Тайра и Рей

Под копытами коня проминался лесной мох. Капли воды с веток лиственниц падали за шиворот, лес шепотом пел и благодарил недавно прошедший дождь. Наступала ночь, и в темноте все стихало. Только влажный воздух холодил легкие и оставлял капельки в волосах... Рей ежилась, сидя на лошади позади Тайры. Та теперь повсюду брала ее с собой — Рей не отказывалась. Правда она совершенно не понимала, зачем она понадобилась ей в поездке к ярлу... О том, что может, не в полезности тут дело, она думать не хотела... На голову как будто опускался плотный и холодный мешок сырых капель и легких сквозняков, глаза переставали видеть в наступившем сумраке, и поэтому тянуло спать. Не давал заснуть совсем только холод — Рей выдергивало из дремы приступами зябкой дрожи. Но в какой-то момент все вокруг вздрогнуло, оглушило шумом ржания и удара о землю, и Рей оказалась лежащей на сырой хвое. Она не сразу смогла подняться — затекшее и отмерзшее тело не слушалось — а когда ей все же это удалось, она тут же была впечатана сильным толчком руки в ствол ближайшей лиственницы. Из глаз посыпались искры, защипал ободранный об кору висок, заболело ушибленное и едва не вывихнутое плечо... Раздавшийся за этим звук заставил ее подобраться и отбросить боль и сонливость. Это был звон стали... - Надо же, даже далеко идти не пришлось! - промурлыкал голос. - Ну здравствуй, бравая волчица! - все слова перемежались звоном, скрежетом и боевыми криками обоих бойцов, на фоне которых эти спокойные фразы звучали совершенно неуместно... - Я никогда не видела тебя... но мне хватит и одного раза. Я буду последней... И больше тебя не увидит никто! Ничего личного, уж извини!.. В ответ раздался лишь хриплый смешок Тайры... за которым тут же последовал звук падения и сдавленный гак... Скрежет пластин доспехов, глухой стук лезвия, прорезавшего толстый древесный ствол... Рей начинала различать во тьме две фигуры: сухую и поджарую, за которой порой можно было различить резкие махи длинного каджитского хвоста и другую, более массивную, но движущуюся с не меньшей скоростью... Тень в капюшоне рванулась к лиственнице под которой стояла Рей... не долго думая, она сорвалась с места и скрылась за другим стволом, и вовремя: в него врезалось маленькое острое лезвие... - О, а это у нас кто? Я и тебя убью, слышишь?.. - фраза была прервана рыком Тайры и возгласом боли. Больше членораздельных слов не звучало — с неведомой противницы была сбита ее бравада, позволявшая ей театрально бросаться ласковыми и жуткими угрозами... Кошачье шипение вспороло темноту — в один момент бойцы комком покатились по земле, и из руки одной был выбит меч, а запястье другой сломано. Из оружия остались только руки — одни в наручах и с кулаками, другие — в стальных щитках и с острейшими когтями... Комок тел перед Рей шипел и выл, скрежетал, трещал, клацал... Она вдруг увидела, как плеснули по земле светлые волосы из под смявшегося капюшона, как одна из фигур оказалась сверху, придерживая локтем сломанной руки противницу за горло... "Здоровая рука — кинжал — убийца долго не думает — горло открыто — Тайра!" Все это проскочило в мыслях Рей в долю секунды, и, кажется еще не успев додумать, она бросилась на каджитку. Ближе всего морда — усы, челюсти, зубы... ай! Сильные... Он сама не поняла, как схватила полузверя за верхнюю челюсть. Навалившись всем телом, Рей повалила ее вслед за собой на дорогу. - Куда... ты... лезешшшшь!!! - хищные кошачьи зубы скользнули по скуле. Рей инстинктивно вжала голову в плечи, каджитка вцепилась клыками ей в шею, успев прорезать кожу... Лезвие кинжала впилось в шерсть под ухом. Хрипя и булькая кровью в горле, убийца ослабила хватку, а в следующий момент Тайра откинула уже мертвое тело в сторону с упавшей Рей. Все стихло. Конь убежал, на дороге были разбросаны вещи, оружие, нелепо скорчившись, лежало тело проигравшего ассасина Темного Братства... Тяжело дыша и прихрамывая, воительница подбежала к Рей, поставила ее на ноги, схватилась за окровавленную руку с глубокими следами укуса, осмотрела ее порез на шее, чудом оказавшийся не опасным, порывисто вздохнула и крепко обняла девушку: - Жива, слава богам!.. Стиснутая в сильных руках Рей сейчас думала то же самое о Тайре. *** ...Желтые иголки на земле слегка блестели — их прихватил легкий морозец. С неба ушли тяжелые облака, открыв мелкие и редкие звезды. За деревьями замелькали огни — Фолкрит! - Эй! Вы не видели пса там на дороге?.. - стражники примолкли, оглядывая двух грязных уставших путниц, тащивших на себе сумки, измазанные в глине и крови. Тайра шагала сама, слегка припадая на одну ногу, и вела за руку Рей. - Еще пса нам не хватало! — невесело усмехнулась тан Фолкрита... *** Тайра решила не идти в свою комнату в длинном доме ярла. Она не доверяла этому молодому гуляке, а с ней была Рей... В поздний час завсегдатаи «Мертвецкого меда» уже разошлись по своим домам, трактирщица прибирала зал. Увидев их с Рей, она испугалась, изумилась, но справилась с собой и выслушав все, что велела Тайра, отправилась на кухню, указав им свободную комнату. Тайра кинула в угол сумки, закрыла дверь и начала стаскивать с себя грязную одежду. Наконец она осталась в нижней рубашке и брюках. На груди под ямочкой меж ключиц у нее расплывался огромный синяк, видный сквозь шнуровку. Осмотрев себя, она удовлетворенно хмыкнула: - Повезло. Только синяки... А вот тебя придется полечить! Со стуком открыв дверь, в комнату протиснулась трактирщица Валга, держа в руках бадью теплой воды. - Что-то еще нужно, госпожа? Надеюсь, у вас сохранилась аптекарская сумка? - спросила она, ставя бадью на пол. -Нет, ничего. Мы сейчас придем, - ответила Тайра, и Валга ушла, закрыв дверь... Тайра омыла руку Рей водой. Раны от клыков удивительным образом оказались глубже и серьезнее ран на шее... Края их воительница осторожно смазала густой мазью с резким запахом трав и смол, обложила чистыми тряпицами и перебинтовала. Настала очередь порезов на шее. - Я сама! - поспешно вызвалась Рей. Придя в зал, они сели за один из столиков у стены, и через минуту перед ними появилось одуряюще пахнущее блюдо с жаренным мясом и луком. Валга отправилась спешно готовить гостям постели. Тайра тяжело опустилась на скамью и привалилась к деревянной колонне, прикрыв глаза. Рей, изголодавшаяся от долгой дороги и пережитого шока, принялась за еду. Пока она ела, Тайра сидела неподвижно все так же дремала, похоже. Рей потрогала ее за плечо: - Может поешь? Из под коротких пушистых ресниц блеснули серые глаза. - Да, пожалуй стоит, - Тайра слегка улыбнулась, усаживаясь поближе к столу. Первый кусок она взяла с неохотой, как будто еще находясь во власти дремы или тяжких мыслей. - Тайра... - Рей села на лавку с ногами, обняв коленки. - Ведь это был убийца из братства ассасинов? - спросила она, поймав вопросительный взгляд воительницы. Та кивнула. - Кто мог заказать тебя? И... что же делать теперь, они ведь не успокоятся, пока не избавятся от тебя... - Нет, это не так, - Тайра дожевала кусок говядины. - Один контракт — один убийца, а мы избавились от него. Теперь мы в безопасности до следующего раза. А кто — да не знаю, и знание этого нам ничем не поможет. Желающих-то много, я много кому... напакостила, - она криво ухмыльнулась, - и не имеет смысла охотиться за кем-то одним, ведь если наша цель будет достигнута, то никого из них в конце-концов не останется... а еще... - она вдруг замолчала; лицо ее закаменело, на скулы пали тени, - не хочу говорить о них, не хочу пускать тьму в то место, где мы отдыхаем, но я хочу, чтобы ты знала: Темное Братство не работает в одну сторону. Они... они много чего о себе мнят, считают своим покровителем первозданный хаос. Считают себя воплощенной смертью, и конечно это отчасти просто красивые слова, но они действительно возникают между заказчиком и жертвой, как ядовитое облако, которое вдохнут оба, как взмах меча — сначала слетит голова жертвы, а затем и заказчика. В общем, - Тайра в упор взглянула в глаза своей ученице, - однозначно верно одно, они убивают обоих, и заказчика и заказанного. Так что наша работа скорее всего будет выполнена другими. Хотя... - она задумалась. - Ведь мы убили ассасина... - «Мы!» - отметила Рей. - Они знают тысячи способов убийства, - продолжала рассуждать воительница. - В том числе и отсроченного. Обычно первой умирает жертва, они не спешат убивать заказавшего сразу... Все же случится может всякое, хотя иногда они, например, травят его тут же, незаметно распылив яд замедленного действия в воздухе, или подсыпав в еду, или... ну не важно. А со мной... они уже не в первый раз встречаются со мной. Рей изумленно уставилась на воительницу. - Это уже третий, - Тайра пригубила мед из глиняной пинты и криво ухмыльнулась. - Как видишь, я до сих пор жива. Так что они не стали бы так спешить — у них есть свои неписанные правила помимо основного Кодекса. Ладно... - она вздохнула. - Там посмотрим... А знаешь чего? - М? - Рей подалась вперед. Тайра наклонилась к ней и с волчьей нежностью ткнулась лбом в ее макушку. Это было неожиданно, но очаровывало своей непосредственностью и теплотой. Губы Тайры пахли медом и хмелем. Она засмеялась, разгоняя этим смехом темную ауру ее рассказа, и произнесла: - Я уж не знаю, получится ли у нас с тобой что-нибудь... - Рей вздрогнула, по телу пробежали мурашки, а внизу живота... внизу живота что-то упруго толкнулось и затихло. И надо сказать, Рей это ввело в смятение... - ...но по-моему как союзники и напарники мы великолепны, - Тайра положила руку на плечо Рей и слегка сжала его пальцами. - Знаешь, во всех прошлых схватках с ними меня спасала удача, а в этот раз... в этот раз моя удача — это ты. Ты меня спасла сегодня! - она улыбнулась. - Спасибо тебе, маленький котенок... хотя ты скорее рысенок. Симпатичный синеглазый рысенок... Ты замечательный друг! Она снова рассмеялась и отстранилась. - Эй, а что ты такая красная!? - с деланным изумлением вдруг воскликнула воительница; Рей схватилась за щеки и спешно отвернулась. - Это... это все мед, - пробормотала она, хотя даже не пригубила свою порцию. - Ах, мед... о, подруга, да ты пьяна! - Тайра вдруг вскочила, едва не опрокинув лавку, и воспользовавшись замешательством Рей, пытавшейся на ней удержаться, подхватила девушку на руки. - Пойдем спать, м? - промурлыкала она ей на ухо. Рей изо всех сил пыталась улыбаться, хотя происходящее совсем ей не нравилось. Тайре она доверила бы свою жизнь, но... но... «Нет, не хочу, Тайра, не надо, пожалуйста!..» - ничего этого Рей не произнесла, но видимо на ее лице появилось такое растерянно-испуганное выражение, что воительница тут же опустила ее на пол и, сама растерявшись, присела рядом на корточки. - Ну ты чего?.. - ее веселость мгновенно пропала. - Рей... Рей, прости меня! Прости... слышишь? Это я с медом перебрала... - Тайра понимала, что выглядит глупо, что чем больше она оправдывается и тянется к ладоням Рей, каждый раз спохватываясь и отдергивая руки, вспоминая обещание не трогать, тем вероятнее, что Рей сейчас уйдет от нее в комнату, а может даже попросит у Валги другую, а после не согласится больше путешествовать с ней, и снова будет как сначала: опасливые взгляды, дистанция, бессонные ночи по разные стороны от очага и попытки сбежать... И Тайра не будет препятствовать. Потому что как она может уверять этого маленького бесстрашного и чистосердечного рысенка, что она в безопасности? - Прости... - Тайра замерла. Ослышалась? - Прости меня... ты обо мне так заботишься... - Рей стояла, опустив голову, кончики ее черных волос слегка подрагивали. - ...а я ничем не могу тебе отплатить... - Ничем?! - у Тайры даже сел голос от такого. - Девочка... ты мне жизнь спасла сегодня! И это ты называешь — ничем?! - Ну... ведь она бы убила тебя... а я этого не хочу... и зачем ты только меня похитила... я ведь не смогу тебе ответить взаимностью! Прости, прости меня, я никогда не смогу... - на глаза Рей наворачивались слезы, ее трясло. Тайра поднялась, осторожно обняла ее за плечи и, усадив на лавку, вручила кружку меда. Рей отпила глоток, порывисто вздохнула и махом отпила еще пол кружки... - Ой... тихо, - Тайра решительно отобрала у нее мед. Рей сидела, обхватив голову руками и раскачиваясь из стороны в сторону. - Если... если ты хочешь... - Рей запиналась, но похоже, что все же не от хмеля. - Ты можешь взять меня силой... то есть... ну, я не буду сопротивляться. Тайра моргнула. Рей сидела, обняв себя и устремив взгляд в одну точку. Молчание затягивалось. - Кажется мы с тобой обе перебрали! - наконец резюмировала Тайра. Рей медленно кивнула. - Ох, боги... - Тайра плюхнулась на лавку рядом с ней. - Ну почему этот вечер в Обливион катится? Мы ведь с тобой сегодня такого натерпелись, я хотела скорее прийти туда, где тепло и светло, согреться ... Тебя согреть. Она осторожно приобняла Рей. Та неожиданно положила голову на плечо Тайре. Тайра, недолго думая, сложила ее в аккуратный комочек и посадила к себе на колени. - Ой... почему так голова кружится? - Рей неуклюже привалилась к ней. Тайра нахмурилась. Она не была так уж сильно пьяна и отлично понимала, что именно вскружило ей голову. Но Рей же вроде выпила всего полкружки меда да не на пустой желудок... - Ты ж никогда не пила ничего крепче воды! - догадалась она внезапно. - Ничего, это сейчас пройдет... Посиди-ка спокойно, а я сейчас, - Тайра посадила девушку на лавку и удалилась куда-то за стойку. Оттуда она вернулась с лютней. - Нельзя так завершать вечер! - заявила она. Рей сначала не чувствовала в себе сил двигаться и просто сидела, глядя на Тайру. А она настраивала лютню, тихонько разговаривая с ней обо всем на свете. Наконец, удовлетворенно кивнув, она замолчала и прижала струны рукой. - Не хочется сейчас петь эти бравурные баллады о борьбе, - произнесла воительница. - Тем более что я не поддерживаю ни одну из сторон. Мы согрелись телами... Надо согреть душу и сердца теперь! Она прижала левой рукой нужные струны, а пальцами правой повела простую и теплую мелодию. Под потолком пустого зала звенели и копились звуки любимого нордами музыкального инструмента. Рей с Тайрой были одни - Валга ушла в свою комнатушку — но им было не одиноко. - Рука устала от клинка! - запела Тайра. - Я шел сюда издалека! В страну снегов и вечных льдов, я был остаться здесь готов!.. Вряд ли Скайримским богам чтобы согреться понадобилась бы песня нордки, пусть даже такой славной, а вот Рей, оказывается, именно она и была нужна. Голова яснела с каждым звуком, а вместе с ней поднималась оправившаяся от холода и испуга душа. Тайра играла и пела, Рей танцевала, они допили мед и взяли еще бочонок... Рей помнила, как Тайра подхватила-таки ее на руки и закружила по залу, а потом посадила ее себе на колено и они спели какую-то старинную грустную и отчаянную песню про любовь. Потом у нее закрывались глаза, а Тайра уносила лютню обратно к стойке. Кажется, до кровати — общей, очень широкой — ее тоже несли на руках...