Мы справимся

В 11:55 Драко уже стоял у лавки Оливандера. Точнее говоря, бывшей лавки. Половина Косого переулка была разрушена, издалека слышался смех и гомон из магазина Всевозможных Волшебных Вредилок Уизли. Люди толпами выходили оттуда с набитыми сумками и пакетами, дети смеялись, а на лицах родителей сияли заботливые улыбки. Никогда его родители так не улыбались. Никогда. - Привет, давно стоишь? – раздался совсем рядом голос Блейза. - Нет, буквально пару минут. - Куда пойдём? – Драко и Блейз обменялись рукопожатиями. - Без разницы. - Малфой, мне не нравится твой настрой. С тобой всё в порядке? - Вполне, - сухо ответил Драко. - Ну, что, тогда в «Котёл»? - Да, можно, - спокойно согласился Драко. Через пару минут они уже сидели за столиком в дальнем углу бара и потягивали сливочное пиво. Грохнув уже второй пустой кружкой, Блейз не выдержал: - Меня не устраивает этот детский коктейль. Может, чего покрепче? - Нам ведь не продадут, - холодно откликнулся Драко, отпивая из кружки. Настроения абсолютно не было, а сливочное пиво уменьшилось лишь наполовину. Драко отодвинул его в сторону. - Так, Малфой, я смотрю, нужны экстренные меры. Сейчас всё будет. Блейз пошёл к барной стойке и стал разговаривать с Томом, стариком, заведующим этой хибарой. Тот, как видел Драко, стал препираться, мотая головой, выражая несогласие. Тогда Блейз полез в карман и достал пару галеонов, осторожно положил их в нагрудный карман старика. Том нахмурился, но всё-таки отдал Блейзу бутылку огневиски и 2 стакана. Блейз поблагодарил его и вернулся за стол с победной улыбкой. - Я же говорил, что всё будет. Держи, - Блейз подал Драко выпивку. Драко сделал пару глотков и поморщился от горького и жаркого напитка, обволакивавшего горло. - Ну, что за дрянь, - пробормотал Драко, отставляя стакан подальше. - Пей, может, легче станет. - Не думаю. - Расскажешь, в чём дело? – Блейз участливо посмотрел Драко в глаза. - Нет, - выдавил из себя Малфой, посмотрев в сторону окна. За окном мелькнуло что-то почти белоснежное. Волосы его матери. Он бы ни с чьими их не спутал, ведь у него были такие же. Платиновый блондин. Острый взгляд уловил на лице матери безысходность и испуг, она явно куда-то спешила. Буквально через несколько секунд за Нарциссой мелькнуло тёмное пятно. Беллатриса. Она почти бежала за его матерью, а на её лице отражалась палитра эмоций – от ярости до мольбы. Что-то было не так. Драко сжал кулаки до хруста костей. Блейз проследил за его взглядом, но за окном уже никого и ничего примечательного не было. - Что это было, Малфой? Ты как будто дементора увидел. - Блейз, мне пора. - Куда ты… но… Стой, - тот схватил Драко за предплечье, когда он уже встал из-за стола, - что ты увидел? - Ничего особенного, - бросил Драко. Внутри него кипело чувство, что он может не успеть. Только к чему не успеть, он не знал. - Что происходит, чёрт возьми? - Я напишу тебе, хорошо? - Нет, Малфой… Драко вырвал руку и ринулся из бара. Выйдя на улицу, он повернул направо, туда, куда ушла его мать и тётка. Если с матерью Беллатриса, ничего хорошего не жди. Она сумасшедшая, безжалостная убийца. Даже другие Пожиратели Смерти, будучи мужчинами, периодически дёргались, когда в их руках была чья-нибудь жизнь. Но она… Нет, она никогда не дрожала, её голос был крепок и неумолим, а бешеный огонь в глазах предсказывал неминуемую смерть. Она поклонялась Тёмному Лорду, и среди Пожирателей ходили слухи, что она тайно влюблена в него, но Драко считал этот очередной ложью. Такой человек не может быть влюблён, не может любить. Она своеобразная вершительница судеб в руках Волдеморта, его волшебная палочка, которая в любой момент выпустит зелёный луч с визгливым «Avada Kedavra!». Такова была Беллатриса Лестрейндж. Завидев вдалеке белое пятно, Драко прибавил шагу. Переулок был пуст, и стук от каблуков его ботинок чётко слышался на приличное расстояние. Передвигаться тише он не мог, потому что пришлось бы сбавить скорость, а сейчас было очень важно нагнать мать и Беллатрису и, если не остановить, то проследить за ними. Буквально через 20 секунд Драко увидел, как Нарцисса повернула налево за ближайшим двухэтажным домом, Беллатриса следовала за ней неотступно. Драко помнил эту дорогу, но не хотел думать, что они идут к нему. Выйдя из-за поворота, парень чуть не попался: Нарцисса и Беллатриса остановились у невзрачного на вид дома и постучали в дверь. Спустя пару мгновений они вошли, осторожно прикрыв за собой дверь. Драко знал, что это был за дом, но не мог понять, зачем его мать пошла к нему, почему за ней увязалась Беллатриса. Что им может быть нужно у Снейпа? *** Когда Драко вернулся в поместье, отец стоял на пороге, сложив на груди руки. - Где ты был? - Встречался с Блейзом. - Почему ты не спросил разрешения выйти из поместья? - Я не припомню причин, почему моя свобода в поместье может быть ограничена. - Дерзишь… - отец покачал головой, - через 15 минут в подземелье. Я научу тебя разговаривать со взрослыми. Драко без слов прошёл мимо него и поднялся в свою комнату. Он знал, что его будет ждать в подземелье. В лучшем случае – физические увечья, в худшем – тройная порция Crucio. И всё же он не мог ослушаться, иначе вызвал бы ещё больший гнев отца. Сняв дорожную мантию, Драко вышел из комнаты и спустился в подземелья. Отец был уже там, он стоял к нему спиной. Драко остановился на пороге. - Закрой дверь, - холодный голос отца прокатился эхом по тюремному подземелью. Драк сделал, как он сказал. Руки не дрожат – хорошо. Он всё-таки научился какой-то элементарной выдержке. - Сделай 3 шага вперёд. Драко бесшумно ступил вперёд ровно на три шага и остановился. Люциус резко развернулся, в правой руке был хлыст. Длинная кожаная верёвка с подобием «бахромы» на конце. Драко не дрогнул, только не сейчас. Он привык к физической боли, но обычно отец кидал его об стену или пользовался палочкой. Но хлыстом – нет. - Интересно узнать, почему я выбрал именно хлыст? Драко молчал. - Отвечай мне! – рявкнул Люциус, хлестнув по каменному полу. Тонкий удар отразился от стен и растаял в сумерках. - Да. - В то время, когда тебе нужно быть дома и думать о том, как исполнить волю Тёмного Лорда, ты встречаешься со своими друзьями, - Люциус снова покачал головой, - ты ведь понимаешь, что ты неправильно поступил. - Понимаю, - спокойно ответил Драко. - А за проступками должно следовать соответствующее наказание. - Отец… - Молчать! – гаркнул Люциус. – 5 ударов хлыстом. Пока что. А за его словами лёгкий молниеносный свист, и боль обрушилась, словно лавина на левое плечо. Драко сжал зубы, покачнувшись. Рубашка мгновенно пропиталась кровью. За ним ещё несколько ударов. Два – по правому плечу, один – по груди. Остался последний удар. Снова по груди. Драко не выдержал и упал на колени, кусая губы до крови, прижимая искалеченные руки к не менее искалеченной груди. Но с губ не сорвался ни единый стон. - Ты достойно принял наказание, сын мой, - с удовольствием в голосе произнёс Люциус, подойдя к Драко и поднимая его лицо за подбородок, - надеюсь, ты усвоил урок. - Усвоил, - почти безжизненный голос. - Молодец, - сказал Люциус и, бросив на пол хлыст, вышел из подземелья. Когда его шаги затихли, Драко упал на пол, оставляя на каменному полу размазанные пятна крови. Слёз не было, была только жгучая, непрекращающаяся боль. Парень надеялся, что холодный камень остудит разгорячённую кожу, но стало только больнее. Драко перевёл взгляд на хлыст. На его концах остались пятна его крови. Драко сжал челюсти, силясь не заорать. Сжаться, как оголённый комок изувеченных нервов. Зажмуриться так, чтобы перестать видеть всё вокруг. Он ненавидел своего отца. Он ненавидел свою жизнь. Он ненавидел тот момент, когда он родился. Потому что стал Малфоем. *** Он не помнил, как добрался до комнаты, помнил лишь глухую боль, когда отдирал присохшую рубашку от окровавленного тела. Драко проснулся посреди ночи от чувства, что на него кто-то смотрит. - Драко… - раздался тихий шёпот, а затем всхлипывания. - Мама? Ммм… - Драко попытался подняться, но каждое движение отдавалось жуткой болью, от чего он застонал, откидываясь обратно на подушки. Краем глаза он заметил, что они тоже в крови, видимо, раны открылись, когда Драко дёргался во сне. А он знал, что дёргался, потому что снова чувствовал эти удары, снова видел окровавленный хлыст, снова чувствовал мерзкий запах кровавого месива, в которое превратилось его тело. - Драко, что он с тобой сделал?.. - Сколько времени? – хрипло спросил парень, силясь открыть глаза. - Почти 4 утра. Люциус рассказал мне, что произошло, и я не смогла уснуть. Он запретил мне приходить к тебе. Но я подождала, пока он уснул, и вот я здесь. Казалось, что перед ним не горделивая и прекрасная аристократка, а маленькая девочка, которая смогла провести взрослого. Только бы она не была наказана. - Мам, уходи. Он узнает, что ты была здесь, и тогда… - Он ничего мне не сделает, - в мгновение её голос стал ледяным, - не посмеет. Да, я слишком сильно зависима от него, я это прекрасно знаю и понимаю, как и он, но я не позволю ему доходить до крайностей. Она достала из внутреннего кармана мантии волшебную палочку и подошла к кровати Драко. - Болит? - Немного, - обманул Драко. На самом деле, всё тело горело, в голове сумятица, в горле пересохло, мозг отказывался соображать напрочь. - Что же он натворил… - будто сквозь плёнку услышал Драко. Он почувствовал, как тёплые волны стали проходить по его телу, как боль понемногу, но отступала, как разум очищался, а сердцебиение становилось спокойнее. Он слышал бормотание матери, знал, что она исцеляет его. Не будет ли ей хуже от этого? - Не переживай, со мной всё будет хорошо, - будто услышав его мысли, произнесла Нарцисса. Она отошла от кровати и убрала палочку. - Отдыхай, - тихо сказала она и направилась к двери. - Зачем ты вчера ходила к Снейпу? С Беллой. Нарцисса резко остановилась. - Ты следил за мной? – спросила она, не поворачиваясь. - Нет. Я был в баре с Блейзом и увидел тебя в окно. - Неважно. - Это важно. - Драко, я не хочу об этом говорить. Это только моё дело и Северуса. - И Беллатрисы. - Да, и её. Драко понял, что ничего от неё не добьётся и замолчал. Нарцисса помедлила, а затем вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. А Драко так и не смог заснуть.