Дождь

      Смотреть в прицел для него было привычным делом. Бартон делал это постоянно, даже в обыденных делах. И вот теперь, находясь на кухне, он проделывал это снова: взяв прозрачный гранённый стакан, он протёр его полотенцем и посмотрел сквозь дно.       - Что ты там высматриваешь? – послышался женский голос.       Клинт повернулся и, не отрывая взора от стакана, посмотрел на вошедшую напарницу.       - Ты уже убит, дважды, если не больше, - Нат подошла ближе.       - Ты так уверена? – с вызовом бросил Бартон.       - Я тебя засекла на позиции ещё пару минут назад, - равнодушно ответила Романофф.       - Неужели? – Клинт усмехнулся, - тогда что это у тебя на левом плече?       Наташа опустила взор на плечо, где виднелось красное пятно от кетчупа. Бартон увидел приближение боевой подруги ещё когда она подходила к дому. Взяв свой водный пистолет, заполненный кетчупом, он выстрелил и как всегда попал точно в цель. Соколиный глаз рассчитал момент для того, чтобы Наташа не поняла, что её «подбили». На выходе она столкнулась с курьером, который врезался ей как раз в левое плечо. Для агента высокого класса, как Чёрная вдова, была непростительна такая оплошность.       - Детский сад, Бартон, - с возмущением произнесла она и стала снимать кофту.       - Я всегда рад поглядеть на тебя без кофты, - в глазах мужчины заиграли чёртики.       - Стирать будешь сам, - Нат кинула в него испачканную кетчупом одежку, а сама удалилась из кухни.       - Это новая? – крикнул ей вслед Бартон, рассматривая брошенный предмет гардероба.       - Всё-то ты замечаешь, - ответила Чёрная вдова.       Клинт направился в ванную комнату, чтобы кинуть кофту в стирку. Пройдя через гостиную, где сидела Романофф с почти оголенным торсом, он остановился на мгновение и задержал свой взор на ней. Плавные изгибы женского тела со следами от ранений, полученные при выполнении заданий. Наташа сидела к нему спиной. Девушка не обращала никакого внимание на мужчину. Она с напускным интересом рассматривала какой-то журнал.       Взор Соколиного глаза скользил по телу девушки, пока не остановился в области поясницы. Слева, чуть ниже ребёр, виднелся рваный шрам. Бартон тяжело вздохнул. Эту метку на теле агента Романофф оставил он. Клинт хорошо помнил этот день, когда Фьюри вызвал его к себе и вручил толстую папку.       - Устранить, - сказал директор и больше не добавил ни слова.       Соколиный глаз изучил досье назубок. На первой странице – фотография, с которой на агента Бартона смотрела миловидная девушка. Её ярко-рыжие волосы покорили его ещё тогда. Клинт перевернул страницу и прочёл: «Наталья Алиановна Романова, 1984 года рождения, также известная как Чёрная вдова. Агент КГБ. На счету более сорока убийств». На всех остальных страницах перечислялись её задания, в ходе которых она и устранила сорок с лишним человек.       «Более сорока», - крутилось в голове Бартона, когда он летел на задание. Ему было сложно понять, как такая молодая девушка могла стольких убить. Картинки с мест показывали, что она не гнушалась никаких методов. Но, несмотря на всё, что он знал о ней, Клинт уже тогда не мог назвать её просто "цель".       Бартон прибыл в Нью-Йорк, где по последним данным находилась Чёрная вдова. Выбрав позицию на крыше, он достал лук и стрелы с крестообразными наконечниками. Он ждал, когда она появится. Соколиный глаз думал, что легко справится с заданием, но всё с самого начала пошло не так.       Погода будто была против. Небо, до того момента чистое, затянуло серыми облаками. Начался ливень, который максимально снизил видимость, хотя для зоркого глаза лучника это не являлось помехой.       Дождь не прекращался больше часа то усиливаясь, то затихая. Крышу, на которой находился мужчина, начало затапливать. Бартон засмеялся.       - Том, - промолвил он, глядя в небо, - если бы ты знал, как это символично. Снова дождь.       На миг, он опустил лук, давая рукам отдохнуть. В этот момент девушка показалась в переулке, там внизу. Клинт отлично её видел. Длинные рыжие волосы, как на фото. Он их сразу узнал. Это яркое пятно сильно выделялось среди серых зданий, серого неба и серого асфальта. Шпионка озиралась по сторонам, словно ища что-то.       Бартон натянул тетиву. Его руки были непривычно напряжены, ведь обычно стрельба из лука давалась ему легко. Но в этот день всё не так. Дождь снова усилился, и девушка натянула капюшон.       Соколиный глаз следил за шпионкой через прицел, не упуская из вида. Он видел каждую мельчайшую деталь, каждое движение и должен был уже выстрелить. Отличный момент – никого рядом. Но Бартон медлил. Романова посмотрела наверх, прямо туда, где стоял агент. Зелёные глаза устремились на него. Секунда - и она побежала. Клинт засомневался. Было что-то в её глазах, что заставило Бартона передумать и ослушаться приказа.       «Устранить», - раздался голос Фьюри в ушах.       Клинт встряхнул головой. Он и раньше устранял опасных преступников и шпионов, но сейчас не смог. В последний момент он сменил прицел и выстрелил в бок. Стрела прошла насквозь. Девушка скорчилась от боли и, оставляя кровавый след, поползла в укрытие. Тем временем агент спустился по тросу вниз и направился к ней. Что он сделал? Что будет делать? Как объяснит произошедшее Фьюри? Сейчас Соколиный глаз думал лишь о том, чтобы не дать девушке умереть.       Романова сидела за дверью. Она знала, что стрелок придёт за ней, и была наготове. Её волновало лишь одно: почему он не убил её сразу? Прижавшись к стене, Наташа держала одной рукой пистолет, а другой зажала рану. Боль была адская, но, скрипя зубами, девушка терпела. Стрела торчала из её тела, которое в этот момент представлялось ей куском мяса. Крестообразный наконечник выходил из под рёбер, отчего каждый вздох давался с трудом. Шпионка истекала кровью.       Из-за сильного шума дождя, она не услышала приближение врага и, когда он показался в дверях, едва успела нажать на курок. Пистолет дал осечку. Она не успела нажать ещё раз. Бартон быстро выхватил пистолет, который был направлен на него, а затем аккуратно снял наконечник со стрелы и вынул её. После он наложил повязку, взял девушку на руки и потащил в больницу.       От бессилия Наташа не сопротивлялась. Она потеряла много крови к тому моменту. Кроме того, девушка была удивлена таким поворотом событий не меньше Бартона, а вскоре и вовсе потеряла сознание. Пришла в себя шпионка уже в больнице. Лёжа на койке, вся в каких-то трубках, Романова осмотрелась по сторонам. Бартон сидел рядом, не то сторожа её, чтобы не сбежала, не то из любопытства, что же с ней будет дальше. Барабанная дробь дождя сменялась писком медицинских машин.       - Лук? – Охрипшим голосом произнесла девушка, - кто в наши дни пользуется таким доисторическим оружием? Ты родился в эпоху динозавров? - Наташа приглушённо засмеялась, но каждый смешок отдавался болью.       - В эпоху тамплиеров, - отшутился Клинт.       - Отдашь под суд? Лучше сразу пристрели, проще будет, - девушка замолчала.       - У меня другие планы. Исправишься и будешь работать на нас, - Бартон не сводил с неё глаз.       - Вас? – Она удивлённо приподняла брови.       Бартон ничего не ответил. Наташу распирало от любопытства. Кто же он, этот таинственный незнакомец, что подстрелил её, а затем спас? О какой организации идёт речь? Работая на КГБ, Романова слышала о существовании самых разных тайных организаций США, так о какой говорил он? А ещё она не могла прекратить смотреть в его глаза, серые и бездонные. Так и заснула. Девушка не стала ничего спрашивать. Их учили выяснять всё другим путём, и шпионка молчала.       Фьюри пришёл в ярость, узнав о срыве операции, но в итоге принял идею Бартона о перевоспитании и втором шансе. Шпионка КГБ Романова стала ценным агентом Щ.И.Т. и сменила свою фамилию на американский манер. Отныне она – агент Романофф, а бывшие враги - теперь напарники и друзья. Ни он, ни она не могли себе это представить. Наташа первое время думала как бы отомстить за простреленный бок, но когда в ходе одной операции Бартон спас её, а потом и она его, девушка отказалась от этой мысли.       И вот они в одной квартире, собираются ужинать после ещё одного удачно выполненного задания.       Клинт кинул кофту в стиральную машинку и направился обратно на кухню. По пути он столкнулся с Нат, которая натянула на себя его футболку.       - Какой хозяйственный, - ехидно подметила она, - может, ты и ужин сам приготовишь? До жути надоела ресторанная еда.       - Может, и приготовлю, - Бартон улыбнулся.