Шансы есть

Лила брела вдоль дороги, нервно растирая глаза – она не хотела, чтобы все вокруг видели, что она плачет. «Несправедливо, - думала она. – Почему я не могу быть с Адрианом? Почему Ледибаг, которую он даже не знает? Почему эта странноватая, робкая Маринетт?» Где-то вдалеке громыхнуло. Девушка вздрогнула и посмотрела на небо. Хоть бы не начался дождь, иначе этот день станет совсем невыносимым. «Неужели Адриан все еще злится на мою ложь? Но я не виновата! – вырвался еще один предательский всхлип. – Люди никогда не заинтересуются тобой, если ты не знаменитость с потрясающей жизнью «не как у всех»! Разве я виновата в том, что это так?» Похоже, дождя не будет. Лила поправила съехавшую с плеча сумку и пошла дальше, чеканя шаг. Перед ней расступались – люди часто избегают тех, кто так открыто сердится. «И эта девчонка тоже, - продолжала думать девушка. – Не я виновата, что она села на углу, да так, что еле заметишь. Я не хотела ее толкать. И тетрадку ее я не швыряла. А от иллюзий насчет счастья с Адрианом ей непременно нужно избавиться…» - Как и мне, - прошептала она, снова всхлипывая. Вот бы сейчас услышать голос Хищной Моли и получить силу. Но этого не случится, Лила знала. Пусть она ничего не помнит, но она точно тогда проиграла, и второй шанс вряд ли получит. К тому же ей уже стало легче – весь ее запал, все недовольство вылились на ту девчонку с тетрадкой. Воздух завибрировал. Позади сверкнуло. Обернувшись, Лила увидела портал, из которого вышла девушка. Девушка ли? Она была похожа на куклу. Ее невероятно хрупкую фигурку обтягивало черное платье с бирюзовыми узорами, похожими на надписи; подол свободно метался под порывами внезапно подувшего ветра. На руках были темно-синие браслеты, увешанные… ручками? Быть не может. А лицо… Выбеленное, с тонкими чертами лица, обрамленными серебристыми волосами, которые стягивают бирюзовые ленты. И яркие зеленые глаза. Почему-то сейчас они были похожи на разбушевавшийся океан. И, судя по направлению взгляда, океан вот-вот обрушится на Лилу. - Ну, здравствуй, лисичка, - ухмыльнулась незнакомка, достав из ниоткуда книгу и начав быстро писать в ней. - К-кто вы? – Лила попятилась и огляделась. Улица опустела! Но минуту назад мимо нее проезжали машины, и шли прохожие. - О, ты меня не узнала? – девушка с книгой ухмыльнулась и небрежно откинула с плеча прядь. Книгу она захлопнула. - Жаль… Асфальт под Лилой пошел трещинами. - Жаль, что так и не узнаешь. Школьница не понимала, что происходит, но это не помешало ей перескочить через провал в тротуаре и побежать. Нестись, уносить ноги от этой сумасшедшей. - Ха! – и злодейка снова раскрыла свою книгу. «Лила споткнулась и упала. Фонарный столб возле нее зашатался и, слетев с опоры, рухнул на нее». Из последних сил девушка откатилась в сторону, и стальной столб упал в нескольких сантиметрах от нее. Лила начала пятиться назад, не решаясь вскочить – вдруг та девушка решит, что ее задавило, и уйдет. - А, так ты уцелела? Ну ладно… Вот теперь Лила подорвалась с места. Проклиная сапожки на каблучке, она побежала к перекрестку. - Помоги-и-и-и-и-те! – кричала она, задыхаясь. «Но кто услышит вопли на пустынной улице?» - Не лучше ли просто написать, что «ее никто не услышал»? – раздался в голове у злодейки голос Хищной Моли. - Вы ничего не понимаете в искусстве, - отмахнулась та, спокойно следуя за Лилой. Школьница же продолжала бежать, хотя сил уже не осталось. Каждый вздох обжигал легкие, ноги сами подгибались, бок пронзила колющая боль. - Пожалуйста! На помощь! – выкрикнула она из последних сил. - Тебе никто не поможет, - усмехнулась Злобный Автор, вновь занося ручку над бумагой. Шум мотора, визг резко сработавших тормозов. Возле Лилы остановилась черная дорогая машина. Дверца резко распахнулась – девушке пришлось отшатнуться, чтобы ее не задело. - Садись! Скорее! - А? – только и смогла произнести Лила. И чья-то рука втянула ее внутрь на пассажирское сидение. Машина с ревом стартовала, быстро развернулась и скрылась за углом. Злобный Автор выругалась себе под нос. - Может, я и не понимаю ничего в искусстве, - вновь заговорил Хищная Моль, - но я отлично разбираюсь в том, как надо преследовать жертв. Переместись к ней и… - У меня есть идея получше, - перебила его злодейка и начала писать. Хищная Моль огрызнулся, но промолчал. Он выбрал эту девушку, потому что увидел ее потенциал. Стоило дать ей немного времени, чтобы освоиться и испробовать все новые силы. «Черная машина, в которой ехала Лила, внезапно развернулась и, вопреки всем стараниям водителя, поехала обратно». - Что происходит? – спросил Адриан, когда их автомобиль внезапно развернулся. - Не знаю, месье Агрест, - растерянно пробормотал водитель. – Клянусь, это не я. - Как такое возможно? – юноша стиснул зубы. - Адриан, - Лила всхлипнула, прижимаясь к его груди, - это все та девчонка. Она… - В ней акума? Девушка кивнула. Адриан нахмурился. Он не мог превратиться сейчас – здесь его шофер, здесь Лила. Но ее нужно как-то защитить. «Хотя, быть может, это нападение от новой злодейки она и заслужила», - подумал он, вспомнив, что учинила Лила, став Вольпиной. «И Ледибаг рядом нет… Она бы придумала, как нам выбраться», - Адриан приобнял Лилу. - Все будет хорошо. Та робко кивнула, в душе ликуя. - Затормози. Сейчас же. Водитель кивнул. Машина начала останавливаться. - Как только мы выпрыгнем, сразу беги. Беги, не останавливаясь, - обратился Агрест к девушке. Та еще раз кивнула и слегка улыбнулась. - Ты такой отважный. И тут их бросило на спинку сиденья. - Эй, почему… - Она опять сама… Клянусь, - водитель – вечно невозмутимая махина – сейчас утирал пот со лба и пытался вспомнить, как правильно крестятся. «Машина неожиданно начала разгоняться. Она все набирала и набирала скорость, а впереди уже показался мост». Злобный Автор усмехнулась, краем глаза следя за автомобилем. - Что это ты делаешь? – снова Хищная Моль. - Это называется нагнетать напряжение. Ну же, - губы злодейки расплылись в хитрой улыбке. – Ну же, еще чуть быстрее… - Тормози! – кричал Адриан. - Никак! Не могу! Юноша тихо выругался и посмотрел на свое кольцо. «Может… Цель оправдывает средства? Защитить невинных граждан – мой долг». «И тут Лилу выкинули из машины на холодный тротуар. Девуш…» - Эй, почему чернила пропали? Адриан вздрогнул, почувствовав, что волосы встали дыбом. Но не от страха, нет. Что-то другое. Руки дернулись сами собой. - Господи, - посмотрев вперед, юноша заметил, что его водитель тоже дрожит. Особенно руки. Но на этом все. - Месье Агрест…Руль, тормоза… Все снова работает! И, не дожидаясь указаний, водитель сбросил скорость и с визгом свернул возле моста на другую улицу. Машину повело в сторону, они чуть не задели неожиданно появившийся на дороге автобус, но зато свернули. Все трое тяжело выдохнули. Водитель даже вспомнил молитву, которой научила его в детстве бабушка. - Чтобы управлять чем-то, ты должна это четко представлять! – кричал Хищная Моль. - Ты не знала, кто сидит в машине, ты писала бездумно и… - Я уже поняла! – Злобный Автор черкнула несколько строк, и все фонарные столбы на дороге рухнули к ее ногам. - Что ж, полагаю, с нее хватит и этого, - добавила она, продолжая писать. - Ай! Больно! – вскрикнула Лила, дернув рукой. На этой самой руке вдруг стали появляться черные строчки: «Надеюсь, ты усвоила урок. Больше не прикасайся ко мне. И больше никогда и ни за что не подходи к Адриану! Искренне твоя, Злобный Автор». - Та девчонка, - прошептала Лила потрясенно. Агрест тоже был удивлен. Но опыт работы супергероя дал о себе знать: он сразу уловил самое важное. - Что за девчонка? Что ты ей сделала? И при чем тут я? - А-адриан, я… Она… Увидев взгляд юноши – сосредоточенный и строгий, Лила перестала к нему прижиматься. - Я случайно толкнула ее. Она выронила тетрадку. Вот. - И все? – взгляд у Адриана стал еще суровее, глаза сощурились. Лила сглотнула. Помолчала. Отвела взгляд. - Ее тетрадь улетела на дорогу. Испортилась. Она обвинила меня в этом. Тыкала под нос записи. А там… Про встречу с тобой на балу, про то, как вы вместе, как ты нахваливаешь ее «прекрасные изумрудные глаза с переливами», - под конец девушка не сдержалась и фыркнула. Юноша помрачнел. «Бал… Девочка, которая вечно что-то пишет… Изумрудные глаза с переливами…Не помню». Он помотал головой и перевел взгляд за окно. - Останови. - Адриан? – спросила Лила настороженно. Машина затормозила. Юноша тут же выскочил. - Отвези эту девушку домой, пожалуйста. А Натали передай, что я не приду на занятие. - Месье Агрест… - Так нужно, - он вздохнул, уже предвидя строгий взгляд секретаря и выговор от отца. - Думаю, Злобный Автор оставит теперь тебя в покое, - обратился он к Лиле. - И надеюсь, ты не соврала мне опять, - тихо добавил юноша, захлопывая дверцу. К сожалению, девушка его услышала. Отвернулась в другую сторону. Глаза защипало. «Надеюсь, ты не соврала мне… Вот, что он обо мне думает … Несправедливо! Почему все так вышло?» - она еле сдерживалась, чтобы не разрыдаться. Адриан же в это время быстро превратился в Кота Нуара и запрыгнул на крышу ближайшего здания, чтобы осмотреться. Никого. Точнее, наоборот: на улице вновь появились пешеходы, начали проезжать машины. Но злодейки не было. Прыгая с крыши на крышу, он обследовал весь квартал. Безуспешно. - Куда же вы делись, мисс Бумагомарательница? – вздохнул он и тут же улыбнулся: отличная шутка. Надо будет использовать в схватке. «Но к чему эти постоянные шутки? Они с Ледибаг занимаются спасением города и его жителей – это очень важное и ответственное дело», - зазвучал в голове необычайно серьезный голос Маринетт. «Хотя некоторые остроты можно оставить при себе», - решил он.

***

Маринетт сидела за столом, пытаясь сосредоточиться над домашним заданием. Не сказать, что получалось плохо, нет. Не получалось совсем. В голову то и дело лезли мысли об Адриане, о предсказании мадам Тувуар и – кто бы мог подумать – о Коте Нуаре. Тикки, сидевшей рядом, приходилось время от времени окликать девушку, когда взгляд той становился чересчур мечтательным. - Да, Тикки, я думаю. - О том ли? - Да. Я решаю задачу. Итак, гипотенуза К равна… Нет, квадрат гипотенузы Кот будет равен сумме квадрата Адриана… Ой! - Понятно, - в очередной раз вздохнула квами. И тут окно раскрылось. В комнату влетел сильный порыв ветра, взметнувший подол висевшего на манекене платья и зашелестевший страницами учебника по геометрии. Маринетт поежилась. И насторожилась: что-то не так. Тикки без лишних слов юркнула за карандашницу. - Кто здесь? – спросила Дюпэн-Чэн, оглядываясь. Но в комнате она была одна. Зато окно вдруг озарил серебристый свет, в лучах которого в проеме показалась девушка. В руках она держала раскрытую книгу. «Жертва акумы», - сразу поняла Маринетт. Незнакомка посмотрела на нее, усмехнулась и сделала запись в книге. В комнате поднялся настоящий ураган. Маринетт не удержалась на стуле и рухнула на пол, больно ударившись спиной. Не успела она прийти в себя, как на нее повалились ящички и коробки со стола. Ну и учебник геометрии – куда же без него. Девушка еле успела откатиться в сторону. Краем глаза она заметила, как непрошеная гостья написала еще что-то, и ветер стих. Маринетт на живот плюхнулся ее рюкзак. Девушка тяжело охнула и так и осталась лежать на полу. Она хотела подняться и поискать взглядом Тикки, но не смогла – доски паркета приподнялись, изогнулись и приковали ее руки и ноги к полу. Дюпэн-Чэн пыталась освободиться – бесполезно. Без сил Ледибаг ей этого не сделать. Незнакомка подошла ближе и присела рядом – края ее черного платья зашелестели по полу. - Ты Маринетт Дюпэн-Чэн? – спросила она. Как ни странно, в голосе не было злобы, только холод. - Д-да, - тихо ответила девушка, решив, что ей лучше притвориться напуганной и растерянной – так будет естественнее. - Кто для тебя Адриан Агрест? – продолжила незнакомка, обведя глазами разлетевшиеся по комнате плакаты с изображением юноши. Тон голоса ее изменился. «Что это? Презрение? Зависть?» - думала Дюпэн-Чэн. - Мы с ним учимся в одном классе. Мы друзья, - она закусила губу и тихо-тихо спросила. – Разве это плохо? Незнакомка вперила свой взгляд в Маринетт. Темно-зеленые глаза сверкали и пронзали насквозь. Дюпэн-Чэн была рада, что решила рассказать правду: от этой странной девушки ничего не утаишь. - Друзья, - вот теперь в ее голосе точно слышалось недоверие. – И все? - Да, - кивнула Мари; немного поколебавшись, она решила добавить – вдруг это убедит незнакомку. – Он мне нравится. Лицо гостьи ощерилось. - Я ему призналась. Но он, - Маринетт очень хотелось заплакать, как в день неудачного признания; но она не могла; уже нет. – Он сказал, что не любит меня. Незнакомка хмыкнула. - Та лиса меня обманула, - пробормотала она и снова занесла руку над книгой. Маринетт напряглась, готовясь сопротивляться. Однако этого не потребовалось: доски паркета перестали охватывать ее запястья и щиколотки и вернулись на место. Девушка смогла сесть. - Спасибо, - выдохнула она. Ее гостья усмехнулась. - Всегда пожалуйста, - она широко улыбнулась. Дюпэн-Чэн не могла понять, хороший это знак или нет. Снова поднялся ветер. «Видимо, плохой», - поняла она, когда очередной порыв ударил ей в грудь и отбросил к стене. Ударившись спиной, она сползла на кровать. Перед глазами все поплыло. - Надеюсь, теперь ты понимаешь, - прокричала сквозь завывания ветра незнакомка, - что вам с Адрианом лучше оставаться друзьями. А иначе мы снова встретимся. И так легко ты не отделаешься. Хлопнуло окно. Ветер утих. Открыв глаза Маринетт увидела, что гостья исчезла, оставив после себя жуткий кавардак. - Можно подумать, сейчас я легко отделалась, - хрипло произнесла Дюпэн-Чэн, поднимаясь. Спина ужасно болела, в голове стучало, запястья покраснели, и теперь их, похоже, украшал не один десяток заноз. - Тикки, - позвала девушка, сползая с кровати. – Тикки, ты в порядке? - Не совсем, - донеслось из-под одной из коробочек. Забыв об усталости и боли, Маринетт бросилась к ней и достала из-под завалов. К счастью, квами не пострадала. - Голова кружится, - пробормотала она. – Эта девочка умеет производить впечатление. - Сногсшибательное впечатление, я бы сказала, - добавила Дюпэн-Чэн, и обе улыбнулись. - Пора превращаться, - кивнула самой себе девушка, но Тикки не шелохнулась. - Кто-то идет, - сказала она, дернув своими антеннами-усиками. Маринетт спрятала ее во внутренний карман своего пиджака. И как раз в этот момент окно снова распахнулось. - Ого, у тебя тут что, генеральная уборка? Дюпэн-Чэн еле удержалась, чтобы не закатить глаза. Ледибаг может одергивать своего напарника. А вот простой жительнице Парижа полагается им восхищаться. И все же… - Вообще-то это не я, - она повернулась к Коту Нуару, сидевшему на оконной раме. – Здесь появилась какая-то странная девушка, и она… - Начала что-то писать в книге и тем самым устроила здесь кавардак? - Маринетт не заметила, когда Кот успел спрыгнуть с окна и оказаться возле нее. - Именно так. Ее напарник тяжело вздохнул и огляделся. Затем сел на корточки и провел рукой по полу. - Она выдернула доски и приковала меня, - зачем-то произнесла девушка, подходя ближе. Кот Нуар вздрогнул и резко поднялся. Они оказались близко. Очень близко. Конечно, это не в первый раз – после падений они вообще оказывались нос к носу друг с другом. Но девушке все равно стало не по себе, и она сделала шаг назад. - Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он. - Что? Ну да, просто мы с тобой слишком близко стояли, и… - Я не об этом. Та девушка – ты сказала, что она приковала тебя к полу. А перед этим перевернула здесь все вверх дном. Маринетт кивнула. Она ждала, что Кот спросит, что от нее хотели. Вместо этого он снова подошел ближе и спросил, заглядывая в глаза: - Так ты в порядке? Не слишком испугалась? Девушка вздрогнула. По спине побежали мурашки. Она видела этот взгляд тысячу раз – доверительный, но встревоженный. И она всегда реагировала спокойно. Но тогда она была Ледибаг - смелой супергероиней. А сейчас, будучи просто Маринетт, не уверенной в своих способностях и умении себя защитить, она вдруг ощутила всю силу этого взгляда. «Но почему он смотрит на меня так? Он же меня не знает», - подумала она, и оцепенение спало. Она немного отстранилась. - Нет, со мной все хорошо. Только теперь долго убираться придется, - вздохнула она, оглядывая разлетевшиеся по комнате вещи. На глаза попались плакаты с Адрианом. - А еще у меня немного кружится голова, - добавила она. – Мне бы на воздух. Кот кивнул и засуетился возле нее. - Конечно. У тебя, кажется, есть выход на крышу. «Откуда ты об этом знаешь? Ты в этой комнате не был ни разу». Однако Маринетт ничего не сказала, и ее напарник быстро помог ей выбраться наверх. В лицо ударил прохладный вечерний воздух. Девушка улыбнулась и сделала глубокий вдох. Пожалуй, ей действительно стоило выбраться на улицу. Кот стоял у нее за спиной, ничего не говоря. Он ждал, пока она окончательно придет в себя. Столкнуться со Злобным Автором лицом к лицу. Одной! Впервые Адриан порадовался, что тогда отказал Маринетт. Иначе эта злодейка не оставила бы ее так просто. Дюпэн-Чэн тем временем подошла к перилам балкончика и облокотилась на них. Кажется, она успокоилась. Он с облегчением выдохнул – Маринетт была его другом, с которым он теперь стал еще ближе, и он бы не простил себе, если б с ней что-то случилось. Тем более по его вине. Конечно, кто мог знать, что Эстель – он, наконец, понял, какую девушку захватил акума – влюбится в него и в отчаянии будет способна на такую жестокость? И все же он виноват: он был крайне мил с ней, всячески подбадривал, а когда замечал ее чересчур нежные взгляды, изображал полное непонимание. И вот, пожалуйста, – новообращенная злодейка. Получи и распишись, Адриан. - Ты знаешь, что ей было нужно? – спросила вдруг Маринетт. Кот вздохнул, заскочил на перила и сел, свесив одну ногу вниз. Девушка усмехнулась. «Наверное, опять сочла меня несерьезным», - юноша с удивлением отметил, что ему стало обидно. Ему действительно хотелось понравиться ей. - Похоже, бедная девочка влюблена в твоего одноклассника. Адриан… Атлест, да? Почему-то ему нравилось притворяться, будто он ничего не знает о ней и об ее классе. - Агрест, - насупилась она. Он лишь ухмыльнулся, но тут же посерьезнел. - Да, именно он. И первым делом она решила избавиться от всех соперниц. В том числе и от тебя. - Какая из меня соперница? – горько усмехнулась Маринетт. Сказано это было очень тихо, но у котов отменный слух. Нуар вздрогнул и поднял глаза в небо – Солнце почти село, окрасив все вокруг себя неровными розовыми и фиолетовыми мазками. «И что мне ей сказать? Я же ничего не должен знать о нем и об их – о нашем - разговоре». - Постой, - вновь нарушила тишину девушка. – Сначала она разобралась со всеми, кто близок Адриану. А потом или, возможно, уже теперь она пойдет к нему! Кот, - она резко повернулась и посмотрела тому прямо в глаза, - ты должен… Он усмехнулся, постаравшись скрыть огорчение: «Зачем? Зачем ты так беспокоишься обо мне?» - Успокойся, принцесса. С ним все в порядке. Он у себя дома под надежной защитой. - Откуда ты знаешь? – не унималась Маринетт. «Вот же упертая…Прямо как Ледибаг». - А откуда я узнал о Злобном Авторе? – вопрос был задан неожиданно, и девушка замолчала; во взгляде помимо тревоги появилось любопытство. – Она напала на Лилу – похоже, та ей чем-то досадила. А Адриан решил помочь. Не волнуйся, - поспешно добавил он, увидев, как напряглась Дюпэн-Чэн. – Я отвлек злодейку, чтобы они могли скрыться. Они были на машине, так что смогли быстро убраться. Потом я проследил, что Лилу довезли до ее дома, а Адриан остался у себя в особняке. Там отличная охрана – ему ничего не угрожает. - Прямо такая отличная? – спросила Маринетт, вспомнив, как туда чуть не ворвались марионетки Гипнотизера. Кот удивленно посмотрел на нее. - Поверь, с ним все хорошо. - Ладно, - девушка и сама не понимала, что сейчас говорит так же, как обычно говорит со своим напарником. – А Злобный Автор? - Ну… Она отвлекла меня и смогла скрыться, - он виновато улыбнулся, затеребив колокольчик на шее. «Стоп… Почему я веду и чувствуя себя так, словно меня отчитывает моя Леди? Откуда это в Маринетт?!» Наконец, Дюпэн-Чэн обратила внимание на интерес и удивление, так и сквозившие во взгляде Нуара, и отвернулась. «Тайна личности, Маринетт, помни об этом. Не выдавай себя». - Понятно, - протянула она, провожая взглядом одинокое облачко, постепенно темнеющее вместе с остальным небом. «Красота – закат, прохладный ветерок, тишина… И со мной опять Кот, а не Адриан», - девушке очень хотелось рассмеяться – в последнее время жизнь слишком сильно сближает ее с напарником. Впрочем, и Адриан тоже перестал быть таким далеким. - Прости, что я так, - она запнулась, не зная, как и за что извиняться. - Беспокоишься о своем друге? – Кот отмахнулся. – Я все понимаю. Я тоже готов на все ради важных для меня людей. - Да, - она улыбнулась. – И не только ради них. Ты весь Париж спасаешь. - Конечно, - его улыбка была еще шире, чем у нее. - Ну, я, пожалуй, пойду, - он потянулся и встал на перила. – Долг супергероя, сама понимаешь. - Не то слово, - закатила глаза Маринетт, но тут же одернула себя. – Да-да, я все понимаю. Он достал шест. - И твоего друга я тоже еще раз проведаю. Чтобы ты не волновалась. - Спасибо, - она посмотрела на него снизу вверх. Иначе не получалось – все же она стояла на плитке балкона, а он возвышался над перилами. Они еще раз обменялись улыбками, после чего Кот вытянул шест, готовясь к прыжку. - И все-таки, как же ты его любишь… - Ну, иначе я не могу – он такой добрый, умный и, - девушка замолчала: рядом никого не было. Оглядев соседние крыши, Кота она тоже не увидела. «Показалось, наверное, - решила она. – Я действительно слишком много думаю об Адриане. Мне уже мерещится». Покачав головой, она направилась в свою комнату – ей предстояла серьезная уборка. Кот, все это время стоявший на карнизе под балконом, вздохнул. «Ну почему она не может любить кого-то другого? Например, Натаниэля – он тоже добрый и талантливый, к тому же она ему нравится. Эх, не зря говорят, что сердцу не прикажешь», - подумал он, мотнул головой и с помощью шеста прыгнул на крышу соседнего дома. Искать Злобного Автора уже бесполезно – он и так успел обыскать всю округу. Оставалось лишь проследить, чтобы с Адрианом Агрестом ничего за эту ночь не случилось.

***

Злобный Автор кружилась на чердаке одного старого полузаброшенного дома и мечтала. Очень хотелось написать, но она не могла – любая запись, даже не в волшебной тетради, имела теперь силу. А девушка хотела, чтобы история их с Адрианом любви вышла абсолютно идеальной, продуманной с первого до последнего слова. Вдруг пальцы онемели. Дыхание сперло. Захлопав от удивления глазами, Злобный Автор рухнула на колени, подняв тучу пыли, тут же испещрившую мелкими точками ее платье. - Ч-что происходит? - Это я решил напомнить о нашем уговоре, - раздался голос Хищной Моли. – Ты не должна сидеть здесь и прохлаждаться. Принеси мне талисманы Ледибаг и Кота Нуара. - Но я не знаю, где они, - прохрипела девушка, и тут же ощутила холод. - Глупая девчонка! Ты должна выманить их! Напади еще на кого-нибудь, устрой погром в школе… - Но тогда Адриан подумает, что я монстр, - прошептала она. Давление немного ослабло. Но через мгновение все внутри скрутило с новой силой. - А если ты не принесешь мне талисманы, он не подумает о тебе вообще ничего! – Хищная Моль не на шутку рассердился – он и так позволил ей почти целый день потратить на собственные капризы. - Будь послушной девочкой, и делай, что я велю, - добавил он. – И тогда Адриан будет принадлежать только тебе. Холод, боль, дрожь – все прошло. Злобный Автор, тяжело дыша, кивнула. Затем, поняв, что Моль, возможно, не видит этого, сказала: - Я все поняла. Я сделаю так, как вы хотите. Я напишу вам лучшую историю о поражении Ледибаг и Кота Нуара. - Умница. Я знал, что ты меня поймешь. - Но перед этим, - она почувствовала дрожь; сглотнула и продолжила. – Перед этим я хочу увидеть вас. - Увидеть меня? – Хищная Моль был удивлен. Но и только. - Да, - она все еще дрожала. – Я хочу увидеть вас. Лично. Короткий разговор. Всего несколько минут. И я тут же начну готовить план по захвату талисманов. - Хм-м-м, - протянул он задумчиво. – Тебе это поможет? - Ну да, - она перестала дрожать. – Я же должна знать, куда отнести талисманы потерпевших поражение супергероев. - Вот как, - он усмехнулся. – Тогда слушай и запоминай. Повторять я не собираюсь… Девушка кивнула и поднялась. Отряхнула платье. Голос Моли все еще звучал у нее в голове. «Одна встреча, - подумала она, вновь задрожав от возбуждения. – Всего несколько минут. И тогда я смогу исправить все. Все, что захочу».