Проигравшие

― Мы ищем уже час, ― робко констатировала Чжоу, переводя взгляд с человека на человека. Она искала продолжения разговора, чьей-то короткой фразы, однако все были слишком поглощены процессом. И правда — уже час они рыскали по библиотеке, проверяя один стеллаж за другим на наличие чего-то, что могло бы им помочь. Это напоминало поиск диадемы Кандиды Когтевран до того, как все поняли, что именно нужно найти. Сейчас спасением для кучки подростков могло стать что угодно: свиток, книга, учебник, дополнительные материалы, хранящиеся в Запретной секции. Что-нибудь, чтобы подавить чувство растерянности, охватившее всех. Было трудно храбриться, когда твой враг — неодушевленный купол, который не нападает, а лишь настойчиво выжидает, когда ты сам сдашься ему. Библиотека оказалась глотком свежего воздуха после разрухи и хаоса, творившегося в замке, за её пределами. Целые каменные стены, непотухшие факелы, стулья, задвинутые за длинные учебные парты — всё это стало настоящим открытием для тех, кто шёл сюда с полной уверенностью в том, что помещение будет полуразрушено. В мыслях уже мелькали сцены, где они собирают разбросанные рваные книги и учебники по полу, вызволяя их из-под обломков ночи. При всей любви к этому месту, даже Гермиона не надеялась на его полную сохранность, а потому с облегчением вздохнула, когда увидела, что библиотека почти не изменилась; только пыль и стекла, изрезавшие некоторую мебель, видимо, залетали из коридора, когда там происходило сражение. ― Думаете, информация о таком ужасном заклинании хранилась бы в Хогвартсе? ― Луна взяла массивную книгу, лежавшую на стеллаже возле свитков, и пробежала глазами по названию. Старенький, пожелтевший экземпляр «Истории Хогвартса» вряд ли мог помочь в такой ситуации. ― В этой школе хранились вещи и пострашнее, ― усмехнулся сидящий на пыльном полуразодранном диване Дин. В его руках впервые за год оказался учебник по зельеварению, который парень внимательно изучал. ― Это точно, ― громко и чётко ответил Симус. Он стоял за дальними стеллажами, такими огромными и забитыми книгами, что юношу совсем не было видно, а потому Финниган высунул голову в главный проход, чтобы увидеть друзей, — в Хогвартсе есть всё. ― Особенно в библиотеке, ― Эрни тоже поднял глаза, отвлекаясь от пролистывания книги о древних заклинаниях, в которой, как на зло, ничего даже близко не подходило по описанию. С пренебрежением захлопнув однотомник, он подошёл к дивану, на котором расположился Томас, и осторожно сел рядом. Парень осмотрелся. ― А ведь нас ждёт Запретная секция, мой друг, ― Дин шутливо хлопнул Эрни по плечу. ― Всё же удивительно, что библиотека осталась почти нетронутой! ― удивлённо проговорил Макмиллан, осматривая огромный читальный зал. ― Видимо, кто-то защитил её, ― сказала Полумна. В её руках была распахнута уже другая книга. ― Ага, кто-то, кто любит зубрить здесь уроки также, как и Грейнджер, ― язвительно прокричала Пэнси, которой было поручено молча сидеть в другом конце библиотеки и просто не мешать. Пусть таким образом она и не способствовала всеобщему процессу, но хотя бы не вредила ему. Всё же доверять ей поиск информации, которая может стать потенциальным ключом к выходу и победе, было бы безрассудно. ― А мне кажется, что Гермиона и сама могла наложить защитное заклинание, ― уверенно произнёс Симус, который уже шёл к тем стеллажам, что были гораздо ближе к месту, где сконцентрировались все остальные. ― Это вряд ли составило бы ей большого труда. ― Кстати, ты не видел её возле своих стеллажей? ― подразумевая те стеллажи, что были закреплены за Симусом, спросила Луна. Финниган отрицательно покачал головой. ― Гермиона! — крик Луны разлетелся по читальному залу, но никто на него не ответил. ― Скорее всего, она уже ушла в Запретную секцию, ― Эрни огорчённо вздохнул. Он ни разу не бывал в той части библиотеки, а потому больше всего хотел поискать информацию именно там. Пуффендуец резко встал с дивана, отчего Дин тоже вскочил, скинув с коленей всё тот же учебник по зельеварению. Все вернулись к своим стеллажам и уже в тишине продолжили поиски. Почти все. Эрни оказался прав: Гермиона действительно была в Запретной секции. И хоть крики её имени вполне чётко долетали до девушки, она совершенно не хотела на них отзываться. Грейнджер не любила делить процесс впитывания информации с другими. Чтение для неё стало настолько личным делом, что находиться в читальном зале и постоянно отвлекаться на лишние, совсем ненужные разговоры с друзьями было бы некомфортно и проблематично. Запретная секция — относительно крохотная, если сравнивать её со всей остальной библиотекой, но именно здесь хранились все действительно важные знания. Гермиона не раз прибегала к помощи Макгонагалл, чтобы попасть сюда для подготовки к экзаменам. Запретная секция казалась Грейнджер каким-то удивительным кладезем всего того, что было вне её понимания магии: за каждой книгой стояла невероятная история, безусловно, опасная и тёмная, но от того ещё более интересная и манящая. Тёмная магия — большой соблазн, которому Грейнджер при всех своих способностях не поддавалась. Такой вид колдовства до сих пор казался ей грязным, порочащим всё её представление о магии в целом. Именно поэтому, делая выбор в пользу изучения теории, а не практики в этой области волшебства, гриффиндорка ни капли не сомневалась. Будучи частым посетителем данной части библиотеки, Гермиона идеально знала расположение всех материалов и спокойно ориентировалась в них даже сейчас, с приглушённым, режущим глаза светом. Девушка провела кончиком указательного пальца по корешкам плотно стоящих друг к другу книг. Впервые ничего толкового. ― Купол. Заклинание, связанное с заточением. Сильное и древнее заклинание, ― девушка вслух проговаривала строки, которые могли бы стать ключевыми. ― Может, стоит вернуться назад? Воспользоваться Омутом Памяти? Дамблдор наверняка и здесь оставил подсказки, он ведь всё, всё знал наперёд… В её голове томилась мысль, что нужная книга прямо у неё под носом, но Гермиона не замечает её. А может, наоборот, спрятана так хорошо, что за день её найти не получится? ― Ну же, Гермиона! Это должно быть что-то на самой поверхности, как это было с… Она осеклась, будто в голове произошёл сильный взрыв. Отрывок за отрывком перед глазами девушки возникали образы из прошлого. ― Сказки Барда Бидля, ну конечно! Гермиона рывком раскрыла свою бисерную сумочку, которую очень ловко вытащила из руин на лестнице на пути в библиотеку, и прокричала поисковое заклинание, направляя на аксессуар волшебную палочку. Небольшая книжка в кожаной обложке пулей вылетела из сумки и оказалась прямо в руке Грейнджер. Девушка поспешно раскрыла её. ― Люмос! Яркий белый свет пролился на страницу, где заканчивалась сказка о трёх братьях. Гермиона ещё раз пролистнула: на следующем развороте была изображена Смерть, развевающая подолы своего полупрозрачного одеяния. Девушка внимательно всматривалась в страницы. Волшебные. Смерть не двигалась с места, менялись только положение её мантии и… глаза? Изображенный призрак постоянно поднимал глаза в правый угол страницы, будто указывая на что-то, но больше на развороте ничего не было. Гермиона прищурилась и вновь направила палочку прямо на книжку: ― Апарекиум! Магия ударилась о страницу, искрами рассыпавшись по развороту, после чего в правом верхнем углу начала появляться небольшая надпись, когда-то выведенная невидимыми чернилами: «Мисс Грейнджер, советую Вам прочитать оригинальную рукопись этой сказки, я думаю, Вы сочтёте это весьма познавательным». Гермиона знала почерк Альбуса Дамблдора, потому что часто перечитывала письма, которые директор слал ей. Девушка всхлипнула. «Несколько лет назад рукописи Барда Бидля были перенесены в Хогвартс из магазина в Косом Переулке. Вы же догадываетесь, где они могут быть теперь?» Конечно, Грейнджер знала, где хранятся все редкие книги, представляющие культурную ценность. Считалось, что единственная кирпичная стена в каменной Запретной секции — это оплошность, допущенная при реконструкции замка, но узкий круг людей знал, для чего эта стена нужна на самом деле. Гермиона в два шага преодолела расстояние до необходимой конструкции и трижды стукнула кончиком волшебной палочки по одному из кирпичей. В этот момент стена расступилась, воссоздав небольшой проход, в который девушка проскользнула. Эта комнатка была очень и очень маленькой, настолько, что вряд ли бы в ней поместилось больше двух людей. Вместо оставшихся трёх стен виднелись стеллажи, заполненные хрупкими пожелтевшими книгами. ― Акцио, рукописи Барда Бидля! С самой нижней полки одного из стеллажей вылетела толстая книжка в красно-коричневом переплете и повисла в воздухе возле лица Гермионы. Та одним движением руки схватила сшитую рукопись и аккуратно, чтобы не порвать страницы, начала листать. Добравшись до официального конца сказки о братьях, девушка заметила небольшую надпись на полях. «Ремарка: тайна магии Даров Смерти». Дыхание Грейнджер замедлилось. Надпись сопровождалась небольшой указательной стрелкой, показывающей на следующий разворот. Это — их шанс на спасение. В её руках — ключ, открывающий дверь в привычный мир. Эта рукопись — ещё один шанс снова попытаться дать отпор Волдеморту и наконец-то выиграть войну. Она перевернула страницу и замерла. ― Нет, ― земля словно ушла из-под ног. ― Да как же… Девушка несколько раз провела рукой по листам и зажмурилась, чтобы сдержать слёзы обиды. ― Вырваны, ― зло произнесла Гермиона, всматриваясь в оставшуюся разорванную часть таких необходимых и важных страниц. ― Вот так просто! Грейнджер захлопнула книгу и положила её на место, после чего вышла из секретной комнатки. Закрыв кирпичный проход, она отстраненно пялилась на один из горящих факелов. Неудача. Снова. Гермиона определённо не собиралась рассказывать об этом инциденте друзьям. Ничего важного она всё-таки не нашла, а значит, и разрушать их надежды не нужно. Тем более, найти потерянные страницы без лишнего шума будет куда легче. Ведь так? В голове Грейнджер крутился один и тот же вопрос. Кто? Кто мог пройти в Хогвартсе незамеченным, вырвать столь важные страницы из рукописей, о которой все давным-давно забыли, найти вход в комнату, о которой знали даже не все профессора? Девушка пыталась собрать полноценную картину, имея всего несколько деталей. Пожиратели смерти не могли пройти сюда незамеченными, Волдеморт ― тем более, а значит, остаются только… ― Гермиона! ― вновь послышался крик из читального зала, и девушка, погружённая в свои мысли, вздрогнула. ― Гермиона! Она успела схватить свою бисерную сумку и засунуть в неё книжку со сказками до того, как в помещение влетел Невилл. В попытке отдышаться он согнулся пополам. Девушка удивлённо смотрела на Лонгботтома, пока тот, наконец, не начал говорить. ― Срочно, ― прохрипел парень, переведя взгляд с пола на стоящую перед ним однокурсницу. ― Джинни…

* * *

Потолок в Большом зале — отражение погодных условий вне купола. Он — грязное небо, затянутое густыми тучами, с изредка мерцающими звёздами. Остатки громоздкой стеклянной люстры лежали среди бесконечного паззла разрушенных стен и приятно хрустели под подошвой. Грейнджер обратила на это внимание, потому что старательно пыталась не замечать кое-что другое. Как известно, иногда, чтобы сдержать эмоции, нужно просто отвлечься на что-то постороннее. Гермиона подошла к лежащей на столе Джинни единожды — чтобы убедиться, что она жива и ей больше ничего не угрожает. Подруга всё ещё была без сознания и находилась под чутким присмотром Джорджа, который трясся от волнения, как отцовский форд после поломки. Парень из последних сил держался на ногах и не отрывал глаз от сестры. Это разрывало сердце Грейнджер с того самого момента, как она вбежала в двери Большого зала вместе с другими ребятами из библиотеки. Судьба будто испытывала Гермиону на прочность, посылая одно испытание за другим, а девушка не успевала уследить за чередой событий. Вот она стоит на поляне в Запретном лесу и видит смерть Гарри. Занавес. Оказывается в ловушке Волдеморта без лучших друзей. Занавес. Держит в руках книгу, в которой вырваны страницы, способные спасти десяток жизней. Занавес. Держит за руку единственную близкую подругу, которая чуть не умерла. Занавес, занавес, занавес. Ещё несколько подобных сцен, и она не выдержит — девушка чувствовала это, когда один за другим сильнейшие из её знакомых давали слабину. — Может, всё-таки объясните, что произошло? — нахмуренный Дин сел возле Невилла на шаткую скамью и дёрнул Джорджа за рукав свитера. — Отдохни немного, дружище. С ней всё будет в порядке. Уизли никак не отреагировал. Он стоял, опираясь руками о стол, на котором лежала младшая сестра, и, казалось, даже не моргал. Было больно видеть его таким: безрадостным и молчаливым, со стёклами вместо глаз, но друзья вполне понимали Джорджа. За сегодня он многое пережил. ― Джинни применила «Редукто», но заклинание отскочило от купола, ― впервые за эту ночь Гермиона услышала голос Анджелины Джонсон. Высокая девушка стояла возле Джорджа, положив руку ему на плечо в попытке поддержать. — Медицинские заклинания не действовали, но потом… ― Потом мой благородный приятель спас вашу рыжую подружку, вот что произошло, ― Забини, успевший в общей суматохе залечить свою рану на лице, усмехнулся. Слизеринец сидел на той же длинной скамье, что и остальные, но поодаль от всех. Эти слова будто ударили Гермиону по голове. Она ждала, когда хоть кто-нибудь из тех, кто тоже был возле купола, опровергнет заявление Блейза, но этого не произошло. «Да это даже представить сложно», ― Грейнджер помотала головой, всё ещё не принимая фразу Забини всерьёз. ― Что ты несёшь? ― раздражённо проговорила Пэнси, скривив покрасневшее от удивления лицо. ― Драко бы ни за что не помог Уизли! ― Однако же, ― уголки губ Блейза едва уловимо приподнялись. Гермиона впервые была солидарна с Паркинсон. Их округлённые глаза встретились и в ту же секунду разбежались по разные стороны. Малфой не мог спасти Джинни. Будь у него возможность, он бы добил её, пока никто не видит. В этом и есть Малфой. Не было ни единого мгновения, когда Гермиона могла подумать, что он искренне хотел помочь. Этот поступок значил лишь то, что спасение Уизли было выгодно хорьку, не более. В конце концов, слизеринцы под куполом были в явном меньшинстве. Гермиона потерла переносицу и закрыла глаза, собираясь с мыслями. ― Верится с трудом, Забини, ― съязвил Дин, встав со скамьи и повернувшись лицом к слизеринцу. ― Это правда, ― прозвучал знакомый голос как гром среди ясного неба. Джордж, который наконец перестал сверлить взглядом обездвиженную Джинни, подошёл к Томасу и похлопал его по плечу. ― Лучше обсудите то, где мы будем спать сегодня и до того момента, когда выберемся из этого чёртового купола. ― Башня Когтеврана разрушена, ― Луна произнесла это с некой грустью в голосе. — Жаль. Я оставила там семена валерьяна. ― Башня Гриффиндора тоже, ― отозвался Невилл, пытаясь вклиниться в общие рассуждения. ― Кажется, я знаю, куда мы можем пойти, ― после недлительного молчания Эрни указывал иллюминирующим концом своей волшебной палочки на дверь, ведущую в подземелье. — Гостиная Слизерина? — Майкл содрогнулся. Он машинально схватился за забинтованное предплечье — последствие неповиновения безумным Кэрроу. — Да нет же, — спокойно произнесла Полумна. — Эрни отведёт нас в гостиную Пуффендуя. Это ведь очевидно. — Смотря для кого, — Симус замученно улыбнулся, делая шаг навстречу Макмиллану. Он гротескно наклонился к приятелю, будто намеревался сохранить свои следующие слова в секрете от остальных. — Тем более, мне всегда казалось, что ваш факультет спускается в подземелье, чтобы заглянуть на кухню за добавкой. ― Очень смешно, Финниган, — Эрни насупился и закатил глаза. — Более глупую и стереотипную шутку я в своей жизни… Внезапно послышался знакомый шум, вызывающий неприятные воспоминания где-то на уровне желудка. Внимание всех присутствующих тут же переметнулось на источник звука: в середине зала появился силуэт, трудно опознаваемый при свете мерцающего потолка. Тем не менее, кроме неизвестно где бродившего Малфоя ждать было некого. — Чего уставились? — зло произнёс Драко и быстрым шагом направился в сторону Пэнси, сжав ладони в кулаки. Напряжение возникло из ниоткуда вместе со слизеринцем. Все выжидающе смотрели на Малфоя, прекрасно понимания, что объясняться он не будет. Желание Джорджа наконец-то с чистой совестью лечь спать заставило его поднять Джинни на руки и двинуться к Эрни, уже стоявшему возле выхода из Большого зала. Встав во скамьи, Гермиона жестом показала остальным последовать её примеру и пошла вслед за Уизли. Ей было абсолютно понятно стремление приятелей сказать Малфою хоть что-то, и так же тонко Грейнджер чувствовала, что они просто не могут подобрать нужных слов из-за своеобразной ситуации. Девушка боковым зрением заметила, как Драко и его компания тоже двинулись с места и плелись в конце. Они последними покинули зал, и магическая входная дверь захлопнулась сама собой. Гостиная Пуффендуя действительно находилась в одном повороте от кухни, вход в которую до сих пор закрывал огромный живописный натюрморт с фруктами. Желудок Эрни предательски заурчал, когда парень проходил мимо картины. Несмотря на глупость шутки Симуса, в ней была и доля правды: пуффендуйцы часто наведывались на кухню, и эльфы никогда не отказывали студентам в порции еды. Сейчас это было бы как нельзя кстати. Повернув направо от натюрморта, Макмиллан остановился возле огромных бочек, встроенных в каменную стену. Парень несколько раз постучал по одной из них, до этого нарочно замерев, дабы привлечь всеобщее внимание. Из той бочки, по которой Эрн пробил ритм, появился земляной тоннель. — Туда что, нужно залезть? — брезгливо произнесла Пэнси, заглядывая в проход, открывшийся перед ней. — Да ни за что! — Никто тебя не заставляет, Паркинсон, — Невилл смело упал на колени и первым заполз в нору. Лонгботтом уже бывал в этом тоннеле: год назад Ханна показывала ему вход в эту часть замка. Девушка даже пыталась объяснить другу, в каком именно ритме нужно стучать, и рассказывала, что при выборе неправильной бочки ученик рискует быть облитым уксусом. Вспомнив о Ханне, Невилл вздохнул. Он искренне верил, что сейчас с ней всё хорошо. Довольно быстро продвигаясь по норе, гриффиндорец отметил, что земля под его руками была на удивление сухая и тёплая. Вскоре Невилл дал знать, что попал в гостиную, и Гермиона последовала за ним. Читая описание этого прохода в путеводителе Хогвартса, она представляла его более длинным и узким. На деле же тоннель был довольно коротким и шёл немного вверх. После того, как девушка вылезла из прохода и встала на ноги, она отправила друзьям искорку света при помощи волшебной палочки. Она никогда не была в гостиной этого факультета. Ей с Гарри и Роном приходилось забредать куда угодно, но не сюда. Это помещение действительно не было разрушено, более того, здесь практически не было стеклянной пыли, разбросанной по всему замку. Не покосился даже портрет Пенелопы Пуффендуй — одного из основателей — стоявший на полке над потухшим камином. Гермиона заметила в руках нарисованной женщины ту самую чашу, которую гриффиндорка недавно уничтожила. Сегодня, несколькими часами ранее. В голове Грейнджер не укладывалось, как всё произошедшее вместилось всего в один день. По насыщенности сегодняшние сутки могли бы заменить целый год обучения. Гермиона бросила бисерную сумочку на деревянный стол. Пока Невилл помогал Джорджу поднять по тоннелю Джинни, вошедшая вслед за Гермионой Луна зажгла камин и факелы, висящие на стенах. Вся комната теперь была как на ладони. Гостиная была круглой и просторной, но веяла уютом даже сейчас, когда пустовала. Мягкие полосатые кресла, беспорядочно разбросанные вокруг камина, высокий шкаф, стоящий в углу комнаты, махровый ковер, укрывший половину половиц, низкие потолки. От всего веяло таким странным, будто неуместным в данную минуту теплом. Когда все наконец перебрались в «барсучью нору», Джинни уложили в дальней комнате, чтобы она наконец смогла прийти в себя и отдохнуть, в то время как большинство решило остаться в главной комнате. Только слизеринцы выбрали себе отдельные апартаменты на остаток сегодняшней ночи и молча удалились. Взяв из шкафа несколько теплых «пчелиных» одеял, они разместились на ковре и в удобных широких креслах. ― Ну и денёк, да, ребят? ― усмехнулся Симус, поудобнее усаживаясь на полу возле камина. Он внимательно следил за пламенем, увлечённый игрой огненных язычков. Никто не ответил. Разговоры обо всём произошедшем только подпитывали мысли о том, что выбраться из купола будет сложно, если вообще реально. Других тем общения не было, да и желания вести хоть какие-то дискуссии тоже. Теперь, когда у них наконец-то нашлось время отдохнуть, сил не находилось даже на элементарное «добрых снов». Через полчаса практически все сладко дремали под звуки потрескивания горящих брёвен. Гермиона сидела на мягком кресле, укрывшись колючим, но тёплым пледом, который в её сумку ещё в начале осени положила миссис Уизли. Мысли не давали ей заснуть. Мерлин, как ей не хватало друзей. Будь здесь Гарри, он бы давно придумал что-то, что помогло бы всем выбраться. Рон смог бы морально поддержать Гермиону и вдохновить на новые мысли. Земля ушла из-под ног в тот момент, когда Гарри замертво рухнул на неё. Или раньше, когда Рон внезапно исчез из поля зрения Грейнджер во время битвы и больше не появлялся. В её душе теплилась надежда на то, что он жив и здоров, что он, возможно, сейчас за куполом, думает над планом спасения. Но Гермиона боялась слишком оптимистичных мыслей. Ей не хотелось селить в сердце надежду на то, что всё закончится хорошо, как в сказке. А ведь она ещё верила в сказки, даже после битвы в Хогвартсе и многочисленных смертей. Гермиона готовила себя к худшему исходу. Возможно, даже здесь, под куполом, кому-то придётся умереть. К счастью, сегодня этим «кем-то» стала не Джинни, а всё благодаря… Какое странное послевкусие оставляла после себя мысль о том, что её подругу спас Малфой. Тот самый, который чуть не убил Гарри, Рона и Гермиону в Выручай-комнате. Тот самый Малфой, который называл Джинни предательницей крови, не достойной жить в будущем обществе. Малфой, который был полной копией своего отца, стоявшего в первом ряду возле Волдеморта с тех пор, как Реддл возродился. Грейнджер интуитивно искала подвох в так называемом подвиге. Возможно, Малфою действительно есть, что скрывать. В потайной замысел поверить гораздо проще, чем в то, что Драко проявил человечность. С другой стороны, Малфой почти не участвовал в битве и всё-таки оказался здесь, под куполом, вместе с остальными потенциально опасными людьми для нового режима Волдеморта. Это было бы логично только в случае, если хорёк — шпион. ― Гермиона? ― девушка услышала голос Джорджа где-то в темноте и продрала глаза. — Ты спишь? ― Нет, ― шепотом ответила Грейнджер. На её лицо падал свет от огней в камине. ― Ты нашла что-нибудь в библиотеке? ― Гермиона услышала шум, доносящийся вместе с голосом. Кажется, Уизли развернулся и теперь смотрел на неё. ― Нет, ― она поморщилась. Врать другу не хотелось, но и расстраивать ещё сильнее — тоже. Гермиона со всем разберётся сама. И с вырванными страницами, и со слизеринцами, и с куполом. ― Как Джинни? ― Лучше, ― парень вздохнул. ― Она жива, это главное, ― жалобно произнесла Гермиона, мысленно застыдив себя за поднятую тему разговора. ― Как думаешь, Малфой мог спасти её, чтобы отвести от себя подозрения? Уизли ненадолго замолчал, будто обдумывая ответ. ― Мне неважно, какой у него был мотив, ― наконец тихим уверенным голосом сказал он. Гермиона замерла. Джордж был прав. Гораздо важнее было то, что теперь Джинни в безопасности. Щёки Грейнджер запылали, будто по ним прошлись играющие в камине язычки пламени. — Знаешь, если бы не Малфой, она… — Джордж замолчал. До недавнего времени даже в самом страшном сне ему не снилась смерть родных. — Я вряд ли бы вынес это. Гермиона понимающе взглянула на него. Джордж редко говорил с ней на серьезные темы, а уж тем более о том, что терзало его изнутри. Девушка облокотилась на спинку кресла и зевнула. Её глаза закрывались, помогая Джорджу закончить разговор. — Спи, Гермиона, — он изобразил на лице что-то на подобии улыбки. — В конце концов, тебе ещё предстоит спасать наши задницы из этой передряги. Грейнджер подавила горький смешок. Теперь она и правда в ответе за всех. Поглубже зарывшись в одеяло, она окончательно решила, что ей нужно выяснить у Малфоя, что ещё, кроме медицинского противодействующего заклинания, он знает о куполе. Ведь наверняка он располагал большим количеством информации. Конечно, Гермиона сможет достать нужные слова из Малфоя. Ради себя, ради Джорджа и Джинни, ради всех остальных… Теперь она обязана сделать всё, что в её силах, чтобы вытащить всех отсюда. Это её обязанность. С такой мыслью Грейнджер провалилась в долгожданный сон.

* * *

Лучи майского солнца слабо прорывались сквозь волшебный купол, изредка заглядывая в крохотные, но многочисленные окошки гостиной Пуффендуя. Никому в «норе» это не мешало: все оставшиеся в главной комнате слишком устали, чтобы проснуться раньше полудня. ― Надо же, спят как убитые, ― немного приоткрыв дверь комнаты слизеринцев, усмехнулась Паркинсон. Как и многие дети из чистокровных семей, она привыкла просыпаться рано, вне зависимости от того, во сколько легла. Пэнси осторожно затворила дверь и посмотрела на друзей, до сих пор нежившихся в кроватях. ― Может, и вам пора вставать? ― Не будь такой занудой, Пэнс, ― сонно произнёс Забини, приподнимая голову. ― Нам некуда спешить. Их комната была достаточно просторной и имела схожесть со спальнями их факультета. Единственным весомым отличием был выбор цветов: вместо тёмно-зелёного и серебряного в глаза бросалась пчелиная раскраска. Даже короткие бесполезные занавески, которые никак не задерживали врывающиеся в комнату солнечные лучи — и те были выкрашены в жёлтый. ― Как думаешь, на кухне могло что-то остаться? ― девушка жалобно взглянула на Блейза, который уже переместился в положение сидя. ― Я такая голодная. ― Запасов в Хогвартсе более, чем достаточно, ― парень сладко зевнул и снова упал на постель. ― Да заткнитесь вы! ― сказал Драко, с головой укрывшись одеялом. ― Пока не проснутся все остальные, мы всё равно никуда не пойдём. ― Какой гриффиндорец тебя укусил, Малфой? ― серьёзный голос Блейза резал уши от неожиданности. ― Уже второй день подряд ты — само благородство. ― Да, Драко. Я до сих пор не могу понять, зачем тебе нужно было спасать Уизлетту? ― Пэнси старательно держала себя в руках, чтобы снова не скатиться в упрёки. Малфой говорил, что они её совсем не красят. Наконец разлепив веки, он томно поднял глаза на потолок. Драко вновь поймал себя на мысли, что не имеет ни малейшего желания объяснять кому-то причины своего поступка. Ему казалось, что он оправдывается, и это чувство Малфою не нравилось. ― Я вернул долг, ― тихо проговорил Драко, зная, что друзья не отстанут от него, пока не услышат хоть что-то. ― Блейз, кто вытащил нас из Выручай-комнаты, когда мы чуть не сдохли в Адском пламени? ― Явно не младшая Уизли, ― Забини приподнял бровь. ― Да нет же, придурок, нас спас Поттер и его дружки. Тебе напомнить, кем они ей приходятся и что с ними произошло? Парень мёртв, старший брат пропал без вести. Грейнджер — её лучшая подружка. Теперь вам ясно? До этого разговора Малфой даже не задумывался о том, что девчонка дала ему расквитаться со всеми сразу. Ведь в его словах действительно был смысл. Случайная помощь младшей Уизли наконец-то развязала ему руки: он отплатил Поттеру и его друзьям спасением жизни. Пусть не их, но близкого им человека. — Тогда отвалите и дайте мне поспать. — Повелитель не будет доволен тем, что ты лечишь врагов, — протараторила Пэнси до того, как Малфой успел повернуться к стене. — Кажется, ты не заметила, но Волдеморта здесь нет, Паркинсон. И вы с Блейзом просто идиоты, если считаете, что нас оставили под куполом ради чего-то, кроме потехи, — Драко злился. Ужасно злился на Пэнси, всё ещё готовую жертвовать всем ради миссии, о которой ей даже не рассказали. Тёмный Лорд ни словом не обмолвился о куполе или заклинании. Пэнси знала, как Малфой не любит эту тему, поэтому старалась не поднимать её до момента, пока разговор не зайдёт в нужное русло. Вновь прогадав, девушка виновато опустила глаза. Она чувствовала, что друг рассержен. Слышала нотки осуждения в его словах. И хотя Паркинсон предпочла замолчать и больше не обсуждать то, что так ненавистно Драко, она совсем не разделяла его мнение. Волдеморт не мог просто забыть о них. Она искренне думала, что Повелитель не просто так оставил её здесь, вместе со злейшими врагами Пожирателей. У этого определённо было объяснение. Правда, пока что Пэнси не поняла, какое именно. — Надеюсь, кто-нибудь из гриффиндорцев проснулся, потому что у меня разыгрался аппетит, — желая разбавить напряженную обстановку, произнёс Блейз. Он встал с кровати, схватил свои вещи и быстро оделся, пока Паркинсон изо всех сил делала вид, что не заметила полуобнажённого друга прям перед своим лицом. Драко усмехнулся. Блейз Забини — одна из лучших кандидатур, чтобы застрять вместе в замкнутом пространстве. Просидев в спальне час-другой, слизеринцы наконец-то решились выйти и проверить, не проснулся ли кто-то ещё. Закрывая за собой дверь, Пэнси наложила на неё защитное заклинание. На всякий случай, если кому-то в голову взбредёт рыться в чужих вещах. Гермиона, Джордж и Невилл уже не спали. Время близилось к обеду, вопрос добычи пищи вставал всё острее и острее с каждым часом. Застав в главной комнате слизеринцев, они с большей уверенностью начали будить Эрни. Всё-таки заглянуть на кухню — толковая идея. Главное — знать, как туда попасть. Джордж грустно перебирал с ноги на ногу, пока Макмиллан вёл всех в заветное помещение. Конечно, близнецы тоже наведывались на кухню и частенько пропускали там зельеварение или травологию, балуя себя любимым мороженым и оладьями. Воспоминания о таких беззаботных днях были не по душе Джорджу, в особенности от того, что кухня плотно ассоциировалась с братом-близнецом. Подойдя к огромному натюрморту, Эрни пощекотал весёлую грушу, которая тут же превратилась в ручку. Кухня не была такой же невредимой, как библиотека или гостиная, но это было вполне объяснимо. Эльфы, принимавшие участие в битве в Хогвартсе, не шибко заботились о том, какой порядок они оставляют после себя, когда бежали из кухни на помощь ученикам. Несколько разбившихся кувшинов и крупы, которые в них хранились, замусорили пол. Симус заметил вазу с фруктами, одиноко стоявшую на обеденном столе, укрытом белой скатертью. Вытерев о рукав своей мантии пыль с персика, он вежливо предложил его Луне. Девушка почти сделала первый укус, когда из одного из подсобных помещений появилось два домовых эльфа. — Не ешьте, мисс! — один из них — тот, что был чуть выше — подбежал к Луне и теперь выжидающе смотрел на неё. — Сначала нужно вымыть, мисс, потом есть. Домовик щёлкнул пальцами, и струйка воды омыла персик в руках девушки. Джордж присмотрелся: эльф казался ему ужасно знакомым. Увидев на левой руке домовика продолговатый след ожога, Уизли поднял брови от удивления. — Криперс? Это ты, дружище? — Джордж подошёл ближе к эльфу, чтобы получше рассмотреть его. Криперс был одет в грязную простыню, слишком длинную для него. Сухая серая кожа эльфа была покрыта мелкими ссадинами: видимо, так на нём отразилась прошлая ночь. Как и многие другие, этот домовик участвовал в битве, помогая бросать профессору Трелони шары предсказаний. Те же эльфы переносили первокурсников на вокзал Кингс-Кросс до наступления Волдеморта, и большинство осталось там. — Мистер Уизли! Как я рад вас видеть! — глаза домовика радостно засветились, своими маленькими ручками он обхватил волшебника за ноги: только так ему позволял обниматься небольшой рост. — Почему ты до сих пор здесь? — Мы вернулись в Хогвартс, чтобы помочь профессору Макгонагалл защитить замок, сэр, — стыдливо проговорил Криперс, тупя глаза в пол. Второй эльф, Ао, стоял дальше от новоприбывших учеников. Он опасливо следил за каждым движением волшебников, недоверчиво щуря глаза. Домовику крайне не повезло в этом году: он прибыл в замок в качестве замены заболевшей эльфийке Пикси неделю назад. Не привыкший к сборищам людей, домовик очень осторожничал, делая несколько шагов к Криперсу. — Вы пытались переместиться? — внезапно спросила Гермиона. Она внимательно осматривала кухню всё это время, наконец заметив небольшое окно, из которого виднелась голубая светящаяся стена. — Пытались выбраться за купол? Домовики отрицательно покачали головой. Девушку осенило. — Криперс, ты бы мог перенести меня через стену? Хотя бы попробовать, — улыбаясь, Грейнджер взяла в свои руки маленькие ладошки эльфа. — Я могу попробовать, мисс, — Криперс застенчиво захлопал ресничками. Взяв Гермиону за край мантии, домовик отошёл подальше от остальных и начал обратный отсчёт. — Через «три», — эльф сосредоточенно готовился к перемещению, воодушевлённый возможностью помочь ученице покинуть замок. — Серьёзно, Грейнджер? Ты думаешь, что при создании сильнейшего заклятия не учлась эльфийская трансгрессия? — иронизировал Малфой, распластавшийся на одном из деревянных стульев. Он всё ещё был достаточно сонным и мало следил за разговором, пока гриффиндорка не начала нести полнейшую чушь. — Сейчас и узнаем. Гермиона схватила слизеринца за рукав за секунду до того, как Криперс закончил отсчёт. Эльф и двое волшебников растворились в воздухе.