Тень крыла на твоем челе

Какой смысл быть Богом? Нет, не Богом и не Богиней, лучше самим совершенством, восхитительным, изменчивым, непередаваемым, если тебя тревожит мысль, которую ты не в состоянии высказать? Души поднимаются ко мне легким потоком. Их столько, что я не успеваю затосковать от недостачи. Людских желаний становится все больше, их извращенные понятия – для них извращенные – бедные маленькие люди, все изысканнее и невыполнимее, именно так, как я люблю. И вот во всем этом великолепии что-то терзает меня. Что-то мешает пить из чаши наслаждений. Мои создания бесчисленны, они прекрасны и отвратительны, их прикосновение дарит экстаз и смертельную агонию, что еще можно пожелать? В огромном зеркале я вижу, как сливаются тела, сознания, их множество. Я вижу, как льется кровь, пенистая, пурпурная или темная, как гранат. И все-таки, не могу забыться на этом пиру радости, неги и смерти. Мое отражение прекрасно. Мое желание неутолимо. Я совершенна, я божество, но те маленькие золотые следы на аметистовых плитах моего волшебного сада, они будят меня, я не могу их забыть. Что бы за существо не оставило их, оно взволновало меня. Хочу познать эту душу, коснуться ее, и нет мне покоя. Еще дальше, там, за сияющим миром садов я слышу глухое ворчание огненного мира, оттуда тоже доносится голос. Он жаждет крови, криков жертв, звона оружия и жизни, истекающей из тела в кроваво-красных потоках к подножию его престола. Не так давно в этом огне ко мне прилетел совсем другой отзвук. Я прислушиваюсь, так и хочу собрать все голоса варпа воедино. В пульсирующих ненавистью словах я слышу одно: «Найди, познай и убей». Сотни воющих голосов скандируют этому призыву. Обрываются жизни, гибнут целые армии, мучения плоти превосходят мучения души. Найди, познай и убей. Найди, познай и убей. Одно и то же, как утомительно и как бездарно... ...- Я хочу познать истину. Дай мне ее. - Сделка? Опять? - Нет же, не сделка. Ты видишь, я вернулся сам, и теперь мне нужны знания. - Твоя судьба, судьбы мира, будущее, что хочет знать мой ученик Магнус? Мой принц, вернувшийся в свою башню. - Не то и не другое. Это все будет, оно придет само, и потом, я уже видел Кайроса. Ответь мне, что тревожит именно тебя? Самый простой вопрос, который ты слышал из моих уст. - Я Бог Перемен, и я вечно в тревоге и в изменениях. Но за то, что ты вернулся, я скажу - изменения. Множество изменений, сплетения судеб, жизней. Кривые времени изменяют свое направление. Все меняется, Магнус, но, тсссс, это не мой план. - Тогда я хочу получить все, что ты можешь дать мне, пока я здесь, ибо, если все меняется, не исключено, что я покину стены этой башни. - Ты схватываешь на лету, Алый Король, готовься воспринять... ...Я нашла это семя на полу своей клетки. Такое маленькое, темное, но даже сквозь толщу нечистот я почувствовала, как в нем бьется жизнь. Мы все всегда за что-то платим. Мои дети заплатили за свою распущенность и вседозволенность. Они гибнут, забыв о чуде рождения. А моя расплата длится уже вечность. Я живу и умираю, и счет дням потерян. Он совсем не злой, Бог, пленивший меня, но он изначален. Нургл, гниль, которая дает жизнь свету. Его мысли, как тяжелые пузыри с газом, поднимаются в варп, и в них бесценные знания смешиваются с распадом. Что тревожит Дедушку Нургла? Об этом не знают даже его мелкие отродья, снующие тут и там в лужах испражнений. А я, я посажу это семечко, и пусть оно прорастет нежным ростком… Я видела его глаза, глаза моего демон-принца, в них золотые искры, а глазницы – болота с зелеными туманами. Тот взгляд, он манит меня и дает надежду... - Малкадор, ты тут? - А где ж мне быть, милый? Вот что ты не спишь? Ночью дети должны спать. - А я спал, но очень много голосов. - Они пугают тебя? - Нет, но они странные. Звучат по-разному. Давай выпьем молока? - Сейчас несу. А ты жди меня здесь и постарайся не заснуть, а то мне будет страшно одному этой ночью. Молоко было выпито, подушки взбиты, мальчик обнял меня за шею и притянул к себе. - Я скажу тебе один секрет. Ты тоже очень громко думаешь, и я тебя слышу. Про себя ты повторяешь «Их четыре, но что-то не так». Я думал, думал и сам придумал. Их не четыре, их пять, и я их слышу каждый день. Так что не волнуйся, я все придумал. Давай спать? – Он засопел в подушку, а мне было не до сна. - Милый, я знаю, что их больше, но где пятый и кто он? Еще давно, когда ты был намного выше меня и ужасно задирал нос, мы говорили об этом. Удивительно, что эта мысль не пропала, хотя ты сейчас такой милый, очаровательный мальчик. Где искать этого пятого бога? Ты спи, а я все-таки буду бодрствовать. Ночная птица продолжала за окном свое монотонное уханье. На следующее утро мой мальчик напрочь забыл о Четверке и все спрашивал, когда вернется Леман со своими волками. Мы купили хлеба в соседней лавке и ушли к лесному озеру. Хотя вокруг были болота, оно было чистым и без гнилостного запаха стоящей воды. Вокруг озера было полно лесных ягод, и скоро физиономия моего юного друга была покрыта синими пятнами, а язык мог поспорить с наплечником воина Ультрамара. Я не отставал от него, а если к ягодам прибавить теплый хлеб, то мы очень неплохо устроились в это солнечное утро. Мальчик унесся за деревья с дикими воплями великого завоевателя, а мне было смешно и грустно. Мы, мужчины, вечно хотим что-то захватить, подчинить себе. Время, пространство, людей, земли, прекрасных женщин. Женщины. Таинственные, непонятные существа. Такие влекущие и такие опасные. Меня отвлек зов моего сорванца: - Малкадор, иди сюда! Смотри, что у меня есть. Смотри! Вот теперь я точно рыцарь. Он меня посвятил. - Кто тебя посвятил? Куда и во что? – То, что я увидел, заставило меня замереть с открытым ртом. Да, я старею или глупею, если чудеса проходят мимо меня. Мальчик сидел под старой сосной и с восторгом опирался спиной об огромный меч, который в свою очередь стоял у сосны. Этот меч явно принадлежал кому-то из примархов, это исходя из его размеров. Для Астартес он был явно велик. Как же он был хорош. Он был ростом с меня, а я никогда не считал себя низкорослым парнем. И он сиял. Я знал эти благородные изгибы, эту гарду, это сияющее лезвие. Меч Льва. Мальчик тараторил, положив ладошку на меч, и проводя пальцем по борозде для крови. - Он огромный, зеленый такой, меньше Русса, но большой, и у него белый капюшон. А еще крылышки на шлеме. Когда он шел, трава не шелестела, Малкадор, я тоже так хочу ходить. - Милый, что он сказал? - Он сказал, прощаю ли я их. Конечно, прощаю. А меч я сказал ему прислонить сюда, так как он очень хотел мне его оставить. А я вырасту таким, как Леман? - Конечно, вырастешь, дорогой. А что еще сказал этот высокий зеленый дядя? - Он сказал, что этот меч теперь у меня, а ему пора, и убежал. Он сказал, что за ним придут, и мне надо сказать этим, что Сайфер молодец! Он говорил как-то по-другому, но я запомнил так. И еще, он не предатель. Он нес этот меч мне. Малкадор, а что он сделал, что его надо простить? - Он унес меч своего примарха с поля боя, и уже долгое время его боевые братья хотели его найти. Они думали, что он забрал этот меч себе. - Не, он не такой. Сайфер хороший. Он посвятил меня в рыцари. Я рыцарь, Малкадор. А еще у меня будет нож. Я ры-царь! – Он завопил и заскакал вокруг сосны в полном восторге, а я не знал, плакать мне или смеяться. Это – Ультрамар. И мне не хватало только, чтобы здесь появились Темные Ангелы. Они же вечно странствуют в поисках этого меча. И вот еще проблема. Как его утащить к нам домой? Моих сил явно не хватит. - Ты почему такой грустный? – Мальчик взял меня за руку. – Потому что нам его надо будет отдать? - А сам не знаю, дорогой. Мне как-то тревожно. - Мне тоже. И еще я думаю о Корвусе. Вот как он там один? У него нет Малкадора и красивой леди. - Милый, а тебе нужна красивая леди? – Я не мог не заулыбаться, глядя на его задумчивую мордашку. - Вообще, да. Чтоб она была добрая и хорошая, и красивая. Но вот если жить, то лучше с тобой. - А почему? - Леди боятся жаб, а ты нет. И с тобой интересно, а они просто добрые… Когда же Русс вернется? Пора было возвращаться домой. Солнце двигалось к закату. Я решил завтра наведаться к этому мечу и привезти его при помощи машины соседа. Если бы я только знал… В деревне было подозрительно тихо, это я понял уже задним числом, а сначала просто удивился, что мы идем и не встречаем никого из жителей. Мальчик бежал, как всегда впереди меня, размахивая палкой, и сражаясь с сухими зарослями травы. А я спешил следом в раздумьях, что сказать соседу и как объяснить появление этого чуда тут, в лесу Макрейджа. Мечи ведь не стоят под соснами просто так. Особенно, мечи примархов. Внезапно мне стало душно и тяжело дышать. Я приостановился и окликнул парня. И тут, они появились. Нас взяли в круг огромные Астартес в зеленой броне и белых накидках. Капюшоны надвинуты на лица, в их молчании была явная угроза. Один пригвоздил мальчика своей ручищей к стене дома. Я мысленно велел малышу не дергаться, улыбнулся и направился навстречу, понимая, что сейчас будет. Но мне не удалось сделать и шага, меня остановили двое, просто положив руки на плечо. Дышать было по-прежнему трудно, и я чувствовал биение силы. Псайкеры. Все давным-давно забыли о каких-либо эдиктах, о предупреждениях. Псайкеров среди этой группы было по меньшей мере трое или четверо. Я чувствовал, как чужая воля назойливо пытается залезть ко мне в голову. Еще не хватало. Только мой старый друг мог копаться у меня в голове, сколько ему хотелось, а для остальных мои мысли закрыты. Я аккуратно отодвинул их и, красиво выражаясь, закрыл перед ними дверь. - Где Сайфер? Мальчик ответил раньше меня, но на него как будто не обращали внимания: - А он ушел. Он говорил, что вы придете. Так вот, Сайфер молодец, и все получилось. Если вам нужен меч, он там, в лесу. Конечно, Сайфер оставил его мне, но вы можете его забрать. Холодный безжизненный голос вновь спросил: - Повторяю второй раз, где Сайфер? А ты – заткнись, малец. – И тот, кто прижимал парня к стене, похоже, нажал сильнее, потому что мальчик охнул. - Вам же ответили. Отпустите парня ко мне и уберите руки. Меч в лесу, Сайфер ушел, что вам надо? Забирайте свою игрушку и проваливайте. Милый, стой спокойно. Сейчас они уберут руку, и ты подойдешь ко мне. - Ты слишком дерзок для человека. Мои люди сказали, что ты закрыт. Но ты не пария. Лучше бы тебе ответить, потому что следы Сайфера еще не остыли здесь. А у мальчика такие хрупкие кости, поэтому попробуем еще раз, последний. Где Сайфер? Ты ответишь мне, а затем вы двое пойдете с нами, к нему. - Так может, этот ваш «он» сам сюда придет? А не будет сидеть за укрытием. Во что вы превратились, «рыцари»? Пугать ребенка и беззащитного человека. Мне надо сесть, мальчик – моя единственная опора. Дайте ему поддержать меня, а то мое сердце, оно не выдержит. Что там было в вашем кодексе? - Они должны защищать невинных и помогать слабым. Ой, тебе плохо. Я сейчас. Ты потерпи только. – И малыш вывернулся из руки Темного Ангела и бросился ко мне. - Да, вы должны защищать, а не пугать. - Ты заговариваешь нам зубы. – На нас были направлены болтеры, все становилось уже серьезным. Меня поразило, как изменились Темные Ангелы. Рыцари Крестового похода Императора, они несли свет, а сейчас передо мной стояла жалкая группа, источавшая злобу и отчаяние. А еще они были опустошенными. Мне показалось даже, что они не охотятся. Это они-то, сыны Калибана. От размышлений меня отвлек тычок в спину. - Вы идете с нами, там и поговорим. - Вам ведь Это нужно, шавки? Что? Докатились до захвата детей ради своей потерянной железки? – И Ангелы были отброшены двумя мохнатыми телами огромных волков, севших рядом с нами. А болтеры были направлены уже не на нас, а на Волчьего Короля, который с мечом на плече двигался в нашу сторону. – Вот ваша фитюлька, и пусть сам возьмет ее. Хватит прятаться, Лион! Выходи. Цеплять моих лордов – это одно, я же - совсем другое дело. Прими мой вызов, брат. Выходи! На нас обрушилась лавина звуков, как будто огромный стеклянный купол был разбит. Братья шли навстречу друг другу. Огромный Волк и Лев. Как только они встали рядом друг с другом, звуки опять пропали. - Давайте отложим ваши разборки на потом? Я рад тебя видеть, Лион. Почему ты не пришел сам? Ты же знаешь, я рад тебе. Зачем это все? Болтеры, угрозы. – Я хотел загасить угрозу, которая пылала вокруг сближающихся примархов. - Замолчи, человек. Я слишком долго спал. Меня пробудил золотой свет, разлившийся в варпе и осветивший мою никчемную душу. Моего мира больше нет, все погрязло во тьме. Мне нужен мой меч. – Лион Эль'Джонсон не смотрел на меня. У него было бледное, истощенное лицо. Тень былого величия. - Я принимаю твой вызов, фенрисийский пес. - Сам ты пес, а Леман - волк! И вообще, они на нас первые напали. И они грубили Малкадору. Лион медленно посмотрел на мальчика, как будто не видя света, заливавшего детское личико. - Молчать. Молчать, отродье, в присутствии примархов. – Дрожащей рукой он откинул волосы со лба, на котором я, клянусь, видел капли пота. - Давай, Русс, решим все. - Да кто же против? Братья нехорошо усмехнулись, посмотрели друг на друга и начали двигаться по кругу, а меч лег между ними. Да что же с ним такое? Мне захотелось что-то сделать, чтобы Лион вспыхнул, разозлился, но не был таким… Отстраненным, безжизненным. - Нет уж, стоп. Я требую, чтобы вы остановились. Ты обидел ребенка, Лион. Посмотри на него, ты его обидел. – Они продолжали движение, сверля друг друга глазами. Я набрал в грудь воздуха, прижал к себе мальчика и… Успокойся, мой добрый друг. Ты видишь, он не в себе? Он не видит ни тебя, ни меня. Да как? Как он может не видеть Тебя? А вот так. В нем пустота. В Руссе бурлит сила. В варпе я видел Лоргара, он переполнен изначальной тьмой. А он – пуст. Отступничество Лютера истощило его, убило его душу. Он и меч искал просто потому, что это его вещь из прошлого, память о былом могуществе. Лион высох, это только оболочка. Ты хочешь сказать, что он будет тем, что его наполнит? Боюсь, это невозможно. Он просто пуст. Но попробовать все равно стоит, не так ли? Надежда всегда со мной. Ты сам научил меня этому. Мне стало тепло, как когда-то в присутствии моего доброго старого друга. Но со мной был мальчик, и он нуждался в защите. - Лион Эль'Джонсон, остановись. Хватит братоубийства. И я хочу, нет, я требую, чтобы ты вспомнил, ты рыцарь. Я рассказывал о тебе сказки, как ты побеждал зверей на диком Калибане. Остановись и посмотри на меня. Лев споткнулся и перевел на меня взгляд пустых усталых глаз. - А ты, я погляжу, проклятый псайкер. Сильный. Но тебе не остановить меня. – Взгляд примарха прожигал меня насквозь. - Что мне в тебе, человек? Прочь из моей головы. Ты – не он. Ты не можешь быть тем, чьи приказы я чтил, как приказы Отца. - Я – Малкадор, лорд-регент Терры. Посмотри на меня и извинись перед мальчиком. Немедленно, пока еще не стало слишком поздно. Маленькая ручка вцепилась в мою: - Я не дам тебя в обиду. Я с тобой. - Я знаю, милый. - Отойди и не мешай нам. – И они сцепились в рукопашную, как уличные мальчишки. Я любил их всех, сыновей, примархов, любил одинаково, но сейчас, прижимая к себе парнишку за худенькие плечи, я желал победы Руссу. Их движения были отточены инстинктами, обостренными умениями и генной инженерией. Великолепные воины, чья сила и мощь могли лишь восхищать. Машины для убийства. Но если Лион был заторможен в своей тоске, я читал это в нем, то Русс стал чем-то большим за время странствий. Не оскорбляя врага, он молниеносно опрокинул брата на землю и наступил коленом на грудь поверженному рыцарю. Ни резкого слова, ни брани, чистая победа. - Ну что, брат? Поговорим? Меч можешь забрать себе, он твой по праву. А Сайфер, твой Темный Ангел, бывал и на Фенрисе, так что я знаю о нем понаслышке. - Ты… Победил. – Лион дышал с хрипом, но глаза его так и не вспыхнули. Пустота. Леман протянул ему руку, и примарх Первого легиона поднялся. - Ты предал нас, вы все. Вы бросили нас во тьме наедине с нашими демонами. - Его взгляд скользил, переходя с мальчика на меня. - Вы оставили нас, и мы пали. Где была ваша сила, где были ваши обещания? Его мутный взгляд продолжал смотреть куда-то вдаль. - Остановись, Лион. Посмотри, я здесь. Как мы могли бросить вас, когда вы – самое дорогое, что у нас было? Да, было трудно, было смертельно трудно, но мы боролись. - Я ненавижу тебя. – Теперь примарх кричал. – Тебя, лорд-регент. Почему ты был с Ним, а нас разметало по миру? Почему Терра стоит, а Калибан мертв? Ты предатель. – И он бросил в меня свою перчатку. Металл рассек мне щеку. Если бы не инстинкт, он уложил бы меня на месте. А так по мне прошла лишь тень, и оставила на щеке глубокий шрам. Пришла боль, и все закружилось, и я услышал детский крик, и золотой свет переполнил меня… …- Дааа, я бы не хотел быть твоим врагом, старый негодяй. У каждого из моей стаи есть свои страхи. Сегодня я нашел собственный. Это ты, лорд-регент в гневе, повергающий ниц примарха. - Не все так страшно, дорогой мой. - Поверь. - Король Волков рыкнул, расправил плечи и выпил огромную кружку. Неожиданно легким движением для своих ручищ, он поправил шкуру, лежащую на моих плечах. – Пусть она согреет тебя и даст покой. Ты был страшен, Малкадор. Будь ты в Влка Фенрика, мы бы наверняка дрались за первенство, и я не уверен в своей победе. Только не говори никому. - Не скажу. – Я улыбался и приходил в себя, сидя в кресле перед огнем. Мальчик сидел рядом и гладил волков, но головой прижимался к моим коленям. Время от времени он брал меня за руку и прижимался горячей щекой к моей ладони. – Так куда я его послал? Лиона Эль'Джонсона? - Сперва ты наорал на него, как на последнего щенка, поверг на землю Макрейджа словом и взглядом, Фенрис Хьольда, клянусь Асахеймом, он не узнал до последнего момента, кто сейчас сидит на полу и играет с моими волками. А когда Лион понял, его душа затрепетала маленьким новорожденным птенцом. Я видел его вюрд. - Ты можешь это? - Не смотри на меня так, могу. Я вижу нити судеб. Лоргар слышит, а я вижу. Так вот, Лион вернул свое благородство, но его вюрд тонок. - Леман, ты веришь мне? Моим словам про вас? - Верю каждому твоему слову, учитель. Я не слышу лжи за ними. Ты искренен, как огонь, и ты сгораешь в нем. Береги себя, ты нам всем нужен, не только Отцу. Ты нужен нам. – И он захохотал и хлопнул меня по плечу, да так, что почти впечатал в кресло. Одним синяком тут не обойдешься. – Так вот, помнишь наш разговор про Паутину? – Русс исподлобья посмотрел мне в глаза и серьезно кивнул головой. - Лион хотел искупления. На меньший подвиг я бы его не послал. Я хочу, чтобы он или исцелился, или пал. Но ходить с такой раной в душе нельзя, иначе варп поглотит его, а мы ведь не хотим этого? А путь через Паутину – самое то. И его Ангелы наконец займутся делом. Да, и поручи волкам разыскать Сайфера. Их несколько, таких героев, которые нужны мне. - Опять интриги. Опять план. - Да какие тут интриги? Так, мысли вслух. Давай просто смотреть на огонь? У меня все внутри переворачивается после сегодняшнего. Голова кружится и все такое. - Никогда не мог понять, когда ты серьезен, а когда шутишь. Твои глаза мерцают, Малкадор, но дышишь ты тяжело. Сила в тебе бурлит, но ты бледен. Как это все совмещается в тебе? - Я – терранин, дорогой. Ходячий экспонат, последняя реликвия. Поэтому мне все можно. Выпьем, мой мальчик, Фенрис Хьольда. И мы наслаждались покоем, пока это было возможно.