Человечность

Старый, но чистый отельчик, единственный в городе, уже почти три месяца был домом для Алекса и девчонок. Милли практически целый день пропадала на работе в строительной бригаде, куда её взяли с огромным удовольствием, она помогала с ремонтом домов и рытьём колодцев, обеспечивая деньги на еду и мелкие расходы. Алекс и Мэрил трудились в отельчике, ежедневно убираясь в номерах, помогая на кухне, занимаясь стиркой белья. Денег им почти не платили, но зато полноватая, пахнущая выпечкой, хозяйка предоставила троим небольшую, но светлую комнатушку в подвале. Здесь не было ничего лишнего: три кровати, добротный стол с парой стульев и неяркая лампочка под потолком, дававшая приятный тёплый свет. Этого было достаточно, чтобы после долгих путешествий и бесчисленных ночей под открытым небом на неприветливой планете, эта комнатушка могла стать милым домом. Милли с плохо скрываемым удовольствием наблюдала за тем, как Мерил вечерами чинила одежду. Мерил радовалась запаху кофе, который по утрам варила для них с Алексом Милли. Алекс постепенно забывал годы гонений и наслаждался возможностью выспаться, шансом хотя бы немного пожить мирной жизнью. По сути, после скитаний каждый из них обрёл ту необходимую для счастья малость. Однообразие, к которому все трое в силу жизненных обстоятельств были совершенно непривычны, рутина, которая, как могло показаться, была способна загнать в депрессию любого здорового человека, оказались спасительны для них. Несмотря на серость и одинаковость дней, у каждого появилось чёткое ощущение стабильности. А по выходным, когда у всех троих выдавалась свободная минутка, и было достаточно сил, они шли на главную площади и сидели долго сидели там, почти в самом центре еженедельной ярмарки. Они могли часами разговаривать или молча наблюдать за тем, как рядом в фонтане с ледяной водой плещутся загорелые дети. В один из таких дней Милли принесла на всех рожки с шариками сливочного мороженого, Мерил отметила, что Алекс начал улыбаться совершенно искренне. — Алекс, — как обычно, голос Милли звучал бодро и жизнеутверждающе, — а когда у тебя день рождения? — Что? — он посмотрел на Милли немного растерянно, словно бы выхваченный из глубоких размышлений. —  Не знаю, — замялся, неловко улыбаясь, — где-то в марте. — В марте?! — голос Милли прозвучал крайне взволнованно. — Но ведь до конца марта осталось всего три дня! Почему ты ничего не сказал нам раньше, — обиженные нотки были чётко слышны. — Девчонки, — Алекс неуверенно заговорил, даже не пытаясь как-то оправдаться, — я вам благодарен. Правда. Очень благодарен. Но… — он секунду прикусил нижнюю губу, — так не может продолжаться вечно. — Как? — Милли посмотрела на Алекса с искренним удивлением, каким могут удивляться только дети. Капля подтаявшего мороженого упала ей на брюки. — Вы не можете строить свою жизнь вокруг меня, — он снова неловко улыбнулся. — Ещё пару месяцев, Алекс, — Мерил первой нарушила неловкое молчание, — дай нам ещё пару месяцев. Потом, обещаю, мы уйдём. Если ты захочешь. А пока давай лучше подумаем, как отметить твой день рождения? — примирительно спросила Мерил, в первую очередь стараясь успокоить себя. Несколько минут они сидели в тишине, каждый, думая о чём-то своём. В фонтане со смехом плескались дети. И их не тревожили никакие проблемы. Им не надо было бояться вспоминать прошлое, не надо было думать о неумолимо приближающемся часе расставания с близким другом, о напрасности своих усилий. Они жили здесь и сейчас. — А знаете что? — Милли, доев своё мороженое первой, встала с лавочки, всматриваясь в даль, — Я думаю, что мы могли бы навестить мой дом и устроить праздник там! — Послушай, — голос Алекса звучал немного робко, — я даже не знаю, когда именно родился, а ты… — Тогда мы просто устроим праздник! — Милли возразила, не дав Алексу договорить. — Каждый из нас заслужил маленький праздник! Мерил смотрела на свою бывшую коллегу с какой-то грустью, понимая, что Милли видит мир совсем иначе. Ведь Алекс даже не дал своего согласия на ещё два месяца, да хотя бы на ещё один день, совместных приключений, но она даже не задумывалась об этом. Алекс, сражённый таким напором, откинулся на спинку лавочки и, запрокинув голову назад, уставился в бесконечное синее небо.

***

Автобус медленно пересекал пустыню, раскалённую от света Солнц, с грохотом и скрежетанием. Позади него тянулась песчаная дымка. В автобусе, крепко сжимая в руке клочок бумаги, сидел Найвз. Как бы ему не было противно от человеческого мусора, что сейчас его окружал, он не мог терять ни минуты. Посещение одного из адресов, записанных главой компании Бернарделли на бумажке, не дало никакого результата. О местонахождении Мерил Страйф в её родной деревушке никто ничего не знал. Даже её престарелые родители не были уверены, что она до сих пор жива — все письма от неё приходили без адреса отправителя. Найвзу оставалось надеяться, что о Милли Томпсон он узнает чуть больше. Уперевшись лбом в разогретое дребезжащие стекло, Найвз корил себя за то, что не сообразил начать поиски «самых замечательных девчонок» раньше. Ведь если кто и мог знать о его брате больше, чем он сам, то только они. Жара стояла почти невыносимая, и Найвз чувствовал, как, закрывая глаза, он с каждым разом всё сильнее проваливается в тягучую дремоту. Перед ним мелькали картины из далёкого прошлого: их первый с Вэшем день рождения, просторный зал, смех Рэмы и остальных членов команды, Вэш в глупом колпаке и с накладным носом. И страх, смешанный с ненавистью, в глазах некоторых. А потом плачущий в их с Найвзом комнате Вэш. И чёткое ощущение, что именно он, один он на всём этом свете, может защитить своего младшего брата. Но этот наивный идиот не захотел принять эту помощь. Когда автобус наконец-то остановился, Найвз с равнодушием отметил, что этот городок полон жизни. Мимо него, гонясь за мячом, побежала стайка шумных мальчишек; около бара напротив автовокзала были привязаны несколько крупных томов; на рынке слышались весёлые голоса торговавшихся людей; в воздухе над городом парили птицы совсем не похожие на стервятников. «Интересно, Он будет сильно расстроен, когда узнает, что это место стёрто с лица этой планеты?», невольно подумал Найвз, глядя на происходящее. Он медленно брёл по улицам, неумолимо приближаясь к указанному в бумажке адресу. По мере того, как Найвз всё сильнее отдалялся от центра города, жизнь замирала, и в какой-то момент улицы совсем опустели, и слой мелкой песчаной пыли ровно лёг на тёмные ботинки, сделав их серыми. Горячий воздух был неподвижен и казался густым. Но где-то вдалеке слышались весёлые голоса и шум, говоривший о бурной жизни. Найвз завернул за угол и в конце слепой улочки увидел двухэтажный дом из которого и доносилась какофония звуков: Стены покрытые извёсткой были расписаны причудливыми узорами, стёкла в окнах блестели чистотой, перед домом даже было подобие клумб. И пусть цветы на них были весьма блёклыми, это все же были цветы. Найвз подошёл ближе и ещё раз, быстрым движением развернув клочок бумаги, проверил адрес. Шумный дом и был местом назначения. Найвз стряхнул песчаную пыль с одежды и уверенно постучал в деревянную дверь. Казалось, что звук ударов утонул в шуме голосов, но через несколько секунд дверь распахнулась. На пороге стоял высокий, плечистый, смуглый в чёрноту мужчина с зелёными, смеющимися глазами. — Милли, — он обернулся назад и крикнул в глубину дома чистым голосом, — я думаю, что это к вам! А вы, — он обратился к Найвзу, приветливо улыбаясь, — проходите. Присоединяйтесь к празднику! Найвз вошёл в дом и его сразу же обдало волной приятной прохлады. В просторный зал, где по всей видимости и шло празднование, Найвз проходить не стал, желая не привлекать к себе лишнего внимания. Где-то через минуту в коридор вышла высокая девушка и, стоило её встретиться взглядом с Найвзом, как её легкая улыбка резко исчезла с лица, сменившись на секунду испугом, а после еле уловимой злостью. — Я ищу Милли Томпсон, — начал с холодным спокойствием в голосе Найвз, — в компании Бернарделли мне дали этот адрес, и… — Вам придётся подождать здесь некоторое время, — резко перебила гостя Милли. И тут же, уже с улыбкой, добавила, — но я принесу вам холодного лимонада и кусок пирога в качестве извинения за это ожидание! Найвз хотел было возразить, но не успел, девушка спешно скрылась в доме, а менее чем через минуту на маленьком столике перед ним стоял кувшин с прозрачным жёлтым напитком и блюдо с несколькими кусками ароматного пирога. Найвз сел в предложенное плетёное кресло и налил в стакан лимонад. Подождать полчаса после стольких лет бесплодных поисков он мог. Тем более, что поведение этой нелепой девчонки явно давало понять, что ей что-то известно о Вэше. — Милли, ты с ума сошла?! — Мерил старалась говорить тихо, но голос всё равно предательски дрожал. — Алекс только начал приходить в себя, а ты хочешь… — Сэмпай, — Милли робко перебила свою бывшую начальницу, — вы же и сами прекрасно понимаете, что Вэшу нужна помощь. — Посмотри на него Милли, — обе девушки посмотрели вниз, во внутренний дворик, где Алекс беседовал с одним из старших братьев Милли, — быть может только теперь он по-настоящему счастлив. — Но это не его жизнь, — возмутилась Милли. — И не мне вам об этом говорить. Неужели вы не хотите вернуть Вэша? — Я, — Мерил тяжело вздохнула, закрыла глаза, и несколько секунд молчала, — я очень хочу вернуть его, но… Но, Милли, — голос был совсем тихим, дрожащим, — ещё больше я хочу, чтобы он был счастлив, даже если… — А он будет счастлив, когда поймёт, что не является человеком?! Когда окажется один на один, совсем без друзей, лицом к лицу с правдой о себе?! — Милли волновалась не меньше Мерил, это было видно по подрагивающим рукам и частому дыханию. Мерил не ответила. Ей попросту было нечего ответить. Она отлично понимала, что любое ее решение может обернуться катастрофой, именно поэтому Мерил медлила. Но теперь, когда в доме сидел брат Вэша, человек виновный почти во всех его несчастьях, ей было необходимо принять решение. — Что бы ни происходило, — в горле у Мерил мгновенно пересохло, — не вмешивайся. Я позову Алекса наверх. Милли кивнула в ответ и тут же направилась за незваным гостем. По лестнице они поднимались молча, и, хотя Милли старалась улыбаться, напряжение висевшее в воздухе было невыносимым. У двери в свою комнату, ставшую гостевой, Милли остановилась. Внизу полным ходом шло празднование, но здесь, наверху, было тихо. Дверь жалобно скрипнула, когда Милли приоткрыла ее. Найвз прошел в комнату и, улыбнувшись, протянул своему брату руку в знак приветствия. Алекс оцепенел. Глаза у него расширились от ужаса, спина покрылась липким холодным потом. Он боялся сделать вдох — перед ним стояла почти точная его копия. Девчонки молчали и тоже не решались пошевелиться. — И ты даже не пожмешь мне руку? — голос Найвза прозвучал наигранно обиженно. Мерил старалась прочесть хоть что-то в его глазах, но они не выражали ровным счетом ничего. Словно у дохлой змеи. Найвз резко подошел к Алексу и коснулся двумя пальцами его лба. В ту же секунду Алекс рухнул на колени и закрыл ладонью лицо. Яркие вспышки воспоминаний проносились у Алекса перед глазами. Он видел людей, имен которых он не знал, слышал радостные голоса и вой сирен, зеленый луг под синим небом сменялся тлеющими среди пустыни руинами… Бессвязные картинки, от которых голова была готова разорваться. — Эй, посмотри на меня, Алекс, — кто-то легко взял его за плечи, — Алекс, ты меня слышишь, — руки сжали плечи чуть сильнее, — ну, же, пожалуйста. — Если ты, — Милли цедила слова сквозь зубы, — не прекратишь это, то я… — Да-да? — Найвз уверенно ухмылялся, несмотря на то, что к его подбородку было приставлено холодное дуло. — Убьешь меня? Тогда ОН, — Найвз кивнул в сторону Алекса, — никогда не вернется. — Алекс, Алекс, послушай, — холодные ладони коснулись его руки, — посмотри на меня, прошу… Алекс слышал голос, но не мог вырваться из плена жутких видений. Высокая темноволосая девушка с раскинутыми в стороны руками, хлопок, кровь на полу. Потом еще кровь, много крови и надменный смех. Разоренный, стертый с лица земли город. Безумные голубые глаза, которые смотрели в самую душу… — Или я, — Мерил резко поднялась на ноги и приставила дуло своего пистолета ко лбу Алекса, — сама закончу это. Найвз замер. Он мог ожидать чего угодно, но не этого. Он посмотрел в глаза девушки и, к своему удивлению, не увидел в них ни капли сомнения. Она держала пистолет на вытянутой руке и совершенно не выглядела испуганной. — Раз, — щелкнул взведенный курок. Алекс, погруженный в кошмар, не заметил этого. «Оно и к лучшему», — мелькнула в голове у Мерил. — Два, — голос звучал ровно. — И что тебе это даст? — а вот голос Найвза впервые за долгое время немного срывался. — Скорее, — Мерил не отводила взгляд, — что это отнимет у тебя? — Я не, — Найвз запнулся, — не знаю, как… — Тогда советую подумать, или это остановлю я, — Мерил медленно сжала курок, проклиная себя за все это. Мечта о Рае для себя и брата рассыпалась, словно замок из песка. Найвз не раз видел этот уверенный, нездоровый блеск в глазах, но до этого момента это были только его глаза. А теперь такими же, только серыми, а не голубыми, глазами на него смотрела хрупкая женщина. Если только ее палец немного дернется, то все развалится по кускам. Какой смысл строить Рай, если его не с кем будет разделить? Но Найвз не мог повлиять на происходящее: он знал, как оживить воспоминания брата, но остановить начатое он уже не мог. Внизу раздался громкий хлопок — в честь приезда Милли и ее друзей торжественно открыли бутылку шампанского. От этого звука вздрогнули все: и Алекс, и Найвз, и Мерил. Внизу, из-за шума голосов не услышали второго хлопка, который раздался наверху почти в тот же самый момент — палец Мерил все же сорвался с курка. Алекс упал.