Треугольники

— Что? Нет, подозрение на сотрясение. Надеемся, обойдётся. Зашили, всё в норме. И ребята очень помогли. Макс везучий, быстро поправится, всё будет хорошо. Знакомый мужской голос разговаривающий по телефону заставил меня понять, что я, кажется, жив. Ощущения постепенно начали возвращаться ко мне. Очень сухо во рту, хотелось пить. Зажмурил веки, пытаясь понять, могу я открыть глаза или нет. — Антон, — а это уже женский голос, и тоже не чужой, — проснулся, кажется. Макс, слышишь меня? Я открыл глаза, когда понял, что боятся нечего, и увидел Сашу. Её лицо бледное, распущенные каштановые волосы слегка растрепаны, глаза уставшие и красные. — Слышу, — сказал хриплым голосом, — пить хочется. — Слава богу, Максим, — Саша дала мне стакан прохладной воды, помогла выпить, поставила его на тумбочку, устало вздохнула и прикрыла глаза. —  У тебя подозрение на сотрясение, — сказал Белов, — Врач приказал, когда очнёшься, сказать тебе, чтобы не особо двигался. Похоже, я ещё не до конца отошёл от наркоза, по ощущениям именно он. И понятно, почему голова такая тяжелая. Мой мозг постепенно собирал в предложения необходимые для дальнейшей жизни вопросы. И конечно, я не мог не спросить в первую очередь о матче. — Выиграли, проиграли? — Пятая игра в Питере завтра, — Белов покачал головой, он явно ожидал других вопросов. Ничего не мог поделать, это важно! — Что вообще случилось? Помню только, как вышел снова из раздевалки и всё. — Ты с динамовцем сильно столкнулся, не удержал равновесия, упал и ударился головой о бортик. Хорошо, что шлем на тебе был. Всё это очень быстро произошло, мы опомниться не успели, — рассказал Антон. — На фанке не сразу поняли, кто пострадал, потом уже сказали, — голос Саши дрогнул, — наши болельщики информацию передали по цепочке: «Чудинов, семьдесят третий». Когда тебя уже… на носилках унесли. Я сжал руку Саши, говоря ей тем, что всё хорошо. — Но это не всё, — продолжил Белов, — Я слышал, как Кутейкин громко разговаривал и ругался после матча об этом происшествии. Хотя с тобой столкнулся игрок не его звена. Но видимо, это раньше произошло, когда тебя к бортику припечатали, скорей всего. Ребята в видео просмотре заметили ещё один момент, когда ты на льду растянулся, но… Да уж, ты на самом деле охренел! Три смены с разорванной селезёнкой отыграл! Неужели непонятно было, что с тобой что-то не так? Антон неожиданно для меня сорвался. Я таким его давно не видел. Последний раз, когда канадцам проиграли. Он не повышал голос, но злость из него била ключом.  — Что? — я не сразу даже говорить смог. Я опешил, мысли все снова перепутались, — разорванной селезёнкой, что…? Офигенно больному информацию преподнесли. — Антон, с ним ещё даже врач не говорил! Только недавно в палату перевели, — Саша упрекнула Белова, — сам помнишь, в каком Макс находился состоянии ещё несколько часов назад. «Тяжёлое, но стабильное»… Белов покачал головой, достал из кармана джинсов свой телефон и начал набирать кому-то сообщение.  — Знаешь, как-то нет, — я ответил Белову спустя минуту, когда тот отвлекся от телефона и снова посмотрел на меня. — Просто слабость и недомогание ощущал. Ну, бок ещё левый болел, но я думал, растяжение. Он болел ещё после того, как динамовец в Питере клюшкой ткнул меня во время матча. — Слабость и недомогание, — передразнил Антон, — ага, а когда по шайбе не попал, не сообразил, что что-то не то? Саша тут всю ночь не спала. Ты много крови потерял. Я с трудом вздохнул. Просто офигеть… Белов сама деликатность. Много крови. Селезёнку порвал. Подозрение на сотрясение. Что ещё? Ребра всё-таки треснули? — Прости, Саш. За то, что волноваться заставил, — сказал я и посмотрел на Сашу. Даже представить не мог, что она пережила. Я вообще ничего не помнил с того момента, как потерял сознание. Просто чернота. Саша погладила меня по волосам и поцеловала в краешек губ. — Всё хорошо. Теперь всё хорошо. Я к тебе вчера пришла, но операция ещё шла, наткнулась на половину твоей команды, ребята из твоего звена точно вроде как. Если бы на выручку Белов не пришёл, подумали бы ещё что фанатка какая-нибудь, или журналистка. Вчера мне было всё равно, а сегодня понимаю, насколько неловкая ситуация. — Ерунда, разберёмся со временем. Ты здесь всю ночь, в больнице, что ли? — спросил я Сашу. — Мы вдвоём остались с Антоном, кофе мне с булочками принёс, а то так бы ничего и не съела. — И это не хотела сперва, чуть не насильно, — покачал головой Белов, Саша улыбнулась. — Мы не сразу узнали, что с тобой случилось. Вообще даже говорить не хотели, мы же не родственники, — сказала Саша, хотела добавить что-то ещё, но не стала. — Родители., — тут я подумал, что они то наверняка по телевизору смотрели на весь этот кошмар. И надеялся, что в прессе не понаписали ещё ничего ужасного. — Я только что с твоим отцом разговаривал, хотели уже к тебе ехать. Успокоил их, что о тебе здесь есть кому позаботиться, — Антон посмотрел на Сашу. — Теперь мама совершенно обязательно приедет. Антон, ты настоящий друг, — смотрел, как Белов довольно улыбается. — Будешь должен, — суховато сказал Антон. — Что? — наигранно удивлённо спросил я. — Ладно, я побежал, мне в Питер возвращаться, а уже вечер поздний. Саша, лечи Макса скорее, он нам нужен. Чтобы к финалу был готов! — дал установку Белов. — К финалу, — я горько усмехнулся, понимал, что не успею, — выигрывайте там. Команде привет! Белов попрощался и покинул палату. — Я немного с твоим отцом поговорила, он замечательный, — сказала Саша, когда Антон ушёл, оставив нас одних в палате. — Да, он очень хотел с тобой познакомиться, — я снова взял её за руку. — С большим удовольствием, — сказала Саша, и немного помолчав, продолжила, — меня вчера Оля спалила, я не смогла скрыть эмоции. По комнате хостела круги нарезала. Да, все вчера нерадостные были, готовились праздновать победу, Динамо, всё-таки, едой закупились, выпивкой, а тут с тобой несчастье случилось, и серия в Питер перенеслась. Мне Белов позвонил из больницы, а Оля рядом находилась, всё слышала. Да и потом сказала, что видела моё лицо, когда… узнали, кто пострадал. Думала, я в обморок упаду. — И что Оля? — спросил я. — Она меня поняла. Мне ей пришлось сказать, что остаюсь, с начальством сама потом разговаривать буду. Ничего лишнего не спрашивала, просто поддержала и отправила в больницу. — Погоди, Оля твоя так ничего и не знала за эти полгода? — я был удивлён. Вспомнил Вику, ей Саша рассказала обо мне, но видимо Саша с Викой более близкие подруги. Ничего не понимал в женской дружбе. — Она знала, что я люблю женатого. Но кого — я ей не говорила. — Ничего себе… А у меня тут новость есть… Хотел её приберечь и рассказать после победы. Но раз уж так вышло… Мне Катя даст развод, — сказал я, — думаю, в ближайшее время. — Ох… — И я хотел бы… Тут ко мне в палату вошел врач и попросил Сашу выйти. Да и ей уже пора привести себя в порядок, поесть и отдохнуть. А к этому разговору мы ещё вернемся. *** Спустя пару дней выяснилось, что сотрясения нет, это очень хорошая новость. Да, на двух ребрах обнаружили трещины, и восстанавливаться после операции несколько недель, три точно ещё в больнице валятся. А это значит, что день рождения тоже на больничной койке провести придётся. Но всё ничего, на самом деле. Главное, что смогу в следующем сезоне вернуться в хоккей, при правильной реабилитации, как сказал врач. И Саша со мной в Москве осталась, рассказала, что напросилась в гости к кому-то из знакомых. Катя звонила, беспокоилась. Ребята в Питере позавчера проиграли второй матч подряд. Как Белов рассказал по телефону, все за меня волнуются, и болельщики после матча его вопросами засыпали, проходу не давали. Не получается пока одолеть Динамо. А как же хочется победы… Ведь остался один шаг только. До встречи с ЦСКА, которые уже вышли в полуфинал, выиграв у Локомотива в шести матчах, уступая поначалу «два-ноль», и ждали своего соперника. Начал винить в проигрыше команды себя. Глупо конечно, но… Если динамовцы сравняются в серии… Нет, не похожи они на нашу команду чемпионского сезона, когда мы себя тащили за волосы из болота в серии с ЦСКА. И вытащили же. Верил в наших ребят. Обязательно выиграют. Да ещё и меня навестить нагрянут, сегодня как раз играли в Москве шестой матч. Но раньше их меня нагрянет навестить моя мама. И Саша каждый день со мной. Всё равно им придется встретиться, этого я немного боялся. — Привет, — ко мне в палату пришла Саша. Клуб помог обеспечить всем необходимым в лечении, да ещё и отдельную палату мне выделили. Хотелось вернуться скорее в Питер, но пока ещё рано. — Привет, — вздохнул я. — Что-то случилось? — Саша поставила пакет рядом с кроватью и аккуратно присела ко мне, проигнорировав стоящий рядом стул. Я приобнял её. — Мы вторую игру проиграли… — Я слышала, — вздохнула Саша. — Да думаю, если бы не случай со мной, уже бы выиграли… — Не вини себя, что случилось, то случилось, — она пыталась меня успокоить. — Да это понятно… Но это не всё ещё. Сегодня моя мама приехать должна. И я пойму если… — Я захочу уйти? Нет, я останусь. Всё равно рано или поздно встретимся, — спокойно сказала Саша. Мне пришло сообщение от мамы с вопросом, в какой я палате. — А вот и мама, — вздохнул я. И действительно, спустя пару минут в палату вошла мама с ещё двумя пакетами. Кажется, меня хотят завалить едой, но есть то почти ничего нельзя. Да и не хочется, если честно. Похудею я в больнице, массу заново придётся набирать. — Максим, как ты, — мама немного опешила, увидев Сашу, — мог бы предупредить. — Прости. — Да что уж теперь. Вы Саша, да? Будем знакомы, мама Максима, Светлана Леонидовна. — Будем знакомы, — сказала Саша. Я видел, что Саше немного неприятно в присутствии моей мамы. Да ещё и под её строгим оценивающим взглядом, ведь мама видела Сашу первый раз. Саша встала с моей кровати. Выглядела она хорошо. Обычные джинсы и серая толстовка, волосы убраны в хвост, минимум макияжа, только чтобы спрятать круги под глазами после бессонной ночи и волнения. Опрятно и неброско. — Со мной всё хорошо, — сказал я. — Всё хорошо, — вздохнула мама, — я заходила к врачу, он рассказал мне, что с тобой случилось. Когда Антон нам сказал, сложно было поверить. — Ладно тебе мам, всего лишь селезёнка. И не удалили же её, а только зашили, — сказал я. Надеюсь, родители не знают, что я потерял много крови, маму бы саму откачивать пришлось. — Но страшнее видеть это по телевизору, как тебя на носилках уносят. И мы ничего не знали до звонка Белова, — сказала мама. — Это показывали по телевизору? — удивлённо спросила Саша. — Да, а вы не видели? — Я там была, — вздохнула Саша, — на игре. — Боже… — мама видимо поняла, что Саша всё видела своими глазами, — Саша, можно вас на пару слов? — Саш… — Всё в порядке, Максим, — кивнула она, и две мои женщины вышли из палаты, оставив меня одного. Волновался за Сашу, что ей скажет мама. Как они будут общаться? Поладят ли друг с другом? Чувствовал себя как студент, волнующийся за подругу, которая сдает экзамен. Для мамы, конечно же странно, что рядом со мной не Катя. Но она и не может быть рядом со мной. Мы сейчас не вместе и на грани развода. И сама Катя неважно себя чувствует, нелегко переносит беременность. Казалось, они разговаривали очень долго. Уже даже второй период начался. Следил за событиями в приложении на телефоне, телевизор мне ещё принести не успели, хотя обещали. И снова наши начали уступать динамовцам. Да ну что такое. Ребята, соберитесь, пожалуйста. И спустя две минуты в большинстве шайбу забросил Илья Ковальчук, счет стал равным. Спустя некоторое время вернулись мама и Саша. Сразу заметил, что ее настроение изменилось, в лучшую сторону, она стала спокойней. Присела обратно ко мне, а мама рядом на стул. — Может, хочешь чего-нибудь? — кивнула в сторону кучи пакетов. — Нет, — вздохнул я, — хотя хочу. Чтобы вы поладили, и моя команда выиграла уже наконец. Мама и Саша посмотрели друг на друга, улыбнулись и рассмеялись. Да ладно, не говорите, что вы уже, я уставился на них удивленно. — Первое пожелание вполне осуществимо. Мы с Сашей поговорили мирно и многое обсудили. Да и глупо нам сейчас о чём-то спорить и ссорится. Мы обе хотим, чтобы ты скорее поправился. Я улыбнулся. Кажется, Саша с мамой действительно могут поладить. Надеялся, что Саша мне потом расскажет, чем смогла растопить сердце моей мамы. — Ну, а второе… Тут мой телефон раздался пиликанием, уже игра должна была закончиться, мне страшно смотреть счёт, если будет седьмая игра с Динамо… Саша и мама с ожиданием смотрели на меня, я открыл приложение. «Один-два» в пользу СКА, шайбу забросил Антон Белов, Питер выходит в финал конференции.