Эллин Фуллбастер

      Разбудили девушку голоса. Невнятные, словно звучащие сквозь испорченный микрофон, они раздражали сознание, и это заставило Эллин разлепить глаза. Все было словно в густом тумане, в голове звенело.       Перед собой волшебница увидела размытый силуэт склонившегося над ней человека. Когда зрение сфокусировалось, брюнетка разглядела лицо и от его вида чуть не закричала от ужаса. Глаза его были словно черные сферы, где не угадывалось ни зрачка, ни радужки, лишь одна сплошная тьма, пугающая и заставляющая испытывать отвращение. Человек криво усмехнулся и чуть отошел, переключив внимание на что-то, скрытое от поля зрения Фуллбастер.       Попытка пошевелить конечностями не принесла результатов, а рот девушки был закрыт каким-то подобием повязки. Девушка, все еще не до конца осознавая происходящее, постаралась хотя бы повернуть голову к человеку в плаще, подходившему к ней ранее, но, когда ей это почти удалось, созидательница вдруг ощутила укол в правое плечо и вновь потеряла сознание.

***

      Когда веселье в баре немного улеглось и Хвост феи постепенно разошелся по компаниям, стало понятно, что кого-то не хватает. — Где Эллин? Уже давно должна была прийти. Люси, ты не видела ее? — Грей, которого от беспокойства до этого отвлекал шебутной Нацу, наконец заметил долгое отсутствие сестры. — Она говорила, что в лес тренироваться пойдет, а потом к нам, — задумалась блондинка. — И правда, долго ее нет. Погоди, спрошу у Уоррена, возвращалась ли она в гостиницу.       Грей замер, не сводя взгляда с созидательницы, которая прислонила два пальца к виску и прикрыла глаза. Брови свелись к переносице, лицо стало сосредоточенным, но через несколько мгновений прояснилось. Она перевела взгляд на парня и сочувственно покачала головой. — Пойду поищу ее, — хмуро проговорил созидатель. Плохое предчувствие прочно раскинуло свои сети в его сердце. — Я с вами, милый Грей, — тут же схватилась за него Дождия. — Да, да, — раздраженно бросил тот. Сейчас ему было не до нее.       Они довольно быстро добежали до парка и осмотрели его, но девушки там не оказалось. Созидатель мрачнел все больше. — Так, где она может быть? Может, к Леону зачем-то зашла? — размышлял он вслух. «Ох блин, не зря мне не нравилось это их общение! Да она с ним проводит больше времени, чем со мной!» — внезапно разозлился Фуллбастер и стремительно направился к гостинице, которую занимала гильдия Чешуя Змеедевы. Дождия еле поспевала за парнем. Подходя к своей цели, они почти столкнулись с выходящим Леоном, который что-то доказывал Юке. — Эй, Леон, Эллин не с тобой?... — Дождия, неужели ты сама пришла ко мне? Я счастлив! — тут же просиял беловолосый волшебник. Однако, заметив наконец обеспокоенное лицо девушки, он перевел взгляд на ее спутника. — Грей? Как... неожиданно. Нет, я даже не разговаривал с ней сегодня. Что-то случилось? — нахмурился он, с трудом отводя взгляд от руки Локсар, цеплявшейся за куртку созидателя. — Надеюсь, нет, — брюнет нервно встряхнул головой, разворачиваясь. — Вы ходили в парк рядом с рынком? Знаете, она часто там тренируется… — Конечно, мы туда ходили!!! — взорвался брюнет, сжимая кулаки. — Милый Грей, вам нужно успокоиться. Мы скоро найдем ее, наверное загулялась и просто потеряла счет времени… — попыталась успокоить его Дождия. — Может, она уже вернулась в вашу гостиницу? — предположил доселе молчавший Юка. Грей чуть оживился. — Ну конечно! Дождия, побежали. — Да, милый Грей, — заторопилась водяная волшебница. — Я с вами, — поспешил за ними Леон. — Юка, Шерии не слова! — уже на бегу крикнул он. Волшебник сдвинул длинные брови и закатил глаза.       Ребята почти добежали до гостиницы, как вдруг на последнем повороте показалось какое-то препятствие. Они подошли поближе и увидели тело девушки, которая, похоже, была без сознания. — Эй, с тобой все в порядке? — осторожно перевернула ее на спину Дождия, как вдруг с криком отскочила. Лицо было слишком знакомым. — Эллин! — бросился к сестре Грей. — Черт, что за…       Он судорожно схватил ее за запястье, пытаясь нащупать частоту сердцебиения. Пульс был, но очень слабый. Брюнет подхватил бессознательную сестру на руки и побежал в сторону госпиталя, крича на бегу: — Дождия, срочно Полюшку в лазарет! Быстрее!       Девушка, а за ней Леон, не теряя времени побежали в бар. «Надеюсь, мастер еще не споил нашу целительницу», — на бегу пришла в голову волшебнице мысль, полная отчаяния. Леон же размышлял, что именно могло приключиться с созидательницей льда. «Напали грабители? Маловероятно, тогда бы они сами там валялись. Если только они были не волшебники. Нужно как следует все обдумать. Только бы она выжила», — с тоской думал он, пытаясь ускорится.       Полюшку они привели быстро, и та сразу же выгнала всех из лазарета, оставив только Венди, да и то только потому, что открытых ран и остального, что детям видеть не полагается, не нашла. Грей пытался остаться, вырываясь из тисков Леона и Нацу, поэтому мастеру пришлось утихомирить его своим кулачищем.       Тем временем целительница и девочка делали все, чтобы привести Эллин в чувство. Вскоре она пришла в себя и даже выпила отвар из трав, но после этого сразу же отключилась, не сказав ни слова. Удостоверившись в том, что сделала все что нужно на данный момент, Полюшка присела немного отдохнуть.       Измученного Грея наконец пустили к сестре. На негнущихся ногах он подошел к кровати. Взгляд парня пал на бледное лицо лежащей девушки. Осторожно сев рядом на стул, взял ее в руку свою, думая только о том, чтобы с ней все было хорошо.       Тем временем Макаров и Полюшка думали, что же могло случиться с ледяной волшебницей. — Макаров, даже я не в силах сказать, почему она была без сознания. Пока не понимаю. Но это точно не голодный обморок и не утомление. — А не может быть это… того? — как-то смущенно проговорил старичок. — Нет, — отрезала целительница, — и не того. И силы у нее точно на месте, и открытых ран я не обнаружила. Ну понаблюдаю еще ночью, вдруг что. А ты деток своих по гостиницам отведи, и парня этого, брата ее, тоже забери. У него все-таки завтра игры, да и здесь он мешаться будет. — Спасибо, подружка, — лукаво проговорил Макаров, пошевелив бровями. — Иди уже, — недовольно буркнула женщина, заправляя за ухо прядь волос и поднимаясь. — Ну, детишки, по домам. Нацу, Леон, вам еще придется повоевать с Греем, — мастер махнул рукой, направляясь к выходу.       Вскинувшиеся волшебники уже приготовились буквально отдирать друга от кровати сестры, однако, ко всеобщему облегчению, нашли его спящим и быстренько унесли от греха подальше. В лазарете на всякий случай осталась Лаки.       Ночь прошла спокойно, да и утро не предвещало ничего плохого. Перед началом четвертого дня Игр Грей зашел, чтобы узнать как дела у Эллин, но нашел ее спящей и будить, конечно, не стал. Лишь с небольшим облегчением отметил, что цвет лица девушки пришел в норму. Полюшка так и не смогла ответить на вопрос, что могло случиться с Эллин и волшебник ушел, не став настаивать на ответе и твердо решивший узнать это самостоятельно.       Внезапно к полудню у девушки поднялась страшная температура, притом что их с братом нормой было примерно на два градуса ниже, чем у других людей. Полюшка всеми средствами пыталась сбить ее, но ничего не получалось. Лаки бегала словно белка, то за водой, то за тряпками, то за лекарствами, и их стараниями к вечеру температура спала. Грею и остальным решено было не говорить, чтобы они не волновались зря, а кроме этого, брюнетку решили переместить в отдельную палату, так как к обеду, после боя с Минервой, в лазарет попала еще и Люси, а у нее собрались обе команды. — Макаров, теперь у нас есть поводы для беспокойства, — тем же вечером, сидя выделенном для нее кабинете госпиталя, говорила врачевательница мастеру. — Для ледяных волшебников повышение температуры тела опасно. А еще… — тут ее прервал воистину ужасающий крик. Целительница и мастер, не сговариваясь, бросились бежать. Звук доносился из палаты Эллин. — Полюшка… живот, очень сильно, — пыталась она говорить между криками, болезненно ерзая на кровати. — Быстро, воду или лед и два шприца из второго ящика. Быстрее!!! — заорала она на топчущихся Макарова и Лаки. Те кинулись из комнаты. Полюшка наколдовала на руке сканирующее заклинание и поднесла ладонь к животу девушки. — Не может быть… — охнула она.       Вернулись мастер и девушка, судорожно протянувшая все требующиеся предметы. Врачевательница быстро сделала инъекции, и, хотя брюнетка продолжала кричать от боли, голос становился немного тише, а тело постепенно замедлило движения. Боль начала отступать. — Приведите сюда Лексуса как можно быстрее, — пыталась она перекричать ледяную волшебницу, — больше пусть никто не приходит. Тихо, спокойно, все сейчас будет хорошо, — успокаивала она всхлипывающую созидательницу. — Что… со мной? — наконец смогла выговорить девушка, следя затуманенным взглядом за действиями Полюшки. — Я пока не уверена, поэтому говорить не буду. Но я убеждена, ничего... — женщина отвела глаза, —  серьезного. Боль уже проходит? — поспешно спросила она, переводя тему. — Да, — еле слышно проговорила Фуллбастер.       В палату буквально ввалился Лексус: — Эллин! Ты… — но Полюшка быстро схватила его за локоть. — Ты мне нужен, идем. Эллин, а ты попытайся уснуть, — обернулась она на девушку, и, увидев, что та уже провалилась в забытье, быстро пошла по коридору, таща за собой громового убийцу драконов.       В кабинете целительница велела парню раздеться до пояса. Тот сначала не понял, потом криво усмехнулся, на что получил удар по голове. — Быстро!!!       Блондин наконец осознал, что она говорит это не просто так, и снял рубашку. Полюшка провела с ним ту же процедуру, что до этого с ледяной волшебницей. — Как такое вообще могло произойти? — бормотала она себе под нос, отходя от него. — Ну что, я не беременный? — снова попытался разрядить обстановку дракон, что, судя по выражению лица Полюшки, получилось не очень. — Деда позови, — измученно опустилась на стул женщина, прикладывая руку ко лбу.       Лексус с удивлением посмотрел на нее, но затем молча вышел и указал стоящему в коридоре мастеру на дверь. Как только старичок вошел, блондин устроился за ней, надеясь услышать, что с его «ученицей» и для чего были нужны эти манипуляции. — Макаров, — услышал он усталый голос Полюшки, — дела еще хуже, чем я думала. — Что такое? Говори же, не томи! — у деда редко был такой напряженный голос. Дреяр-младший нахмурился и приник к двери плотнее. — В Эллин заключена драконья лакрима. — Что-о-о?! — заорал мастер, а после пораженно выругался от неожиданности заявления. — ...И судя по цвету, она либо водная, либо ледяная, — продолжала женщина. — Ты уверена? — на всякий случай спросил Макаров, хотя понимал, что без убежденности в своих словах Полюшка бы не стала такого говорить. — Я только что проверила твоего внука. Внутри него сидит такой же, только желтый. И пожалуй, она чуть больше, чем внутри девочки. Но ошибки быть не может. — Чем это грозит для нее? — голос мастера вдруг стал тише. — Я не слышал о случаях, когда лакриму вживляли взрослым волшебникам. Кстати, почему? Ты что-нибудь знаешь об этом? — посмотрел он на Полюшку. Волшебница кивнула. — Драконий кристалл, вживляясь в человека, начинает подавлять его собственную волшебную силу. Так как у детей этой силы мало, они обычно переносят вживление практически безболезненно. Но у взрослого волшебной силы куда больше, поэтому она начинает бороться с мощью кристалла.       Все начинается, вот как у Эллин, с боли в животе, наступает лихорадка. Сердце начинает биться в несколько раз быстрее обычного ритма, давление скачет, дыхание затрудняется, метаболизм бывает нарушен. Потом начинают проявляться силы кристалла, — целительница перевела дух и продолжила. —  Я наблюдала за вживлением кристалла дракона земли, и из тела того человека вдруг ни с того ни с сего начинали расти цветы и травы. И тот волшебник не выдержал этой лихорадки. Вернее, его организм не смог перенести такой нагрузки. — То есть ты хочешь сказать?... — с ужасом прошептал мастер. — В противном случае девочка умрет, — тихо проговорила Полюшка. В голосе звучало сострадание.       В комнате наступило гнетущее молчание. Стоящий за дверью Лексус провел рукой по волосам, все еще не осознавая происходящее. Внезапно тишину в кабинете разрушил серьезный голос Макарова: — Но… но ведь шанс есть? — Это зависит только от тренированности ее организма. Количества сил. Чем их больше, тем хуже для нее, тем дольше мощь кристалла и ее собственная сила будут бороться между собой. Снадобьями я могу лишь немного облегчить действие лихорадки, но поглотить лакриму или же поддаться ей она должна сама.       Мастер вздохнул, раздался звук отодвигания стула. — Со своей стороны я обещаю сделать все возможное. А теперь ты, — Дреяр-младший прямо увидел, как Полюшка вперила свой взгляд в деда, — оставь эмоции и подумай, кто мог это сделать. — И правда, вживить кристалл во взрослую волшебницу? — задумчиво ответил Макаров, моментально собираясь. — Во-первых, сама лакрима — дорогое удовольствие... — Я уже думала на этим, — нетерпеливо перебила его врачевательница. — И пришла к выводу, что это чей-то эксперимент. И раз Эллин у нас созидательница льда, значит кристалл тоже ледяной. Видимо, кто-то решил посмотреть, что сделает ледяной кристалл с ледяным волшебником. И сделано это было против ее воли, иначе они пришла бы ко мне за советом, это я точно знаю. Значит, — многозначительно посмотрела она на товарища юности, — нужно искать среди врагов гильдии.       Лексус невольно проникся уважением к подруге юности Макарова. Сам мастер, похоже, также испытал нечто подобное, потому что следом блондин услышал в его голосе удивление. — Как ловко ты все просчитала, словно тебе не… хм, не будем о числах. — Бью я все также, — грозно рявкнула целительница. — Пошутил, пошутил. Очевидный враг у нас только один — гильдия Ванюшки, Хвост ворона, черт бы их побрал, — продолжил свои размышления старичок. — Стоило только посмотреть, как их тварь в иглах прикопалась к Грею, сразу все понятно становиться. — Вот с этого нужно начинать. И без меня знаешь, что делать. Я в свою очередь постараюсь сделать все для девочки, — вновь повторила Полюшка.       Поблагодарив, мастер шаркающим шагом направился к двери. Лексус, пребывающий в шоке от всего, что услышал, быстрым шагом ушел из коридора, дабы дедуля его не заметил.       «Странно, я-то своего вживления вообще не помню. Хотя не удивительно, совсем сопляк же тогда был. Черт, неужели все, что сказала Полюшка, правда?» — размышлял он. Погруженный в мысли, громовой убийца драконов позабыл, что здание построено вкруговую, вспомнив об этом лишь когда буквально, вернувшись к двери кабинета Полюшки, наткнулся на деда. — Подслушивал? — грозно сдвинул брови старичок. Лексус отвернулся. — Я прослежу за ними, — сжал он кулаки. — Нет. Скоро Большая битва, тебе нужно отдохнуть и собраться. — Я… — хотел возразить ему внук. — И никому ни слова, — отрезал мастер. — И без тебя найдутся люди, менее заметные. А сейчас в гостиницу, живо.       Лексус нахмурился, но приказ исполнил молча. Несмотря на свой характер, в этот раз он решил послушать мастера, боясь, что его самодеятельность может навредить гильдии и ледяной созидательнице.

***

      Тем временем все тот же человек в плаще наблюдал сначала за муками Эллин, а потом слышал весь разговор мастера и Полюшки. Все это время противная улыбка не сходила с его коварного лица. Он тут же побежал докладывать последние новости своему «начальству». — Мастер, — поклонился он, — у меня хорошие новости. Феечки думают, что все это с ледяной волшебницей сделали Хвост ворона. — Отлично, — на лице мастера даже появилось что-то наподобие гримасы, — и как там эта девчонка? Страдает? — спросил он равнодушным тоном. — Да, все так, как мы и ожидали, сначала температура, а потом боль. Кстати говоря, их местная целительница, как я выяснил, давняя подруга их мастера, тоже знает о том, что бывает с взрослыми волшебниками во время адаптации лакримы. — Неужели? — сдвинул брови Генма. — Это не очень хорошо. Ну, разберемся с этим потом, чем дольше проживет эта девчонка, тем лучше. А эта целительница наверняка сделает все, чтобы так оно и было. Продолжай следить, Люцифер.       Человек в плаще с поклоном удалился, мастер тем временем властно позвал другого волшебника своей гильдии. Тощий волшебник зашел и поклонился. — Чего изволите, мастер? — Пусть все явятся сюда. Живо. — Да, мастер, — снова поклонился маг и быстро скользнул за дверь. — Осталось еще одно дело, — мрачно сказал мужчина в пустоту зала и поднялся из кресла.       Вскоре вся гильдия Саблезуб стояла в Большом зале. Архитекторы специально создали для фаворитов последних игр гостиницу наподобие того здания, что было в их родном городе. Атмосфера была накалена до предела, вокруг мастера вилась темная энергия. Кто-то из волшебников трясся, не в силах выдержать напряжения. Впереди всех прямо перед Генмой с опущенными головами стояли убийцы драконов. — Стинг, Роуг, как это понимать?! Как вы могли так опозориться?! Вы посрамили имя Саблезуба! — орал мастер, и не пытаясь сдерживаться. — Вы недостойны зваться Саблезубами! Немедленно сотрите гербы гильдии! — прокричал он, впечатывая обоих в стены чудовищной силой. Строение треснуло, а покалеченные драконы упали на землю, на миг от боли потеряв способность двигаться. — Мастер, Стинг и Роуг старались изо всех сил! — вдруг раздался робкий голосок. Пожилой мужчина удивленно повернул голову в сторону говорящего котенка, которого прежде не видел. — Я все равно горжусь ими... — вдруг в его глазах появился страх, и он сделал шаг назад своей крохотной лапкой. — Да как смеешь ты, животное, говорить со мной! — тело мастера словно захватила темная сила, глаза расширились от такой наглости. — Исчезни!!! — закричал он, направляя разрушительное заклинание в иксида. — Стинг, — слово бы растерянно шепнул Лектор, а это был именно он, и растворился в воздухе. Все случилось буквально в мгновение ока.       Сам белый убийца драконов в оцепенении смотрел на место, где до этого стоял его маленький лучший друг. Рот в ужасе открылся, но хоть что-то произнести парень был не в силах. По щекам блондина покатились слезы. — Лекто-о-о-ор!!! — не помня себя от горя заорал он, закрывая лицо руками. У противоположной стены Роуг, испуганно следя за действиями мастера, прижал к себе тихо всхлипывающего Лягуха. — Это был всего лишь кот. Встань, Стинг, — усмиряя свою ауру, властно проговорил Генма. Он не спеша повернулся к своему креслу и сделал шаг, не допуская даже мысли о неповиновении юноши.       И тут случилось нечто невероятное. Сжав кулаки и собирая в них белую энергию, Стинг кинулся на мастера, застав того врасплох. Тот, не ожидая нападения, не успел отразить удар, и, падая с удивленным выражением лица, потерял сознание. Гильдия застыла, затаив дыхание. Каждый с ужасом и недоверием взирал на убийцу драконов, стоявшим, тяжело дыша, над поверженным пожилым мужчиной.       Внезапно Эфклифф застыл и уставился в одну точку. В голове медленно, словно издеваясь, пронеслось все, что заставило его забыть развеявшееся заклинание мастера. Он стоял и не в силах был произнести ни слова.