Гений под маской

«Смотреть в глаза смерти страшно. Но еще страшнее смотреть в глаза тому, кто только что разорвал саму смерть на куски ради того, чтобы ты просто открыл глаза»

Звуки реального мира — истошный крик Какаши, хриплый вздох Саске, свист ветра — слились в один глухой, отдаляющийся гул. Боль, разрывающая грудную клетку, на мгновение стала настолько невыносимой, что сознание Наруто просто отключило нервные окончания, выбросив его разум в спасительную темноту. Падение длилось долю секунды. Наруто открыл глаза. Привычного серого тумана Страны Волн больше не было. Воздух здесь был тяжелым, спёртым, вибрирующим от напряжения. Он пах старой ржавчиной, озоном и засохшей кровью. Мальчик стоял по щиколотку в воде, но вода эта больше не была прозрачной, как раньше. Она была густой, теплой и темно-красной, медленно закручиваясь в воронки вокруг его сандалии. Несмотря на то, что это было лишь подсознание, Наруто физически ощущал фантомную рану. Его левая рука безвольно висела, а в груди зияла пульсирующая, ледяная пустота — там, где в реальности сейчас торчала холодная сталь Кубикирибочо. Впереди, за исполинскими, уходящими во тьму бронзовыми прутьями клетки, сгустился мрак. Из этой тьмы медленно, сопровождаемая тяжёлым утробным рычанием, от которого вибрировала сама вода, вынырнул рыжий мех. Огромный, размером с гору, Девятихвостый Лис подошел к решетке. Каждое его движение источало первобытную мощь. Его кроваво-красные глаза с суженными вертикальными зрачками вспыхнули во мраке, как два адских котла, уставившись на своего крошечного тюремщика. — Какая ирония, — низкий, рокочущий голос Девятихвостого ударил по ушам Наруто физической волной, заставив красную воду пойти рябью. — Я думал, ты придешь ко мне умолять о силе, когда окажешься раздавлен сильным врагом. Но ты… ты просто бросился грудью на кусок железа, как безмозглая, послушная собака. Лис опустил массивную морду ближе к прутьям. Из его пасти вырвался горячий пар, пахнущий серой. — И ради чего? Ради мальчишки из клана проклятых Учих? Твое тело умирает, Узумаки. Я чувствую, как твое сердце бьется всё реже. Твоя кровь вытекает на землю. Лис оскалился, обнажая ряды клыков, каждый из которых был размером с башню Хокаге. В его голосе зазвучало жестокое, предвкушающее торжество. — Ты сдохнешь, а я наконец-то освобожусь от этой печати. Правда, перед этим мне придется развоплотиться и поспать пару десятков лет в пустоте, пока моя чакра не соберется вновь. Но для меня, живущего тысячелетия, это лишь миг. А ты… ты просто исчезнешь, кусок мяса. Наруто не дрогнул. Обычный ребенок упал бы на колени, начал бы плакать, кричать о несправедливости или умолять спасти ему жизнь. Но разум аналитика Полигона №0, выкованный в темноте подземелий Шисуи, работал с ледяной, математической точностью даже на пороге смерти. Узумаки медленно поднял голову. Он сделал тяжелый шаг вперед, подходя вплотную к решетке. Синие глаза мальчика встретились с пылающими котлами Лиса. В них не было ни капли страха, лишь абсолютный, пугающий прагматизм. — Я не умер ради него, Лис, — голос Наруто прозвучал тихо, но он не затерялся на фоне рычания демона. — Я купил его глаза. Это была инвестиция. И она окупилась. Зрачки Лиса едва заметно дрогнули от удивления. Он не ожидал такой холодной расчетливости. — А что касается моей смерти… — Наруто криво усмехнулся, хотя уголок его губ дрогнул от фантомной боли в груди. — Ты лжешь самому себе. Ты ненавидишь пустоту. Десятки лет сенсорной депривации. Ни звуков, ни запахов, ни возможности разорвать кого-то на куски. Просто плавание в небытии, пока твоя энергия не соберется снова. Тебе будет скучно, Демон. До зубовного скрежета. Блондин поднял правую, здоровую руку и указал на печать на животе Лиса, которая мерцала в темноте. — Я пришел сюда не умолять. Я пришел предложить сделку. Лис утробно зарычал, выпустив облако пара. — Сделку? Что может предложить мне труп? — Развлечение, — отрезал Наруто. — Залечи дыру в моей груди. Прямо сейчас. Заставь мои кости срастись, а кровь — вернуться в вены. Ты можешь это сделать, я знаю, на что способна твоя регенерация. А взамен… Наруто сделал паузу. Его губы медленно растянулись в хищной, темной улыбке, которая была куда больше к лицу древнему демону, чем двенадцатилетнему ребенку. — Взамен я приоткрою дверь. Я сниму ментальный блок со своих каналов и не буду сопротивляться. Там, снаружи, стоит мечник с огромным тесаком. Он уверен, что он хищник, а мы — его добыча. Залечи меня, Девятихвостый, и я позволю твоей чакре выйти наружу. Я дам тебе поиграть. Свободная охота. Настоящая кровь. Настоящая боль врага. Как давно ты чувствовал вкус ломающихся чужих костей? В камере повисла тяжелая, вибрирующая тишина. Вода перестала капать. Лис смотрел на этого маленького, сломанного человека. И впервые за двенадцать лет Девятихвостый не видел перед собой жалкую плачущую тюрьму. Он видел монстра. Прагматичного жестокого ребенка, который хладнокровно торговал собственной жизнью и смертью, чтобы сломать психику сокомандника, а теперь натравливал демона как цепного пса на своего врага. Девятихвостый издал низкий звук, похожий на скрежет сталкивающихся тектонических плит. Это был смех. Искренний жуткий смех древнего чудовища. — Ты сумасшедший, насквозь прогнивший ублюдок, Узумаки Наруто, — пророкотал Девятихвостый. Его колоссальная чакра вспыхнула, окрашивая всё подсознание в ядовито-алый цвет. — Мне нравится твоя тьма. Открывай свою дверь, сопляк. Посмотрим, сколько твои вены выдержат моей силы. Красная вода под ногами Наруто внезапно вскипела. Густая, обжигающая чакра Лиса ударила сквозь прутья клетки, словно цунами. Она окутала фигуру мальчика плотным, бурлящим коконом. Наруто откинул голову назад, беззвучно закричав. Это не было теплым исцелением. Демоническая чакра вливалась в его каналы, как расплавленный свинец. Она сжигала боль, заменяя её чистой, первобытной яростью, агрессивно сшивая разорванные мышцы и нервы. Сделка была заключена. Демон Тумана должен был узнать, что бывает, когда пытаешься убить того, кто уже мертв внутри.

***

Реальный мир ворвался в сознание Саске симфонией боли и кристальной, пугающей чёткость. Два черных томоэ бешено вращались в залитых кровью глазах Учихи. Туман больше не был для него помехой. Он видел, как пульсирует чакра в теле Забузы, как сжимаются мышцы наемника перед каждым движением. Издав дикий, срывающийся крик, в котором не осталось ничего человеческого, Саске бросился вперед. В его руках блеснули кунаи. Он двигался быстрее, чем когда-либо в своей жизни. Шаринган просчитывал траектории, углы атаки и слепые зоны противника за доли секунды. Саске обрушил на безоружного Демона Тумана град ударов, целясь в горло, в глаза, в суставы. Но жестокая реальность заключалась в том, что идеальное зрение — это еще не всё. Забуза, даже лишенный своего гигантского меча, оставался элитным джонином-убийцей. Он уклонялся от ударов обезумевшего генина с ленивой, пугающей грацией. Мозг Саске видел каждое движение врага, но его двенадцатилетнее тело просто не успевало реагировать с нужной скоростью. — Хорошие глазки, паршивец. Тот сопляк сдох не зря, — холодно бросил Забуза. Момочи перехватил запястье Саске, с хрустом выкручивая его, и нанес сокрушительный удар коленом прямо в живот Учихи. Саске захрипел, выплевывая сгусток крови, и отлетел на несколько метров, тяжело рухнув во влажный папоротник. Какаши попытался рвануться вперед, судорожно стягивая протектор со своего Шарингана. Ледяной шок от того, что он не успел, что он снова позволил члену своей команды умереть прямо у него на глазах, ударил по застарелому ПТСР и на долю секунды парализовал опытного джонина не хуже самого сильного яда. Забуза медленно, вразвалочку подошел к дубу, в который был намертво всажен Обезглавливатель. Тело Наруто всё еще висело на широком лезвии, неестественно свесив голову. Кровь блондина залила металл, капая на корни дерева. — Поиграли и хватит, — процедил наемник, протягивая перебинтованную руку к рукояти своего меча. — Пора заканчивать эту миссию. Но пальцы Забузы так и не коснулись рукояти. Тяжелый, монолитный клинок Кубикирибочо внезапно мелко задрожал. Вибрация передалась по стволу векового дуба, заставив сухие листья посыпаться на землю. Температура воздуха на поляне начала стремительно, неестественно расти. Серый, холодный туман вокруг дерева вдруг начал окрашиваться в грязно-багровые тона. Саске, приподнявшись на локтях, посмотрел на Наруто своим Шаринганом, и его сердце пропустило удар от животного, парализующего ужаса. Густая темная кровь Наруто, обильно покрывавшая лезвие меча, внезапно… закипела. Она начала пузыриться, испаряясь и превращаясь в плотный, ядовито-красный пар, который с шипением втягивался обратно в разорванную рану на груди мальчика. — Что за чертовщина… — Забуза инстинктивно отступил на шаг, его глаза расширились. Воздух наполнился тошнотворным, влажным хрустом и чавканьем. Красная, бурлящая энергия плотным коконом окутала пробитую грудную клетку Наруто. Саске сквозь Шаринган видел нечто невообразимое: эта чудовищная, злая чакра работала как раскаленные иглы, агрессивно, с невероятной жестокостью сшивая разорванные мышцы, восстанавливая сосуды и буквально спаивая сломанные кости. ХРУСТЬ. ЩЕЛК. Ключица Наруто с громким звуком встала на место. — Невозможно… — прошептал Какаши. Его единственный глаз в ужасе уставился на красное марево. Он узнал эту чакру. Чакру, которая двенадцать лет назад чуть не стерла Коноху с лица земли. Печать дала трещину. Пальцы Наруто, до этого безвольно висевшие вдоль тела, внезапно дрогнули. Сжались в кулаки. Блондин медленно, рывком поднял голову. Все эти недели Саске пытался разгадать, что за человек скрывается за нелепыми выходками. Теперь он видел это своими глазами. Настоящий гений под маской идиота окончательно сбросил свои человеческие оковы, уступив место чистому, первобытному разрушению. Глаза Наруто распахнулись. В них больше не было небесной синевы. Радужка горела кроваво-алым цветом, а зрачки сузились в тонкие, хищные вертикальные щели. С его клыков, которые заметно удлинились, сорвалось низкое, вибрирующее рычание. Узумаки поднял руки, обхватил холодную сталь гигантского лезвия, торчащего в его груди, и с глухим рыком просто потянул себя вперед. Металл со скрежетом скользнул по его ребрам, выходя из тела. Рана, освобожденная от стали, мгновенно затянулась красным, шипящим паром, не оставив даже шрама — лишь дыру на пропитанной кровью куртке. Наруто тяжело приземлился на ноги. Земля под его сандалиями мгновенно почернела и пошла трещинами от давления его ауры. Плотный, обжигающий покров демонической чакры с одним хвостом сформировался вокруг его тела, развеивая туман Забузы в радиусе десяти метров чистой ударной волной. Демон Тумана встретился взглядом с пылающими, алыми глазами зверя. И впервые за долгие годы профессиональный убийца почувствовал, как по его позвоночнику стекает ледяная капля пота. Сделка вступила в силу. Девятихвостый вышел на охоту. Лес замер. Даже ветер, казалось, боялся нарушить звенящую, пропитанную первобытным ужасом тишину. Забуза Момочи, ветеран Кровавого Тумана, переживший десятки смертельных схваток, инстинктивно отпрыгнул назад, выдернув Кубикирибочо из ствола дуба. Он выставил гигантское лезвие перед собой, как щит. Его разум отказывался верить в происходящее: мальчишка, чье сердце должно было остановиться минуту назад, стоял перед ним, окутанный кипящим, физически осязаемым покровом из красной чакры. За его спиной яростно хлестал по земле один энергетический хвост, выжигая траву. В голове Наруто раздался оглушительный, вибрирующий от предвкушения рокот Девятихвостого: — «Слишком долго я спал в этой проклятой клетке. Давай, сопляк! Покажи мне, как ломаются его кости! Я хочу слышать, как он скулит!» Воздух разорвался с оглушительным хлопком. Наруто исчез. Это не была скорость обычного шиноби. Красная молния прошила пространство, оставив после себя лишь запах жженого озона и дымящуюся борозду на земле. В ту же долю секунды Забуза почувствовал, как на него обрушилась чудовищная сила. Он едва успел подставить плоскую сторону своего меча. Когтистая лапа Наруто, закованная в концентрированную демоническую чакру, с жутким скрежетом вонзилась прямо в монолитную сталь. ДЗЗЗЫНЬ! Легендарный Обезглавливатель — меч, способный перерубить коня пополам — со стоном выгнулся дугой. Когти прошили металл насквозь. Второй удар Узумаки пришелся прямо по изогнутому лезвию, отбрасывая Забузу на десяток метров. Наемник пробил спиной два толстых дерева и тяжело рухнул в грязь, задыхаясь. — «Слабак! Он даже не видит твоих движений! — ревел Курама, чья чакра всё глубже проникала в вены мальчика, требуя расправы. — Вырви ему глотку! Заставь его жрать собственную кровь!» Наруто не дал врагу опомниться. Он двигался как дикий зверь, опускаясь на все четыре конечности. Но глубоко внутри этого багрового, кровавого кошмара разум аналитика Полигона №0 оставался кристально чистым. Наруто идеально сочетал первобытную, садистскую мощь Девятихвостого со своей отточенной базой тайдзюцу. Он не просто бил — он загонял жертву в математически выверенную мясорубку. Красная тень снова нависла над наемником. Забуза, сплевывая вязкую кровь, с отчаянием обреченного взмахнул мечом по широкой дуге, целясь в шею монстру. Наруто даже не попытался уклониться. Он просто выставил вперед левую руку и поймал лезвие голой ладонью. Острая сталь со скрежетом врезалась в покров, высекая искры, но не смогла пробить плотную чакру. Наруто медленно, издевательски повернул голову. Его красные глаза с вертикальными зрачками впились в Забузу. Губы растянулись в жутком оскале, обнажая удлинившиеся клыки. Свободной рукой он нанес короткий, молниеносный удар снизу вверх. Когти Девятихвостого с влажным хрустом вспороли грудную клетку джонина сквозь плотный жилет. — А-а-а-гх! — Забуза зашелся кровавым кашлем. Алая дугообразная струя брызнула изо рта наемника, заливая лицо и куртку Наруто. «Да! Больше крови! — маниакально хохотал Лис в подсознании. — Сломай ему ребра! Разорви его легкие! Пусть он захлебнется!» Следуя приказу своей собственной жестокости и голосу демона, Наруто сжал пальцы внутри раны врага и с чудовищной силой рванул на себя. ХРУСТЬ. Ребра Забузы сломались с тошнотворным звуком, пробивая легкое. Осколки костей брызнули наружу вместе с ошметками плоти. Наемник обмяк, его пальцы разжались, выпустив рукоять меча. Наруто тут же перехватил его за окровавленное горло, вздернул в воздух, словно тряпичную куклу, и с размаху впечатал в землю. Грунт взорвался кратером. Во все стороны полетели куски грязи и крови. Забуза лежал на дне воронки, превратившись в изломанный, захлебывающийся собственной кровью кусок мяса. Саске смотрел на эту бойню не отрываясь. Его Шаринган фиксировал каждую каплю крови, каждый вырванный кусок плоти. То, что он видел, сводило с ума. Гений клана Учиха чувствовал себя ничтожеством на фоне этой подавляющей, абсолютной, больной жестокости. Какаши, наконец, сбросил с себя оцепенение. Он рывком поднял протектор, полностью обнажая свой Шаринган. В его руке с оглушительным щебетанием тысячи птиц начала концентрироваться бело-голубая молния. Райкири. «Я должен его остановить, — в панике подумал Хатаке, чувствуя, как чакра Девятихвостого становится всё плотнее и токсичнее. — Печать прорвана. Он убьет нас всех!» Наруто занес когтистую, капающую чужой кровью руку над лицом Забузы, готовясь раздавить его череп, как спелую ягоду. «РАЗДАВИ ЕГО! ПРИКОНЧИ ЭТОТ МУСОР!» — в экстазе ревел Курама. Но удара не последовало. Вжик. Вжик. Два тонких серебряных росчерка прорезали воздух. Две стальные иглы-сенбона с хирургической точностью вонзились прямо в акупунктурные точки на толстой шее Забузы. Тело Момочи конвульсивно дернулось и безвольно обмякло под руками блондина. Пульс остановился. На ветку ближайшего дерева, словно прилетевший лист, опустилась легкая фигура. Невысокий шиноби в маске специального отряда Охотников-Ниндзя Скрытого Тумана. Красные глаза Наруто мгновенно сфокусировались на новоприбывшем. Когтистая лапа замерла в воздухе. «Кто это?! Еще один кусок мяса?! — взревел Девятихвостый, недовольный тем, что его жертву украли. — Убей его тоже! Разрежь их обоих!» «Заткнись, животное», — ледяным тоном мысленно отрезал Наруто, силой воли подавляя бушующую ярость Лиса. «Идеальное подавление чакры. Использование сенбонов для имитации смерти. Угроза класса B. Союзник цели. Вмешиваться нецелесообразно». — Благодарю вас, — голос в маске прозвучал мягко и безмятежно, жутко контрастируя с разорванным лесом и залитым кровью монстром внизу. — Я долго выслеживал Забузу Момочи. Ваша атака дала мне шанс нанести решающий удар. Охотник плавно спрыгнул с ветки. Какаши, держа Райкири наготове, напрягся, готовый в любую секунду ударить, если Наруто бросится на нового врага. Но тот не двинулся. Покров Девятихвостого угрожающе зашипел, хвост нервно и злобно хлестнул по земле, разбрызгивая кровь Забузы, но мальчик остался на месте. Охотник из Скрытого Тумана без лишних движений поднял обмякшее, изувеченное тело наемника на плечо. — Я заберу его тело для утилизации, как того требуют правила моей деревни. Прощайте, — произнес фальшивый АНБУ. Вокруг него закружился вихрь из сухих листьев и тумана. В следующее мгновение оба шиноби растворились в воздухе. Цель исчезла. Поляна погрузилась в тяжелую, звенящую тишину, нарушаемую лишь треском искрящейся в руке Какаши молнии и тяжелым, звериным дыханием Узумаки, с когтей которого капала на землю свежая кровь. Враг исчез. Наруто стоял посреди перепаханной, залитой кровью земли. Когти на его руках медленно втягивались обратно, оставляя после себя лишь измазанные в чужой плоти пальцы. «Хватит, — ледяной приказ Наруто эхом разнесся по внутреннему миру, и тяжелые бронзовые врата клетки с оглушительным лязгом захлопнулись перед самой мордой беснующегося Лиса. — Твое время вышло». Плотный, обжигающий покров демонической чакры пошел рябью и с громким шипением рассеялся в воздухе, словно пар над остывающим металлом. Вертикальные зрачки блондина расширились, уступая место привычной, но сейчас совершенно потухшей синеве. Мгновенная регенерация разорванной грудной клетки и использование токсичной энергии Девятихвостого не проходили бесследно. Как только адреналин и чакра демона покинули его кровеносную систему, на тело Наруто обрушилась колоссальная, сокрушительная слабость. Его колени подогнулись, и он, не издав ни звука, начал заваливаться на спину. Саске сорвался с места. Превозмогая дикую боль в отбитых ребрах, Учиха бросился вперед, скользя по влажной траве, и успел подхватить падающего блондина за плечи у самой земли. Саске опустился на колени, тяжело дыша. На его руках лежал мальчишка, чью смерть он оплакивал всего несколько минут назад. Он опустил взгляд на грудь Наруто. Оранжевая куртка была насквозь пропитана густой, липкой кровью, в ткани зияла широкая дыра от меча… но сквозь эту дыру Саске видел абсолютно целую, гладкую, бледную кожу без единой царапины. Два черных томоэ в кроваво-красных глазах Саске вращались всё медленнее. Эмоциональные качели — от первобытного ужаса потери до потрясения перед демонической мощью — полностью выжгли его нервную систему. Химический импульс, пробудивший геном, иссяк. Алый свет в глазах Учихи моргнул и потух, сменившись привычным цветом оникса. Саске прижал к себе бессознательного Наруто, утыкаясь лбом в его окровавленное плечо. Его колотило от физического и морального истощения. Он ненавидел этого придурка. Он до дрожи боялся того монстра, который только что вырвался из него. Но прямо сейчас, чувствуя ровное, спокойное биение сердца под целыми ребрами блондина, Саске испытал лишь одно — всепоглощающее, жгучее облегчение. Позади них тяжело, со свистом выдохнул Какаши. Его Райкири рассеялось жалкой горсткой искр, и джонин тяжело опустился на одно колено. Адреналин, поддерживавший его в этой безумной гонке со смертью, стремительно испарялся. Чудовищное истощение от длительного использования Шарингана и ледяной психологический шок навалились на него бетонной плитой. Дрожащей рукой Хатаке натянул протектор на левый глаз, отрезая отток чакры. Он чувствовал себя так, словно его пропустили через мясорубку. Печать дала трещину. Его ученик только что продемонстрировал силу, способную уничтожить их всех. Стиснув зубы до скрипка, он впился ногтями в ладони, заставляя себя оставаться в сознании. Как их сенсей он не имел права отключаться. Враг мог вернуться в любую секунду, а его команда была полностью обесточена. — Сакура… — хрипло, через силу скомандовал джонин, с трудом поднимаясь на ноги и опираясь на ствол дерева. — Помоги Саске. Осмотри Наруто. Тазуна-сан… нам нужно немедленно укрыться в вашем доме. Сакура с пронзительным, полным слез криком бросилась к мальчишкам. Внешне она была воплощением перепуганной гражданской девочки: падала на колени, всхлипывала и дрожащими руками хваталась за куртку Саске. Но глубоко внутри её разум, натренированный в подземельях Синдиката, работал безупречно. «Жизненно важные органы командира стабильны. Джонин Хатаке на пределе истощения, но сохраняет боеспособность. Требуется эвакуация в безопасный периметр». В нескольких километрах от поляны боя в непроглядной тени высоких сосен, стояла неподвижная фигура. Капитан Призраков, зачистивших конвой Гато, стоял на толстой ветке, сложив руки на груди. Его кроваво-красные глаза с тремя томоэ бесстрастно смотрели в сторону южного побережья. Всего несколько минут назад по лесу прокатилась удушающая, злобная волна чакры, от которой птицы замертво падали с веток. Призрак не шелохнулся, когда его бойцы беззвучно появились на соседних ветвях, ожидая приказа. «Сценарий «Мертвая вода» реализован в критической фазе, — холодно анализировал Капитан. — Командир Узумаки задействовал Абсолютный Козырь. Геном объекта «Саске» успешно активирован ценой искусственного пробоя печати джинчурики. Беспрецедентный риск. И безупречный результат». Капитан медленно повернул голову к одному из своих оперативников. — Цель устранила элиту наемников Гато, но получила критический откат, — его голос звучал как шелест сухой листвы. — Официальный эскорт Листа недееспособен. Узумаки уязвим. Развернуть теневой периметр вокруг дома мостостроителя. Контролировать каждый метр. Любого, кто приблизится к дому без протектора Конохи — вырезать без предупреждения. Призраки синхронно кивнули, не издав ни звука. — Подготовьте ястреба, — добавил Капитан, доставая из подсумка микросвиток. — Лорд Шисуи должен знать, что Страна Волн переходит под контроль Синдиката, а Учиха Саске сделал свой первый шаг во тьму. Четыре тени мгновенно растворились в листве. Синдикат начал стягивать свои невидимые, кровавые нити вокруг Страны Волн, надежно оберегая сон того, кто запустил этот механизм.