Кукловод

В пыли и упадке былое жилище, Как будто веками никто здесь не жил. Все будто для прошлого здесь костерище, Ведь Мастер вступил наконец в новый мир.

Кондуктор. Задремавший Мастер от неожиданности дёрнулся и неловко взмахнул руками, подпрыгивая на скамейке — над ним стоял худой и тонкий мужчина в синей железнодорожной форме и пытался разбудить его, старательно встряхивая за плечо. — Поезд прибыл на конечную, господин. Не поспешите ли вы покинуть вагон? Мастер протёр слипавшиеся глаза, пытаясь сообразить, что от него хотят, и тут же его встретил неприятный сюрприз — чемодана под ногой он не чувствовал. Чемодан. Сон как рукой сняло. Мастер мигом слетел со скамейки, осматривая пол под лавкой. Его тяжёлый коричневый чемодан, к счастью, не был украден, а кто-то не очень аккуратный просто запнул его дальше. Мастер почувствовал, как холодный пот испуга сменяется жаром радости. Он полностью залез под скамью, вытащил чемодан на свет божий и, дождавшись, пока кондуктор пойдёт дальше, проверяя ряды, поскорее распахнул нутро чемодана. К счастью его и облегчению, банка с душами была цела. Крохотный бело-жёлтый сгусток беспокойно летал внутри, а стекло даже не нагрелось. На негнущихся ногах Мастер, двумя руками обнимая чемодан, вышел из вагона и направился к старой лавке. Магазин. Его кукольный магазин был разграблен. Ветер гулял по торговому залу, гоняя пыль и клочки грязи по полу, под ногами хрустели стёкла разбитых витрин, а полки, с которых он не успел убрать кукол, пустовали, нагло обчищенные грубыми руками местных воров. Касса была перевёрнута, ящик, хранивший в своих недрах разноцветные монеты, был распотрошён и вытащен, а из денег остались только несколько разодранных купюр. Мастер прошёлся по залу, с тяжёлым сердцем оглядывая разруху и хаос и пытаясь найти что-нибудь уцелевшее. Увы! Дверь в его каморку болталась на одной петле, но сама комнатка была нетронутой. Мастер скрипнул дверью, заходя внутрь и оглядывая свое унылое жилище. Ничего не изменилось за время его отсутствия. Печь была покрыта сажей, на голом остове кровати валялись ошметки того, что было некогда одеялом, матрас торчал продавленными пружинами, словно кудрявое чудовище. Огарок свечи засмолился и затвердел настолько, что можно было использовать его вместо орудия убийства, а полки ещё больше просели, впитав в себя сочащуюся по стенам воду. Доски стен сгнили, как и крыша, и теперь в них вновь светили дыры. «Тут даже, видимо, нечем было поживиться». — Мастер оглядел свою каморку, собрал с полок все валявшиеся там целые инструменты и материалы и убрал их в чемодан. Здесь больше нечего было делать. Эскизы тела Графа остались в Замке у Инквизитора — идти туда было опасно. Наверняка логово врага до сих пор было напичкано голодными тенями, а одной встречи с Инквизитором уже хватило с лихвой. Несмотря на то, что сам Инквизитор сейчас сидел в чемодане Мастера и был неопасен, Бернду подумалось, что тени могут почувствовать хозяина и устроить налёт на него. «Если мой дом не разграблен, пойду туда. Надеюсь, хоть там я смогу поработать». Дом. Старое здание его нового дома было цело и даже заперто на ключ. Мастер уверенно сунул руку в щель под крыльцом, вытаскивая оттуда ключ, и отпер дверь. В прихожей он нащупал газовый рожок и зажёг его. Следом снял своё мешковатое пальто и, прихватив чемодан, прошёл в мастерскую, даже не заглядывая в комнаты. В конце концов, времени у него не было. Оставалось всего пять дней. Он раздвинул шторы в мастерской, чихнул, оглядел покрытую пылью и паутиной комнату. На столе так и лежали недоделанные головы двух кукол, в глазнице одной из которых вольготно разместилось целое семейство пауков. Рядом лежали кисти и стеки, больше похожие на пыльные одуванчики, чем на рабочий инструмент. Краски засохли и потрескались, а кое-где выросла пушистая плесень. Стул валялся на полу, опрокинутый Мастером в творческом порыве. По полу рассыпались эскизы и ленточки, весь стол был усыпан карандашной стружкой. «Сколько же меня не было, что здесь уже целое сообщество развелось? — вздохнул Мастер. — Ладно, уборкой займусь потом. А сейчас… за работу!»