Человечность

Мерил тихо вошла в комнату, осторожно прикрыв за собой дверь. Из окна на запылённый пол и серые стены лился мягкий оранжевый свет заходящих Солнц. Такую картину она наблюдала уже девятый день подряд. И девятый день подряд она забирала с стоявшего рядом с постелью стула остывший суп. Вэш Ураган… тот человек, который был так на него похож последний раз потерял сознание ещё той ночью в пустыне, когда все трое встретились. И с того момента так и не приходил в себя. Городской врач, нехотя осмотревший его, только развёл руками. И, взяв за плечо Мерил, добавил, что по всей видимости мужчина долго не протянет. Слишком тяжёлые раны. Слишком сильное обезвоживание. Слишком измождённый организм. Но Мерил категорически не хотела мириться с таким положением вещей. И пусть единственный, кто откликнулся на просьбу помочь, был престарелый ветеринар. И пусть он сказал то же самое, что и врач. Но в отличии от первого, он согласился хотя бы попробовать помочь. Капельницы с питательным раствором, что он делал Вэшу… человеку, который так на него похож, поддерживали в нём жизнь. А в Мерил — надежду. Милли старалась не вмешиваться в то, что делала её коллега, только ненавязчиво помогать. За эти дни девушки так и не обменялись даже парой слов. Мерил была слишком напряжена и сосредоточена, чтобы говорить. А Милли чувствовала, что даже одного неловкого слова могло хватить, чтобы выбить её спутницу из колеи. Каждое утро Мерил заваривала чай и приносила его вместе с пончиками, которые покупала по её просьбе Милли, в комнату к Вэ… к тому человеку. Каждый день Мерил варила свой фирменный суп, чтобы поставить его на место нетронутых чая и пончиков. Каждый вечер Мерил забирала остывший суп и, выходя из комнаты, плотно прикрывала за собой дверь. Каждую ночь Мерил тихо рыдала в подушку, проклиная себя за то, что не успела предотвратить беды. Не остановила Вэша тогда. Не успела сказать… Каждую ночь Милли вставала и накрывала одеялом провалившуюся в тяжёлый сон Мерил. Если бы Николас был жив, если бы он был здесь, то он предложил бы помолиться, в этом Милли не сомневалась. И пусть он давно покинул этот мир, Милли следовала его молчаливому совету. Всё происходящее было похоже на один непрекращающийся ночной кошмар. И никто не знал, как от него избавиться. Мерил уже вышла в коридор и начала привычным движением закрывать за собой дверь, когда из комнаты раздался тихий стон. От неожиданности она выронила тарелку с супом из рук. Тарелка, с грохотом ударившись о пол, раскололась на части, а суп растекся густой, желто-оранжевой лужей по деревянному полу. Мерил вбежала в комнату. — Господин Вэ… — она не успела произнести имени до конца, вспомнив тот ужас, что застыл в глазах мужчины при их первой встрече. — Господин вы… Ты… — Мерил совершенно не знала, что сказать. — Где я? — голос был слабым и едва различимым в шуме ветра за окном, но на большее просто не было сил. — Маленький Джерси, — голос Мерил предательски дрожал. И ей стоило больших усилий не расплакаться прямо на месте, он нахлынувших эмоций. — В безопасности, — добавила она, подойдя к постели. — Меня зовут Мерил Страйф, — она почувствовала, что во рту ни с того ни с сего пересохло. Мужчина дышал всё так же тяжело и не открывал глаз. — Мы с Милли привезли тебя сюда, помнишь? — Мерил сцепила опущенные руки в замок, нервно сжимая и разжимая пальцы. — Я хотела извиниться за то, что мы тебя так напугали… Могу я узнать, твоё имя? — Алекс, — с трудом произнёс мужчина, — называй меня Алекс. — Алекс, — с растерянностью повторила Мерил. Несколько секунд она пристально смотрела на мужчину, но потом, словно опомнившись, сказала, — ты наверно очень… Мерил не знала, как продолжить фразу, ведь разных «очень» было слишком много. Она тихо опустилась на стул, стоявший у изголовья. Ей хотелось взять и провести рукой по волосам Алекса, поэтому она ещё плотнее сцепила пальцы в замок. — Почему? — на выдохе, всё так же не открывая глаз, спросил Алекс. — Почему что? — и хотя Мерил понимала, что имел в виду мужчина, она решила переспросить. Чтобы выиграть немного времени для ответа. Чтобы не выпалить все причины, все чувства, что двигали ею. — Вы вытащили меня из пустыни… — продолжил свой вопрос Алекс и, собрав немногочисленные силы, повернул голову к Мерил, чтобы посмотреть на неё. — Вам была нужна помощь, — Мерил, которая долго ждала этой возможности, заглянула в зелёные глаза, но тут же отвела взгляд. Столько боли в них она не могла вынести. — Многим нужна… — на выдохе прошептал Алекс, — но не всем же вы, — он тяжело вдохнул, стараясь как можно меньше морщиться от тупой боли в правом боку. — Кому можем, — ответила Мерил, перебив. — Один наш с Милли старый друг, — она прикусила нижнюю губу, думая, стоит ли продолжать этот рассказ, — один наш друг всегда говорил, что эта земля состоит из мира и любви. И мы с Милли, как можем, стараемся… — Ваш друг, он, — Алекс закрыл глаза и сжал в руке край простыни так, что побелели костяшки пальцев — почему он не с вами? — Не знаю, — Мерил пожала плечами, чувствуя, как к горлу подступал тяжёлый ком. Наверно, Алекс почувствовал что своим вопросом задел Мерил за живое, поэтому, выдохнув, сказал: — Прости. Наверно, мы все слишком устали. Лучше продолжим завтра? Мерил нашла в себе силы только на то, чтобы кивнуть мужчине и попробовать улыбнуться. Улыбка вышла грустной, но Алекс, к тому моменту снова закрывший глаза, всё равно не смог бы её увидеть. — Доброй ночи, — уже в дверях дрожащим голосом произнесла Мерил. Утром Мерил проснулась от шума, который раздавался почти под самыми окнами гостиницы. Встав с постели, она отодвинула пыльную занавеску и увидела, что напротив собралась толпа горожан. — Милли, ты случайно не знаешь, что происходит? — спросила Мерил, не оборачиваясь. Ответа не последовало. — Милли? — Мерил позвала свою спутницу громче, но снова не получила ответа. Коричневый плащ с зеленой накидкой лежал на спинке стула. Автомат, оборванный ремень крепления которого валялся на подушке Милли, стоял в углу у её кровати. Мерил накинула на плечи свой плащ, не забыв закрепить на внутренней стороне пистолеты, и покинула гостиницу. Подойдя ближе к толпе, Мерил смогла разобрать отдельные, наиболее громкие и злые выкрики. Похоже, что маленький городок решил посетить очередной бандит со своей шайкой, и Мерил не обратила бы никакого внимания, если бы в толпе не раздавалось имя Вэша. — До позовите вы наконец шерифа! — выкрикнул кто-то. — К чёрту шерифа! — ответил другой голос. — Просто выдайте этому отморозку то, что он хочет! — Правильно, — вторил ещё один, — выдайте им Вэша, и пусть убираются! «Вэша?! Ради всех богов, нет!», — подумала Мерил, бегом возвращаясь в гостиницу. «И где только носит Милли, когда она так нужна!» Мерил распахнула дверь в комнату Алекса, но было уже поздно — хозяин гостиницы стоял в стороне и виновато смотрел на то, как трое крепких мужчин туго связывали стонущего от боли Алекса. На белой повязке проступало алое пятно. — Стойте! — крикнула Мерил, подбежав ближе. — Что? Что вы с ним делаете?! — она смотрела на спасенного мужчину, но он совсем не пытался сопротивляться напавшим. Совсем никакой воли к жизни ровно, как и тогда. — Ему же больно! — Да плевать мы на него хотели, — кто-то из мужчин оттолкнул Мерил в сторону. — Если мы выдадим легендарного Вэша Урагана бандитам, то они отпустят наших детей! — Но это не Вэш! — Мерил снова попыталась подойти ближе к раненому, но путь ей преградил старый хозяин гостиницы. — Это не важно. Он подходит под описание. Его тело просто состоит из лоскутов. И нет руки. Прости. Прости, дочка, — он покачал головой. — У нас нет другого выбора. Просто отойди и не мешай. Но Мерил не собиралась «просто отойти и не мешать» тому, как какие-то, она даже не могла найти подходящего слова, как какие-то твари отдают на расправу другим, более сильным и злым тварям, этого… Не важно, Вэш он или Алекс, сейчас он был просто раненным человеком, который никак не мог постоять за себя. — Отпустите его, или вы очень быстро пожалеете о том, что сделали! — Мерил выхватила из-под полы плаща два маленьких пистолета типа дерринджер, и направила их в сторону незваных гостей. — Мне плевать, что случилось! Я не позволю вам чинить расправу над тем, кто слабее! Мужчины, не ожидавшие, что за израненного чужака кто-то вступится настолько яро, застыли на своих местах. Мерил понимала, что сейчас, когда дула её пистолетов смотрели в лица безоружных людей, она ничем не лучше остальных, но просто так отдать… Кем бы ни был этот мужчина, она не могла себе позволить, чтобы его отдали на растерзание. Мерил чётко усвоила, что выход есть всегда. Оставалось найти его. — Но наши де… — мужчина не успел закончить фразу, как упал на пол, сбитый железным крестом — Милли подоспела как раз вовремя. — Если девушка говорит, — начала она спокойно, но немного раздраженно, — что не позволит обижать своего друга, то стоит её послушаться! — второй крест сбил с ног ещё одного мужчину. — А вам, — Милли сурово посмотрела на старичка, который всё это время был так мил к ней, — вам должно быть стыдно! — с такой неподдельной, детской обидой в голосе отчитывать людей могла только она. — Вы же знали, что он, — Милли не назвала имени, — безоружен и слаб! Как вы могли впустить их, — она быстро посмотрела в сторону незваных гостей, уложив на пол третьим выстрелом последнего из них, — сюда?! — Мерил голова была поклясться, что Милли вот-вот расплачется от обиды в свойственной ей манере. Пока Милли проводила «воспитательную беседу» с хозяином гостиницы, Мерил пыталась помочь Алексу сесть на постель. Но подняться у него самого никак не получалось, а у Мерил просто напросто не было достаточно сил. Она помогла ему сесть и подложила под спину подушку, накинув на изуродованную шрамами спину одеяло. Алекс держался рукой за бок, стараясь скрыть стремительно промокавшую в крови повязку, и Мерил видела, скольких усилий ему стоило оставаться в сознании. — А теперь убирайтесь отсюда вон! — скомандовала Милли. — И даже не смейте думать вернуться сюда без шерифа! Трое поднялись на ноги не быстро, потирая ушибленные железными крестами места, но не спорили с Милли. И правильно: спорить с разозлённой Милли, а сейчас она была очень зла, хоть и отлично это скрывала, — не самая лучшая идея. — Что будем делать дальше, сэмпай? — с растерянностью спросила Милли, когда в комнате остались только они трое. — Подождём, — ответила Мерил, осматривая Алекса. Видимо, от резких движений открылось несколько ран, начавших вновь кровоточить. — Ты сможешь встать? — Не уверен, — Алекс облизал сухие губы, — трудно дышать, — он закрыл глаза. — Милли, принеси, пожалуйста, воды, — Мерил села на колени сбоку от Алекса, — и всё нужное из нашей комнаты. Пока не поймём, что происходит, лучше держаться всем вместе. — Почему вы это делаете? — Алекс поднял на Мерил взгляд. Боль. Непонимание. И в самой глубине — страх, граничивший с животным ужасом. Больше Мерил не смогла разобрать ничего в этих зелёных, с голубым оттенком, глазах. — Потому, что, — Мерил говорила тихо, и в её голосе Алекс отчётливо слышал нежные и в то же время очень грустные нотки, — потому, что если кто-то не пересечет эту бесконечную череду ненависти и скорби, то мы не сможем двигаться дальше. Мы родились не для того чтобы отнимать друг у друга жизни. Алекс закрыл глаза, и Мерил увидела, как по его щеке, оставляя на бледной коже влажную дорожку, покатилась слеза. Она хотела сказать что-то утешительное, но в комнату вошла Милли, с грохотом уронив на пол их с Мерил небольшие вещмешки. Не прошло и двадцати минут, как на пороге комнаты застыл полный, низкий мужчина, с бледно-серыми узко поставленными глазами — шериф Маленького Джерси. Несколько секунд он беспомощно смотрел то на Милли, застывшую у окна, то на сидевших на полу Мерил и Алекса. — И из-за него, — начал, откашлявшись шериф, — я не могу вернуть своим людям их детей? — Именно, — твёрдо отрезала Мерил, поморщившись от высокого, гнусавого голоса шерифа. — Это же легендарный преступник — Вэш Ураган. Чудовище, оставляющее за собой только горы трупов и руины! — Я не Вэш, не Вэш… — Алекс закрыл лицо изуродованной рукой, и начал повторять эти слова слабым голосом, немного покачиваясь вперёд-назад. Мерил очень хотелось подойти и влепить шерифу крепкую затрещину, но она понимала, что это никому бы не помогло. Девушка поднялась на ноги и подошла у шерифу, став с ним лицом к лицу. Из-за его небольшого роста она могла смотреть ему прямо в глаза. — Это. Не. Вэш. — отрывая слова друг от друга, процедила сквозь зубы Мерил. — А даже если бы он и был Вэшем, вы не в праве подписывать ему смертный приговор, — она старалась говорить как можно более спокойным и уверенным голосом, но скрыть злость ей удавалось плохо, Мерил даже чувствовала слабую дрожь в руках. — Посмотрите в окно. Ну же, — произнес на выдохе шериф. — Видите всех этих людей? Я должен защищать их и их семьи! — высокий гнусавый голос от волнения звучал еще более противно. — И сейчас мне придётся чем-то пожертвовать. Выбор лишь в том — чем именно. И я не намерен допустить смерти десятков невинных детей… — Никто не намерен, — бодро перебила шерифа Милли, — только мы с сэмпай намерены не допустить ни одной смерти, — она дёрнула головой, скидывая с лица прядь непослушных каштановых волос. Шериф молчал. Ещё утром он тоже думал, что сможет спасти всех, но буквально через час после того, как новость о похищении детей и требования бандитов дошли до него, шериф понял, что у него не хватит ни людей, ни сил. А что могли противопоставить банде головорезов две девушки? — Мы попробуем поговорить, — голос Мерил звучал уверенно. И на это были основания: за годы, что девушки провели в поисках Вэша, им пришлось побывать не в одном десятке ситуаций, которые казались абсолютно безнадёжными. Но каждый раз удавалось как-то найти из них выход. — Но только если вы гарантируете, что никто и пальцем не тронет Алекса, пока нас не будет. — Зачем мне это? — шериф сложил руки на груди и с презрением посмотрел на Мерил. — В противном случае, — Милли оперла о стену своё оружие и подошла ближе к Алексу, чтобы помочь ему подняться на ноги, — мы просто покинем город. И вы нам не сможете помешать. Уверенность, с которой Милли сообщила шерифу о готовности бросить маленький городок и его жителей в такой трудной ситуации, явно шокировала его. Мерил бы тоже была шокирована, но она слишком хорошо знала свою спутницу; сейчас Милли блефовала. И надо отметить, что делала она это весьма неплохо. — Мне очень жаль, — шериф покачал лысеющей головой, — но я не смогу защитить его, — он кивнул в сторону Алекса, — от разъярённой толпы. — Тогда мы пойдём на переговоры все вместе, — Алексу удалось встать на ноги, пусть и не без помощи Милли. — В таком состоянии, — Мерил обернулась, — ты никуда не пойдешь. Ты ещё слишком слаб. Алекс попытался подойти к Мерил, но запнувшись, начал падать. Милли не смогла удержать его, но, вместе с подбежавшей Мерил, они смогли замедлить его падение. Мерил хотелось закричать от обиды, но её отношение к «незнакомцу» и так было слишком тёплым и, наверняка, уже вызывало у него какие-то подозрения. Поэтому она только помогла ему сесть и тут же вернулась к разговору с шерифом. — Если вы не в состоянии гарантировать ему безопасность, тогда с нами на переговоры пойдёт ещё и врач, — Мерил снова с упрямством смотрела в водянистые серые глаза шерифа, зная что зовёт с собой единственного в городе врача. Как только шериф нехотя кивнул, она продолжила. — Теперь я хочу поговорить с человеком, который сообщил о случившемся. И с другими свидетелями, если они есть.

***

Никки, единственный кому довелось поговорить с бандитами, довёл девушек, Алекса и Миллигана до подножия скалы, расположенной недалеко от города. На её вершине расположился бывший сиротский приют, где по словам Никки и обосновалась банда. Дальше им пришлось идти самим. Солнца медленно скрывались за пыльным горизонтом, но от раскалённого за день песка всё ещё шёл жар. Алексу было трудно держаться в седле тома, но он старался не показывать этого, как и того, что было больно даже дышать. Мерил итак знала об этом, хотя старалась не думать, успокаивая себя тем, что Миллиган шёл рядом с ними и не проявлял слишком сильного беспокойства. Когда до здания приюта оставалось несколько сотен шагов, из чернеющего дверного проёма вышел человек. Он выглядел абсолютно расслабленным, держал руки опущенными, но Мерил заметила у него на поясе пару револьверов. — Наконец-то! — крикнул он, остановившись. — Ведите его сюда! Сначала мы убедимся, что у нас в руках сам Гуманоидный Тайфун, не какой-то самозванец! Мерил переглянулась с Миллиганом. Тот очевидно уже оказался ближе к место событий, чем ему бы того хотелось, и дальше идти он не планировал, но выбора у него не было. Мерил взяла за поводья тома, и повела его за собой. Мили шла чуть позади, напряженно смотря в зияющие черные проёмы окон. Но в них не было ни единого движения. Тишину, не свойственную для места, где прячут толпу детей, заметила и Мерил. — Если хочешь проверить, — произнесла она, остановившись на всё ещё относительно безопасном расстоянии, — придётся подойти ближе. Я не хочу рисковать своей жизнью! — Своей не хочет никто, — усмехнулся бандит, не сделав и шага. — Может рискнёшь детскими? — Хорошо, что ты напомнил мне об этом. Прежде чем я передам вам в руки Вэша, — Мерил не нужно было даже смотреть на сидящего в седле мужчину, зная, что от этого имени по его телу снова пробежала дрожь, — я хочу увидеть детей. И лучше, чтобы все они были в полном порядке. — Извини, — протянул бандит, с улыбкой, — их тут нет. Но как только я подам сигнал, могу заверить вас всех, детишек освободят. И они, целые и невредимые, побегут домой! — Ты правда думаешь, — Мерил говорила медленно, выигрывая время, стараясь различить в сумерках хоть что-то, что могло им помочь, — что мы поверим на слово человеку, который взял в плен детей? — Мерил заметила, что перед входом в приют, в тени стен, лежала довольно внушительная куча бутылок из-под чего-то горячительного. Один человек не мог выпить столько и быть в состоянии стоять на ногах. Милли заметила, что Мерил сжимала и разжимала кулаки. И каждый раз, разжимая, она показывала сначала один, а потом два пальца. Милли не очень понимала, что всё то означает, но по привычке дёрнула плечом, поправляя ремень своего «гатлинга». — А ты думаешь, что у вас есть выбор? — бандит сделал несколько шагов навстречу, и обнажил жёлтые зубы в улыбке, больше напоминавшей звериный оскал. — Одно неверное движение, и ребята снизу получат не тот сигнал, что вам нужен. И дети уже никогда не вернутся домой. А теперь тащи сюда свою задницу, не испытывай моё терпение! Алекс застонал от резкой боли, начал слезать с тома. В следующее мгновение он уже не сдерживал крик, повалившись на землю от того, что том внезапно резко встал на дыбы. Милли, увидев, как Мерил ударила тома в бок, среагировала мгновенно — сбитый с ног металлическим крестом бандит упал на землю в тот же самый момент, что и Алекс. Спустя несколько секунд из-под сводов старого приюта выбежали ещё двое, но и их постигла та же участь. — Какой сигнал ты должен был подать, в случае успеха? — поинтересовалась Мерил у «главаря», с которым она вела переговоры, как только девушки связали троицу. Тот только усмехнулся, демонстративно отвернувшись и закрыв глаза. — Я повторю свой вопрос, — холодно и зло произнесла девушка, доставая один из своих маленьких пистолетов, — какой сигнал? — но и в этот раз ответа не последовало. Курок её двуствольного дерринджера характерно щёлкнул, вынудив бандита проявить интерес. Но одного щелчка, видимо было не достаточно, чтобы развязать ему язык. И Мерил приставила дула ему ко лбу. — Повторю вопрос в последний раз… — Разожжённый на третьем этаже, во второй от лестницы комнате, огонь, — мужчина нервно сглотнул. — Вот и славно, — Мерил коротко улыбнулась, и коротким, но очень быстрым движением ударила бандита рукоятью пистолета в нос, от чего мужчина потерял сознание. — Если кто издаст хотя бы звук, — процедила она сквозь зубы, глядя на оставшихся двоих, — повторит его судьбу. Утром следующего дня шериф долго благодарил Мерил и Милли за оказанную помощь. Помимо пусть и не очень щедрого, но все же вознаграждения, он даже предложил девушкам, они могут оставаться в гостинице столько, сколько им нужно и ничего за это не будут должны. Мерил, посоветовавшись с Милли, попросила о другом — Миллиган, городской врач, будет приходить к Алексу и контролировать его состояние. Шерифу эта идея не очень понравилась, но он согласился в обмен на обещание, что при первой же возможности Алекс покинет город.