The end.

Молли молча сидит рядом со мной на заднем сиденье в такси. Мы едем в морг, чтобы я смог выплеснуть всю свою злость. Как для кого-то боксерская груша, для меня человеческое тело – это антидепрессант. Какое тупое слово – «антидепрессант». Нет, оно мне явно не нравится… - Тебе постарше или помладше? – интересуется девушка, надевая белый халат. - Похожий на Джона. Или Лестрейда… А еще лучше, на обоих сразу, - говорю и беру плетку. Потом откладываю ее. Нет, сегодня в ход пойдут голые руки. И вот через некоторое время я бью со всей силы темноволосый с проседью коротко стриженый труп, смутно напоминающий и Джона, и Грега (люблю этот морг за богатый выбор!). Хупер лишь наблюдет из-за стекла. Я избиваю бедного еще недавно живого человека где-то с час, получая неимоверное удовольствие. Наконец-то я избавился от всего того, что мучило меня уже почти день. «В конце концов, он еще двадцать четыре часа будет жить. Я еще успею с ним встретиться… Может, все-таки заставить его согласиться на трансплантацию? Лучше бы он был без сознания, тогда б можно было и с моей подписью…» Но я прекрасно понимаю, что уже слишком поздно что-либо менять. Прислоняюсь к стене. Смотрю на потолок. «Еще немного, и все будет как два с половиной года назад. Джона не станет, Лестрейда пошлю к чертям, а миссис Хадсон… Съеду куда-нибудь, где дешевле. В другой город. Да, в другой город… Где огромное количество вооруженных преступников. И буду жить по-старому. Или все-таки по-новому? А, без разницы…» Я вздыхаю. И ухожу. Гуляю по городу, наверно, всю ночь. А потом сразу направляюсь в больницу. Из посетителей никого еще нет, и я беспрепятственно прохожу в палату Джона. Он еще спит, но только я появляюсь в дверях, как тут же открывает глаза. - Ноутбук принес? – сонно спрашивает он. - Попрошу Лестрейда, - бросаю я. - Слушай, мне хуже. А часов так через двенадцать я умру. Тащи уже ноут, мне надо кое-что… написать… Да и так проще будет общаться… А то мне уже го…ворить трудно… - Попрошу Молли. Она же вчера к тебе не заходила? Вот и появится. - Шерлок, делай… что хочешь, – вздыхает Джон. И добавляет минут через десять: - А я ведь даже завещание не написал, – я отправил смс Молли. – Ты потом куда?.. - Точно не на 221В. Не хочу там больше находиться. Захвачу вещи и уеду. - Прям как я собирался сделать… тогда… Мы опять молчим. Через некоторое время появляется Молли с ноутбуком, Джон что-то пишет. Мы еще сидим, шутим как ни в чем ни бывало. К концу дня подтягиваются остальные. Джону хуже. Он почти умер, и его подключают к аппарату. Мы снова одни. Мне вдруг жутко захотелось увидеть, как он улыбается. «Нет, Шерлок!» - Джон, улыбнись. - В последний раз и все такое? – усмехается он. На его лице появляется нечто наподобие улыбки. – Ты не то хотел, я… знаю. Но по-другому не получается. - Ладно, сойдет и такая. - Шерлок… ответь на вопрос. - Какой? - Обещай, что ответишь. - Смотря какой. - Зачем ты все-таки тогда прыгнул?.. Я отворачиваюсь. Не могу ответить. Даже в такой момент гордость мне не позволяет признаться. - Мориарти застрелился. Я понял, что мне будет скучно. Джон хмурится. - Ты опять врешь. Ну ладно, Шер, не отвечай. «Твоя гордость позволяет тебе реветь у входа в больницу на плече у Молли, но признаться своему другу – нет. Ну что ж, замечательная у тебя гордость» - мысленно продолжаю я его речь. Уотсон сморщился от боли: -Выключай меня уже. Мне надоело тут валяться. Я киваю и подзываю медсестру. Самому мне не хочется, да я и не имею на это право. Если б сделал, такой скандал бы поднялся… «Пока, Джон…»