Твоей дорогой

Селина же совсем не спала. — Кто это? По-моему, это тот тип, который грабил нас, а потом все приставал к тебе с любезностями, — набросился с вопросами на дочь отец Селины. — Только их отправили восвояси, как они опять возвращаются, — вздохнула мать. Их дочурка, их любимица промолчала. Она села за стол и стала рассматривать темноту за окном. Родители совсем забеспокоились. — Селина, милая, — мать подошла ближе и обняла дочку за плечи, с ужасом почувствовав, что та вся дрожит. — Милая, скажи, что случилось. Мы все поймем. Ты что, любишь его? — Нет. Нет… Не знаю… Я не знаю, что со мной, — девушка вздохнула и улыбнулась. — Я пойду спать, голова разболелась, — соврала он второй раз за вечер. — Да, конечно, тебе нужно отдохнуть. Все эти волнения… Родители надеялись, что утром все будет по-другому, эта странная внезапная хандра пройдет, и их дочка станет прежней. Конечно, все эти испытания, которые свалились на них, не могли пройти бесследно. Селина жила, обожаемая родителями, ни в чем не испытывая нужды. А тут этот диктатор со своими полчищами дикарей… Их дочка стала более грустной, более резкой. Но это пройдет. Надо только завтра как можно скорее выставить вон этого захватчика. Конечно, доброе сердце их дочурки могло привязаться к этому Маррану, — молодые девушки часто увлекаются неподходящими мужчинами, особенно если те настойчивы в своих ухаживаниях. Как только этот Прыгун уберется в свои земли, их дочка сразу о нем забудет. Селина, не раздеваясь, легла на кровать, дожидаясь, когда родители уснут. Все ее мысли были о том, что Рахем не собирается оставаться здесь, в окрестностях Изумрудного города, как часть его товарищей. Он хочет вернуться домой. Значит, у нее мало времени, чтобы что-то решить. Это непонятное волнение и беспокойство… Да, она влюбилась в него. Если бы он был рядом, то из этого либо что-то получилось, либо нет. Как это обычно бывает… Прогулки, встречи… А потом или свадьба, или расставание. Но сейчас ей нужно было понять за одну ночь, что она чувствует. Потому что Рахем завтра, он сказал, уйдет с частью своего отряда на родину, в далекую долину, окруженную горами. А она останется здесь. Одна мысль стучала в голове: «ты должна уйти с ним, иначе ты его больше никогда не увидишь», но это означало оставить свой дом, родителей и уйти в неизвестность, в эти бесплодные земли. Она даже вообще ничего не знала, как живет его племя, как там, какая погода, да и вообще… Когда Прыгуны были здесь, ей не хотелось вообще никак с ними соприкасаться, она только знала, что они — одураченные злобным Урфином завоеватели. Но сейчас она жалела, что ничего не узнала ни об их родной земле, ни об их жизни там. Иногда так бывает, что человек принимает судьбоносные решения быстро, за считанные мгновения. Селина встала с постели. Она поняла, что все уже давно решила, просто колеблется. Она еще в тот миг, когда Рахем сказал, что решил вернуться домой, захотела пойти с ним. «Если я останусь, я буду жалеть, я не прощу себе этой слабости», — подумала девушка. Ночь опустилась на город, за окном было совсем темно. Селина взяла бумагу и, обмакнув перо в чернила, написала маленькую записку. Девушка тихо открыла дверцы шкафа и, достав тот походный мешок, с которым совсем недавно они уходили с заброшенной фермы, быстро сложила туда свои вещи. Она не знала, что именно может понадобиться, но ведь она будет… не одна. Еду всегда можно будет раздобыть поблизости. И, может, идти придется не очень долго. Просто она нигде не была, кроме как в окрестностях Изумрудного города, вот и не знает. Оставалось только разбудить Рахема. Им нужно уйти до рассвета. Селина осторожно открыла двери и, закинув мешок за плечо, подошла к комнате, где она оставила Рахема. Но там ее ждала неожиданность. Девушка слышала, что Марраны ночью спят так, что их просто невозможно разбудить, но думала, что это просто такое выражение. Все ее попытки разбудить Рахема окончились неудачей и, если бы не его мерное дыхание, Селина бы подумала, что он умер. Девушка беспомощно опустила руки, устав трясти бесчувственного Маррана, и села на кровать. Незаметно уйти не получится. И еще надо успеть утром сказать Рахему, что она решила уйти с ним. Она замерла, стиснув руки на коленях, ожидая рассвет. Вставало солнце и, лишь только оно позолотило край небосвода, Рахем открыл глаза. Сначала ему казалось, что это какое-то продолжение сна — первое, что он увидел, был нежный профиль Селины, украшенный неизменными зелеными очками, ее волосы мягкими волнами падали ей на плечи. Очарованный, Марран чуть привстал на локте, и Селина обернулась. — Я не смогла тебя разбудить, — прошептала она. — Я хотела тебе сказать, что решила уйти с тобой. В вашу долину. Если… если ты этого хочешь. Она повторяла эти слова всю ночь, и в этот раз сказать то, что она хотела, оказалось легче. Или нужно было просто решиться, а дальше уже ничего не страшно. Прекрасный сон не кончался, но Рахем был не из тех, кто колеблется. Он взял девушку за руку, чуть стиснув ее пальцы, будто боясь, что она убежит или исчезнет. — Конечно, хочу. Очень хочу, — он был не слишком красноречив и, мучительно подыскивая слова, добавил. — Ты не пожалеешь об этом. Я смогу тебя защитить. — Нам нужно уйти, пока родители не проснулись. — Хорошо. Жди меня на крыльце, я сейчас. Рахем выпустил руку девушки, и она скрылась за дверью. Он быстро натянул на себя одежду, вышел из дома, сбежал по ступенькам. — Идем, — Марран взял ее сумку, и они быстро пошли к Воротам. Это оказалось так легко — уйти из дома, будто на прогулку с подружками. Селина еще не совсем поняла, что же она сделала, и даже почти не волновалась. Рахем и Селина подошли в Воротам, где их поджидали товарищи Рахема — пятеро Марранов, которые по разным причинам еще не ушли из Изумрудного города, но собирались на родину. Идти вместе казалось безопаснее, а путь предстоял неблизкий, тем более, что с ними не было Огненного бога, который всегда знал, куда идти и что предпринимать в случае опасности. Один из Марранов, товарищ Рахема, которого звали Лорг, отдал ему его дубину, сумку с вещами и пращу, которые Рахем оставлял ему на хранение, чтобы не идти с оружием к Селине. Теперь вся их группа была в сборе, и они ждали, когда Фарамант выпустит из города. Страж Ворот снял с них очки — да, сейчас, когда он снова приступил к своим обязанностям, всем Марранам, которые приходили по каким-либо причинам в город, он их надевал, — и пожелал счастливого пути. Фарамант внимательно посмотрел на Селину, но девушка улыбнулась. Она хотела уйти с Рахемом. Страж Ворот щелкнул замочком, и Селина посмотрела на мир без очков. Сначала весь мир вокруг окрасился фиолетовым, но затем, когда глаза ее привыкли, все раскрасилось в разные цвета, это тоже было очень красиво. Это было как еще одно прощание с тем, что она знала всю жизнь. Она впервые за долгое время посмотрела на загорелое лицо Рахема без зеленого оттенка. Дуболомы начали тянуть паром, и родной город отдалялся все сильнее и сильнее, вот и переправа закончилась. Рахем помог девушке сойти на землю, и их небольшая группа отправилась в путь.