Не сломайте зубы...

      — Лилия, тут Костя на крыше… — серые глаза рыжеволосой девушки вспыхнули страхом и беспокойством. — Кричит, что не может так больше жить. Думаю, Вы имеете на него влияние. Приходите скорее! Я попытаюсь удержать его от прыжка! — и в трубке послышались короткие гудки.       — Ну и что это было? — начиная раздражаться, процедил сквозь зубы Костя Острозубов.       — Это?.. Социальный эксперимент, — сверкнул глазами социолог. — Пойдёмте, Константин. Проводите меня в одно место, а по пути я Вам всё расскажу и объясню, — парень, что называется «без задней мысли» проследовал за преподавателем.       — Куда мы идём? — всё же решил поинтересоваться студент, когда они вышли на «чёрную» лестницу.       — Мне нужно на одну процедуру, — уклончиво ответил Александр Константинович. — Так вот, Константин, понимаете, когда человек влюбляется, но ещё не понимает этого, он зачастую выдаёт себя поведением и жестами… — начал объяснение препод, поднимаясь всё выше и выше. Со временем Косте всё это начало напоминать ту несусветную чушь, которую он сам несёт на парах, пытаясь выкрутиться и не зная правильного ответа. Обычно это срабатывало на гуманитарных дисциплинах, когда преподаватели вместе с ним теряли нить повествования. — Вот, Костя, проходите, — наконец открыл перед ним дверь Игрок. Костя, задумавшись, машинально прошёл в дверной проём и тут же услышал за спиной хлопок: дверь закрылась. Парень огляделся и понял, что находится он на крыше больницы. Ну конечно, куда ещё могла вести эта металлическая лестница?! Уж явно не в процедурный кабинет!       — Александр Константинович, что Вы творите? — попытавшись открыть дверь, но не сумев — естественно — этого сделать, Костя Острозубов решил начать переговоры.       — Это экстремальный выпуск передачи «Давай поженимся», — ответил из-за двери социолог.       — Не думал, что Вы смотрите такие передачи, — с нескрываемым сарказмом прокричал студент, начиная искать альтернативный способ попасть обратно в здание.       — А я и не смотрю! — парировал Игрок. — Жена иногда включает, а ей простительно!       — Александр Константинович, а Вы не боитесь, что я и правда спрыгну? — решил немного попугать препода Костя.       — Нет, Константин, не боюсь: Вы же не идиот.       — А, так я Вас всё-таки убедил в этом? — парень уже перестал злиться. Сейчас его начала забавлять эта ситуация: последнюю неделю в универе он провёл настолько скучно, что был рад теперь даже такому странному веселью.       — Практически, — не сдался без боя социолог. — Одна загадка осталась. Отгадаете — обеспечите «автоматы» по социологии всему потоку! Загадывать?       — А смысл? Вы до сессии всё равно не вернётесь, а значит «автоматов» нам не видать, как дождя из денег. Хотя… — Костя замолк на несколько секунд. — Давайте договоримся: если я отгадываю загадку, то Вы меня выпускаете отсюда, — предложил парень простой выход из сложившейся ситуации, хотя уже продумывал другой план действий.       — Давайте попробуем. Но мне нужно подумать, — отозвался Игрок.       — Только не долго, а то я прыгну, — с этими словами Костя снял с себя шарф с символикой футбольного клуба «Ливерпуль» и стал привязывать его к торчавшему неподалёку штырю громоотвода.       — Константин, я готов в очередной раз проверить Ваши интеллектуальные способности! — наконец прозвучало изнутри. — Вы меня слушаете?       — Очень внимательно! — откликнулся Костя и стянул с себя тёплую кофту, чтобы связать её с шарфом.       — Так вот. Утро. Семь часов. Вы крепко спите. Звонок в дверь. На пороге человек, который Вам очень дорог, Лиля, например. Человек голодный. Вам нужно его угостить. Вы идёте на кухню. В холодильнике у Вас есть хлеб, колбаса, сыр, масло и баночка красной икры. Что Вы откроете первым? — зная, что загадка скорее всего с подвохом и проанализировав всё услышанное, Костя Острозубов довольно быстро нашёл на неё ответ, но решил, что Александру Константиновичу об этом знать не обязательно, особенно учитывая то, что его план «маленькой холодной мести» был близок к своей кульминации. А в это время рядом с преподавателем социологии материализовалась запыхавшееся рыжее чудо, вот уже восемнадцать лет носившее имя Лилия Хитролисова.       — Что там, Александр Константинович? — с нескрываемым беспокойством поинтересовалась девушка у мужчины, пытаясь отдышаться. –С чего он вообще решил прыгать?       — Говорит, что причиняет Вам слишком много боли своим равнодушием, — пытаясь не улыбаться, ответил Игрок.       — Мне?! — рыжие бровки непонимающе сдвинулись к переносице.       — Да. Говорит, что видит, что Вы влюблены в него, но не может ответить Вам взаимностью. А причинять боль своей чёрствостью он не хочет, потому что Вы слишком хороший человек. Ну… Это, конечно, не все причины, но одна из основных, — с серьёзным лицом рассказал Александр Константинович.       — Я?! Влюбилась в него?! — казалось, безграничное возмущение девушки можно было почувствовать физически.       — А что, это не так? — подлил масла в огонь социолог. По выражению его лица Лиля начала догадываться, что что-то тут нечисто.       — Нет, ну он мне нравится… — девушка задумалась, вспоминая время, проведённое вместе с Костей, его слова, поступки… Она вдруг осознала, что этот парень практически идеально подходит под тот образ, который она придумала несколько лет назад, и всё это время мечтала, чтобы на неё обратил внимание именно такой парень. — Твою мааааать, — протянула девушка, осознав своё положение. — Ой, извините, Александр Константинович!       — Я думаю, что Вы имеете на него влияние большее, чем кто-либо другой. Я потянул время: загадал сложную загадку. Он пообещал, что пока не отгадает — не прыгнет.       — А что за загадка? — девушка решила узнать все обстоятельства, прежде чем вступать в диалог с потенциальным самоубийцей.       — Загадка такая: утро. Семь часов. Вы крепко спите. Звонок в дверь. На пороге дорогой Вам человек. Человек голодный. Его нужно накормить. Вы идете на кухню. В холодильнике у Вас есть хлеб, масло, сыр, колбаса и баночка красной икры. Что Вы откроете первым? — рассказал загадку преподаватель.       — Глаза, — внезапно послышался голос Кости Острозубова совершенно не оттуда, откуда ожидал его услышать Александр Константинович Игрок. К застывшим в изумлении социологу и девушке подошёл Костя. Вид его был, мягко говоря, странным: из одежды на парне остались только джинсы и шапка — и это в декабре! — что заставило препода усомниться в том, что Костя не сошёл с ума. — Я прав? — решил нарушить тишину парень, заметив, что, похоже, в данной ситуации его мозг работает быстрее остальных.       — Ээээ… Да, Вы правы, молодой человек, но… Как? — мужчина показал рукой сначала на закрытую дверь, а потом на своего студента.       — Верёвку сплёл. Из шерсти.       — Со спины? — усмехнулся препод, вспоминая всемирно известную пиратскую сагу.       — Именно, — подтвердил его «догадку» Костя.       — Так. Это что, сговор? — наконец, ожила и Лиля. — А я, как дура, неслась сюда через половину города помогать одному спасать другого, — и она выбежала, явно смертельно обидевшись на обоих.       — Ну что, доказали? — усмехнулся Костя, обхватывая себя руками, чтобы хоть немного согреться.       — Вообще-то, да, — парировал социолог. — Но всё пошло немного не так, как я задумывал, — несколько растеряно добавил он. — Но думаю, что у Вас есть совместное будущее.       — Ага, конечно, — скептически хмыкнул парень. — Александр Константинович, давайте поднимемся на крышу и заберём мою одежду. А то я что-то замёрз.       — Дельное предложение, — открыл дверь на крышу Игрок. — А как Вы всё-таки выбрались?       — Верёвку сделал из одежды, привязал к громоотводу, спустился на балкон последнего этажа, хотел окно разбить, но повезло: кто-то это сделал до меня, — рассказал путь своего освобождения Костя. Доказательства этому рассказу удивлённый преподаватель мог через несколько мгновений видеть своими глазами.       — Не плохо…       — А почему дверь на крышу была открыта? — задал мучавший его всё это время вопрос Острозубов. — Её разве не закрывают?       — Сейчас расскажу, — покидая крышу, улыбнулся мужчина. — Разговаривал я как-то с местным сторожем…