Попался - плати

      День начинался не слишком приятно.       Я не слышал, когда вернулись родители, так как моментально заснул, сразу в одежде. Проспал я до полудня, потом еле встал. Мышцы немного ныли, но я начинал привыкать к этому. Единственное, что меня нервировало, это предстоящая встреча с Антоном, а ещё вчерашний вечер.       Я не знал, кто меня видел. Оставалось ощущение, что этот кто-то знал, что я буду в той кабинке. Но кто это мог быть?       Почему-то в голову приходил лишь один вариант — бывший парень Антона. Не знаю, почему, я был уверен, что это он. Он видел, как мы вместе ушли туда, мог проследить за нами. Он же сказал, что хочет вернуть Антона. Ведь никто больше ту дверцу не открывал. Хотя я и боялся, что это случится, но все обходили стороной именно мою кабинку. А тот человек зашёл тихо, словно опасался, что его заметят, подошёл точно к ней и моментально ушёл, стоило кому-то появиться на горизонте. Но что он хотел сделать? Зайти полюбоваться или сделать что-то похуже? Кто знает, что может прийти в голову этому извращенцу!       И теперь стоял другой вопрос — говорить ли об этом Антону? Если скажу, он меня прибьёт за то, что снова солгал. А если нет, я даже и не знаю. Может, меня никто не будет трогать? Сильно сомневаюсь. Олег с виду милый и пушистый, а как мы остались вдвоём, так он сразу начал наезжать и угрожать.       Я откинул лишние мысли. Разберусь по ситуации. Если у Антона будет хорошее настроение, то скажу. Нет — пошёл нафиг, сам разберусь, не маленький же!       Первым делом я всё-таки надел этот ошейник. Не стоило злить Антона. Вдруг я его снова встречу случайно? Хер его знает. Уж на корпоративе его встретить я явно не ожидал.       Интересно, если я спрошу его, он мне ответит, почему там оказался? Хотя тут стоит другой вопрос — что я там делал. По-моему, Антон был совершенно не удивлён моему там появлению.       Бред, у меня один бред в голове. С этими наказаниями у меня крыша едет.       Пытаясь смыться от депрессивных мыслей, я заполз на сайт БДСМ и постарался вникнуть в суть всех процессов. Голова после вчерашнего не хотела думать, строчки расползались, как и мысли.       Окончательно запутавшись, я глянул на время и вздохнул. Времени ещё много, а я никак не могу успокоиться. Взгляд нечаянно зацепился за мобильный, на котором светилась пара сообщений. Я лениво взял, пролистал. Первая СМСка обещала мне интернет за минимальную плату, вторая… была от Антона. Я едва не упал со стула, испуганно дёрнувшись, и открыл сообщение.        Приходи пораньше, приготовь мне ужин и покорми Ведю.       Ключ возьмёшь у охранника, я предупредил его о твоём приходе.       Я закусил губу.       Телефон мой Антон взял ещё тогда, когда мы договаривались о наших отношениях. Адрес я не сообщил, побоялся, что он что-то скажет моим родителям. Антон почему-то не настаивал. Вероятно, потому что сказал, что у каждого своя личная жизнь и лезть в неё не стоит.       Но сейчас было интересно другое.       Родителям было наплевать на меня, они ещё не проснулись и будут мучиться похмельем, а сейчас появился законный способ пробраться в квартиру Антона и полазать по закоулкам. Он же не сказал, насколько раньше я должен прийти, правильно?       Несколько минут мне понадобилось, чтобы собраться и одеться, а потом осторожно взять заначку, оставшуюся за прошлые грабежи. Первым делом я зашёл в магазин, накупил нужных продуктов, потом уже подошёл к зданию, в котором находился пентхаус Антона. Охранник внимательно посмотрел на меня, но так как не первый раз видел, а про приход был предупреждён, то выдал мне ключик. Едва сдерживаясь от радости, я влетел в лифт и отправился на нужный этаж.       Встретил меня голодный чёрный кот. Ведьмак, вероятно, меня узнал, потому обласкал ноги, попытался залезть в пакеты и был нагло отогнан. Я прошёл на кухню, разобрал продукты и наложил в миску «вискас». Не поверите. Эта сволочь понюхала, презрительно глянула на меня, махнула хвостом и отошла. Тупой кот!       Зато когда я отвернулся, стырил кусок стейка, который я тщательно выбирал полчаса в магазине, не имея ни малейшего представления, как отличить свежую свинину от старой. Пришлось оставить кота безнаказанным, потому что вряд ли Антон обрадуется, если я буду истязать его кота. Но вот кусок мяса был уже безнадёжно испорчен.       В общем, какое-то время я потратил на приготовление еды. Кот мешался, пытаясь вновь что-то стянуть или заставить меня с ним поиграть. Наконец, поставив мясо в духовку, я прошёл в комнату. Благо, время у меня ещё было в запасе. Сначала я полазал по его спальне, меня так и манила эта потайная панель, где у него находился СМ-инвентарь. Мне даже показалось, что девайсов как-то… прибавилось. Мне радоваться или испугаться? Дурдом какой-то.       Я закрыл панель и пошёл дальше лазать. В гостиной было всё так же, правда ваза, которую я тогда треснул, исчезла. Ведьмак с мурлыканьем разлёгся на знакомом диване, а я покраснел и отвёл глаза, мгновенно припоминая, как я тогда… играл в котёнка. Стыдно признаться, что хотя я и злился, на самом деле я потом живо вспоминал всё — и во сне, и в самые неожиданные моменты. Я вообще за те две недели успел многое передумать. И о своей ориентации, и о своих предпочтениях, и о… хозяине. Стоило бы сейчас начать привыкать его так называть. А то опять разозлится, если я его по имени назову. А сегодня я не хочу этого. Я хочу драйва ощущений.       Пытаясь не смотреть на диван, я наткнулся на кабинет Антона. Вот где стоит порыться. Я там ещё не был.       Дверь была заперта. Я удивлённо подёргал, потом огляделся. Неужели Антон и правда думал, что меня остановит обычный дверной замок? Это же не входная дверь, а механизм полуавтоматический, его открыть можно легко с помощью обычной булавки. Минуту спустя я уже ковырялся в замочной скважине, и моё солнышко дверное поддалось и открылось. Я прошёл в кабинет. Ведьмак тут же мелькнул между ног, пробиваясь следом, а потом взгромоздился на крутящийся стул, глядя на меня наглыми глазами.       Всё по-деловому, пара стеллажей с папками и книгами, компьютерный стол, оргтехника. Даже глазом не за что зацепиться. Ни фотографии семьи, ничего, лишь картины, да пара кактусов на подоконнике за жалюзи.       Я сел на другой свободный стул, покрутился, осматривая стол. Записок никаких не было, ручки в подставках, компьютер выключен. Порыться бы в нём, может, компромат какой-нибудь найду. Или просто кучу порнухи.       Я отодвинул верхний ящик. Обычная чёрная папка без надписей. Я просто так достал её, без левой мысли, пролистал, потом удивлённо замер, натолкнувшись на свои имя и фамилию. Уже более заинтересованно я разложил папку и стал тщательно изучать содержимое.       Здесь были собраны мои табели успеваемости, имена и телефоны родителей и учителей, даже расписание уроков на следующую неделю! Изрядная пачка с ксероксами из моей медицинской книжки, анализы и прочая фигня. Были анкеты и данные по родителям, друзьям, ещё какие-то мелочи… Что за бред?! Откуда у него всё это?!       С одной стороны, меня разрывало от любопытства, с другой — жутко злило. Он же говорил, что мы не будем лезть в личную жизнь, а получается, он следит за мной! А я-то думал, почему мне кажется странным, что я встретил его на корпоративе. Что тут такого странного! Он знал всё! Обо мне и моих родителях!       Настроение быстро упало. Я глянул на время. Мне ещё нужно помыться и привести себя в порядок, да и к ужину накрыть. Я ведь хотел сделать ему приятное, чтобы он не злился на меня за вчерашнее. Сейчас, правда, возникло новое желание — добавить в еду яду или ещё чего-нибудь.       В общем, вышел я в расстроенных чувствах и закрыл кабинет, как было, чтобы у Антона не возникло никаких подозрений. А то меня вновь ждёт очередное наказание.       Мысли преследовали меня, пока я заползал в ванну, драил себя и делал почётную клизму. Потом разозлившись, побрил снова пах, который опять оброс и чесался жёсткой щетиной. Выползая, я вытер себя насухо, потому что шнырять мокрым и голым меня не прельщало, а дожидаться я хотел Антона, как он меня предупреждал — без одежды.       Хорошо, что Ведьмака нигде не было, а то этот вуаейрист меня уже давно доконал! Смущаясь от собственной смелости и потихоньку привыкая, я накрыл столик в гостиной. В какой-то момент меня убило то, что я был схож с какой-то жёнушкой. Дурак я. Я же раб, саб или кто там.       Оставалось несколько минут, а я не знал, чем себя занять. Всё вокруг напоминало о предыдущих моих посещениях этого места, так что мысли были соответствующие. Что он со мной сделает в этот раз? Отшлёпает, заставит ему прислуживать котёнком… Я живо представил себе последнее, а в паху заныло. Какого чёрта?! Мне уже не терпится?!       Я поспешно сбегал наверх, заглянул за панель, схватил кошачьи ушки и хвост и вернулся обратно. Едва я успел натянуть все причиндалы, как в прихожей щёлкнул поворот ключа, а потом вспыхнула дебильная лампочка. Минуту спустя появился и сам Антон. Он замер на пороге, оглядывая накрытый стол, а потом задержал взгляд на мне, покорно стоящем совершенно голым рядом. Меня залила краска, жутко хотелось прикрыть пах. И какого чёрта я напялил эти уши?!       — Добрый вечер. Какой ты сегодня милый, котёнок, — в голосе не было ехидства. Он был скорее ласковым. Я не верил своим ушам, но продолжал гипнотизировать ковёр, на котором стоял босыми ногами. — Помоги мне снять пальто.       Я послушно подошёл к нему, радуясь, что могу чем-то занять руки. Стащив с него пальто, а потом и шарф, я ушёл в прихожую, повесил в шкафу и вернулся, выжидательно замерев.       — Иди сюда, — Антон присел на диван и указал на место на ковре рядом с собой. А что, повыше и поудобнее мне не положено?!       Так же молча я присел рядом на колени, исподтишка кинув негодующий взгляд. Антона это лишь повеселило.       — Трудно быть покладистым? — усмехнулся он, погладив меня по волосам между искусственных меховых ушек. Я все так же молчал. Кажется, сегодня я начал правильно, и у него пока не возникало желания меня убивать или наказывать. Хотя логика у меня тупая. Я же пришёл как раз за этим?! — Ты молчишь?       — Ты… ты мне не разрешал разговаривать, — почему-то вякнул я. Идиот я, а? Однако Антона этот ответ удовлетворил.       — Молодец, котёнок. Быстро учишься. Ну что же, я голоден, а ты славно потрудился. Ты кушал?       Я покачал головой, снизу вверх взглянув на Антона. Что-то это мне кажется подозрительным. Чего это он снова задумал? Спросить или нет?       — Замечательно, — Антон принялся за еду, ножом и вилкой разделяя жаренное мясо на мелкие кусочки. Он отправил один из них себе в рот, потом медленно прожевал, смакуя. — Ты и правда молодец, — словно удивлённо произнёс Антон. Я насупился. Не буду больше ему готовить!       Антон подцепил кусочек и обернулся ко мне. Я заморгал, когда у моего рта оказалось аппетитно прожаренное мясо. Я поднял было руки, но тут же опустил, заметив на лице Антона промелькнувшее недовольство. Послушно открыл рот, и он отправил в рот мне кусочек. Я стал медленно жевать, не отрывая лица от Антона, но он продолжил есть как ни в чём не бывало, впрочем иногда подкармливая меня, как какого-нибудь котёнка. Молодец, Женя, ты же сам захотел поиграть, правильно?!       — А где Ведя? Ты его накормил? — неожиданно поинтересовался Антон. Я кивнул, но сказать, где лазает этот наглый вуайерист, не мог. Обычно он любил подглядывать за играми своего хозяина или мешался под ногами, а сейчас ни слухом, ни духом.       — Я его кормил, но куда он делся, я не знаю… — у меня вытянулось лицо, когда до нас с Антоном донёсся страшный кошачий мат. А потом я вспомнил, что последний раз видел Ведьмака в кабинете, когда тот устроился на кресле. Я прикусил губу, мы с Антоном одновременно посмотрели в сторону двери. Чёрт, я так глупо попалился!       — Ты ничего не хочешь сказать, котёнок? — ласковым, а оттого зловещим голосом поинтересовался Антон, вставая с дивана. Он прошёл к двери, достал ключ из кармана и отпер. Ведьмак с довольным мурлыканьем вылез и стал обтираться о ноги хозяина. Он сверкнул на меня своими жёлтыми глазами. Предатель, и после этого я должен его кормить?!       — Я… я влез в ваш кабинет, — прошептал я, опустив глаза. Ну вот я и накликал. Теперь меня точно нужно наказать. Чёрт, при этом я почувствовал, как кровь кипит в венах. Было страшно, но в то же время волнительно. — Прости… те, хозяин.       — Что ещё? — невозмутимо поинтересовался Антон, подходя ближе. Я всё так же буравил мягкий ворсистый ковёр, отметив чёрные длинные волоски кошака на нём. Определённо, Ведьмак линял. Нужно пропылесосить.       — Я влез в ваш стол, — блин, лучше покаяться сразу во всех грехах или по одному? — Я посмотрел папку, в которой лежали документы, связанные со мной. Потом всё сложил, как было, забыл вытащить оттуда кота и запер дверь снова. Чтобы вы не узнали.       — Ты помнишь, что обещал вести себя хорошо? Опять хочешь, чтобы я тебя наказал? — Антон вцепился мне сзади в основание шеи, прямо под ошейником, заставив запрокинуть голову так, что позвонки захрустели. Я поморщился, теперь его глаза сверлили моё пылающее лицо.       — Нет. Простите… — вот почему он может лезть в мою жизнь, а я — нет?! Я совершенно ничего о нём не знаю, а он, оказывается, буквально в курсе каждого моего шага! С такими мыслями я вызывающе посмотрел в глаза Антону. — Но скажите, почему там были все эти бумаги?       Антон сверлил меня сердитым взглядом, рассматривая с головы до пят. Вспомнив, что совершенно голый, я моментально покраснел.       — Потому что мне нужно знать, чем ты болел и какую нагрузку можешь выдержать, — наконец произнёс Антон. — Потому что ты ещё молод и совершенно ничего не понимаешь, а я не хочу покалечить тебя по твоей же дурости. У тебя может быть аллергия, может быть слабое сердце, могут быть иные проблемы со здоровьем, которые мне совершенно не нужны. Ты не знаешь своего тела, потому что ещё молод. Ты ещё растёшь и не сформировался до конца. Именно поэтому не хотелось бы делать из тебя инвалида. Это сейчас тебе кажется, что ты здоров и с тобой не может произойти никаких проблем. К тому же, ты учишься и из-за наших игр можешь забить на всё или замкнуться в себе, а мне это не нужно. И мне элементарно было просто интересно узнать, что за котёнка я подобрал. Ты ведь теперь принадлежишь мне.       Я прикусил губу. Пальцы его всё сильнее сжимали шею, так что я уже боялся, что он просто переломает мне её. Я вцепился рукой, пытаясь ослабить хватку, но при этом слушал его слова и офигевал.       — Спасибо за заботу, — прохрипел я, когда Антон резко отпустил руку, и я наконец смог свободно вздохнуть.       — Вставай, — потянул меня за ошейник Антон. Я поспешно вскочил на ноги, едва не упав.       — Что? Уже?! — невольно вырвалось у меня.       — А ты разве не за этим пришёл? — усмехнулся Антон. Ну да, за этим. Но что-то мне не нравилась его улыбочка. Опять что-то придумал. И меня снова проняло жаром от этого, от предвкушения, хотя в глубине души всё ещё таилось опасение. И злость на себя, что опять так мило попался. Теперь меня новая ждёт плата.       Антон, всё так же придерживая меня за ошейник, словно я мог убежать, осмотрел гостиную, что-то прикидывая. Я проследил за его взглядом.       — Садись в кресло, я сейчас приду, — наконец решил он, и я послушно забрался туда, скрестив ноги, чтобы прикрыть пах. Ведьмак присел на диване и с интересом косился на меня, предвкушая очередное пошлое зрелище. Вот, блин, зараза, под стать своему хозяину.        Ждать пришлось достаточно, я уже придумал всё, что можно было сделать со мной и с этим самым креслом. Фантазия у меня явно разгулялась.       Антон вернулся и велел повернуться лицом к креслу. Совершенно сбитый с толку, я упёрся коленками и сел, как велено. Потом со скрежетом стиснув зубы, приподнялся, выставив заднюю часть и почти улёгшись на спинку кресла, раздвигая ноги. В таком положении Антон и связал меня: лодыжки к подлокотникам, руки за креслом, так что я буквально обнимал его. После чего мне оставалось лишь послушно открыть рот, когда он вставлял мне кляп и надевал повязку на глаза. Антон снова куда-то ушёл, оставив меня нервно дёргаться и фантазировать, что будет дальше.       Теперь, с завязанными глазами и совершенно обездвиженный, я чутко улавливал каждый шаг Антона. Сердце бешено колотилось, поневоле в паху поднималась тягучая волна возбуждения. Антон был совсем рядом, его рука раздвинула ягодицы, подбираясь к сжавшемуся кольцу мышц. Я постарался расслабиться, почувствовав несильный, но звонкий в окружавшей нас тишине шлепок по коже, как молчаливый приказ. Его пальцы плавно смазывали дырочку, проскальзывая внутрь и выходя, вторая рука подобралась к члену и сжала. Я выгнулся, невнятно промычав. В его руках у меня быстро вставал и твердел, а пальцы буквально тянули к себе, разрабатывая проход мягкими движениями, смахивающими на знакомые фрикции. Антон усмехнулся, когда я покорно стал насаживаться и толкаться в руку, пытаясь соединить эти два ритма в один.       Антон приставил что-то круглое к отверстию. Я напрягся, и мышцы неохотно пропустили инородный предмет вглубь. Невольно обхватив и сжав изнутри, я попытался понять, что это такое, а Антон вставил пальцы, продвигая ещё глубже, пока я не затрепетал от волны удовольствия. Что-то круглое, на проводе или ниточке, спускающейся вдоль бедра. Антон убрал пальцы, шлёпнул по ягодицам, и я автоматически сжал изнутри шарик. Какой-то щелчок, и игрушка во мне завибрировала, отдаваясь по всему телу. Второй рукой Антон всё так же надрачивал мне, иногда перекатывая в ладони яички. Я выгнулся, невольно ёрзая на кресле в пределах свободы, которую мне давали верёвки, стараясь раздвинуть ноги шире.       Напряжение всё росло, мне становилось жарче, Антон ускорял темп, двигая рукой вверх-вниз. Дыхание сбилось, по подбородку неприятно катилась цепочка слюны. Я невольно задёргался, послышался смешок Антона, он прижался сзади, обнажённый, твёрдый и горячий, что мне казалось, он вот-вот войдёт в меня.       Но в этот момент он второй рукой ловко надел на основание члена перевязь ремней, стягивая в напряжённый узел возбуждение. Я задёргался, замычал, но он лишь усмехнулся, обдавая горячим дыханием шею.       — Ещё рано. Ты же должен понести наказание, — прошептал он и отодвинулся.       Блин, гениально.       Я сглотнул, но всё так же ёрзал, пока не услышал свист в воздухе и спину не обожгло огнём. Тело дёрнулось, я крепче обнял кресло, хорошо, что оно было тяжёлым, крепко стояло и не перевернулось. Едва я перевёл дыхание, как на спину снова опустилась плётка, опалив кожу болью. Это была многохвостка, она сразу била по большому участку кожи. Сначала мне казалось, что я выдержу, но с каждым разом спина становилась чувствительнее, реагируя даже просто на воздух вокруг. Антон хлестал по спине, по ягодицам, по стопам, не обращая внимания на моё мычание и ёрзание. Меня разрывало то от болезненного возбуждения, которое не хотело спадать из-за стягивающего кольца, то и от вибрирующего яйца внутри, бьющего по точке наслаждения. Вкупе с ударами это превращалось в непонятную смесь, от которой на глазах выступали слёзы, а внутри всё сжималось в натянутый комок.       Наконец Антон остановился, его пальцы ласково прошлись по пылающей спине, потом ладонями сжал ягодицы.       — Котёнок, ты понял свою вину? — поинтересовался Антон.       Я торопливо махнул головой, сглатывая скопившуюся слюну.       Антон развязал руки и лодыжки, но прежде чем я успел сообразить, запястья были стянуты за спиной, а ноги разведены и привязаны к подлокотникам. Кожу неприятно щипало, когда я попытался поудобнее улечься в кресле. Кажется, Антон ещё не закончил со мной.       Несколько напряжённых минут я прислушивался к шороху и шагам. Чиркнула спичка, потянуло приятным ароматом и пламенем. Послышалось шипение огня, разрезающего воздух. Я невольно поёрзал, но тут же замер: спина и ягодицы пылали от каждого движения.       Рядом остановился Антон, растягивая томление.       Я напрягся, но ничего не происходило, обманывая моё ожидание.       И вздрогнул, когда горячая капля воска упала на кожу, почти рядом с соском. Тут же упали другие, обжигая и остывая. Я извивался, не в силах предугадать, куда будет капать воск в следующий момент. Он спускался всё ниже, к паху, мысли совершенно путались, но меня пугало, что будет, если воск попадёт на член. Страшно, больно и неожиданно любопытно. И словно поддразнивая меня, Антон обошёл центр возбуждения, перейдя на чувствительную внутреннюю сторону бёдер. Мне казалось, что теперь меня буквально кто-то жалит, воск подсыхал и стягивал кожу, оставляя странную чувствительность.       И тут воск капнул на головку члена. Я судорожно дёрнулся, пытаясь уйти от боли и жара. Не дав мне передохнуть, Антон продолжил, теперь буквально заливая член. Все внутри и снаружи горело, казалось, что Антон затянул меня в пекло Ада. Здравствуй, мой персональный демон!       Тело всё ещё продолжало подрагивать, когда Антон убрал свечу, затушив её. Его ладони обхватили ягодицы, провод натянулся, вытаскивая вибрирующее яйцо. С пошлым хлюпаньем оно укатилось под кресло, а потом я ощутил, как Антон проталкивается внутрь головкой, преодолевая первое сопротивление сфинктера.       Напряжение заставило меня сжаться, кожу опалило шлепком.       — Расслабься, котёнок.       Я постарался, и член плавно скользнул внутрь, распирая изнутри. Голова запрокинулась, Антон сжал ягодицы, притягивая ближе, насаживаясь до самого конца. Меня передёрнуло от волны удовольствия. Антон дал привыкнуть, почти вышел и резко вернулся, вбиваясь снова. Я замычал, пытаясь выгнуться под нужным мне углом, чтобы снова ощутить наслаждение. Поняв мой манёвр, Антон поменял наклон, и меня вновь прошибло удовольствием. Пальцы свело судорогой, внутри и снаружи всё горело, болезненное возбуждение давило, заставляя извиваться и требовать большего. Антон не обращал внимания, двигаясь внутри в каком-то яростном темпе, его тяжёлое дыхание иногда сменялось рычащими стонами. Мне казалось, что у меня сейчас разорвётся изнутри, если он не даст мне кончить.       Но у Антона были другие планы. Он вбивался в меня, пока его самого не настиг оргазм. Он содрогнулся, извергая из себя семя где-то глубоко внутри. Только после этого, не выходя из меня, он освободил мой член и буквально несколькими движениями заставил кончить. Я сжал его изнутри, до меня как сквозь ватную стену донёсся его тихий стон удовольствия.       Несколько минут мы пытались прийти в себя. После такого ошеломляющего оргазма, которого мне приходилось так долго ждать, сил уже просто не было. Кожа пощипывала, что на спине, что на груди, хотя боль была немного разная. Воск неприятно тянул кожу, от резкого движения кусочки падали или раскалывались.       — Всё хорошо? — поинтересовался Антон, выходя из меня и стягивая с глаз повязку.       Он пристально осмотрел заплаканное лицо, дорожку слюны, в глазах его промелькнуло удовлетворение. Блин, садист хренов.       У меня не получилось ответить, голоса не было. Видимо, поняв это, Антон молча развязал меня. Я попытался встать, но тело не слушалось. Антон неожиданно легко поднял меня на руки и потащил в душ.       Я повернул голову и отметил испачканное в сперме и геле кресло, к которому с интересом принюхивался Ведьмак. Промелькнула ленивая мысль, что этот кот опять смотрел всё шоу от начала до конца.       Антон втащил меня в душевую кабинку и прислонил к стенке, по которой я тут же благополучно стал сползать. Сверху полилась вода, приводя меня в какой-то диссонанс. С одной стороны, она казалась мне холодной там, где меня недавно пороли или куда капал воск, а на других участках казалась нормальной, тёплой. Это немного приводило в чувство. Антон подхватил меня за талию, прижимая к себе и проходясь мочалкой по груди и животу. Вода стала горячее, воск отходил, рядом непривычно остро ощущалась близость обнажённого тела Антона.       Его руки плавными движениями спускались к паху, пальцы оказались между ног.       Меня снова накрыло возбуждением, я попытался отстраниться, но стоять всё равно было трудно, ноги скользили. Антон неожиданно выругался, прижал к холодной плитке и высоко задрал одну ногу. Не успел я понять, что он задумал, как в растянутый анус вошёл его член. Я застонал и вцепился ему в плечи. Антон подхватил меня под ягодицы, широко раздвигая колени и загоняя член снизу. Я ничего не мог сделать, лишь стонал и цеплялся то за него, то за стенку. Член снова встал, но я не мог до него дотянуться, чтобы хоть немного подрочить. Антон менял ритм, сбиваясь то на глубокие чувствительные толчки, то на быстрые, выбивающие из меня всё дыхание.       Я уже давно закрыл глаза и был удивлён, когда Антон впился поцелуем.       До меня не сразу дошло, ведь мы ни разу не целовались. Антон буквально ворвался в рот, властно хозяйничая, заставляя глотать его слюну и сдаваться под его властью. Я никогда так не целовал девчонок, не говоря уже, чтобы самому так делать. Поцелуй был рваным, зубы сталкивались, языки переплетались, лишь иногда удавалось хоть немного вдохнуть и выдохнуть, чтобы снова целоваться до потери сознания. Толчки стали размашистее, глубже, и наконец Антон с дрожью буквально вписал меня в стену. До боли знакомое чувство его горячего семени внутри, я сжался и тоже кончил, так и не прикоснувшись к себе.       Спрашивать, что это было, я не стал. Да и сил не было.       Антон пришёл в себя, не глядя мне в глаза, снова обмыл, потом поднял на руки и отнёс на второй этаж, уложив в кровать на живот. Вернулся он с тюбиком крема, смазал мне всё ещё покалывающие от порки спину и ягодицы, потом укрыл и велел спать.       Я решил последовать совету и тут же заснул.