Кара

Кирпичная стена, выкрашенная в бежевый – Костя и Лала ждали Милу у входа в магазин. Они заходили с ней, но вскоре вышли, почувствовав, как тесно в просторном торговом зале между стеллажей. Поначалу Лала даже уловила запах запустения, которым пропахли заброшенные дома, но это был всего лишь запах бумаги. Она стояла, ссутулившись под пристальным взглядом продавщицы, как вдруг сорвалась с места и предложила задумавшемуся Косте: - Может, выйдем? Когда они шли сюда, Костя думал, что идущая за ним Лала не замечает, как он поминутно оглядывает свои ладони с некоторым недоверием, настороженностью. Теперь же, оставшись с нею один на один, Костя огляделся по сторонам: подпалая августовская листва на деревьях, жёлтый дом сталинского классицизма, голубой ларёк с мороженым – и сказал: - Мне кажется, что сейчас я какой-то другой человек: я говорю совсем не то, что думаю, вижу как-то иначе. - Бывает, - пожала плечами Лала. - И ты тоже, - добавил Костя, – словно не ты. Кажется, как будто тебя зовут Кара. Лала улыбнулась, пожимая плечами. - Всё может быть, - сказала она, но позже, обеспокоенная чем-то, она незаметно для друзей с силой дёрнула себя за волосы, как будто желая стащить с себя скальп, чтобы удостовериться: она точно не Кара. Мила села на автобус. Костя и Лала проводили её, затем свернули с улицы во двор – в один из тех дворов, где Лала впервые учуяла и осмыслила, чем пропитались старые жилые дома. - Знаешь, - обратилась она к своему спутнику, - когда я была совсем маленькой и ещё мало чего понимала, то я как-то отказывалась принимать, что вокруг меня живут люди. Говоря точнее, я не верила в них и не понимала: как они – видят точно так же, как и я, или по-другому? Мне хотелось вселиться в чьё-то чужое тело и побродить в нём, погулять так... - Мне тоже. Вдруг Лала улыбнулась. - Знаешь, а я ведь могу так. Она жила одним единственным желанием: прославиться, написав книгу. Первостепенным для неё был именно сам процесс написания, когда, ставя своих героев в самые неординарные ситуации, она предполагала, как вымышленные люди будут выпутываться. Для неё эти персонажи порою были реальнее иных людей, которых она встречала на улицах: она могла видеть их жизнь. Она была их Творцом. А Костя безумно любил физику. - А что за Кара? – спросила у него Лала. - Она как ты, но немного другая – как будто из другого мира. У неё какое-то отчаяние и обречённость на лице...