двойное сумасшествие.

Три месяца, а может и чуть больше, прошло с моего первого дня пребывания в Аркхэме. На самом деле, трудно следить за временем, если нет ни часов, ни окон. Хотя какая мне разница? Я тут на пожизненное. Несмотря на огромное количество тупорылых шизиков, тут есть и особи более менее. У нас образовалась своя компания, в которой мы проводим свое свободное время. В ту самую компанию входят не самые хорошие личности, считая даже Клайд. Ах да, ее теперь зовут Клайд. Предводителя всей банды, Ричарда Сиониса жутко бесило имя Клоя, но не сама девушка, поэтому решено было подобрать новое. На самом деле «Клайд»* идет ей даже больше прежнего. Сионис считает Клайд игрушкой, маленькой и наивной девчонкой, которая делает его авторитет еще выше среди всей банды, играя роль девушки этого напыщенного 40-летнего мужика, но Остин не так проста, как кажется на первый взгляд, и даже в этом находит свою выгоду. Хельзингер — огромный верзила ростом в два метра. По сравнению с ним, Клайд просто маленькая мошка, но, в отличие от остальных членов банды, он не стебёт ее за рост. Он молчаливый и странный, хотя такая характеристика подойдет для всех, находящихся здесь. Аарон убил всю семью топором и мог бы быть популярным здесь, но после лоботомии он ни на что больше не способен. Его держат в этой компании просто потому, что он большой, и все его боятся. Тот мужчина, сидящий рядом с Клайд и Сионисом — Гринвуд. Он убил дюжину женщин, а после съел их на обед. Гринвуд считает Клайд еще одной потенциальной жертвой. Похотливый взгляд и слюни, которые он пускает на девушку, заставляют ее нервничать. А этот приметный парень с огненно-рыжими волосами — Джером. У него и Клайд один и тот же диагноз, но несмотря на их схожесть они ненавидят друг друга. Они оба — холерики, которым невозможно ужиться вместе в одном мире. Валеска всяким образом пытается задеть девушку, с каждым днем он находит все больше и больше причин для стёба. Он никогда никого не слушает. Он никогда не послушает ее. Сегодня все как обычно. Обеденное время. Вся компашка «нормальных» психов собралась за своим столом, дабы отведать «прекрасную» кухню. Вот только все подносы они ставят на другой конец стола, ведь есть это просто невозможно. И поэтому все достают свои вещицы, которые смогли либо своровать в лечебнице, либо выпросить у Сиониса, ведь он тут — важный человек. У Клайд — блокнот и ручка. Ей нравится сочинять стихи и напевать их под незатейливую мелодию. Это единственное, чему она отдавалась раньше полностью, но даже это у нее смогли отнять. Она зарывает свой талант в землю, даже не оглядываясь на него. У Джерома — пара резиночек. Он любит играться с ними, надевая их на пальцы. Валеска многое посвящает деталям, так сказать — наклонности перфекциониста. Все всегда должно быть идеально, поэтому резиночки, переплетающиеся с его пальцами, должны идти строго по ровной линии. У Сиониса — кроссворды. Даже странно, что он взял себе такое, он мог бы поставить тут домашний кинотеатр, но вместо этого достал себе журнал с загадками. Ричард с важным видом надевает свои очки и все обеденное время разгадывает кроссворды, иногда спрашивая у остальных ответы на неизвестные ему вопросы. У Гринвуда — кубик рубика. За все три месяца он ни разу его не собрал. Обычно он отдает его Джерому и удивляется, как же рыжий за пару минут собирает его. Валеска — тактик, поэтому какой-то кубик не представляет для него особой сложности. Каждый раз он только смеется над недоумевающим Гринвудом. У Хельзингера… А у Хельзингера ничего. Клайд порой бывает искренне жаль его, ведь за неимением ничего он пристает к участникам компании, чтобы хоть кто-нибудь поговорил с ним или поиграл. Поэтому девушка иногда играет с ним в «ладошки», на что Гринвуд и Валеска смеются, а Сионис лишь смотрит с выражением: «С тобой все нормально?» Вот только должной обыденности сегодняшнего дня помешала одна загадочная и внушительных размеров фигура, появившаяся в коридоре больницы. Охрана, бросившаяся унять незваного гостя, лишь зря на это пошла. Спустя пару минут этот мужчина уже оказался в столовой. — Я Заардоооон! Преклонитесь же передо мной! Все на секунду отвлеклись от своих дел и почтили Заардона вниманием и гробовым молчанием. — А, ясно, - без особой заинтересованности сказала Клайд, всего лишь на мгновение оторвавшись от блокнотика со стишками. После пары секунд тихого наблюдения за психом, все сразу же забыли про этого чудака, увлекшись своими более интересными занятиями. Вскоре и это им надоедает, что же делать, когда в голове так много тараканов? Джером стал издеваться над Гринвудом и Хельзингером, подкалывая их язвительными шутками и заумными словечками. Сионис же не отвлекался и продолжал разгадывать очередные кроссворды, иногда приобнимая Клайд, на что та сильно огрызалась. Клайд, опять оторвавшись от блокнота, начала грызть ручку от нехватки вдохновения и уставилась в пустую страницу. А после на полях стала рисовать виселицу, в петле которой был Валеска. Но через пару секунд в комнату прикатывается дымовая шашка с едким газом, который моментально заставляет потерять сознание всех людей, находящихся там. «Какой-то жирный урод, возомнивший о себе не пойми что, позволяет себе так поступать.» Пара секунд и мои глаза начинают слезиться. Еще пара и появляется нехватка воздуха. Вижу падающие на пол фигуры. Еще несколько и я тоже отключаюсь. Все участники банды очутились в квартире с неплохим ремонтом, панорамными окнами и большими, странными, непонятными скульптурами поодаль них. Все поголовно прикованы к непонятным сооружениям, напоминающим перевёрнутые больничные койки. По углам комнаты стоят охранники с приличным запасом патронов в кобуре и автоматами. Руки и ноги перетянуты кожаными ремнями настолько сильно, что не получается сделать ни единого движения. Никто, кроме Клайд, не пытается попробовать пошевелиться, что странно. — Что это за место? - с крайним отвращением в голосе говорит Гринвуд. — Всяко лучше Аркхэма. - смотря по сторонам, отвечает Валеска с присущей только ему хрипотой. По лестнице спускается мужчина в строгом костюме с галстуком насыщенного вишнёвого цвета, а вслед за ним идет девушка-мулатка, в латексном комбинезоне. За спиной у нее находятся пара катан, которые незамедлительно оценили Джером, Гринвуд и я. «Они класс. Интересно, а хорошо ли режут?» — Меня зовут Тео Галаван, а это моя сестра — Табита - после представления своей сестры со всех сторон послышались одобрительные выкрики, отчего глаза Клайд невольно закатились, а рот приоткрылся. — Отныне вы - «Маньяки»… — Как точно подмечено, - перебиваю его единственная девушка этой банды, но он не обращает на это внимания. — Банда лучших убийц из самых жестоких. Вы стали одними из немногих, кому посчастливилось выбраться из Аркхэма. Мистер Галаван бродил из угла в угол комнаты, рассказывая свою речь. Наверное, он представлял, что находится где-то перед большой аудиторией и пытается выдвинуть свою кандидатуру в совет. — Вы будете выполнять простые задания, делая то, что вам нравится. Убивать. «Еее, а мне нравится этот мужчина! Хоть и с фантазией плоховато… В некоторых местах… Ну всё же он ведь додумался нас высвободить?» — Все это будет оправдано - совсем скоро я стану мэром Готэма, после чего прощу вам все ваши убийства, и вы будете жить спокойно. «Ах, как я и думала, будущий мэр.» — Сейчас прошу меня простить, мне нужно идти работать. Вы можете пройти в свои комнаты и там расположиться. «Свои комнаты? Вау! Надеюсь, там будет что-то большее, чем одна кровать и тумбочка.» Яркие мечты и полёт воображения в голове Клайд прерывает Сионис: вечно он лезет туда, куда не следовало бы. — То есть я должен убивать ради твоей должности? Ну уж нет, не будь таким любопытным тот коп, я мог бы занять место мэра. Галаван лишь кивает Табите, и через пару мгновений те самые катаны оказываются в этом уроде-Ричарде. — Слава богу! - вскрикивает Остин, смотря на окровавленное тело Сиониса. На девушку устремляются взгляды сумасшедших и наших новых боссов. — Что? Он был достоин этого. После этих слов все вновь становится на свои места, ведь они согласны с Клайд. Поэтому, спустя пару секунд, на нее уже никто не пялится. Все моментально разошлись по своим комнатам. Сейчас мне нужны душ и спокойствие. Мне надоели Аркхэм и эти психи. Хи.