Он даже не извинился… На последнем месяце лучше исключить все стрессовые ситуации, — пронеслись в голове слова отца Шинтаро. Черт, не получилось. — Не удивлюсь, если он бросит меня, — отчаянно прошептала она. — Хватит, Тетсу, — Дайки сел рядом с ней и обнял за плечи. — Он не сделает этого. — Откуда ты знаешь? — всхлипнула. — Думаешь, я ничего не вижу и не понимаю? Парни растерялись. — Он остыл ко мне, — продолжала девушка. — Он редко звонит, не говорит, что скучает. Что любит. Я всё время слышу женские голоса на заднем фоне, — она уткнулась лицом в куртку Дайки. Они тоже иногда слышали. — Всё наладится, Тетсу, вот увидишь, — шептал синеволосый. — Куро-чин, тебе нельзя плакать. Ичи-чин расстроится. Эти слова будто отрезвили Тетсую. Хоп, и вышла из этого транса. — Вы правы, — она вытерла слезы и слабо улыбнулась. — Может это моя мнительность в связи с беременностью? — Гормоны, — поддакнул Рёта. — Наш Ака-чин никогда не разлюбит тебя, — Атсуши положил руку ей на голову. — Ведь ты вернула ему себя, — кивнул Шинтаро. Даичи пнул мамочку. Она рассмеялась. — Спасибо вам… Завибрировал телефон Куроко в руке Аомине. Дайки широко улыбнулся, отдавая его ей. — Мы же говорили. От кого: Сейджи Я люблю тебя.