Жизнь решит за нас.

Подъехав к родному крыльцу, был удивлен, что никто не вышел встречать его. Спрыгнув с коня повел его за поводья к конюшне. И тут увидел бегущую с заднего двора в сторону крыльца девочку лет трех-четырех и что-то в ее облике привлекло внимание барона. Она была одета совсем не как деревенские дети: на ножках легкие туфли, миленькое платье и шелковые голубые ленты были вплетены в темно-русые косички. -Стой, малышка!- Владимир поймал ее, и подержав немного в воздухе поставил на ноги рядом с крыльцом. -Как тебя зовут? -Вера. - девчушка удивленно смотрела на него, распахнув огромные серые глаза, приоткрыв ротик. Эти глаза, брови, маленький носик, губки, белая нежная кожа малышки мгновенно навеяли Владимиру ощущение, что он уже видел ее раньше, вот только волосы у того ангела были цвета спелого пшеничного зерна. Ощущение, что он смотрит в лицо маленькой Ане не отпускало его. Вера. Верочка?! -А ...как зовут твою маму? -Анна. - холодок пробежал по его спине. Догадка подтвердилась. Эта малышка действительно дочь Анны. -А где сейчас твоя мама? -Она на кухне с Варей, готовят пирог с капустой. Фу-у! -А ты не любишь капусту? -Нет! -Вера, где ты? - О, этот голос он узнает из миллиона. Это может быть только она — Анна! -Вера? А?... Владимир Иванович, вы приехали? -Да, я получил письмо от Вас и незамедлительно выехал. -Что-ж. Я рада, что Вы наконец-то вспомнили о поместье. -Mama, кто это? -Это Владимир Иванович, хозяин этого дома. -Нашего дома? -Да, дочка, дома и всего, что рядом с ним. -Анна уже спустилась с крыльца и стояла совсем близко и барон жадно изучал каждый миллиметр ее лица. -И он будет жить с нами? -А это мы сейчас узнаем. Владимир Иванович, Вы надолго вернулись? -Видимо, да. И как я понимаю меня ждет много сюрпризов. - Он поднял Верочку на руки и отправился в дом, Анна пошла следом за ними. Им навстречу вышел запыхавшийся управляющий и поняв, что прибыл хозяин радостно поприветствовал его. -Распорядитесь затопить баню. И побыстрей, я устал с дороги. -Слушаюсь, барон. - и удалился на задний двор. Владимир нес девочку и разглядывал ее, а она с интересом смотрела на нежно держащего ее незнакомца. Внешнее сходство с маленькой Аней было очевидно, но что-то еще в ее облике было ему знакомо. И тут малышка улыбнулась, чуть криво, на одну сторону. Владимир остановился, как вкопанный. Сомнений не было — она его дочь! -Анна, кто отец Вашей дочери? Зачем Вы вернулись в поместье? -Я думаю, Вы уже обо всем догадались сами, Владимир Иванович. -Я хочу услышать от Вас. Верочка моя дочь? -Да.. Я не хотела прятаться от Вас, но Вы не спешили в родное поместье. Верочка росла, а надежда на Ваше возвращение таяла с каждым годом. И тогда я решилась написать Вам. Я хотела быть честной, правда хотела, Владимир. -Давайте отложим этот разговор, Владимир Иванович. Я сейчас должна вернуться на кухню, помочь Варе. -Тогда я провожу Вас до кухни. Вариной стряпни мне очень не хватало. С разговорами путь до кухни занял совсем не много времени. Варя суетилась вокруг печки, не обращая внимания на вошедших людей. - Варя, посмотри кого мы привели! - Анна была явно довольна. Варвара повернула голову и удивление застыло у неё на лице. - Владимир Иванович! Соколик Вы наш! Приехали наконец-то! - Приехал, Варя, приехал. Но если бы кто-то — он перевел взгляда на Анну — написал мне раньше — я уже давно был бы здесь. Анна взглянула на него: - Простите, сударь. Была несколько занята воспитанием Вашей дочери. Владимир посадил Веру на лавку и нежно обнял старую хозяйку кухни. - Ну теперь я точно дома, Варя. - А я-то пирог с капустой пеку. Вы ведь любите его? - Люблю, Варя. А вот некоторые — смотрит на Верочку — не любят. И чем же ты ее кормить-то будешь? - Ой, барин, и намучились же мы с ней! То не ест, другое не хочет! Ну в кого такая? - Ну, с этой юной барышней я еще поговорю. - Что это я стою-то? Вы ведь с дороги. Проголодались небось? - Я подожду до ужина, Варя. Съем, вот пирожок, да в баньку пойду. - А и правильно! С дороги баня в самый раз хороша. Владимир ушел, а Анна подумала, что случилось бы, не уехала бы она тогда? Владимир ведет себя так, словно и не уезжал из дома на 4 года. А как, если бы съездил в Петербург на пару недель. Баня стала для него настоящим спасением, дав некоторое время на обдумывание произошедшего. Теперь он отец, но его дочь все это время росла без отца. Интересно, знает ли она о нем? И что, вообще, Анна говорила её о нем? А она, неужели была все это время одна? И почему управляющий не писал о ней? Может быть они вместе? Нет! Его взгляд при встрече, тем более, когда он нес Веру на руках, ничего не выдавало его во взгляде. Ни страха, ни неприязни. Самое важное сейчас, что Анна здесь, в его доме. А значит, она не против его общения с дочерью. Вернувшись из бани и не найдя Анну ни в гостиной, ни в столовой, Владимир спросил у встреченной служанки про неё. Та-же сообщила, что Анна Петровна всегда помогает готовить на кухне. Таким образом, Владимир вновь пошел на кухню. Увиденное вновь заставило его удивится. Нежная молодая женщина, в скромном домашнем платье нарезала хлеб. И это у неё очень хорошо получалось. - Анна, что вы делаете? - Режу хлеб для ужина. - У меня в голове не укладывается. Вы и на кухне? - Что тут удивительного? Или Вы думала, что я все четыре года музицировала и книжки читала? - Нет, конечно. Но чтобы так! И неужели Ваши музыкальные пальчики еще и борщ приготовить могут? - О, об этом можете не беспокоится. Пока Варя хозяйничает на кухне, разве она допустит конкурентов? Я тут немного помогаю, так сказать оправдываю свое проживание в этом доме. -Анна..- Владимир присел на край скамьи — Вы мать моего ребенка, один лишь этот факт дает Вам право на проживание в моем доме. - О, премного благодарствую, барин! Такая щедрость с Вашей стороны! - Прекрати это! Сейчас я ужасно голоден и желаю ужинать! А Ваше положение в доме и дальнейшие обязанности мы обсудим позже в кабинете. Распорядитесь подавать ужин! Горничная пригласила к столу в момент, когда трубка была уже почти докурена и Владимир проследовал за ней. - Стол накрыт на одну персону? - Не прогневайтесь, барин, но я просто горничная. Я тут, лишь, за порядком слежу. Да и то больше при Верочке нахожусь. А на стол Анна Петровна накрывали. - Анна Петровна накрывает на стол? - Да. Но, раньше мы все ели на кухне. Вернее, Анна Петровна сначала Верочку кормила, а уж потом и сама ела. - Ладно. Сейчас я слишком голоден, чтобы это обсуждать. Передай Анне Петровне, что я жду ее после ужина в кабинете. И пусть нам туда подадут чай. - Слушаюсь, барин. Служанка удалилась и Владимир остался один за почти пустым обеденным столом. Около десяти минут Владимир ждал в библиотеке прихода Анны. Он не видел ее уже более трех часов и признаться - скучал. Принесли чай, а через пару минут в дверь робко постучали и вошла Анна. - Я уже устал ждать тебя. Почему ты так долго не шла? - Ужин закончился и я проводила Веру спать. Надеюсь, Маруся справится и мне не придется бежать наверх, укладывать ее самой. - Прости, я не подумал, что ей уже давно пора спать. И если честно, то я хотел еще раз увидеть ее перед сном. - У тебя еще будет такая возможность. Дай ей время привыкнуть к тебе. Анна присела на край дивана и взяла в руки чашку с чаем, отпив пару глотков поставила ее обратно. Владимир сел рядом, покрутив свою чашку в руках, сделал глоток и решительно отставил ее обратно. - Нет, все неправильно! - Чем Вы недовольны? - Аня, я приехал домой. Меня не было несколько лет, а тут совсем другая жизнь, со своими порядками. Жизнь без меня! И мне нужно с этим смирится, принять это.- Владимир встал, подошел к столу и налив вина в два бокала, протянул один из них Анне. - Давай выпьем, отметим мое возвращение и все изменения в нашей жизни. Анна приняла бокал из его рук. Присев рядом Владимир взял ее ладонь в свои руки. - Расскажи мне о ней. Что она знает обо мне? - Я рассказывала ей о Вас и том, что Вы были на войне. Но это было давно. Я не знала когда Вы вернетесь и не стала лишний раз напоминать ей о Вас. Хорошо, что она еще маленькая и не задает вопросы о своем происхождении и положении в обществе. Здесь ее все очень любят, она окружена заботой и вниманием. - О ее положении в обществе можете не волноваться. Она моя дочь и в этом нет сомнений! - Стала бы я возвращаться сюда, не будь я уверена в том, что именно вы отец моего ребенка! - Ты вернулась и это главное. Верочка ведь родилась здесь? - Да, я приехала, когда поняла, что находиться в театре больше не смогу, и мое состояние скоро станет заметно всем. Сергей Степанович обо всем знал. Только он и актриса Ангелина, с ней я до сих пор поддерживаю переписку. Здесь все отнеслись ко мне очень хорошо. Илья Петрович следил за моим здоровьем, а потом он и Варя помогали мне во время родов. Вино было давно допито и бокал за ненадобностью был поставлен на стол. Анна рассказывала о том, как росла дочка, о ее маленьких достижениях, и о том, какая она умница, и что иногда бывает очень упрямой. Владимир внимательно слушал ее. Сначала робко, а потом все смелее гладил ее руки, затем медленно поднес руку Анны к губам и стал покрывать поцелуями тонкие пальчики. Анна, хоть и была немного смущена и удивлена, но руку отнимать не стала, позволяя ему эти ласки. Владимир оторвался от ее ладони и внимательно посмотрев ей в глаза. Всего пару секунд, но для Анны они показались длиннее часа. "Чего он ждет? Зачем так смотрит? К чему эта нежность?" Не выдержав, он притянул ее к себе и накрыл сладкие губки требовательным поцелуем. Оторваться от нее было невозможно. Она, такая желанная и так близко. И это происходит наяву, а не в очередном мучительно страстном сне. Анна отзывалась на его поцелуи. Тонкие руки обвивали шею, плечи. Пальчики зарылись в волосах у него на затылке. Желая быть еще ближе к ней, Владимир подхватил девушку и усадил к себе на колени. Анна напряглась, но не оттолкнула го. Его руки теперь блуждали по ее телу, поглаживали мягкую грудь под тонкой тканью платья, ласкали спинку и стискивали талию. Дыхание участилось, им обоим не хватало воздуха, но оторваться друг от друга не было сил. Его рука опустилась вниз к тонким ножкам и медленно ползла вверх, поглаживая поочередно то одну, то другую изящную ножку. Платье, вместе с пеной нижних юбок давно было задрано, так что бы ничего не мешало наслаждаться нежным шелком ее кожи. И лишь почувствовав, что его рука скользнула между стройных бедер и поползла выше, к давно уже горящему от желания лону, Анна напряглась и отстранилась от него, упершись руками в мужскую грудь. - Не надо, Владимир! - Аня, я вовсе не хотел тебя обидеть. Просто ты рядом и я до сих пор не могу поверить, что все это не сон. Ты снилась мне чуть ли не каждую ночь. Я с ума сходил от желания прикоснуться к тебе. Видел тебя в незнакомках на улицах Пятигорска и даже во Франции, прекрасно понимая, что этого не может быть. Я так скучал по тебе. Анна поправила платье и встала с его колен. Владимир незамедлительно поднялся вслед за ней. Ее голова слегка кружилась от выпитого вина и нахлынувшей страсти. Корф поддержал ее за локоток. - Видимо это все из-за вина. Иначе я бы не позволила себе таких вольностей. Все произошло так неожиданно... Простите меня, Владимир Иванович, но мне лучше сейчас пойти к себе. Верочка может проснуться, а меня нет рядом. - Конечно, Анна. Только у меня к Вам есть одна просьба. Позвольте увидеть ее перед сном? Я ведь, так и не пожелал ей спокойной ночи. - Хорошо, идемте. Они вместе поднялись в старую комнату Анны. Оказалось, что она жила здесь вместе с дочерью. Владимир пообещал себе утром же заняться обустройством детской для дочери. Понаблюдав несколько минут за тихо посапывающим ангелом, он наклонился и осторожно поцеловал мягкую щечку. Прильнув губами на прощанье к руке Анны, он отправился к себе в спальню, точно понимая, что уснет теперь не скоро. В голове крутились разные мысли, от того, как сложилась бы жизнь Анны и Верочки, если бы эта упрямица решила не открывать ему правду? А если бы он погиб от того последнего ранения? Она ведь не знала, что он включил ее в завещание. А если бы вышла замуж? Анна сейчас стала еще более привлекательной, рядом с ней трудно не потерять голову. А небольшое дополнение, в качестве незаконнорожденной дочери, многих вполне бы устроило. Пожелай она и из женихов выстроилась бы очередь! И его малютку воспитывал бы чужой человек. Любовь к Анне, а теперь Корф понимал, что это именно любовь, уберегла его самого от попыток найти ей замену и жениться на какой-нибудь милой кокетке из высшего света. Что могло бы случиться тогда? Если бы однажды их пути с Анной пересеклись в Петербурге и он увидел дочь, вобравшую с себя черты их обоих. Разрешила бы Анна им общаться? И сколько моментов он упустил, не видя как родилась его девочка, не видя ее первых шагов, не слыша первых слов. Эти мысли заняли все его сознание и Корф не заметил, когда его наконец-то сморил сон.