Тень

— Вы можете войти, — сказал подошедший врач, — Господин Туан пришёл в себя… Только недолго! -крикнул он вслед. Марк сперва не узнал отца. Что-то такое бледное и забинтованное. До одури родное. Мать сразу склонилась над побелевшим лицом, пытаясь улыбнуться сквозь слёзы. Марк подумал, что самое главное, что отец жив. Остальное вообще не имеет значения. — Сынок… — папа Туан вполне мог разговаривать даже не напрягаясь, его было слышно. Марк подошёл совсем близко и взял его за руку, — Не думал, что увижу тебя только при таких обстоятельствах… Жутко соскучился…наверное, стоило попасть в аварию, если ты смог вернуться. — Не стоило, я бы и так приехал по первому твоему зову. — Марк сел рядом на стул, не выпуская крепкую ладонь. Мама примостилась тут же. — Это хорошо…теперь ты будешь нужен здесь… Временно заменишь меня… — отец откинулся на подушки и закрыл глаза. — А Джо? Разве не он твой первый помощник, папа? — Марк занервничал. Ему всегда были неприятны разговоры о корпорации отца. Младший сын — Джо, брат Марка, вполне справлялся с этим. — Нет, мой мальчик… Джо ещё слишком молод… А у тебя и образование подходит… Знаешь все входы — выходы. — Пап, давай пока не будем об этом…ты ещё слаб для таких разговоров. Я не собираюсь сию минуту исчезнуть. — Вот это хорошо… Рад слышать, мой дорогой… — отец замолчал, пытаясь выровнять дыхание. Мать тут же засуетилась над ним, поправляя подушку и поглаживая его руку. — На сегодня достаточно, — врач вошёл в палату и близоруко сощурился, ища очки в кармане. Нашёл их и водрузил на нос, — Завтра можно будет побыть подольше. — Можно мне здесь остаться на ночь? — попросил Марк. — Нет, сынок, ты езжай домой… Я сама тут останусь… Ты устал после перелёта… Потный весь, голодный… Отдохнёшь и меня сменишь… — мать поднялась со стула и взяла за руку Туана, — Иди, иди…внизу стоит машина. Ты ещё не забыл, как зовут нашего водителя? — Вы можете остаться… — сказал врач, обращаясь к матери, — Не волнуйтесь, у нас всё под контролем. — поклонился он молодому господину. Сказать, что Марк не любил своё родовое гнездо, не было такого. Но относился к нему, скажем так, с неодобрением. Его всегда приводили в раздражение большие пространства. Лишь его комната соответствовала всему, чего он хотел. Туан прошёл в ванную. И подумал, что не взял с собой ничего. В кармане, кроме телефона Ю Джин-Хо, пластиковой карты и документов ничего не было. Он даже ручной клади с собой не взял. Не до того было. Марк прошёл к своему шкафу и раскрыл створки. Все эти вещи он носил когда-то… И даже был рад… Он достал добротный халат, который сразу напомнил ему Джинёна. В сердце словно нож вонзили. Так стало не хватать воздуха. Он вытащил смартфон и попытался по памяти набрать номер Пака. Чертыхнулся и бросил телефон на кровать. — Марк! — младший братишка вбежал в комнату и сразу кинулся в объятия. — Привет, малыш, — Иен улыбнулся. Всё же он здорово соскучился по родным. Даже голова закружилась, — А где Грейс? — Грейс уехала в Лас-Вегас…уже давно там…вместе со своей подругой. — Странно, почему мне ничего не написала. Недавно же общались в сети. — Ну, у неё типа медовый месяц. Не до нас ей. Как отец? — С отцом более-менее… Сейчас поем и снова туда поеду… А почему Грейс не сказала, что замуж вышла? Что за тайны у нас в семье? — Да не хотелось ей тебя огорчать. Видишь ли, она вышла замуж за свою подругу…расписались там, в Лас-Вегасе… Ты бы её не понял. — Джо хлопнул по плечу Марка и заулыбался открыто, доверчиво. — Странные вы люди…понял бы я её…понял. — Марк ни на секунду не забыл о Джинёне… Образ крепко сидел у него в сердце. — Ужинать пойдём? — Джо вспомнил, зачем пришёл. — Да…сейчас только душ приму. Марк не захотел переодеваться для ужина. Вообще, в семье было не принято спускаться к столу в халате. Но, отца с матерью не было. Сестра уехала в другой город. Всего лишь — младший брат, который поймёт и ничего не скажет. Джо был любимчиком отца и мамы. Они всегда надеялись, что он будет с ними всегда и даже сможет стать главой большой корпорации отца, специализирующейся на недвижимости. И не просто на недвижимости, отец владел несколькими отелями в Майами и Лас-Вегасе, а также здесь, в Лос-Анджелесе. И даже за рубежом. Марк никогда не хотел быть приверженцем отца. Его совсем не прельщал бизнес. Иен прошёл на своё место и поздоровался с прислугой. Так нельзя было делать. Если бы отец или мама были здесь, с ним бы серьёзно поговорили после ужина на предмет того, что панибратски вести себя с прислугой — это очень дурной тон. — Марк, ты изменился. — сказал Джо, аккуратно разрезая мясо «по-японски» ножом, придерживая вилкой. — Постарел что ли? — усмехнулся парень. — Нет, наоборот, стал очень красивым. Лицо совсем светлое, как у девушки. Сразу видно, что на пляже не бываешь. Помнишь, как тут зажигал в сёрфинге? — Не помню…лучше скажи, почему отец на тебя ополчился? Зачем я ему? У меня совсем другие планы. — Марк разговаривал с полным ртом, мясо было очень вкусным. Он соскучился по такой еде. — Он не ополчился…просто здоровье у меня подкачало… Нельзя заниматься умственной работой. — Что? Впервые слышу! Что случилось? — Марк даже есть перестал, с удивлением уставившись на родные черты лица. — Травму получил на состязаниях. Теперь чуть что — головные боли выматывают. Джо занимался боксом. Марк никогда не думал, что это так опасно. Да что с его семьёй происходит?! Одна сплошная чёрная линия! — И что теперь? Почему мне ничего никогда не говорите? Чёрт возьми! — Марк даже вилку отбросил в сторону. Ему тут же положили на салфетку другую, чистую. — Отец знал, что ты не хочешь этим заниматься…он бы и сам справился, если бы не это… авария… Марк почувствовал, что его прочно и неумолимо стягивают путы. Всё оказалось гораздо серьёзнее, чем он думал. *** Снова этот сон. Джинён искал дорогу. Город серой массой нависал над ним. Улочки были узкими, как рукав его куртки. Старые дома…стены…потолки… Неба не было. Не было солнца. Приходилось блуждать в каких-то сумеречных полутонах… Выхода не было. Снова тупик… Нужно было разыскать ЕГО дом. Дом, в котором ОН жил. В котором прятался. Джинён не помнил, как ЕГО зовут, но знал, что этот человек очень важен. Человек, без которого стыли руки и ноги. Без которого нечем было дышать. И даже если всю Вселенную обойдёшь, не найдёшь такого же…никогда не найдёшь… Он думал так и слезы смешивались, душили его. И тот, который с радостью еще недавно гляделся в его глаза, всё представал перед ним и мучил своей улыбкой. И уж это-то всё, он теперь знал до последней минуты жизни, надо было беречь, забывая себя и веря только ей, этой улыбке, потому что только она оставалась у него, потому что только она. * Джинён открыл глаза. Ещё одна ночь. Ночь, что мучила его кошмарами и темнотой, закончилась. День уже ворвался в комнату вместе с ярким весеннем солнцем. Нужно было терпеть. Важно было не сломаться. КоКо заёрзала рядом, хватая его за пальцы, предлагая поиграть. Лишь за одно был благодарен Джинён, за то, что у него оставался этот маленький кусочек туановского счастья. — Ну что, собака, пойдём кушать? — Пак спустил ноги с постели и поискал под ногами тапки. Не найдя их, поднялся и заглянул под кровать. Обнаружив там слой пыли, покачал головой. Туан всегда заботился, чтобы в комнатах было чисто. Теперь Джинёну придётся всё делать самому. Если он собирается вернуть своего парня, необходимо быть сильным, как Марк. Когда Джинён закончил уборку, позвонил его менеджер: — Это я, Ли ХонУ… — Слышу, что не Папа Римский. — Издатель спрашивает, как продвигается работа? — Ещё же есть время, чёрт бы его побрал! Он мне дал три месяца. — Хорошо, хорошо, я же не настаиваю… Марк Туан не вернулся? — Не вернулся… — в голосе Джинёна повесилось всё живое и ХонУ почувствовал это. — Найдётся…не иголка же он в стоге сена…в сети его искали? — Не выходит он в сеть…и телефон заблокирован… — И что, его секретарь тоже молчит? — У него телефон отключён… — Эх…странно всё это… Вы точно его ничем не обидели? — ХонУ, а не пошёл бы ты… — К издателю? — Да, именно в ТУДА! — Джинён сбросил вызов и чертыхнулся. Нужно было срочно что-то делать. За роман он так и не брался с тех пор, как они приехали из Чинхэ. Пак растерял свои способности или ещё что? Он не знал. В голове было пусто. Ничего не приходило в эту тупую башку. Мир реальный поглотил всё. Его любовь к Туану была такой всеобъемлющей, такой мощной, что не оставалось больше ни капли Джинёна — писателя. Мысли расползались, как слепые котята. И не было им возврата. Пак задумался. В голову вдруг пришла смелая идея. Он тут же начал собираться. Погладил КоКо и поиграл с ней немного, оставил жильную косточку, как научил его Марк и поспешил в кабинет. Ноутбук, который вернул Мин Хо лежал в столе. Джинён вспомнил, как они с Туаном читали роман ночь напролёт, забывая о себе. Получилось четыреста страниц… «Не маленько!» — отметил про себя Джинён… Переводить будут долго… Он сложил рукопись в сумку и побежал в гараж. Издатель был на месте. Джинёну не пришлось ждать. Он, поклонившись, вошёл в кабинет и опустился в кресло, рядом со столом. На своё излюбленное место. — А-а-а… Пак Джинён…собственной персоной…только сейчас вспоминал о вас… — заулыбался мужчина. — Я принёс роман. Он готов. — Уже? Я же не тороплю…просто осталось каких-то три месяца. — Он готов. — повторил Пак и достал сумку. Выложил рукопись на стол и похлопал по верхнему листу. — Отлично! Кто бы сомневался, что вы справитесь до срока… Я очень рад. — Только у меня есть условия. — Джинён вздохнул и покусал губы, будто на что-то решаясь. — Конечно, всё, что угодно! — Эта книга должна выйти как можно быстрее… И должна будет переведена на английский язык. У вас есть такие полномочия? Если нет, я расторгаю с вами контракт и найду кого поважнее… И да, в первую очередь, этот роман должен будет выйти в Америке…потом, где хотите, но сначала — там, за рубежом. — Что? Зачем это вам? Нет, я могу, конечно, сделать так, как вы хотите, но ведь это хлопотно… Времени много уйдёт… И роман я ещё не читал. — И не прочтёте, если будете долго думать… Я вообще могу продать этот роман в Голливуд…а что? Поработаю над сценарием…это ведь не сложно…и денег больше выручу. — Господин Пак, у нас с вами контракт. И давайте этим и ограничимся… Я сделаю всё, как вы хотите… Но мне нужно время… Год. — Что? Год? Нет, так не пойдёт! — Полгода! — Месяц…даю вам месяц и да, если роман вам не подойдёт, я договорюсь с другим издательством. — Вы выкручиваете мне руки! — издатель даже подпрыгнул на стуле, хватаясь за голову и сдергивая очки. — Ничего я не выкручиваю…просто займитесь им сейчас же и тогда всё успеете…другие и подождать могут. — Вот всегда вы так, Пак Джинён! Знаете, что лучше вас мне никого не найти. — Конечно… Я люблю пользоваться своими привилегиями… Тем более, я сам их добился…без вашей помощи, уж точно. — Пак встал и пододвинул рукопись поближе к издателю, — Ну что, мне пора, работайте и ещё раз работайте. — улыбнулся он, захлопывая дверь кабинета. После издателя, Джинён заехал в супермаркет и набрал продуктов. Не забыл и про КоКо. Раньше её всегда Марк баловал. Будет так делать и Джинён. Коко — это та ниточка, которая связывает его с любимым. И пока она есть, Марк всегда сможет вернуться… Джинён будет ждать…даже если пройдёт сотня лет, он будет ждать… Хотелось жить. Было страшно и глупые мысли, что Туан не вернётся, посещали его голову. Но, надежда перевешивала всё. Джинён не умел бороться. Никогда этого не делал. Было проще всего плыть по течению. Но сейчас, когда он отнёс скандальный роман издателю и сделал свой шаг в пропасть, чувство самосохранения расшиблось и умерло. Назад пути не было. Пусть его сделают изгоем, пусть весь мир будет против, он выстоит…не сдастся…только бы Туан вернулся. Джинён поставил на карту всё и теперь нужно было сохранить силы для борьбы. Он вспомнил, как где-то читал и эти строчки ударили в голову, и придали ему уверенности: «…Даже если весь мир будет против тебя…твои родственники, друзья, родные, а ты будешь считать, что прав ты. Не сдавайся…ведь это твоя жизнь… Она никому не принадлежит…только тебе. Делай по-своему… Не оправдывай себя чужими правильными словами.»* *** Марк уснул, привалившись к кровати отца. Мама ушла домой. Старший Туан тоже спал, напичканный лекарствами. Дверь в палату открылась и Иен проснулся. Пришла медсестра, чтобы проверить капельницу. За окнами брезжил рассвет. Только в Лос-Анджелесе бывают такие рассветы. Огромное солнце пробивалось между крышами высоток, оставляя в зеркальных окнах свои лучи. Казалось, будто тысячи стеклянных солнышек проникали в твой закрытый мир. И никуда от этого было не деться. Вот он, за тонкой перегородкой. Этот радужный мир. И хочешь ты этого или нет, возьми его, он твой. Отец зашевелился, когда солнечный луч пробрался к его ресницам. Марк улыбнулся, заметив, как глаза отца слепит этот шаловливый солнечный зайчик. — Марк…доброе утро, сынок… — прошептал папа Туан. — Как ты? — Марк чуть сдвинул занавеску, пряча лицо отца в тень. — Нормально. Думаю, что меня можно забрать домой… Реши эту проблему… Ты лучше всех знаешь, как настоять на своём… Хочу, чтобы ты обо мне позаботился. — А не рано? В любом случае, мне нужно поговорить сначала с врачом. Но, я думаю, мы сможем это уладить. Дома тебе будет гораздо лучше. Я позвоню твоему заму и сегодня встречусь с ним. Пусть введёт меня в курс дел. Пока ты в таком состоянии, я буду работать на тебя, папа…пока ты не выздоровеешь. — Туан сел на стул рядом и сложил руки у себя на груди. — Спасибо, сынок…я знал, что ты всё понимаешь… Только…я вот думаю, зачем тебе возвращаться в эту Корею… Оставайся дома… Здесь тебе все рады… А там? Чужие люди, непонятный язык…ладно бы, ты ещё в Тайване жил…там хоть наша родина…а в Корее, что там такого? — Пап, мне нужно обязательно туда вернуться. Там больше, чем родина, там моя жизнь…если не вернусь — погибну…без всякого пафоса. Папа Туан смущенно закрыл глаза. Он всё понял. — Девушка там осталась? Так ты же можешь её привезти… Мы с мамой только рады будем. — Спасибо, пап. Я её спрошу…если согласится, мы приедем. — Красивая хоть девушка? — отец улыбнулся, собирая морщинки возле глаз. — Очень, ты таких никогда не встречал, — Марк усмехнулся и вздохнул тяжело, — Знаешь, самое трудное не то, что мы сейчас далеко друг от друга. А то, что она думает, будто я предал её. Трудно с этим жить. — Марк, так в чём проблемы, позвони ей и скажи, что ты её любишь. — Эх, пап, если бы это ещё можно было сделать… Теперь у меня ничего не осталось…только имя… Джинёни… Марк задумался и не заметил, как отец очень странно посмотрел на него. аллюзия* «…Но если будет в тебе хоть капелька сомнения, если в самой-самой глубине души осталась крошка уверенности, что прав ты, а не они, делай по-своему. Не оправдывай себя чужими правильными словами…» В. Крапивин. * А. Чупров.