Часть 3
13 сентября 2016 г., 20:44
Ouch I have lost myself again Я опять затерялась в себе, Lost myself and I am nowhere to be found, Потеряла себя и теперь не могу найти. Yeah I think that I might break Да, я думаю, я могу сломаться Sia — «Breathe me»
Тем вечером познакомить Кая с Луханом у Чанёля так и не вышло, потому что, вернувшись на площадку уже в компании своего лучшего друга, они застали одного только Криса, закидывающего раз за разом мяч в корзину с потрясающей точностью. Пак пытался оправдаться перед Чонином и ненавязчиво выведать у Ифаня какие-нибудь подробности пропажи Лу, но тот, оказавшись не в лучшем расположении духа, пропускал все вопросы о своём младшем брате мимо ушей. Зато трижды надрал зад Паку в стритболе и, заметно повеселевший от нелёгких побед, отправился в общежитие, а Чанёль был подвергнут жестокой пытке в виде домогательств со стороны Кима.***
— Блин, Пак Чанёль, ну почему ты такая лошара? — сидя в столовой во время большой перемены, Чонин пытался выискать взглядом хоть одну белокурую макушку, но все как на подбор были темноволосыми, исключая только самого Кима. — Почему же я? — Чанёль с аппетитом уплетал лапшу с овощами и косился недобрым взглядом на друга. — Это тебе не везёт, я-то его видел, — Пак положил палочки на стол, наклонился ближе к другу и тихо прошептал. — Более того, он со мной заигрывал. — Что? Да не пори чушь, дылда, какой нормальный парень на тебя глаз положит? — не выдержав колкого комментария друга в свою ранимую сторону, Ким на пару октав повысил тон голоса, на что обратили внимание ближние к ним столики, забитые в основном первогодками. — Завидуй молча, коротышка, — доев лапшу, Пак отодвинул от себя поднос и откинулся на спинку стула, хлопая себя по набитому животу. Приятно было вот так поиздеваться над Чонином, который совсем не страдал от недостатка любви к своей персоне. Его иногда полезно было спускать с небес на землю. — Жизнь прекрасна.***
После столовой парни направились на общую пару по математике, первую половину которой они благополучно проболтали между собой и ребятами за соседними партами. Остаток пары уже был направлен на изучение как новых студентов на их потоке, так и «старых». Чонин не сильно заморачивался на счёт возраста своего потенциального партнёра и не собирался выбирать кого-то с первого курса. Он решил, что на своём первом курсе ни одному парню не посчастливилось оказаться под его прицелом, а значит, в этом году и страшекурсникам будет не отвертеться от внимания одного из самых популярных парней в университете. Таким мнил себя сам Чонин, впрочем весьма заслуженно. Внезапно Ким протянул руку в сторону Пака и ткнул того острым концом карандаша под рёбра, отчего Чанёль хоть и едва заметно вздрогнул, зато вскрикнул так, что любая пусанская чайка ему позавидовала бы. Оторвав одногруппников от решения какой-то важной задачи, а преподавателя от чтения свежей новостной газеты, Чан виновато опустил голову в поклоне, не вставая из-за парты. — Извините, испугался, что решил задачу неправильно, — он растянулся в неловкой улыбке. — Но я ошибся, всё в полном порядке. Преподаватель смерил Чанёля презрительным взглядом и закатил глаза к потолку, утыкаясь носом обратно в газету. Ему было далеко не впервой сталкиваться с ненормальным поведением своего студента на парах, и он обычно делал вид, будто ничего необычного не происходит. Этот раз исключением не стал. За весь первый курс эти двое успели потрепать нервы всем без исключения. Не преследуя при этом никакой конкретной цели. Просто когда они оказывались вдвоём на одних групповых занятиях, весь бедлам происходил сам собой. Тем временем Чанёль показывал на руках Чонину, как будет его убивать после пары — медленно, мучительно и с особой жестокостью. В ответ ему Кай кивнул головой за спину Пака и указал карандашом на парня, которого они оба раньше в группе не видели. Значит, очередной новичок. Сложно сказать, симпатичный был он или нет, потому что сидел на три парты впереди от Чанёля и на один ряд правее. Разглядывая его со спины, Пак мог только сказать, что его тёмные волосы и белая рубашка ничем не выделяла его из толпы. На тонкой шее не было метки, которую Чан почему-то теперь пытался найти у каждого. Он пожал плечами, заметив игриво дёргавшиеся брови Чонина, и вернулся к решению задачи, которую он даже не начал решать, солгав преподавателю.***
Пережив кое-как вторую учебную неделю, Кай и Чанёль решили на выходных развеяться и отправились за покупками в ближайшие к университету магазины. А поскольку они были в шаговой доступности то, как ни уговаривал Чонин поехать их на его машине, Пак отрицательно качал головой, закутываясь в легкий вязаный шарф и вдыхая знакомый запах, напоминавший ему о маме. Он совсем забыл позвонить ей на тех выходных, поэтому вышел за дверь их комнаты, не смотря на все протестующие танцевальные пируэты друга и слова о «маменькином сыночке», и набрал родной номер. Улыбаясь, Пак коротко рассказал ей об учёбе, которая пока что не сильно напрягала, выслушал её историю о рыжем коте, который до поры до времени гулял сам по себе, а потом встретил Паковскую маму, да так и остался у неё. И много чего ещё, что не терпелось рассказать матери своему сыну. Когда Чанёль скинул вызов, не переставая удивляться болтливости матери, в дальнем конце коридора что-то привлекло его внимание. Парень в растянутой футболке и широких штанах стоял и смотрел на довольного состоявшимся разговором Пака. Разглядеть лица этого парня Чанёль не смог из-за тусклого света в коридоре. Точнее, света не было вообще, он включался только с наступлением сумерек в целях экономии. Темный силуэт не шелохнулся, когда Чанёль уже сделал шаг ему навстречу. А потом внимание Чанёля привлек Кай, вышедший из их комнаты с сигаретой в зубах. — Эй, ты чего такой мечтательный? — усмехнулся Ким и затолкал увесистый бумажник в задний карман штанов. Он глянул в сторону, куда косился Чанёль и ничего там странного не обнаружил. Парня, стоящего там секундой ранее, не было. — Приведение увидел? — Совсем страх потерял? — Пак сам не понял, как и почему разозлился на своего друга. Он вырвал сигарету изо рта Чонина и сжал её в ладони, раскрошив табак по полу. — Йа, Чанёль, не наглей! — Отвали, — старший кинул последний взгляд в конец коридора и пошёл к лестнице. Всё это время пока они не вышли из общежития, Пак чувствовал, как неприятно поднимаются под одеждой волоски на руках от пробегающих мурашек. Сам по себе Чанёль был не из пугливых. Он мало чего боялся и в местные легенды тоже не верил, равно как и в потусторонние силы, но сейчас почему-то не мог унять дрожь в руках. В итоге, пока они спускались на первый этаж общежития, Ким успел так задолбать своего старшего приятеля своей обидой на дерзость друга, что в магазин они всё-таки поехали на его машине. Прошатавшись полдня по магазинам, Ким и Пак, устало завалившись в иномарку младшего с грудой бумажных пакетов, включили местное радио. Минуту спустя Чанёль, расслабленно глядя в боковое зеркало иномарки, заметил знакомую спину проходящую по той стороне улицы. Нет, тот новенький из группы по математике, на удивление оказался не таким, как все. Чанёль узнал эту спину сразу и вперил в неё пытливый взгляд, чем тут же привлёк внимание друга. — Эй, ПакЧан, на что это ты так уставился? — Кай перегнулся через друга и посмотрел в окно, но никого и ничего там не увидел. — Это не тот вчерашний парень с пар по математике? — Где? — он взглянул в зеркало, на которое указывал Пак, а потом развернулся на сидении и прищурился, разглядывая фигуру в университетской серой кофте через заднее стекло. Рот Чонина медленно расплылся в загадочной улыбке и он резко выскочил из машины, кинув напоследок Паку что-то о том, что надо бы того подвезти, они же, в конце концов, одногруппники. Чанёль с трудом отбросил мысль о том, что его друг просто хочет затащить того парня в постель и решил, что это вполне резонно — помогать тем, с кем тебе ещё учиться не один год. Вдруг, потом и он им поможет. Через пару минут Ким влетел в машину и с силой захлопнул дверцу, сразу пристегивая ремень безопасности. — Пристегнись, — он уже нажал на сцепление, а Чанёль удивленно перевернулся, глядя на удаляющегося одногруппника. — Чего такое, отшил? — Пристегнись, говорю, надо срочно ехать в общагу, — они выехали с парковки и поехали в сторону университета. Чанёль молча пристегнул ремень и непонимающе уставился на друга. — Всё объясню в общежитии, — почувствовав на себе прожигающий взгляд, уже спокойнее ответил Кай.***
В общежитие Чонин ворвался без лишних слов и погнался на нужный этаж по лестнице, не дожидаясь «чересчур медленного лифта». Чанёль же, наоборот, дождался и в это время разглядывал стены коридора. На них практически от пола до потолка висели объявления и расписания занятий, а также генеральных уборок. С тяжелым вздохом Пак отметил, что их с Чонином очередь наводить порядок на своём этаже настанет совсем скоро, а именно через месяц. Когда он зашёл в пустой лифт и двери почти закрылись, кто-то влетел внутрь кабинки в последнюю секунду и угодил прямиком в объятия Пака, спотыкаясь о недавно купленные пакеты с вещами и сильно врезаясь в широкую грудь носом. Чан услышал сдавленный стон боли, а затем чьи-то руки, сжавшие его кофту, и поморщился сам. Не то, чтобы ему было больно, скорее он просто растерялся. Товарищ по кабинке не спешил отстраняться и Чан позволил себе разглядывать светлые лохматые волосы и вдыхать вместе со спёртым воздухом тесной коробки лёгкий ненавязчивый аромат, исходящий от парня. — Теперь, наверное, будет синяк, — парень сказал это скорее самому себе, а потом нехотя отодвинулся от Чанёля и его тонкие пальцы потёрли ушибленный нос. — Прости… — Лу? — Привет, Чанёль, — младший брат Ифаня виновато улыбнулся и отвёл взгляд, одной рукой всё ещё продолжая сжимать края кофты Пака. — Привет. Чан завороженно разглядывал тонкие черты лица китайца и не заметил, как двери лифта с противным режущим писком закрылись. На какой-то миг в кабинке повисла до омерзения звонкая тишина и стало неимоверно душно. — Чанёль? — Лухан отпустил кофту старшего. — На какой этаж ты едешь? — А? — Пак зажмурился и помотал головой, отгоняя от себя подальше мысли о слишком милом мальчике напротив. — Чёртов Ким Чонин… — Что? — Лу на мгновение засуетился и ткнул на кнопку третьего этажа. — Я нажал на свой, так как не знаю, на каком живёшь ты. Кстати, а кто этот Чонин? — Не важно, — он ответил только когда лифт остановился на нужном китайцу этаже и его слегка тряхнуло. Лухан все это время выжидающе смотрел на друга своего брата, казалось, внимательно изучая его. — Я как-нибудь потом тебе расскажу. — Хорошо, — мягко улыбнулся младший. — Я буду ждать. Чанёль чуть было не ляпнул, что тот уже как-то раз его не дождался, но очень вовремя себя остановил. Перед тем, как выйти за двери лифта, Лухан подошёл к Паку ближе и расправил мятую футболку там, где недавно сам её и сжимал. — Сегодня ночь посвящения в первокурсники. Расскажешь там, — он, так и не переставая улыбаться, вышел из лифта и, тихо напевая что-то на китайском себе под нос, скрылся за поворотом.***
Чанёль влетел в комнату и обнаружил там полный хаос из вещей. Преимущественно из своих. Он кинул пакеты в ближний угол комнаты и поймал за руку сновавшего туда-сюда соседа. — Что ты хотел мне сказать? — О чём ты, друг? — Тогда, в машине. Ты сорвался в общагу. Почему? Что за дело, о котором ты говорил? — Ах, это, — Ким облегченно выдохнул, испугавшись, что за беспорядок в комнате с участием вещей Пака ему не хило достанется. — Да сегодня будет вечеринка в честь первогодок. Мне как раз тот парень из группы по математике об этом и сказал. — Ладно. Это… А почему мы его в итоге не подвезли? — Он оказался не в моём вкусе, — младший пожал плечами. — И я сделал вид, что просто проходил мимо и просто решил узнать, как у него дела. — Господи, Чонин, ты ужасный человек, ты хоть знаешь это? — Само собой, а ты сомневался? — он усмехнулся и похлопал Пака по плечу. — Собирайся, мы должны быть на этой вечеринке. — Как скажешь, — с мыслями о младшем брате Криса Чанёль стал вытряхивать их пакетов новые вещи. Он разглядывал рубашки и подбирал к ним штаны, но мысленно был где-то далеко. Пак не понимал, почему этот китаец вышибает из-под его ног почву одним своим присутствием, даже не смотря на то, что в лифте была всего лишь их вторая встреча. А ещё он думал о том, что, как бы крепко по-братски он не любил Чонина, знакомить их с Луханом больше в его планы не входило. Только он ещё сам не знал, что именно заставило его поменять решение.
