Чистая линия

      Тёплый ветер играл со светлыми занавесками, залетая через открытое окно. От его дуновения с тихим шелестом переворачивались листы оставленной на столе раскрытой книги.       В комнату вошел немного растерянный серьёзный Меттью. Прикрыл за собой дверь так, чтобы она не открылась от сквозняка, а затем подошёл к постели и стал внимательно рассматривать мертвенно бледную девушку. Чуть погодя, присел рядом и нагнулся к ней, осторожно и очень медленно провёл по её лицу, очертил линию губ, возвращая им естественный цвет, спустился ниже. Задержался в районе сердца...       Спустя полчаса вышел, опираясь на стену. Он потратил слишком много сил на исправление последствий. Слегка пошатываясь, налил себе сока и сел в кресло. Руки дрожали.       Откинувшись на спинку, он с чувством выругался.       Хотелось совсем не сока...       Он снова облажался. Нет, его, конечно, смутили знакомые имена, похожая внешность...       — Проверишь? — спросил мужчина посмеивающегося напарника.       — Сказал же, что да, балбес.       — Или он решил поиздеваться и прислал копию.       — Если так, то способ какой-то ну очень извращённый. Это не его стиль. — Алан достал планшет и поудобнее устроился в своём кресле. — Я ведь уже говорил, что ты балбес? Всегда сначала делаешь, потом думаешь.       — С некоторых пор я не очень люблю гостей. ***       Когда я очнулась, то сначала не поняла, где нахожусь. Той боли как не бывало, да и силы появились. Потом вспомнила всё остальное и резко подскочила на кровати.       Напрасно. Тело не поддержало мой порыв. Ногу свело судорогой. Пришлось ещё задержаться на постели, сцепив зубы и стараясь не шуметь... Ненавижу это чувство!       Когда отпустило, осторожно села. Голова не кружилась — ничто не мешало подойти к окну, всё ещё немного прихрамывая. Второй этаж. Можно попробовать спуститься вниз. Только вот мой внешний вид побегам не способствует, а там дальше высокий сплошной забор. И ни деревца рядом с ним, чтобы по нему перелезть. Возможно, что с другой стороны с этим легче... Тут они только рядом с домом.       Птички поют, машин не слышно. Хм... Возможно, что мы где-то за городом. Это проблема.       Мне нужно сбежать. А то, что я одета лишь в пижамку, можно будет чем-то объяснить... Той же полиции. Ведь это похищение.       Книжка какая-то... Не знаю такой язык. Иероглифы не похожи на те, что используются в Японии. Я вообще таких не видела. Если вспомнить, что почти половина слов в корейском из китайского, то и в Китае может таких не быть.       Полистала пару страничек, но не нашла ничего интересного, кроме как различных пометок на английском и... русском? Только то, что там написано, мне не дало никакой информации. Даты, названия местностей, веществ, какие-то имена... Не понимаю.       Книжные шкафы, стеллажи, какие-то приборы, бумаги... Стул, на котором висит простое летнее зеленоватое платье. Больше девушек я в комнате не вижу, значит мне.       Славно, не в пижаме побегу. О, и тапочки лежат. Чудесно.       Я понимаю, что меня могут уже искать, но у них и без меня проблем полно. Да, я им немножко помогла. Да, я сказала Рею, кем я являюсь, но... Далеко не факт, что это является поводом для поисков моей тушки.       Поэтому, мне нужно самой о себе позаботиться. Расчёски здесь нет, конечно, но и так сойдёт.       Внизу кто-то разговаривал. Наверняка похитители. Больше некому.       Осторожно приблизилась к двери и стала подслушивать. Любая капля информации мне на руку. ***       — Зря ты её напугал, — доктор методично чистил апельсин, краем уха слушая новости. Он устал заметать следы своего пребывания в Южной Корее, попутно очищая зёрна от плевел в стыренной документации и образцах — всё не утащить, а валить надо было. Поэтому ему очень хотелось выспаться. Но напарник был слишком порывистым, что выражалось в совершенно разных проблемах. Зато не скучно.       — Кто ж знал, что так выйдет? А потом выбора уже не было — неизвестно, куда бы её в таком состоянии выкинуло, — продолжал жаловаться шатен.       Ал разломил сочный фрукт и кинул половинку напарнику.       — Выбор есть всегда. Только теперь она от тебя будет шарахаться.       — Да понял уже. Но это лучше, чем... — откусил, чуть скривившись. Кисло. — Надеюсь, она понимает, что просто человек. Если она полезет в пекло, а находиться она будет около него точно, то первый попавшийся противник её убьёт.       — Ты ей абсолютно посторонний человек... не перебивай. И отсиживаться она не станет. Тем более с тобой. Насильно? Её найдут, и тогда тебе будет очень и очень плохо. Она уже заинтересовала этих... существ.       — Пусть так... Ладно, но присматривать всё равно буду.       — Она будет в восторге, — доктор попытался сдержать смешок, представив себе этот "присмотр".       — Хватит ржать. Ну, сглупил...       — Социализация у тебя ещё хромает. Попробуй иногда ставить себя на чужое место. Это полезно. Вот в кого ты такой импульсивный? Тебе хоть стыдно?       — Честно? Нет.       — Меттью...       — Что, Меттью? — шатен налил себе ещё сока.       — Ну как так можно было всё запороть? — Ал положил голову на согнутую в локте руку и продолжил наблюдать. Его это крайне забавляло. — Нормально же общались.       — Может ещё не до конца?       — Ну, я бы тебя послал.       — Блин.       — И подслушивать нехорошо, милая.       Метт закашлялся, подавившись соком.       — Она уже проснулась?!       — Видать, ты хорошо постарался, приводя её в чувство. Тихо! — заставил остаться на месте, но сам приподнялся, понимая, что в ближайший час он точно не ляжет поспать. — Сиди уж, деятель, я сам разберусь. ***       То, что он так запросто меня обнаружил за закрытой дверью, настораживало, но уже поздно пить Боржоми. Волосы не торчали, как на портрете Эйнштейна, а были аккуратно уложены. В прошлый раз глаза казались голубыми, но сейчас я прекрасно видела, что они серые и даже с чем-то красноватым.       И, если бы я не знала, кто это, то никогда бы не узнала в толпе.       — Апельсинчик? — ловкие пальцы быстро избавили от кожуры фрукт и протянули мне. Запах апельсина был ярким...       — Обойдусь, — мне было не по себе. Что они хотят от меня?       Он сел на кресло, жестом предложив сделать тоже самое.       — И всё-таки возьми, — фрукт покатился по чистому столу в направлении меня. Пришлось остановить рукой от падения на пол.       — Как вы узнали, что я там? — не стала ходить вокруг да около и спросила напрямую. — Зачем я вам?       — Сразу к делу? — удивился он, но взгляд не отвёл. Только руки вытер о полотенце, висящее на стуле. — Ну, как скажешь. Чем раньше начнём, тем раньше закончим, а у меня и так слишком напряженная неделя выдалась. Приступим тогда с самого начала. И да, — он скользнул взглядом в сторону окна, — сбегать не советую. Я прекрасно ощущаю, кто и где находится на расстоянии до километра. Так уж получилось.       Какой жирный намёк на бесперспективность моих недавних планов.       Их диалог поставил меня в тупик, а дальнейший разговор с доком поставил завершающий штришок к пониманию того, что я ничего не понимаю.       Меня захватили просто потому, что, оставь меня там, Джейк с Мэри в лучшем случае просто убили бы одну глупую девушку. К тому же, им очень удачно подвернулась под руку моя "способность", тем самым сократив время побега.       Потом меня хотели усыпить и подкинуть под двери той самой больницы, но... Но я стала им изливать душу под действием этой "сыворотки правды", тем самым вгоняя в шок уже их. А полученная информация просто заставила оставить меня у себя на более долгий срок.       Убивать меня никто не планировал, да и на тот день у них были заказаны билеты, но пришлось перенести свои планы. Источники информации лишними не бывают.       Это если верить тому, что мне сказали. Излишней доверчивостью я не страдаю, так что поверила не во всё. Оставили б в живых... Ага. Коне-е-е-ечно. Но вслух я это говорить не стала.       Это не благородные, которые умеют стирать память. Тут только тюк по темечку, и получите трупик. Так надёжнее. Они же приходили за данными. Не знаю, на какую они работают организацию, но это явно конкуренты Союза, а свидетели им не нужны. Вероятно, снотворное и спасло мне жизнь. Они оставили меня послушать то, что я знаю, сопоставили факты, которые им известны, не знаю как, но убедились в правдивости моих слов и... И оставили меня живой.       А снотворное ли это было? Может, яд какой, снизивший критичность мышления?       Хорошо, что всё разрешилось. Я жива, в порядке... Относительном. Но, я вряд ли смогу им доверять. Не сейчас.       На ум приходят слова, что без меня было бы лучше, и всё такое. Вывалила на одуванчика новую порцию того, что накопилось. Что я лишь доставляю неприятности, что от меня одни проблемы, что я отвлекаю занятых людей и ломаю канон своим появлением... Развлекалась как могла, далеко не отходя от того, что реально чувствую... Откуда мне знать, какими ещё способностями они обладают? Меня попытались убедить, что всё хорошо, что я не лишний элемент, ломающий равновесие. Что раз я появилась здесь, то зачем-то нужна... Как с психологом поговорила. Умею давить на психику окружающим, этого не отнять. И на этот раз намеренно.       — Почему ты думаешь, что всё портишь?       Странный вопрос, на который мне трудно ответить. Потому что я опираюсь на канон, в котором меня не было. Но почему этот мир обязательно должен соответствовать канону? Это лишь примерные события, описанные людьми. Людьми. Но ничто не может быть совершенным, если это делают люди. Всегда может что-то "затеряться".       Кто-то увидел в своей голове другой мир, но при описании сделал его менее... жестоким. Этим можно объяснить момент с Шинву, когда зомби едва его не распотрошил. Возможно, что в каноне так оно и было, но под рукой оказался мастер на все руки по имени Франкенштейн, который собрал несчастного ребёнка и подтёр травмирующие воспоминания.       Тогда появляется вопрос, как и при таких обстоятельствах номерные остались в живых... За такое издевательство над детьми их бы выпотрошили.       Гадать о том, что могло произойти без меня, можно было бы долго. Примерные события я знаю.       В общем, Алан — такой же мозгоклюй, как и Метт, только в своей области. И мы весьма интересно поболтали. Вероятно, скоро я опять начну в себе копаться уже с новой точки зрения, интерпретировать то, что уже произошло... Но хоть какая-то польза от похитителя должна быть?       — Душ прямо по коридору и направо. В твоей комнате есть всё, что нужно. Если что — зови.       Так, один вышел куда-то в сад. Остался Метт. Напрягает он меня.       Но раз меня никто убивать сейчас не собирается, то... то всё хорошо? Значит, нужно как-то наладить общение и с этим представителем. А страх засунуть куда подальше.       Слишком яркие воспоминания о том, что было причиной моего засыпания, да и настороженность с моей стороны уходить так просто не хочет. Он вёл себя как натуральный маньяк.       Вдох-выдох, пошла.       Всё ещё подозрительно кошусь на немного подавленного шатена, развалившегося в кресле. А почему он с таким паршивым настроением? И зачем он решил за мной присматривать? И почему смеялся его приятель? Вопросов много, но не факт, что мне ответят.       — Я не умею извиняться, — сказал он, заметив моё присутствие. — Да и не чувствую никакой вины. В таком состоянии тебя могло выбросить куда угодно или вернуть туда, откуда ты пришла. И не факт, что это не будет в нескольких километрах от земли.       С этой точки зрения на ситуацию я не смотрела. Звучит весьма... страшно. Да это капец как страшно!       Ладно. Он заработал небольшой плюсик в моих глазах, а так же немножко реабилитировал свои действия. Немножко.       — Я потерял право тебе указывать, но, пожалуйста, держись от всего этого подальше, — на это я лишь кивнула, отмечая, что у него всё-таки именно мои глаза.       Даже как-то неловко.        Ванная комната у них оказалась большая. Как и весь дом она была выдержана в светлых тонах, но тут больше кремовых. Душ, ванная, большое зеркало... О, зеркало! Сто лет тебя не видела! В больнице не было его даже в туалете, что угнетало.       Э...       Мать моя женщина...       А... Это — я?!       В зеркало на меня смотрела я. И в то же самое время не я. Такой я была лет десять назад. Разве что не такой бледной. И глаза с этими синячищами под ними визуально кажутся больше...       Прикасаюсь к холодной гладкой поверхности. Отражение повторяет за мной. Значит, я теперь такая?       Ну... Год-то другой. Можно объяснить этим.       Или тело не моё.       Может, это не так уж и плохо? Но... а если я умерла?       Что за чушь, Аня?! Нет, должно быть ещё какое-то объяснение. ***       У небольшого домика где-то за городом оказался маленький сад с беседкой. Сегодня тепло.       Никогда раньше не радовалась просто тому, что на улице хорошая погода. Кажется, за то время, что я нахожусь в этом странном мире, я немного изменилась.       Эти двое что-то обсуждают рядом с домом. Размахивают руками, доказывают друг другу что-то из области химии или физики. Они оказались весьма увлекающимися личностями. Расчётами трясут и не обращают на меня никакого внимания.       Не знаю, как к ним относиться. Они не бросили меня там, спасли. Могли вообще не ввязываться в разборки с зомби, оставив одну в окружении спящих людей. Я до сих пор жива, а им самим, кажется, абсолютно всё равно, чем я тут занимаюсь.       Может, я просто параноик? Но мои опасения казались абсолютно логичными.       Где-то сбоку мелькнула тень. Да, мой глаз не способен следить за их движениями. Жаль. Меньше эпичных моментов увижу, если доведётся возможность наблюдать их в деле.       Довольно быстро меня нашли, могу только похлопать.       — Рада вас видеть.       Думала, что отреагирую более бурно на их прибытие. Но... Мне, кажется, стало всё равно, где я буду дальше. Просто, чтобы никто не пытался убить. Этого достаточно. Было бы интересно посмотреть изнутри на это весёлое общежитие, но лучше находиться дальше от него. Безопаснее. Было бы славно устроиться на работу и жить недалеко от них, но отдельно. Да и меня никто не приглашал. Просто возможные варианты. А со свои странным положением в другом мире я уже смирилась.       Хотя, мне очень приятно, что меня вообще искали.       — Чай будете? — а вот и Метт нарисовался с подносом в руках. Радушно улыбается. Знает, кто это, но не нервничает. Мне бы такие нервы.       Кажется, они немного прифигели от такого приветствия. Похоже, ждали что-то другое. "Спасите наши души" или злобный смех со стороны похитителей и безвольную меня. Да мало ли, что их тут могло быть.       А тут их встретили хлебом-солью, в беседочку приглашают. Пленник вроде как и не пленник вовсе. Сидит и чай пьёт с мармеладками.       Хм... Хотя с этой точки зрения может создаться видимость того, что мы с этой парочкой за одно. А это не есть хорошо. Мне нужны нормальные отношения с этими личностями. В идеале, конечно, хотелось бы хорошие. Для выживания легче.       Рейзел внимательно посмотрел сначала на меня, видимо, чтобы убедиться, что объект жив-здоров. Потом на Метта. Потом опять на меня. Потом опять на Метта.       Кажется, он задумался о смысле жизни. Другого объяснения выражению его лица я не могу дать.       Да мы страшно похожи. Но попаданец только я. Верно?       — Эм... Мастер? — Франкенштейн тоже заинтересовался, что смутило его господина. Только он пока не в курсе актуальной информации... Если ему Рей не рассказал. Но он у нас неразговорчивый. Хотя, кто знает, кто знает...       — К столу садитесь, — шатену явно надоела игра в гляделки. — Я что, зря заваривал? ***       — Ну, в общем, всё было как-то так, — закончила я свою часть рассказа.       Драки не произошло. Сейчас мы цивильно сидели в беседке и пили чай. Да, на тёмной стороне хорошо.       — Я та-а-акой страшный. Мне, определённо, надо идти в клоуны.       — Цирк этого не переживёт, — кажется, я стала привыкать к странному юмору этого человека.       — Алан тоже так говорит.       Мы озадачили умного человека некоторыми важными вещами наступающего будущего, пусть думает. Может, что интересное скажет. Ну и просто посидели в приятной компании.       В целом, всё проходило даже лучше, чем я могла представить.       — И где она будет жить? — через некоторое время пошли вопросы прикладного характера. Но обсуждают меня в моём присутствии так, словно меня тут нет. Плохой знак.       — Я человек богатый, уж смогу позаботиться о таком прекрасном источнике информации. У меня большой дом и...       — В одном доме с двумя мужиками? Вы серьёзно? — меня пробрало чуть ли не до костей. Голосом Метта можно было замораживать воду. Нет, у него точно какие-то проблемы.       Франкенштейн аж подавился, когда до него дошло, что он имеет ввиду.       Что-то похолодало и потемнело. Закутываюсь в кофточку, которую мне заблаговременно выделили.       — А вы у нас девочки? Прошу прощения, не разглядел.       — Могу поправить зрение. Я не позволю тебе и твоему дружку....       Выражение лица Рея мне было не видно. А жаль, вдруг там что новенькое написано, помимо лёгкой отрешённости от реальности. Ведь человек сейчас такое сказанул... Видимо, драка-таки будет.       — Да как ты смеешь думать...       — Ну, мы же с ней родственники. Я проверял. А тут такие няш...       Чт... Это как?! Я же не отсюда. А, или я просто биологически повторяю кого-то живущего тут? Или тело всё-таки не моё? Всё же, здесь я выгляжу моложе. Но это может быть из-за "перехода", всё-таки это прошлое...       А-а-а-а! Я запуталась.       Но это объясняет такой повышенный интерес ко мне, помимо моих весьма спорных знаний. И почему он так со мной носится. Мог бы просто вытрясти всю информацию и убрать свидетеля. Не удивлюсь, если так и планировалось.       Спокойно!       — А меня вы спросить не собираетесь?        О, какое искреннее удивление на лицах спорщиков, которые были практически в шаге от подъёма из-за стола на предмет "поговорить". Да-да, я тут. И на "без меня меня женили" я подписываться не собираюсь. Не мебель ведь.       А ещё я не хочу тут смертоубийства. А оно может произойти. И даже не из-за меня. Они личности увлекающиеся. Только повод дай.       — Думаю, мне стоит поработать кем-то по специальности и снять квартиру. Я знаю три языка и...       — Будешь приходящим преподавателем в Е-Ран, — нетерпящим возражений голосом, сказал Франкенштейн. И мне вдруг так перехотелось с ним спорить. Верю, что он строил по стеночке благородных, ещё как верю. — Хотя, многих может смутить твой возраст, но "подработка" — это нормально.       — А что не так с моим возрастом? Подумаешь, двадцать семь. Не так уж и много, — некоторые несколько детей уже имеют к этому моменту. Чего смущаться-то?       — Внешне тебе восемнадцать или девятнадцать лет, не больше. Я постараюсь изучить этот феномен, тогда скажу точнее. И никаких отдельно. Если тебя убьёт какой-нибудь посторонний человек, нам станет очень грустно, ведь покойников оживлять я не умею.       Точно. Я же сейчас мелкий шкет. И буду преподавать у такой же возрастной категории.       А в этот момент у людей гормоны из ушей лезут.       Что-то мне эта затея стала нравиться ещё меньше и меньше. Может, сказать, что я буду заниматься переводами? Фриланс, и всё такое. Работа на расстоянии. Хотя, нет. Тогда есть все шансы, что хрен меня куда выпустят.       И всё же, куда пропали эти года?       — Просто я в прошлом. Не знаю, куда испарились девять лет жизни.       — Закон сохранения энергии никуда не девался... У вас ведь так же?       — Да.       — Может эти годы ушли "в оплату за проезд"? — влез Метт.       — Хм... А это не лишено логики.       Дальнейшие обсуждения я уже слышала краем уха. Не понимаю я таких терминов, да и вообще...       Они переключились на менее опасные друг для друга темы.       Солнце уже садится. Так красиво... И так странно.       Вот сидим мы тут на свежем воздухе. Прохладный ветерок щекочет шею, в руках тёплый, ещё не остывший чай. Рядом ведутся научные разговоры, кто-то что-то доказывает. На ещё освещённой части забора греется кот. Рей наслаждается чаем, наблюдая за спорщиками из-под полуприкрытых век. Так... спокойно. Как будто так и должно быть.       Но в глубине души что-то упрямо скребётся. Ведь совсем рядом кто-то снова проводит чудовищные эксперименты, кто-то погибает от чьих-то рук и вообще... Но с этим вряд ли что-то получится сделать. Нужно наслаждаться редкими моментами покоя.       Потому что не известно, что будет завтра.       Особенно сложно, понимая, что будет дальше. Если канон не поменялся. Страх сделать что-то не так глубоко засел внутри.       Я здесь всего ничего, а уже засветилась. Хорошо хоть со встреченными мною мне повезло. Хотя, я до последнего боялась, что...       А, впрочем, это неважно.       Ловлю на себе задумчивый взгляд Рея. Ах, да. Он же читает мысли. Поэтому нужно следить за собой. Нет, мне скрывать нечего, но... Но я предпочту лишний раз не волновать его.       К тому же, у людей есть неприятная особенность — частенько в голове сидят не самые приличные мысли. Мне вот интересно, как находясь в человеческом обществе он сохраняет нормальный цвет лица? Его же большая часть встреченных людей в своей голове давно раздела. И это в лучшем случае.       Взгляд отвёл. Успела заметить, что немножко покраснел. Значит, я права.       Бедняжка. Да, чтение мыслей — палка о двух концах, люди же извращенцы.       С тихим звяком ставлю уже пустую чашку на стол. Чем плохи малюсенькие сервизные чашечки? Постоянно приходится подливать. Мой неискушенный аристократическими привычками хомяк требует большую кружку, чтобы налил, лёг под плед и кайфовал, смотря какую-нибудь белиберду в телевизоре.       Интересно, а в какой момент канона мы всё-таки находимся? Этот отрезок времени должен был быть довольно насыщенным.       — Вы уже встречались с теми монстрами лицом к лицу? Ну странный мужик с ненормальной кожей и полуголая девушка.       — Да, — односложно ответил Франки.       Ясно. И судя по всему, он оставил их в живых. А вот это плохо, если бы он убил их тогда, было бы проще, но... Но тогда бы канон сделал финт ушами. И когда я стала так спокойно относиться к убийствам? Аня-Аня.       — Вы оставили их в живых? Зря. Они придут опять, и пострадают дети. Их нужно было убить.       — Не слишком ли жестокие мысли для человека? — кто бы говорил.       — Я не страдаю человеколюбием к тем, кто убивает ради развлечения. Если бы мы не отвлекли их, то в больнице были бы убиты все. Все, кто там был, — как мне стало известно, пострадавшие всё же были. Их меньше, чем в каноне, но жертв вообще могло бы и не быть, включись у меня вовремя мозги. Этот момент меня страшно угнетает. Ведь погибли ни в чём неповинные люди, у которых наверняка есть кто-то, кто ждал их дома, кто их любил... Интересно, а меня... Нет, Аня, ты об этом не узнаешь. — И если бы я тогда сказала или хоть что-то бы сделала... Но я забыла об этом эпизоде.       Меттью пододвинул ко мне ближе вазочку с конфетами.       — Ты не виновата. Скорее наоборот. Мы должны были свалить на закат, но остались и помогли. Можешь собой гордиться. Кстати, док, сколько мне ещё нельзя?       — Месяц.       — Что-о-о?! Было же десять дней!       — Вы о чём?       — Да я перенапрягся, поглощая силу одного зарвавшегося вампирчика... Ну и стал завсегдатаем больницы на две недели.       — Прости.       — Да ты тут причём? Ал — всего лишь сенсор, пули говнюков не берут, а я пока не в кондиции. Что было делать? Пройдёт всё, не боись. Месяц и я снова буду на всех плевать с Эйфелевой башни. Всё хорошо, котёнок. Правда.       Признаю, я была не права насчёт этих двоих. Но мои эмоции были достаточно логичны. Было больно! Вот. Но теперь всё хотя бы стало понятно. И... Стало заметно спокойнее. Кстати, а где они нашли вампира? И действует не только на людей, делаем пометку.       Кажется, я стала забывать, что такое чувство безопасности. Приятно.       Перенервничала я за эти несколько дней. Но продолжать следить за всеми своими действиями жизненно необходимо.       Чуть позже мне презентовали подарок и помахали ручкой.       Меттью чуть лукаво улыбнулся, протягивая мне свёрток в пакете.       — Мы скоро улетим в Канаду. Постарайся выжить до нашего возвращения. Держи.       — Что это?       — Вечером откроешь. Ну, бывай. И, Ка... Анна... — он собрался было закрыть ворота, но задержался. — Записывай всё, что с тобой происходит. Так, на всякий случай.       И что ты этим хотел сказать? Странный ты, Меттью. Очень странный. Не доверяешь им?       Но это вполне логично.       Мне вот надо понять, насколько они соответствуют канону. Вдруг здешний Франкенштейн является главой Союза, и меня сейчас отправят именно туда?       Фантазия у меня, конечно, великолепная. ***       У ворот их ждало такси. Франкенштейн подхватил под руку споткнувшуюся Анну. Алан предупредил, чтобы она воздержалась от каких-либо физических нагрузок в ближайшие дней пять, и учёный планировал проследить за соблюдением этих предписаний — мозги нужны в целости, сохранности и под присмотром. К своему сожалению, он не имел никаких приборов для считывания мыслей, а его собственных навыков было недостаточно — мог максимум их подкорректировать. Просить Мастера тратить свои силы он бы не стал. Значит, оставался старый дедовский метод.       Но это намного лучше трупа.       Изначально, когда собирался "в гости", он ждал обмен любезностями иного уровня. Но был приятно удивлён тем, что ожидания не оправдались. Очень приятно. Ведь Мастер бы точно решил как-то компенсировать своё невмешательство в прошлый раз... Да и люди оказались в меру адекватные.       По предварительным данным, выходило, что здесь замешен не только Союз, но подробностей выудить не удалось — светловолосый цербер бдил, стоило "родственничку" лишний раз открыть рот.       Но не враги. Это обнадёживало. Более того, они крали документы как раз-таки Союза. А враг моего врага — мой друг.       Немного напрягало Франкенштейна то, что Союз не успокоится и снова пришлёт своих шавок для нападения на детей. Требовалось увеличить охрану.       Но она вряд ли поможет. Простые люди против модифицированных не котируются. Разве только в качестве лишних свидетелей, но, учитывая нападение на больницу и Центр Крови, лишние жертвы их не особо колышут. Идеальным вариантом было не отпускать никого из "свидетелей" далеко от себя и заставить при опасности звонить ему. Если только так.       И если ещё одного человека на своей территории он бы потерпел, то трёх детей — нет. Он пока к этому морально был не очень готов. Пусть находятся у Ик-Хана, это совсем рядом.       Следующим проблемным местом была неприспособленность Мастера к довольно банальным для учёного вещам. Он слишком идеализировал это существо, а потому не всегда мог понять, с чем Мастер справится, а что предпочтёт игнорировать или задумчиво сверлить взглядом, чтобы случайно не сломать.       Например, он никогда не ездил на такси.       Идеальный вариант нарисовался сам собой, стоило уловить в зеркале рыжеватую макушку. Нахлебники — это нехорошо. Вот пусть и займётся, благо никаких объяснений не требуется — прекрасно представляет, с чем имеет дело. Это обстоятельство всё равно находилось вне его понимания, но не доверять Мастеру у него причин не было. Его слова — истина в последней инстанции, которая не терпит неверия.       Ноблесс с отсутствующим видом смотрел в окно, но Франкенштейн прекрасно понимал, что ему интересно всё, что тот видит. А вот то, что девушка уснула, прислонившись головой к стеклу, заставляло испытывать раздражение — от резкого торможения машины есть шансы немного "пораскинуть мозгами", что его совершенно не устраивало. Требовалось ехать помедленнее и аккуратнее. Шейка сломается или просто ударится.       Но теперь её можно будет изучить намного лучше — она будет в прямой досягаемости. Информация из другого мира! Было досадно, что новых знакомых пока не исследовать, ведь один из них назвался родственником, что могло говорить как о ещё одном иномирном человеке, так и о "дубле" на этой земле. Если это копия того мира, то, возможно, там тоже были свои оборотни или аристократы. И какая-то, на первый взгляд, незначительная информация может помочь сделать шажок в сторону лекарства для Мастера. Девушка просто может не всё осознавать, поскольку никакого отношения не имеет ни к какой-либо области науки.       И если они родственники, то и у неё может быть что-то связанное с энергетическим вампиризмом того человека, практически не вредящего ему самому. Франкенштейн уточнил, что эта способность работает в обе стороны... И механизм отдачи энергии представлялся очень вкусным в этом плане. Да, Мастер тогда пошёл в отказ даже просто про изучение этого феномена, но... Никто же не запрещал изучать девушку.       Ведь если выкачать из одного источника, то можно заполнить ослабленного благородного! Только он сказал, что так не может, но если понять закономерности процесса, то... Столько ценной неизвестной информации!..       Учёный предвкушающе улыбнулся.       — Франкенштейн.       Резко развернулся в сторону источника звука, заставив водителя поморщиться.       — Да, Мастер?       — Я долго думал, но так и не смог понять одну вещь.       — Постараюсь вам помочь.       — Что такое "няшка"?