Её дневник

Неделя началась с развалившегося на моем диване Рона, и это не предвещало ничего хорошего. При виде его полуголого тела, едва прикрытого простыней, я почувствовала приступ тошноты и осталась без завтрака. Пришлось довольствоваться лишь крепким кофе, сваренным наспех. Стараясь двигаться бесшумно, я собралась и выскочила из дома. На мое счастье, Рон не проснулся. Август продолжал заливать Лондон дождем. Крупные капли разбивались об асфальт, стекались в большие грязные лужи и пачкали одежду прохожих. Настроение было на нуле. Порой я любила немного прогуляться до того, как трансгрессирую на работу. Но не в этот раз. Я аппарировала сразу в центр города и как можно скорее скрылась под сводами министерства, где царила привычная суета. В ней я временно забылась, избавившись от распирающих голову мыслей. В середине дня в кабинет заглянула Адель, мой секретарь, и без лишней застенчивости поинтересовалась: — Вы с Роном снова вместе? Так-так, и что Грейнджер опять успела пропустить? Глупо хлопнув ресницами, я уставилась на нее. — Среди мракоборцев ходят такие слухи, — начала оправдываться она. — Рон сказал, что живет у тебя и вы налаживаете отношения. Значит, до развода дело не дойдет? — До развода уже дошло! — я вскипела. — Мой тебе совет: слушай сплетни поменьше и работай побольше. Она обиделась — это было видно. Но хотя бы убралась в приемную, подальше от меня. День действительно не предвещал ничего хорошего. После перебранки с Адель я не могла сосредоточиться ни на чем: перекладывала бумаги с места на место да чашками пила бодрящее зелье. Работа встала, мысли бегали по кругу, и я, кажется, заблудилась в самой себе. Рону за это определенно достанется! К концу дня я была не просто на взводе — я была в бешенстве. Идея с вечерней прогулкой оказалась бесполезной. По пути домой я ненавидела всех по очереди, особенно Рона — его ненавидела пять раз. Вдох — выдох, вдох — выдох. Дыхательная гимнастика не помогала. Прохладный, свежий после дождя воздух не успокаивал. Ох, как же я была зла! Я забила на прогулку, трансгрессировала и влетела в дом мегерой. Рон пил чай, как ни в чем не бывало. — Ничего не хочешь мне рассказать? — я решила начать с прелюдии. — Ты о чем? — О том, что ты растрезвонил на все Министерство факт временного проживания со мной! — ну вот и все, меня сорвало. — Я сказал только своим! — Рон тоже перешел на повышенный тон. — Мракоборцы слишком тесно общаются с остальными отделами Министерства, тебе ли не знать?! — Да что в этом такого? Ты кричишь так, будто третья магическая началась! Что такого?! Я не знала, как ответить. Возможно его война кончилась, а моя действительно началась. Он ведь не поймет, что меня и так принимают за тряпку все, и я в том числе. Он не поймет, что такое падение, боль, страх перед будущим. Это у него роман с красоткой с пошлым именем Пэнси. А меня общество давно записало в старые девы. Вряд ли кто-нибудь догадывается о том, что я сплю с бывшим пожирателем смерти и вряд ли это можно считать перспективой в личной жизни. Но это не важно — важно лишь то, что Рон всего этого не поймет. — Я лучше поднимусь к себе. Пора было заканчивать очередной бредовый спор. — И опять ты уходишь от разговора, — его голос застал меня уже на лестнице. — Ты всегда так поступаешь, Герм. Я поднималась в спальню, и с каждой ступенькой ноги наливались свинцом. Меня била обида, которой не было выхода. У меня больше не было сил и желания выяснять, кто из нас прав. Хотелось лишь запустить «Авадой» в Рона, лечь прямо на этих гребаных ступеньках и уснуть. Желательно до следующего лета.

***

Вторник тоже не предвещал ничего хорошего: к привычно развалившемуся на диване Рону добавилось еще одно «презабавнейшее» событие. Филин необычного иссиня-черного цвета принес письмо от Малфоя и, пронзая меня упрямым взглядом желтых глаз, ждал ответа. «Ну здравствуй, Грейнджер. Считаешь нужным объяснить, что в твоем доме делает Уизли? Д.М.» Я больше не считала нужным ничего объяснять — ни бывшему мужу, ни Малфою. Однако мой ответ последовал незамедлительно, потому что прибавлять ко всем прочим неприятностям разборки со «слизеринским принцем» было бы неразумно. «Ну здравствуй, Малфой. С чего бы вдруг мне отчитываться перед тобой? Если тебе так интересно, пребывание Рона в моем доме временно — до тех пор пока он не решит проблемы со своим жильем. Незадолго до развода я разгромила там все, что смогла. За мной, как видишь, небольшой должок. Обескураженная твоим тоном, Г.Г.» Я знала, что слухи могут дойти до Малфоя. Знала и глубоко в душе боялась этого. У меня не было опыта отношений с таким человеком, от которого можно ожидать чего угодно. Но Малфой был явно не из тех, кто легко спускает подобные ситуации. И все же бывшего мужа из жизни тоже так просто не выкинешь. Сталкивать их лбами совсем не хотелось, как не хотелось, чтобы кто-то узнал о моей связи с Малфоем — человеком с темной репутацией, которую с трудом удалось «отбелить» даже большими деньгами. Особенно Рон. Он всю молодость посвятил поимке бывших пожирателей. И он определенно будет в ярости. «Не нервничай, Грейнджер. Я хочу увидеть тебя. И я, конечно, конченый извращенец, но Уизли, наблюдающий за подробностями нашей встречи, — это выше моих сил. Д.М.» Его последнее сообщение застало меня врасплох уже в разгар рабочего дня, когда я готовилась к совещанию с министром. Мы с Малфоем встречались где угодно, только не у меня дома. Перспектива переспать с ним в необжитом новом жилье, среди коробок, меня совсем не вдохновляла. И странно: почему-то тогда, когда мой дом оккупировал бывший муж, Малфою вдруг очень захотелось ко мне. Подозрительное совпадение. «Сложно не нервничать. Заеду к тебе, как будет возможность. Г.Г.» Я закончила нашу переписку и неожиданно для себя едва заметно улыбнулась. Это был тот самый раз, когда вдруг осознаешь, что в большом городе одиноких душ есть человек, который тебе небезразличен. И я осознала. Мне действительно нравился Драко Малфой — его небрежная манера говорить, что вздумается, настаивать на своем, добиваться ответов. Его пронзительно-серый взгляд, в момент сменяющийся темнотой, и бледная, почти прозрачная кожа. Его непохожесть на обычных парней. Мне нравился Драко Малфой — это было странно и невозможно, из разряда «ущипните меня». Оставшийся день я провела в коматозном состоянии из-за своего маленького открытия, а под вечер меня охватила необъяснимая тревога. Что-то будет не так — я точно знала, хотя не могла объяснить себе, почему. Сердце билось быстрее обычного, живот скручивало, голова раскалывалась. Работы было много, но она не шла, поэтому я закончила раньше обычного. По пути домой мне пришлось пройти через Косой переулок — закончились некоторые ингредиенты для зелий и вышла новая книга по редким заклинаниям. Весь путь по переулку я чувствовала на себе чей-то взгляд. Не могу сказать, было ли это игрой воображения или правдой. Ливень лил стеной, магический Лондон был пуст и неприветлив. Я постоянно оборачивалась, но не находила взглядом ничего, кроме унылых от дождя витрин. Желание быстрей вернуться домой, уйти с этих мрачных безлюдных улиц охватывало с головы до пят. Замок входной двери я открывала в спешке и потому возилась с ним дольше обычного. Болезненная усталость с порога накатила на меня. Рона не было, и я вздохнула с облегчением. Сбросила сумки и обувь, выпила любимый успокаивающий чай, поднялась в спальню и прямо в одежде упала на кровать. Первые несколько минут меня сильно знобило, головная боль мешала заснуть, но я все-таки провалилась в сон. Мне снились длинные черные тени, как они подбираются к моей кровати. Я знала, что нельзя подпускать их к себе, иначе случится нечто непоправимое. Я двигалась выше от края постели, я чувствовала каждое свое движение сквозь сон. Но вот изголовье, и мне больше некуда бежать. Ужас сковал мое тело, а тени все ближе и ближе. Они захватывают меня — я пытаюсь и не могу кричать. Не могу, не могу, не могу… Я открыла глаза, пытаясь привыкнуть к темноте. За окном была глубокая ночь, и все так же надоедливо стучал по крыше дождь. Когда сон окончательно прошел, я разглядела чей-то силуэт, нависающий прямо надо мной. Мой крик ножом рассек звенящую тишину дома.