Её дневник

Коробки и пустая комната. Пустая комната и коробки. Я съехала от Поттеров, и каждый день моей новой жизни начинается с этого. Когда-то у меня было все, и это все было важным. Дом, семья, друзья, карьера — я словно коллекционировала атрибуты успешности, собирала их по одному, чтобы не разочаровывать никого и в первую очередь — себя. А потом начала терять. Сперва по крупице: с друзьями виделась все реже, Рона любила все меньше. И вдруг оказалась здесь, в скромном домишке неподалеку от Косого переулка, совершенно потерянная и не понимающая, куда идти дальше. Дом, если честно, отличный. Зря я наговариваю. Небольшой, зато в новом районе, спокойном и благопристойном, порой даже чересчур. Здесь живут молодые семьи волшебников, и ничто не тревожит их размеренное существование: темные маги сюда не заглядывают, а от маглов надежно защищают чары. Идеальное место для семьи. Вот и съехалась сюда вся молодая поросль магического Лондона. Я лишняя на этом празднике жизни. Соседи сразу узнали меня, в лицо приветливо здоровались, но за спиной шептались. Вероятно, поняли, что к чему. Если бы не хорошая стоимость аренды и не абсолютная тишина по ночам, я бы давно съехала отсюда. Места здесь изначально было мало, особенно для большой семьи, а мне — в самый раз. Хозяин дома никогда здесь не жил. «Купил, чтобы сдавать», — сказал он при первой и единственной встрече со мной. Я сразу понравилась ему — одинокая девушка с рыжим котом, спящим на руках. Живоглот, к слову, сам нашел меня у Поттеров. В той истерике я совсем забыла о нем, зато он не забыл про меня, немало напугав нас за ужином душераздирающим воплем. Я до сих пор не понимаю, как он пробежал десятки километров по Лондону. Все важное из прошлой жизни я решила оставить Рону. С собой взяла только самое необходимое, пару безделушек из сувенирных лавок и… боль. Если бы кто-нибудь спросил меня: «Что ты знаешь о боли?». Я бы ответила: «Всё». Я знаю каждый оттенок этого ощущения. И пытаться жить с ним — все равно что делать себе операцию без наркоза. Огневиски мог бы притупить эти ощущения, но становиться алкоголичкой вдобавок ко всему как-то не хочется, поэтому я пребываю в чистом сознании, а это невыносимо. Благо, затишье в Министерстве постепенно сошло на нет: наконец-то работа откровенно имеет меня, как может, и я не успеваю думать ни о чем. Даже о собственной боли. Коллеги и друзья были в курсе моей ситуации в первую же неделю. Не знаю, кто успел проболтаться им, — Рон наверное. Они смотрят на меня сочувственными взглядами и всячески избегают неудобных тем в разговорах, хотя некоторые экземпляры пытаются подбодрить избитыми фразами, которые я усиленно пропускаю мимо ушей. Должно быть, все думают, что на пару с котом мне не остается ничего иного, как превратиться в одинокую старую деву. Надо обдумать на досуге этот вариант. Родителям я рассказала обо всем не сразу. О разводе вообще сложно говорить, особенно близким: кажется, что во время такого разговора ты режешь по живому не только себя. Они пытались вразумить меня, всерьез полагая, что измена не достаточный повод для расставания. Потом махнули рукой — так между нами пролегло непонимание. Я стала плохо спать. Бессонница незаметно, почти подло прокралась в мои ночи, и нам с ней пришлось подружиться. Я исправно пью свой успокаивающий чай, рецепт которого разработала еще в Хогвартсе, но все равно засыпаю под утро. Мне часто снятся тучи, черные-черные, угрожающе плывущие ко мне. Я бегу от них по широкой пустоши, выбиваясь из сил; тучи со свистом несутся за мной, выпуская грузные темные столбы. Я бросаю в них вспышки заклинаний, но в каждом сне палочка выскальзывает из рук, а за ней падаю и я. Лежу на сухой выжженной земле — тучи нависают надо мной все ближе — я пытаюсь кричать, но не могу. И от этого просыпаюсь либо проваливаюсь в другой кошмар. А еще в мой тусклый театр вернулся персонаж со странным именем Драко Малфой. Вернулся совершенно неожиданно и весьма экзотическим способом. За тот министерский прием я укорила себя уже сотни раз, и все равно решила пойти к нему на ужин. Меня трясет. Я не знаю, чего ждать от завтрашнего вечера, но жду с предвкушением. Мне кажется, Малфой хорошо вписался бы в мою новую ненормальную жизнь. У нас не было бы любви, планов на будущее — только отчаянное и прекрасное сумасшествие, которое бальзамом пролилось бы на мою исцарапанную душу. Интуитивно я чувствую, что связь с Малфоем опасна, хотя пока не понимаю, чем.