Омегаверс для натурала

      — Ник, ты иди, я сейчас, — бросил Гвен, вытаскивая флакон с туалетной водой и пшикая им на себя.        — Я подожду, — протянул я, наблюдая за его манипуляциями.       Парень запрокинул голову и прикрыл глаза. А запах парфюма чем-то напоминал тот, что мы купили мне. Я принюхался. Точно, это был он.        — Ты мог бы у меня дома попросить, — я все еще не двигался.       Пети приоткрыл один глаз и с легкой усталостью в голосе объяснил:        — Я должен пахнуть тобой. Мы же вроде как женаты. Чтобы запах пропитался, нужно минут десять. Ты поднимайся на пятый этаж. Там отдел кадров. Отдашь вот эти документы, — и он указал на папку на заднем сиденье. — Пока они тебя оформят, я буду готов.        — Ты уверен? — не нравилось мне его настроение сегодня.       Гвен с утра был весь дерганый. То волосы не так лежат, то одежда не так сидит, то ссадина на лице видна, то аппетита нет... остальной список я уже не дослушал, спасаясь бегством в ванную.        — Уверен. Иди. Достал.       Я ухмыльнулся, таким он мне нравился больше. Потрепав его по волосам, чем вызвал нервное шипение, я вышел из машины, направляясь к высокому зданию управления.       Несколько минут, и я уже стоял перед серебряной поверхностью. Кнопка горела синим приятным цветом, стрелка указывала движения лифта. Двери распахнулись, и я зашел в тесную кабинку с зеркалами. И успел только поднести руку к панели, чтобы нажать на кнопку. Створки стали закрываться, как вдруг в лифт протиснулся мужчина на голову выше меня. Да и в ширину тоже. А когда он повернулся ко мне лицом... Один в один мой друг с армейки. Степка. Ну, может, лицо немного не такое, но в целом схожесть налицо. И цвет волос такой же темно-русый, и карие глаза... Я аж невольно улыбнулся. Незнакомец окинул меня напряженным взглядом и потянулся к панели, где была моя рука. Нажали мы одновременно. Нет, ну надо быть таким идиотом, чтобы в первый же день застрять с незнакомым мужиком в лифте.       Он хмурился, пытаясь вызвать диспетчера. Но ответом ему была тишина. Я, честно, боялся лишний раз даже вздохнуть, поскольку до меня доходили приглушенные ругательства. Не хотелось еще больше раздражать этот шкаф.        — У вас есть телефон? — этот голос заставил меня вздрогнуть. - А то я свой в машине оставил.       Я как-то не спешил обзаводиться в этом мире телефоном. Да и кому звонить? Гвену? Он и так со мной постоянно. Лазару? Но его почти не бывало дома. А больше я ни с кем не общался. Поэтому покрутил головой.        — Немой что ли? — он озадаченно всматривался в меня.        — Нет, — выдохнул я.        — Это хорошо. А то с немым и не поговоришь, — улыбнулся он открыто. — Стефан.       Вот тут я уже засмеялся в голос. Черт, у них даже имена с другом совпадали.        — Прости, нервное, наверное, — отсмеявшись, произнес я под тяжелый взгляд сдвинутых темных бровей. — Николас, — ответно представился я и протянул руку.        — Бывает, — рукопожатие было крепкое, как и он сам.       Уже через полчаса мы смеялись в голос оба. Степа, как я его про себя называл, рассказал мне парочку забавных историй про этот злополучный лифт, в котором постоянно кто-то застревал. И, как оказалось, весьма плодотворно, увеличивая демографический рост в стране.        — Жаль, мне не везло застрять с кем-то из омег. Один раз было, и то с альфой, — вставил он в конце. — А ты попадал в такие ситуации?        — Было дело, — я почесал краснеющую щеку под пристальным взглядом нового приятеля.        — Давай же, колись, — толкнул он меня плечом.       Мы уже давно сидели на полу, не особо задумываясь о чистоте кабинки. Я немного подумал, но все же решился. Чего уж терять?        — Это было в новогоднюю ночь, — парень явно задумался. — Праздник оттуда, откуда я родом. Я только поступил учиться на первый курс. И как раз направлялся от одной компании в другую. Уже на подъезде застрял в лифте с … — тут я запнулся, не зная, как продолжить, — замужним омегой. Мы оба достаточно выпившие были, чтобы задумываться о последствиях, — на этом месте я мечтательно заулыбался. Да, такого жаркого секса у меня потом ни с кем не было. Девушка отдавалась, как в последний раз.        — Что, сцепились? — вторгся в мои воспоминания Степыч.        — Да. Сцепились знатно, — тут же отозвался я, особо и не задумываясь, и тут же продолжил: — С мужем.        — Как с мужем? — и лицо у него при этом вытянулось.        — Ну так, лифт открылся в самый неподходящий момент. Кто же знал, что там ее муж ждал? Закончилось уже все в больнице.       Наступила пауза. Парень смотрел на меня с подозрением. А потом, видимо, до него дошел смысл. И он заржал так, что мне показалось, лифт упадет сам.        — Вот же, а я уж грешным делом подумывал, что вы того, — он все смеялся, но теперь уже я смотрел на него с непониманием.        — Что того?       Но Стефан не успел мне ответь. Как раз в этот момент явились наши спасители в лице диспетчера и моего Гвена. Я выходил первым, поэтому не сразу понял, что произошло, когда мне на шею бросилось это чудо.        — Ник, я так волновался! — шмыгал он носом.        — Да все нормально, — успокаивал я его. Разве можно быть таким впечатлительным? — Даже весело было. Познакомился с парнем.       Я обернулся назад насколько позволяли объятия Пети и растерял все слова. На Степе лица не было. Он смотрел на меня и на Гвена. Взгляд исподлобья, лицо покраснело, губы плотно сжаты, не хватало лишь дыма из носа. Сейчас он напоминал мне разгневанного быка. Но только мой друг этого не заметил и потащил за собой.       Разобравшись с документами и со всеми процедурами, он проводил меня.        — Все, я побежал. Давай я в обед за тобой заскачу?        — Давай. Гвен, а ты знаешь Стефана? — я смотрел на него внимательно.       Вот только мой друг не рвался отвечать. Сжался и виновато уставился на меня.        — Что, уже настучали? — тихо произнес он.        — Кто настучал? — и тут у меня щелкнуло. — Так это тот?… ну… — продолжить у меня язык не повернулся.       Гвен еще больше покраснел.        — Да, Ник. А еще он твой начальник. Я хотел сказать, но потом испугался и передумал.       Я громко ругнулся, на что приятель кинул взгляд по сторонам, надеясь, что свидетелей нашей разборки не было.        — Спасибо, что хотя бы сейчас сказал. Не мог выбрать себе кого-нибудь другого, — буркнул я, уже собираясь уходить.        — Почему другого? — он так и остался стоять на лестнице, не решаясь спуститься вниз.        — Потому что попался нормальный мужик. И тот оказался козлом, — но Гвен снова меня удивил. Улыбка озарила его лицо.        — Я знал, что он тебе понравится, — и, не дожидаясь моего ответа, поскакал к себе на нижний этаж.        — Да мне на кой хер он сдался? — прошептал я ему вслед и вошел в отдел.        — Как он мог? — возмущался Гвен на обеденном перерыве.       Со Степычом у нас не заладилось. Он был нормальным мужиком, но между нами пробежала кошка. Или не совсем кошка, а скорее кошак. Гвен. Я даже засмеялся такому сравнению.        — Все смеешься, — нахмурился он, заканчивая с салатом. — А если бы он тебе сделал что-нибудь?        — Что бы он сделал? Брось, Гвен. Ваши эти штучки с внутренним зверем на меня не действуют.        — Это хорошо, что не действуют. У половины отдела голова болит.       Я еле сдержал улыбку. Утро не предвещало ничего плохого. Пока на горизонте не нарисовался Гвен, заботливо принеся мне свитер. И в этот момент в отдел спустился Степа. Вместо того, чтобы, наконец, попросить меня выйти поговорить, как мужики, разобраться, он, как оказалось, перестал себя контролировать, выпустив какого-то внутреннего зверя. Вот честно, хотел бы я посмотреть, что там за моська в таком слоне живет. Одно я разобрал: для местных это как для нас газовая атака. Сам лишь ощутил усиленный аромат его парфюма. Будто бы он на себя весь дезодорант перевел. Но остальных скрутило знатно. А когда он понял, что произошло, сразу выбежал из отдела, громко хлопнув дверью.        — Зато теперь мы знаем, что шанс у тебя есть, — произнес я, и Гвен подавился куском пирога. Я молча ждал, пока он отойдет от приступа кашля.        — С чего ты взял? — а во взгляде столько надежды!        — А думаешь, зачем ему так петушиться? — потешался я над парнем.        — Нет никакого шанса. Он после того случая ни разу со мной не заговорил, — убитым голосом прошептал приятель.        — Понимаешь, такое бывает. Вот лежит булочка, — я взял со стола сдобу и покрутил ее перед его носом, — никому она не нужна. А потом находится желающий, и ты осознаешь, что все это время тоже ее хотел. Но уже поздно. Булочку съели, — и я под его внимательный взгляд откусил почти половину, начиная пережёвывать.        — Это что, ты меня сейчас с булкой сравнил? — часто заморгал друг, миленько покраснев. Вот только почему-то мне казалось, что далеко не от смущения.       Но я уже не сдерживался и смеялся в голос, а он пытался ударить меня через стол. Отсмеявшись, вытер выступившие слезы и уже серьезно заговорил:        — Гвен, нравишься ты ему. Но тут главное — не спугнуть, — протянул я, блаженно потягивая горячий кофе.        — Кого не спугнуть? — жадно наблюдал за мной парень.        — Стёпушку твоего.       После паузы смеялись мы оба.        — А мне нравится, как ты его называешь, — произнес он.       И мы придумали. Остальное время мы как могли изображали влюбленных. Меня эта ситуация забавляла, Гвена смущала, а Стёпушку реально бесила. Вот так и жили, пока не наступил день, и этот мир еще больше меня не удивил. Хотя, казалось, куда сильнее?..