Тень крыла на твоем челе

Я чувствовал их на себе. Они были тяжелые и негромко звенели. Цепи. Как же давно это было… Похоже, сознание все время уходит от меня. Холодно и противно, и еще я в цепях. Когда же это было? Надо обязательно вспомнить. Я уже был в цепях. Иберика. Нет, все же Испания. Не помню. Что главное сейчас? Сохранить рассудок и спокойствие. Да, я в плену. Да, вокруг ходят отщепенцы былой славы легиона Несущих Слово, и от их запаха и вида меня тошнит. Но если посмотреть с другой стороны, я жив, меня не расчленили, моя голова при мне, ее не отсекли, значит, я нужен живым. А это уже что-то. Значит, можно поторговаться… - Так, и что тут у нас? Неужели? Неужели этот миг настал? Сам Малкадор Сигиллайт, лорд-регент Терры, правая рука Императора Человечества. Кстати, почему правая? Почему не левая? - Ты забыл, что я еще и Герой. Не пропускай, пожалуйста. Тебе мелочь, а мне приятно. – Каким же карканьем звучит мой голос. Вот что значит говорить на сухое горло, когда так хочется пить. - Да, конечно, как я мог забыть. Малкадор Герой. А насчет руки пояснишь? А я буду внимать твоей мудрости, люблю слушать стариков. - И поступать по-своему. Лоргар, как же давно я видел тебя в последний раз? Улланор? Никея? Сейчас и не вспомню. А кстати, ты там был? - Не заговаривай мне зубы. Эреб! - И не думал. В цепях неудобно. Не освободишь? Не думаешь же ты, что я опасен? Или что прямо сейчас я буду пытаться бежать. Конечно, не буду. Сначала я узнаю, где я, потом выберу лучший вариант и только тогда сбегу. А пока я твой гость. – И я постарался выпрямиться, чему очень мешали цепи. На шее висел тяжелый ошейник, а руки были разведены в сторону. Варварство какое. Никакого почтения к пожилому человеку. Они вошли вместе. По правде говоря, я думал, что они давно покойники, особенно он, воспитатель и приемный отец мятежного примарха. Тогда, на Монархии он показался мне умирающим стариком, давящимся кашлем и злобой. В тяжелом терминаторском доспехе, который помогал ему двигать артрозными конечностями, он был отвратителен. Зависть к Астартес, к Лоргару, ко всему живому и ненависть. За все эти века он нисколько не изменился. Лоргар расхохотался. - Кто бы говорил, Малкадор. Тебе вообще полагается мирно спать в могиле, вернее, твоему праху. Кустодии должны были смести его с Трона своими перьями и, орошая слезами, поместить в достойный сосуд. Или амфору? Какой бы ты предпочел? Не смотри так изумленно. Или мне кажется, что изумленно? Ты слишком громко думаешь, старый друг моего Отца. Хотя надо отдать тебе должное, больше ничего я прочесть не могу. Но ведь это вопрос времени, не так ли, Эреб? - Да, мой примарх. Лоргар щелкнул пальцами, и эти двое ослабили цепи. Я смог спокойно выпрямиться и размять усталые руки. Аврелиан возлежал передо мной на белом ложе, прокрытом мягкими шкурами. Подушки, яркие, как цветы на летнем лугу, оживляли мрачный темный зал и горели самоцветами, услаждая взор примарха. Я смотрел, как он отщипывает ягоды с виноградной кисти и по одной отправляет их в рот, не отводя от меня пронизывающего взгляда. В маленьком фонтанчике журчала вода. Лоргар щелкнул пальцами, и в воздухе появился кубок с прозрачными стенками, из ниоткуда в него налилась вода. Я отсюда чувствовал, какая она холодная и вкусная. - Это варп, Малкадор. Это его безмолвные существа. Они повсюду. Все здесь создает по моему желанию их эфирными руками. Хочешь пить? - Не откажусь. А еще мне бы пару подушек, удобное кресло. Ты же сам понимаешь, стоять перед тобой в цепях – не слишком приятное занятие. - Мой примарх хочет узнать, что за мальчишку ты сопровождаешь. И еще, как ты мог оказаться жив? - Эреб, всегда хотел лично побеседовать с тобой. – Удар обрушился с другой стороны, но я был готов. Когда находишься в гадючьем гнезде, не стоит надеяться на букеты из фиалок и маргариток. Надо ждать, что тебя будут травить и кусать. Кор Фаэрон знал свое дело. От такого удара моя бедная печень должна была распасться на тысячу кусков, но поскольку она мне верно служила, то я защитил ее внутренним блоком. Читать книги совсем не так уж плохо. - Ты убьешь его, Кор Фаэрон. Смотри, как он корчится от боли. И эта струйка крови в уголке его губ. А мне он нужен живым. Никаких ударов. Так что там с мальчиком, Малкадор? – Лоргар встал и подошел ко мне, протянув кубок. – Пей, бывший регент. - Нет, Лоргар, не бывший. Меня никто не освобождал от моей должности. А раз так, я все еще регент. Побеспокойся о том, чтобы доставить меня обратно. Поверь, я принесу тебе столько хлопот, что тебе не понравится. - Я выпил этот кубок. Кто знает, когда еще доведется утолить жажду? - Эреб, он мне угрожает. Ты слышишь? Твоему примарху угрожают. И кто? Узник. До чего мы докатились, Эреб? - Примарх, он блефует. Он тянет время. - Да знаю я. Другое дело, почему он это делает. Чтобы не тратить драгоценные минуты, скажу сразу. Я хочу многое узнать о тебе. Кто ты такой, Малкадор Сигиллайт? В чем твоя сила? Кем ты был для моего Отца? Ответь, и я дарую тебе высшую милость – встань около меня и будь моим советником. Давно бы пригласил тебя сюда, если бы знал, что ты жив, но это первое. А второе, мальчишка. Где ты его взял и что он такое? Хочу изучить его. Ты приведешь его ко мне? Чему он смеется, Эреб? - Он смеется над тобой, Лоргар. Ты разве не видишь? - Кор Фаэрон почти выплюнул эти слова. Его злоба была так ощутима, что я почти увидел лужицы черного яда на плитах пола. - Я. Спрашивал. Не тебя! – Тело Кор Фаэрона поднялось в воздух, старика ударило об пол, потом об стену. Я чувствовал, как ломаются его кости. Пока он стонал на полу, его руки и ноги выворачивались под неестественными углами. Эта пытка длилась ровно столько, сколько бушевал гнев Лоргара. – Вот что бывает с теми, кто перечит мне, Малкадор. Он вновь возлег на ложе из белых шкур. Эреб забрал у меня кубок, и цепи вновь натянулись. - Ты не выйдешь из этого зала, дорогой лорд-регент. Во всяком случае, пока не потеряешь интерес для меня. Да кто бы из нас не хотел знать тайны Малкадора? Эреб даже бы руку за это отдал, не правда ли? Я обратил внимание, как опасливо вздрогнул на миг Темный Апостол, как невольным движением он спрятал руку. Это надо запомнить. - Молчишь, Малкадор? Хватит лежать на полу, старик, встань, ты мне еще нужен. Иди и разузнай мне все о мальчишке. А мы начнем. Время любезностей кончено! Я чувствовал, как варп окутал меня. Мне не было больно в физическом смысле. Никто не отпиливал мне конечности, не сдавливал голову струной, не надевал на ногу испанский сапог. По мне заскользили щупальца варпа, и я услышал его голоса совсем рядом. Время остановилось. Я перелистывал страницы своей старой книги одну за другой, когда в мои покои сквозь тонкую щель между дверьми проник золотистый лучик. Занятно видеть себя со стороны - лорд-регент, то есть я, поднял глаза, внимательно наблюдая, как поток сияющей энергии просачивается в его покои. Он улыбнулся, протягивая руку к сгустку, который дрогнул от прикосновения теплых пальцев, принял вид маленького дракона, таких изображали в легендах острова Восходящего Солнца, и обвил руку регента… Воспоминания. Они со мной. Я не знаю, сколько я здесь, и сколько мне быть, но я вытягиваю руку, чувствую тяжесть черных цепей и пытаюсь поймать это золотистое сияние. Оно ведь тут, во мне. Надо только позвать его. И я вновь почувствую острые коготки малыша-дракона на моей руке. А потом я отправлю его в путь… …- Они схватили его! Ты видел, они схватили! Корвус, они сделают ему больно! Ты видел их. - Видел. Мы его найдем, только не плачь. Не могу смотреть, когда ты плачешь. Обними меня, закрой глаза и сосчитай до сорока. Потом выдохни, и будем думать, что делать дальше. – Было странно держать этого малыша на руках. Такой маленький, хрупкий. И это он привел меня сюда. И я знаю, кто он. Я мог бы сойти с ума, но время было явно неподходящим. - Корвус Коракс? Ты? Поистине день сюрпризов, хотя не всегда приятных. – Фулгрим протянул руку и погладил всхлипывающего мальчика по голове, затем он протянул руку мне, и я пожал ее. Мой брат. Фениксиец. Такой странный, весь окутанный дыханием варпа. Примарх, цельный, истинный. - Они не будут его убивать. Лоргар не такой дурак, чтобы уничтожить такую ценность, как Малкадор. Так что время у нас есть. Мы все проанализируем и будем действовать. - Не ведая страха! И с честью в сердце. Мы найдем его, даже в самой пучине варпа. - Робаут, я хочу, чтобы твой капитан сопровождал меня. Если он пойдет со мной, мой жизненный путь заискрится новыми оттенками. - Обойдешься. Капитан Вентрис нужен мне здесь, на земле Макрейджа. - А как же опасности варпа? Кто лучше бравого капитана защитит твоего брата, Робаут? Ведь я один, совсем один. Кто защитит меня с отвагой и честью, кто напомнит о благородстве? - Это вы так шутите, да? На самом деле, вам тоже страшно, правда? - мальчик переводил взгляд с одного из нас на другого. В его глазах застыли невыплаканные слезы. - Правда, дорогой. Нам тоже страшно. Корвус, дай мне малыша и не думай, я его не съем. – Я передал мальчика Фулгриму и, глядя, как парнишка обнимает моего брата, почувствовал себя на секунду одиноким. На секунду, потому что в то же мгновение наш маленький друг повернулся и другой рукой обнял меня. - Дайте и мне вас обнять. Соединимся, братья, в едином порыве. Забудь о страхе, мальчик, выгоним его из сердца. Мы найдем Малкадора, где бы ни спрятал его Лоргар. - Робаут говорил твердым звучным голосом, но я чувствовал, как дрожит его рука. Там, в варпе, в глубинах разрушающегося корабля, я и представить не мог такого. Стоять со своими братьями и чувствовать в душе мягкий свет надежды, дышать ночным воздухом и не слышать скрежета когтей и завывания душ за тонкими стенами. Только сдавленное рыдание доносилось оттуда, где стоял доблестный капитан Ультрамаринов. - Я готов умереть за Вас, мой примарх! Мы вытащим лорда Сигиллайта из бездн Ока Ужаса. Во славу Ультрамара! - Именно так, капитан, именно так… …Тяжелые шаги. Я уже научился различать моих тюремщиков. Если шаги шуршали, как пузо змеи в осенних листьях, то я ждал звука кашля и злобного шипения Кор Фаэрона. Его бы воля, и он сам разорвал бы меня на куски. Бедный старик. Его желанию не суждено сбыться, я слишком ценен. Он ненавидел меня так, как старуха-служанка, натирающая деревянные панели с резьбой воском и полирующая их тряпкой, из года в год. Так хочется сломать лепестки у розы из дерева, уничтожить листья, но нельзя. Господин рассердится и накажет. Он приносил мне воду и с надеждой ждал, когда варп проникнет в мой мозг. И каждый день приносил ему разочарование. А эти тяжелые чеканные шаги – это Эреб. - Ты напрасно пришел, Темный апостол. Передай Лоргару, что ничего не выйдет. Не люблю терять время, ни свое, ни чужое. - Я передам все примарху, но я пришел не за этим. Посмотри на то, что я принес. Это яды. Давний подарок Мортариона. - Да, я помню его милую традицию травить всех всякой дрянью. И ведь пили, Эреб. Его легионеры были настолько напичканы ядом, что я всегда боялся за бедных комаров. Они должны были дохнуть, только подлетая к Гвардейцам Смерти. Не знаешь, кто такие комары? - Это ксеносы? - Нет, это мелкие насекомые. Когда-то на Терре их было слишком много, и они изводили жителей своим гудением. Так вот, они бы дохли. Не жители, комары. - Но ведь их сейчас нет. Почему ты о них вспомнил? - Конечно, нет. На Терре ведь нет болот. Но если бы были… - Когда я говорю с тобой, то мечтаю увидеть, как стены окрасятся брызгами твоих мозгов. При этом я должен сдерживать свой гнев. При этом я испытываю трепет от созерцания живой легенды. - Трудно не сойти с ума, да? Подойди сюда. Я хочу тебе кое-что сказать. – Все-таки, Астартес, они как дети. Даже, наверно, внуки. Я с умилением наблюдал, как этот злодей придвинулся ко мне, весь пылая от любопытства. – Так вот. Чтоб не сойти с ума, тебе надо заваривать валерьянов корень. - Корень? - Да. Только никому не говори и держи кошек подальше. - Каких кошек? Ты издеваешься надо мной? - Как можно? Просто если ты дашь его кошкам, то сам увидишь, что будет. Эреб кричал, вернее, выл. Я видел, как варп выплескивался из него и бился багровыми волнами о его доспех. Кулаки пронзали ладони черными когтями. Он упал на колени и выл. И от его воя комната наполнялась шепотами, стонами и туманом Имматериума. - И вот от этого корень валерьяны тоже помогает. Поверь старому человеку. Я видел, как он пытается взять себя в руки, но глаза, глаза выдавали его. Он хотел меня убить, расчленить, упиться моими останками. Нет, дружок, я не доставлю тебе этого удовольствия. Мне еще надо выбраться отсюда. Эреб достал одну из колб, свернул крышку и, стараясь не вдыхать, протянул мне. - Выпей. - Я так понимаю, выбора у меня нет. Бесполезно кидать ее на пол и орошать слезами твои ноги? - Бесполезно. - А вот это ты зря. Ты столько упустил. Когда тебе еще представится возможность, чтоб твои ноги оросили слезами, причем с удовольствием? – Ответом мне был рык, и я увидел, как надуваются сосуды в его черных глазах. Я выпил зелье и стал ждать волн пустоты. - Хочешь знать, что ты выпил? – Горячий шепот вливался мне в ухо. Я не шевелился, но слушал. – Спроси меня, и я скажу тебе. Это отвар, доставленный с Барбаруса. Отвар серого цветка. Хочу насладиться, дааа, именно насладиться, ты не ошибся, как твой язык… - Что тебе в моем языке, Эреб? - Не перебивай. Я хочу слышать бред, который сорвется с твоего языка. - Эреб… Послушай. – И он опять купился, дитя в рясе Темного апостола. – Красный цветок, пион, добавь его к корню валерьяны… И твое давление будет всегда в норме… - А дальше пришло забвение. Глупый Эреб. Ни один яд не возьмет того, кто пил воду Тофаны. Но где тебе знать об этом? Ты лишь Астартес, а я - человек. Я – Малкадор, и пока волна не накрыла меня, я буду звать золотой свет, и однажды, тонкие острые коготки побегут по моей руке, от локтя к кисти. Голова Малкадора Сигиллайта опустилась на грудь, и капля крови упала на плиты пола из черного оникса. Одна капля. Эреб, Темный апостол Несущих Слово, чувствовал себя обманутым. Опять обманутым в своих ожиданиях.