Тень крыла на твоем челе

Планета светилась капелькой росы. Запекшиеся губы с трещинами и пятнами воспаления раздвинула улыбка, скорее похожая на гримасу. Из уголка губы выползла черная муха, поползла по ноздреватой щеке с черными пятнами пор, но воспаленный язык слизнул беглянку, и она опять оказалась во власти черного с воспаленными буграми миндалин зева. Мухи, его разрушительный рой, они пропитывали каждый сантиметр воспаленной плоти, копошились во всех отверстиях, напитываясь его потом и другими выделениями. Тифуса Странника всегда мучила жажда. Он горел внутри от мучительного жара тысячи болезней. Он выпьет эту планету, как мушки медленно выпивали его. Зловещая коса блеснула. В адмиральскую рубку чудовищного корабля Терминус Эст медленным шагом входила Гвардия Смерти, влача на себе дары Нургла, Повелителя Разложения. Они гнили, источая миазмы и ненавидя все живое, мечтали уничтожить, либо наградить проклятыми дарами всех, кто попадется на их пути. - Пригубим их свежести, братья. А затем прикончим. Гробовая тишина была ответом, прерываемая лишь гулом многочисленных мух… ...- Ты спрашиваешь, что такое «Тифус», лорд-регент? Для людей и Астартес это пандемия и смерть, полная мучений. Для примархов… - Байл задумался. – Скорее всего, их организм справится. - Скорее всего, уважаемый Фабий? «Скорее всего» меня не устроит. Подумай, что можно сделать, чтоб скорее всего превратилось в более точный прогноз? - Чтобы прогноз стал точнее, пусть вколют себе вот это. Не смотри на меня так, всего лишь стимулятор для почек. Никакой экзотики и побочных эффектов. Хотя… - И Байл усмехнулся как можно более зловеще. - Пока врач сыт и отпускает шутки, больной может рассчитывать на жизнь, не так ли? - Все так, дорогой лорд-регент, но не будем уточнять, на какую жизнь. Возможно, полную мучений и бесконечных страданий. А если серьезно, - Фабий помрачнел. - Тифус со своим флотом обрекает на гибель Астартес, и не важно, с какой стороны они сражаются. Если Абаддон призвал Гвардию Смерти, значит, он настроен серьезно, и цель оправдывает средства. Не думаю, что у Черных Легионеров заготовлена сыворотка, излечивающая все дары Повелителя Разложения. Собственно говоря, как и у меня. Так что потери будут огромны, правда, для Абаддона это не столь важно – он своих людей не считает. Конрад Керз не ошибся. Не успел остыть воздух от шквала бронетехники и утихнуть гром снарядов, как воздух наполнился надсадным гудением и треском крыльев. Мерные шаги сотрясали землю. В полном молчании Гвардия Смерти двигалась на нашу линию обороны. Их ржавые болтеры и покрытые ржавчиной мечи несли только смерть без надежды на спасение. Но и это было не все. Чем ближе они подходили, тем чаще падали замертво Астартес. Не от выстрелов. Их косила пандемия. Тела разлагались на глазах, и жуткая вонь наполнила воздух, усиливая страдания стоящих в обороне. - У меня для тебя две новости, и каждая из них ужасна. С какой начать? Выберу сам. Они все умрут, твои сыновья. Соболезную, Коракс. Их иммунная система не выдержит. Я должен был тебе сказать, пока это не сделал кто-то другой. – Байл поклонился и положил руку на локоть окаменевшего примарха Гвардии Ворона. – Чуть больше времени, и, возможно, все было бы не так. Наших скачков через варп, где время течет иначе, оказалось слишком мало. Они не созрели полностью, эти Астартес с бледным лицом и чистым сердцем. - Это первая новость. Какова же вторая? – Коракс смотрел вдаль невидящим взглядом. - Я не пущу их в лагерь, Коракс, если кто-то из них будет ранен. Угроза распространить заразу остается, несмотря на все меры, которые я принял. Я не буду рисковать всеми, хотя их смерть ранит меня. Прости. Корвус Коракс надрывно зарыдал, вновь оставшись один. Он сознательно избегал кого бы то ни было, чувствуя, как прошлое захватывает его разум. Байл опоздал со своими новостями, он сам видел, как умирают его сыновья, его Астартес, возрожденные в лабораториях Вороньего Шпиля. Гнев и безумие душили примарха. Слишком много смертей. Острый взгляд прирожденного убийцы разглядел виновника бед Гвардии Ворона. Сегодня он ответит за все и, наконец, перестанет быть Вечным… ...Абаддон Разоритель смеялся. Его послушные вассалы вторили своему повелителю нестройным хором визгливого хохота. И пусть они не досчитаются сегодня лучших из сильнейших, ведь Гвардия Смерти не разбирала, кто свой, а кто чужой в безумии тлена и распада. Пополнение Черному Легиону всегда найдется, пока есть и будут недовольные, а то, что они будут, Абаддон нисколько не сомневался - они ослаблены и деморализованы, эти жалкие слуги трупа, гниющего на Золотом Троне. Время для подарка Уризена. - Подготовьте близнецов! Выпустим их тогда, когда от лоялистов останутся жалкие ошметки.. …- Байл не солгал. – Хрипел Пертурабо по вокс-связи, с натугой поднимая и опуская тяжелый молот и круша всех, кто попадался ему на пути. – Зараза не липнет ко мне, как будто я бесполый святоша, а она - зрелая вдова с объектом поинтереснее. Как вы там? Еще не уснули? - Ты твердолобый сукин сын!.. Твоя тактика не стоит дерьма блохастой псины этих варваров! Я и Лион, с нами все в порядке… - Голос примарха Тринадцатого легиона кипел яростью даже через помехи вокса. - Их слишком много, и мой щит... - Такой же дерьмовый, как и дерьмо, разлитое вокруг этого дерьмового мира! Сходитесь к Пертурабо, мы с Лионом идем туда же. Выманим их на одну позицию. А ты, Магнус, обольешь их пламенем, если, конечно, ты колдун, а не дерьмо осла. - Когда мы вернемся, попроси Малкадора рассказать, кто такой копрофаг, и забей это в свою тупую, упертую башку, на которой так не хватает лаврового веночка. По нему страдаешь, Робаут? – Прорычал голос Русса. Они отступали и знали это. К ним брели Астартес, которых можно было сосчитать, окинув поле битвы взглядом. Слишком мало. А Гвардия Смерти казалась нескончаемым грязевым потоком, сносящим все на своем пути. И где-то там, в их молчаливом сонме слышался смех Тифуса и жужжание разрушительного роя… …- Там гибнут примархи! Или уже погибли. Я должен быть с ними! Астартес, сбор! Передать по вокс-связи! Не вставай у меня на пути, Малкадор. - Нет, я прошу, я требую, в конце концов. Там эпидемия, источник заразы, которую ты распространишь на лагерь, если присоединишься к ним, сведя на нет все усилия Байла под хвост непокорному мулу! Ты же знаешь, что такое карантин. И потом, ты обещал Пертурабо исполнять, а не заниматься самодеятельностью. - Пусти! Я сказал, пусти!!! В задницу твой карантин. Немедленно отпусти мою руку. Это приказ. - Нет, мой Император! – Боль ударила меня в сердце тараном. Как не вовремя, однако. Я видел Его лицо, такое юное и прекрасное, искаженное гневом, но слов не слышал. Все было как в тумане. Я не должен, я не могу… Пожалуйста, только не сейчас. - Что «не сейчас»? Я никуда не иду. Я дал слово. Да что с тобой? – Он был по-настоящему встревожен. - Уже ничего. Я старый интриган, ты же знаешь. – Боль терзала меня, рвала сердце на куски. Еще немного времени, прошу… - Прекрати. От твоей боли зубы сводит. Сядь и успокойся, я погорячился. Прости меня, старый друг. Как мало времени. Ну что же он не едет? Неужели провал?.. …- Как же их много. - Магнус тяжело дышал, его медная кожа, такая яркая и сияющая, посерела от усталости. - Сколько ты продержишься, колдун? – И Жиллиман, со злостью отпихнув очередной разлагающийся труп, поддержал Алого Короля, когда того сильно качнуло. - Сколько надо, столько и продержится, да, Магнус? Обопрись на меня. – Русс с тревогой видел, как дрожат руки брата, из последних сил ткущие защитный щит. - Дерь-мо! – Сочно рявкнул Робаут. Никто ему не возразил. Каждый из примархов, подобный боевой машине, бил и крушил, но Чумных десантников все прибывало, их мутный поток не иссякал… …Воздух пронзил истошный вопль, заставивший каждого из бойцов дрогнуть и на миг опустить оружие. Грохот, стук, скрежет тормозов и жар… Жар обжигал лица, притом, что его источника видно не было. Битва приостановилась. Выжившие лоялисты и явно побеждающие Чумные Десантники оглядывались в поисках источника этого звука, но жар усиливался, а пространство заполнил собой жуткий смех и треск, словно весь мир превратился в один огромный вокс-передатчик. - Добавь жару в топку! Прибываем на второй! - Второй занят. Стрелки на первый. Больше пара. Первый свободен. - Котел перегрет, спустить пар! Оглушающий свист валил бойцов на колени, заставляя прижиматься к земле, чтобы скрыться от этого грохота и воплей, рвущих душу из плоти. Магнус бессильно опустил руки, и братья сомкнули круг, пытаясь разглядеть, что на этот раз хочет забрать их жизни. Пространство взорвалось клубами пара. Казалось, воздух застывает и разбивается, как огромные прозрачные глыбы льда, поддаваясь напору чего-то невообразимо огромного. Земля дрожала, выкладывая тела мертвецов в огромную гать. И он предстал перед ними, весь в пламени и какофонии стонов. Огромным болидом он разделил две армии, закрыв усталых примархов от Чумных десантников. «Так вот ты какой, Омфал Демониум…» - прошептал Магнус. Железные двери вагонов с лязгом раскрылись, и обезумевшая толпа, орущая, потрясающая оружие, воющая, обвешанная черепами и прочими жуткими трофеями, выплеснулась на поле боя. - Это конец. – Пертурабо опустил молот, оценивая, сколько они смогут продержаться против этой беснующейся толпы. - Что ж, это была славная битва. Получше многих. – Русс поднял Мьольнирр. – Мы же не отдадим себя за дешево? Как сучки, мы бесценны, надо не продешевить. Да, Магнус? - Я заберу их всех, а кого не заберу я, добьет Лион. Командуй «сбор», Пертурабо, или я начну сам. – Взревел Жиллиман. Внезапно на крыше вагонов показалась огромная фигура воина с обнаженной левой рукой, покрытой цепями. Он истошно вопил, потрясая гигантским топором. - Дитя Крови… Это Кхарн. Всему конец. Нам не выстоять против них всех. - Кровь Кровавому Богу! Мой отец мертв, я – сирота, мне нужен новый отец, и я найду его на этом побоище! Кхорну нужен герой. Ангрон мертв! – Взвыл он в небеса. – Кто займет его место и трон? Я – Кхарн Предатель! Я предал тебя, Абаддон. За честь моего отца, павшего грудью на меч. За честь отца, который ненавидел своих сыновей! Кхорниты взревели и бросились алой волной на Чумных Десантников, подминая под себя грязно-ржавую массу, топя ее в земле. В воздух взлетали черепа Гвардии Смерти, ставшие трофеями Кровавого Бога. Из кабины машиниста вышли двое. Их доспехи были порублены и искорежены так, что принадлежность к легиону было невозможно определить. В их волосах запутались седые пряди, они были без шлемов. Один сжимал Клинок Ураганов, заставляя его гореть в наполненном туманом воздухе, руку другого защищал наплечник с зеленым кантом и белой розой Павониса. - Миссия выполнена, мой примарх. Омфал Демониум доставлен. Докладывай ты, Вентрис. - По пути с Медренгарда, где демон был повержен, мы встретили Кхарна и подбросили сюда. – И Вентрис улыбнулся, упорно не давая нервному тику, дергавшему его бровь, взять над собой верх. – Во имя Императора. - За Макрейдж. За Калт. Ждем Ваших приказаний. - Да! – Рявкнул Жиллиман. – В кабину, давить тварей, смерть отступникам! Лион, ты с нами? - Куда ж я денусь-то? Кто будет прикрывать твое безумство? Капитанов явно не хватит. – Лион легко вскочил на подножку и поднялся к брату. - Ждем приказаний, примарх. И паровоз загудел в ожидании новых жертв. - Он совсем рехнулся. У Жиллимана от ярости крышу сорвало. – Проговорил Русс, глядя вслед удаляющемуся паровозу, который давил армию Абаддона, чьи тела выстилали его путь. – Неважно. Представь, сколько жизней они заберут с собой, набив топку машины доверху. – Пертурабо поднял молот. – Нам нужен прометий. Сжечь здесь все и в бой, догонять Жиллимана. Огонь очистит и не даст распространиться пандемии. И тут они услышали смех, а воздух забугрился тысячами мошек. - Не будет вам огненной могилы, детки. Он шутит. Такой шутник, хотя и примарх. Отведайте его пот, малыши, а потом расскажите папочке, как он. – И Тифус вытянул длань в сторону Пертурабо. Тот мгновенно оказался облепленным тучей мелких насекомых, которые искали любую брешь в его доспехе, чтобы заползти туда и насладиться разгоряченным в бою телом. – А вы - стоять. – Рявкнул Тифус Руссу и Магнусу. Из-под земли выползла лоза, покрытая огромными шипами, и обвилась вокруг примархов. Керамит заскрипел под шипами, и они поняли, что отвратительное порождение Садов Нургла пытается пробить их доспех. Магнус выбросил руку с пламенем и сбил часть роя. Ему было тяжелее других, так как тело его не было скрыто под надежным панцирем керамита, а магическая защита ослабла – Алый Король очень устал. - Дрожите, опарыши трупа на Троне. Сюда, мои детки, пируйте на славу. Мясо примархов сладко на вкус. – И Тифус облизнулся, выпуская из себя все новых мух. Казалось, кошмар ширится и нет ему конца. Ловушка захлопнулась. Робаут был слишком далеко, чтобы прийти на помощь. Опьянев от ярости, он гнал Черный Легион, отдавая их души Омфал Демониуму, который свистел и гудел, наводя ужас на сражающихся. Кхарн пробивался к ставке Абаддона, сокрушая со своим отрядом все, что попадалось им на пути. Пертурабо, Русс и Магнус оказались отрезанными от основных сил. Все, что мы могли – это наблюдать развязку и готовить команду огнеметов, чтобы выжечь очищающим пламенем всю заразу, принесенную Гвардией Смерти. Пытаясь разглядеть что-то в облаке из мух, облепивших его, Пертурабо думал о двух вещах. О своих доспехах, подогнанных им лично еще там, на Медренгарде в часы полного одиночества. Страдая от обиды, он вкладывал весь свой гнев и умения в собственные доспехи и собрал их так, что они были абсолютно герметичны. Это и спасло его сейчас. Мерзкие твари напрасно искали хотя бы крохотную щель, отверстие. Казалось бы, они пытаются жевать керамит. Пусть их. Пока они заняты им, братьев они не тронут. А вторая – старинный манускрипт, отрывок про человека в Гадаре. «Имя мне – легион». Если бы Пертурабо спросили, как выглядит истинное зло, он показал бы этим умникам, отвлекающих его от важного дела, это копошащееся гудящее облако. Отбиваться от них молотом – это было по крайней мере глупо, а выглядеть глупцом или быть смешным Пертурабо очень не любил. Им осталось недолго, но он надеялся, что их не бросят умирать вот так. А Тифус смеялся, исходя все новыми клубами насекомых, которые трепещущей вуалью окутывали братьев. Приближалась агония. Абаддон Разоритель испытывал двоякое чувство. Его легион нес огромные потери под ударами неистовствующего врага. Но три примарха, пойманные в ловушку Тифуса, стоят любых потерь. Когда они падут, он преподнесет сюрприз лоялистам, который рвал цепи и жаждал убивать. Из горы трупов поднялся Серый Рыцарь, опираясь на обломок силового меча. Одной ноги не было до колена, и он кое-как двигался в сторону повелителя Разрушительного Роя. Рыцарь сиял, как свеча на ветру. Жизнь поддерживалась в нем только одним желанием – изгнать демона обратно в логово. Выставив руку без латной рукавицы вперед, он читал слова изгнания. Пандемия глодала его лицо, обнажая кости черепа и стекая с них потоками гноя. Но он шел и продолжал читать: «Exorcizo te, immundissime spiritus, omnis incursio adversarii, omne phantasma, omnis legio, in nomine...» - Во имя света, во имя Императора Человечества! Я долго ждал, Тифус, пойди вон. Привет от Натаниэля Гарро и в память его! ВОН! Мухи гибли, падая на землю дождем горящего хитина. Плоть стекала с серого рыцаря, но сила его веры была такова, что пламя от его руки, вернее, от того, что от нее осталось, только усиливалось. Тифус кричал от гнева, извергая новый сонм мух и личинок, но время его истекло. Срок, положенный ему, миновал. Почва разошлась и наполнилась гнилостными стоками разложения. Из них поднялась белая нежная рука, и мухи устремились к ней, исчезая в огромной ране на ладони. Домой, хлопотуньи. Цветы источают аромат гниющего мяса, на них обретете вы покой и отдых. Домой, мои крылатые. Сады Нургла ждут. И рой сгинул. На месте, где еще мгновение назад стоял Тифус, остались лишь искореженные пузырящиеся доспехи с льющейся из них пузырящейся жижей. Золотой свет погас. Серый Рыцарь исполнил свой долг до конца. - Я не видел его лица, этого мужа, сгоревшего дотла. Но если мне доведется, то весь Влка Фенрика узнает вису о герое, спасшем Лемана Русса и его братьев. - Его дух был сильнее его плоти. - Сжечь все! И догоним своих. Этот Рыцарь мог стать Кузнецом Войны. Нужна ему твоя виса. Я изваяю его… Догоним же остальных, чтобы его подвиг не пропал зря… …- Эреб, ну что там? Я был лучшего мнения о Разрушителе. Это становится скучным. – Лоргар лакомился сочными ягодами, омывая пальцы от алого сока в серебряной чаше с прозрачной водой. Его флагман и флот Несущих Слово опустились на планету, но высадки пока не происходило. Лоргар выжидал. - Тифус и его Гвардия Смерти повержены, мой примарх. Легион Несущих Слово готов выступить в бой. Я хочу сам его возглавить, если Вы позволите. - Погоди. Дай полотенце. Абаддон запрашивает связь. Дадим ему связь. Какой утомительный полководец. – Но Эреб видел, как сгущается мрак в глазах его примарха и повелителя. - Уризен, мне нужно еще! Где твоя помощь?! Черный Легион несет потери. – Абаддон почти кричал, его лицо кривилось. Эреб представлял, как громко он орет и брызгает в бешенстве слюной. - Что тебе в них, Абаддон? Больше душ – больше силы. Продолжай битву и не думай о потерях. Было бы о чем… - И Лоргар улыбнулся. - Яви свою силу, Лоргар! Яви, или я за себя не ручаюсь! – И сияющий столб погас. - Мышиная возня. Как. Вы. Все. Мне надоели! Смотрите все. – Лоргар щелкнул пальцами. - Бам! Черный вихрь огня разметал воюющие отряды, уничтожив неуспевших найти хоть какое-то укрытие от его бушующего пламени. Омфал Демониум сгинул, издав протяжный прерывистый гудок, оставив на земле своих пассажиров в беспамятстве. Земля содрогнулась и приняла в себя останки и павших, живых и мертвых. Больше не было развалин города, только голая выжженная земля, ровная, как доска, между двумя лагерями. - Вот, как надо. – Лениво проговорил Лоргар. – Надеюсь, Разоритель впечатлен. Как и тот, другой. Иди, Эреб. И помни, я жду Ее. Он хочет заполучить ее все сильнее. Мы забрали с опустошенного всех, кого смогли найти. Их было так мало. Лоргар явил свою чудовищную силу, силу Изначального Хаоса. Начинался последний акт трагедии. Часть из нас была опустошена усталостью боя, часть терзали амбиции. Безумие бесшумными шагами подбиралось все ближе и ближе… Вентрис и Като выполнили порученное им, но Лоргар сумел отобрать у нас победу. Но надежду, этого ему у нас не отнять.