Крылатый Град

«Теперь не время думать о том, чего у тебя нет. Подумай о том, как бы обойтись с тем, что есть». Эрнест Хемингуэй. «Старик и море»

      Раздался еще один удар, а за ним – истошный вопль.       Комната, когда-то сверкающая чистотой и уютом, теперь представляла собой нечто страшное: на белых стенах виднелись железисто-красные разводы (вызванные, в лучшем случае, ржавчиной), весь пол был усеян бумагами, на которых мелким аккуратным почерком значились номера и имена, номера и имена, номера… Кровать, погребенная под грудой тканей, на самой верхушке которой крыльями раскинулся лазурно-голубой плащ; зашторенное тяжелыми портьерами окно; запертая на недавно установленный засов дверь (щепки и стертая со стены краска говорили о спешке и стремительном намерении человека запереться от остального мира).       В середине некогда просторной комнаты сидел мужчина лет тридцати, привязанный к стулу желтоватыми грязными веревками. Над ним возвышался немолодой человек с проседью в темно-русых волосах, только что отнявший кулак от его несчастной скулы. Ни одного звука, кроме тихого скулежа страдальца, слышно не было.       -Не знаю я, да не знаю я! – продолжил выть пленник, стуча ногами по полу.       По лицу его струилась теплая густая кровь, смешавшаяся со слезами и потом. Глаза его болезненно блестели и, казалось, не видели ничего вокруг, поэтому он бессильно качался из стороны в сторону, стараясь успокоить самого себя этим бесконечным движением.       -Давай же! – прорычал мучитель, - Тебе не выбраться из этой комнаты ни живым, ни мертвым, парень. Не строй героя, я тоже неимоверно устал от тебя. Просто ответь на мой вопрос, и пойдешь скакать по крышам как вошь. Я даже не сдам тебя министерству госбезопасности. А мог бы, честно, мог бы.       -Вы понимаете, понимаете, меня не допускают до дел, связанных с чем-то, кроме коммуникаторов? Не знаю я, не знаю! Я даже не видел вживую Лерица! Я уровень D, я уровень D, D! – и он принялся повторять эту букву словно заклинание.       Для мужчины это явно не было бессмыслицей, и он беспомощно опустил руки. Больше никого не достать. Кроме летяг никого не достать, а они обычно новички, которым не могут доверить работу поважнее. По крайней мере, так было раньше. Да и кто в здравом уме, имея золотое кольцо и уровень А, станет рисковать своей жизнью и прыгать по крышам? Такие Крылатые на дорогах не валяются. Ни живые, ни мертвые. Летяги, которыми ограничивается все представление простого обывателя о Крылатых, на деле являются в лучшем случае верхушкой айсберга. И хорошо, если они хоть как-то относятся к подводной части. Обычно это одиноко разбросанные по океану льдинки – никто из Крылатых (а они все же люди умные) не горит желанием, чтобы новенький обладал хоть сколько-нибудь важными знаниями.       Мужчина мотнул головой, отгоняя от себя воспоминания, захватившие его на миг. Он ясно увидел перед собой людей в строгих костюмах, услышал их размеренную речь…       И прогнал эти образы прочь.       -Ладно, - потеряв последнюю надежду, пробормотал он, - вот что: бывал ли ты хоть на одной базе Крылатых?       Пленник, удивленный милосердием жестокого мучителя, поднял на него глаза словно побитый пес, которому дали возможность унести ноги.       -Отвечай! – прорычал мужчина, толкнув его коленом. Было ясно, что жестокосердием он не отличался, и страдающий человек вызывал у него простые людские чувства: жалость и вину.       -Я… я знаю, что нет теперь… нет постоянной базы у Крылатых, честно, клянусь, честно. После того, как разнесли ангар – а об этом сейчас все знают, так вот после этого они на месте не сидят, постоянно из одного места в другое. Так вот. Но, стойте, стойте! – торопливо вскричал он, пугаясь последствий своего незнания. – Не бейте. Я скажу: завтра меня встретят на телебашне. Завтра ночью. Если только я позвоню им в течение этого часа. Клянусь, я не вру! Мне нужно позвонить и подтвердить, что я готов, подтвердить. И тогда кто-то будет завтра на телебашне, кто-то точно приедет, ведь мне нужно получить…       -Замолчи. Это лучшее, что ты можешь сделать для нас обоих. Отлично, - прокомментировал мужчина, дождавшись тишины. – А теперь слушай меня. Через десять минут я…       Раздался пронзительный звонок, исходящий из недр квартиры.       -Чтоб тебя, - сквозь зубы процедил мужчина, обратив лицо к потолку. В серых глазах читалась дикая усталость и ярость загнанного в угол тигра. – Посиди здесь тихо, - сказал он, направляясь к двери.       Пленник ссутулился и молча уставился в пол, оценивая свои шансы выжить с минимальным ущербом для своей чести. Они сводились к нулю.       -Я серьезно тебя прошу, - вдруг изменившимся голосом сказал мужчина, застыв на месте с рукой, держащей засов, - постарайся быть потише. Иначе ты сделаешь убийцей порядочного человека.       И что-то в его глазах заставило молодого человека ему поверить.       Мужчина вышел из комнаты, запер ее с тяжелым вздохом и засунул руки в карманы, вытирая засыхающую кровь о синюю ткань брюк. Он прошел по коридору, стараясь не смотреть на двери, словно те могли стать причиной страшной болезни, и сквозь гостиную, посреди которой неуместно стоял диван, прошел к входной двери.       -Кто там? – спросил он, мельком взглянув на себя в зеркало.       Вид не был многообещающим. Тонкие маленькие губы побелели так сильно, что их не было видно на свежем, но уже сломленном следами первой старости лице: от носа к уголкам губ двумя лучиками расходились морщины, меж длинных бровей пролегли две несимметричные тени. В глазах теперь было защитное выражение полного равнодушия.       -Это Борд Клин, - раздался приглушенный голос из-за двери.       «Товарищ по несчастью», - усмехнулся про себя мужчина.       -Что-то срочное?       -Не исключено.       Без последующих вопросов дверь была отперта, и мужчины взглянули друг другу в глаза.       -Ну, здравствуй, Фредерик, - упавшим голосом поприветствовал его Борд, вокруг глаз которого легли пугающие мертвенные тени. – Как поживаешь?       -Погано. Проходи.       -Слова лучше не придумаешь.       -Какие новости о взрыве?       -Понятия не имею. Меня отстранили от работы в министерстве.       «Добро пожаловать в клуб», - мысленно вставил Фредерик.       -Пока что временно. Всех подряд подозревают. Про убийство Глосса мне вообще никто ничего дельного не сказал. Информацию скрывают, а от кого и зачем – не знаю. Мне просто некуда идти. Думал, тебе что-то известно.       -Пока нет, - задумчиво ответил Фредерик.       -Послушай. У меня есть некоторые связи и немалые сбережения. Из этого может что-то выйти. Мы сможем найти улей Крылатых и раздавить их всех, уничтожить этих чудовищ, которые… - Борд сдержался.       Фредерик взглянул на него тяжелым взглядом. Перед ним вставали слезящиеся глаза неизвестного парня-летяги. Самые страшные подозрения гнездились в голове бывшего тайного советника, и ни одно из них не предполагало однозначную вину Крылатых в произошедшем.       -Для начала стоит понять, что ситуация чуть более объемная, чем ты думаешь, - рассеянно заметил он. – Крылатые скорее всего пострадавшие, а не причина взрыва.       -Флот бы не стал жертвовать таким количеством людей и техники, чтобы подстроить несчастный случай! У них было достаточно средств, чтобы разделаться с ангаром Крылатых напрямую, без жертв!..       Фредерик терпеливо выслушал восклицания Борда. Затем подождал несколько секунд и произнес:       -Я ничего не говорил про флот, мистер Клин. Я упоминал невиновность Крылатых.       -Твою дочь забрали на огромном автомансе, способном развить колоссальную, по словам очевидцев, скорость, и ты сомневаешься, что в этом виноваты Крылатые? – с таким искренним удивлением спросил Борд, что Фредерик Теллариус сам усомнился в своих доводах.       -Мы ровным счетом ничего не знаем, пойми же ты. Ничего. И сценарии есть не самые лучшие. Пойдем кое-что покажу, - и мужчина кивком головы указал на дверь в свою комнату. Парень, очевидно, слышал весь разговор от начала и до конца.