Кукловод

За зовом любимого сына Наш Мастер отправился в путь. На сердце из чувств мешанина, Но нет уж сомнений ничуть.

Газета. Бет с каким-то мрачным удовольствием схватила со стола яркую газетёнку, принесённую Оливером сегодня утром. «Таинственные преступления в маленьком Аахене! — гласил заголовок, старательно выведенный витым чёрным шрифтом. — Специальное расследование! Исчезновение паровоза прямо с завода!». Всю первую полосу украшал огромный рисунок паровозного завода Браншвайгеров в обрамлении дыма. — Ты только погляди, что они пишут! — возмутилась Бет, подцепляя жёлтые страницы и гневно потрясая ими в воздухе. Затем она зачитала всю первую полосу. Статья была напичкана гипотезами исчезновения паровоза, поставленного на рельсы для обката в понедельник утром, как утверждал один из корреспондентов, и немногочисленные свидетели сего ужаснейшего происшествия наперебой спорили о деталях похищения, причём версии были одна абсурдней другой. Кто-то утверждал, что это дело рук обычного хулигана, кто-то настаивал на мистической тайне. Пара свидетелей говорили, что видели Инквизитора незадолго до трагедии. Густав от комментариев отказывался. — Один из свидетелей утверждает, что в будке паровоза он видел неясный силуэт, а весь паровоз был окутан чёрной шевелящейся завесой, — с выражением зачитала Бет, глядя на смеющегося Оливера. — Никак Инквизитор решил прогуляться перед сном, — захохотал Оливер, но Мастер оставался мрачен, не вдавался в подробности истории. — Однако паровоз был возвращён на место не далее чем неделю назад. Жандармы Аахена сбились ног, разыскивая таинственного воришку, но он так и не был найден. — Бет перевернула страницу. Статья. Следом она зачитала огромную статью, всю правую колонку которой украшал рисунок Инквизитора в полный рост. Здесь она гневно нахмурила брови, дойдя до изречения о политике бургомистра, причём корреспондент утверждал, что «в нынешние времена он играет роль доктора, излечивающего смертельно больного пациента». Далее шли хвалебные оды «мудрому» правителю, и Бет едва не захлебнулась от гнева, увидев это. — Он уничтожил кучу народа, но об этом ни слова! — воскликнула она. Следом Бет прочитала ещё одну статью, посвящённую Инквизитору, в которой его, увы, не хвалили. Здесь речь шла о появлении «чудесного ангела, спасшего одного из казнимых». — «Никак всемогущий Господь услышал наши молитвы и ниспослал одного из своих ангелов, чтобы спасти наших ни в чём повинных мужей и жён от карающей руки ужасного чудовища», — зачитала Бет слова некоей впечатлительной особы. — Оливер, тебе нужно уезжать из Германии, пока сюда не явились тайные агенты Инквизитора. Здесь у жандармов нет доказательств твоей вины, но если его люди явятся сюда… — неожиданно перебил Бет Мастер. — Но Инквизитор мёртв. Ты же сам сказал, — удивился Оливер. — Да. Но Фобос и Деймос, его воспитанники, теперь наверняка у руля. Они будут продолжать его политику. Уезжай ради своего же блага. — Мастер прав, — тихо сказала Бет, откладывая газету. — Да и на работу тебе не дадут здесь устроиться. Я слышала, что на Востоке есть страна, где ты точно найдёшь себе место. Поезжай туда. — Хорошо, я уеду товарным составом, а что будете делать вы? — Я вернусь в Аахен, — сказал Мастер и, видя, что Бет собирается ехать с ним, отрезал. — Один. — Почему? Я еду с тобой, — решительно заявила Бет, но Мастер покачал головой. — Я еду один. Это наш с Графом путь. Если ничего не выйдет, я буду проклинать себя до конца дней. Тебе ни к чему видеть это. — Но Граф мне не чужой! — Но она уже поняла, что Бернд не согласится взять её с собой. — Если у меня всё получится, я вернусь за тобой. Или пошлю тебе приглашение. Я должен ехать. Граф зовёт меня.