Другими словами

Когда однажды вечером Сквизгаар постучал в дверь Токи, Мордхаус ещё был в процессе постройки. Вся группа временно ютилась в каком-то задрипанном мотеле на самой окраине города. Это была ужасная, безобразная халупа (даже на взгляд Мёрдерфейса), и пятеро музыкантов всеми силами избегали находиться в своём временном пристанище. Большей частью они зависали в местных барах, закусывали огромные количества алкоголя солёным арахисом и откровенно скучали. Сквизгаар постучал в третий раз, притопывая ногой от нетерпения. Наконец, дверь распахнулась. Внутри было темнее, чем снаружи. Пауза, потом сонным голосом Токи пробурчали: — Вали отсюда. — Чем ты быть занят? — Я спит. Уходи. Он попытался закрыть дверь, но она упёрлась в сапог Сквизгаара. — Ты спит весь день, — сказал он. — У тебя заболеть голова, и пролежни будет. — Тебе-то чего? Убирает свои грёбаные ноги от мой дверь! — Я не уйдёт, пока ты не согласится выйти со мной. Ещё более длинная пауза. — Куда? — Я не знает… Куда-нибудь на улица. Может, жратва какой купить. — Здесь негде купить жратва, придурок. — Я знает. Нам быть надо отправиться куда-то и найти. — Сквизгаар помолчал. — Дэто быть как приключений, — добавил он. Несколько секунд спустя давление на сапог Сквизгаара ослабло, и дверь открылась. В оранжевом свете фонаря, проникающем с улицы, Токи выглядел брутально. Мешки под глазами, нечёсаные волосы, отпечатавшиеся от подушки полосы на лице, и ещё казалось, что он не мылся дня три. — Как мы туда добраться? — спросил он равнодушно. — Я имеет средство, — сказал Сквизгаар. — Пойдём. Токи закрыл за собой дверь и проследовал за Сквизгааром на парковку. Она была пуста, за исключением двух помятых машин и того, что было знакомо каждому европейскому подростку. — Это мопед? — изумился Токи. — Мопед-скутер. Новейший модель этот год. — Откуда ты его взять?! — Ээ, купить его? С помощью мой кредитка? — ответил Сквизгаар с такой вопросительной интонацией, какой отвечают только имбецилам. И закинул ногу на скутер. — Давай, залезать. Токи медлил. Сквизгаар зыркнул на него. — Кончай быть такой неженка, Токи. Ты когда-нибудь ездить на таком? — Да! — рявкнул Токи. — Заткнись! — Ну, тогда залезать. И Токи залез и сел позади Сквизгаара, но максимально далеко от него, насколько позволяло сидение. Что было не так уж и далеко… Он никак не мог установить свои ноги, чтобы они не касались ног Сквизгаара. Это был очень неудобный момент. Затем швед включил зажигание, нажал на педаль газа и отпустил тормоз. Скутер ожил и взревел. — Дэтот вещь не ездить слишком быстро, — старался перекричать мотор Сквигельф, — но, может, ты захочет держаться за меня! — Пойти к чёрту! — выплюнул Токи. — Хорошо. — Швед поддал газу, и мопед с рёвом вылетел с парковки. Токи издал громкий крик и свалился бы с сидения, если бы его руки рефлекторно не ухватились и не обвились вокруг груди Сквизгаара. — С тобой там всё быть нормально? — последовала самодовольная реплика. — Я тебя ненавидит, — пробурчал Токи. Да, он ненавидел Сквизгаара, но когда они выехали на трассу и развили большую скорость, езда внезапно ему понравилась. Развевающиеся пряди блондинистых волос так и лезли в лицо Токи, но ветер приятно охлаждал влажную кожу, и за Сквизгаара было удобно держаться. Что уж говорить — приятно было держаться за этого сукина сына… Они ехали в темноте молча. Одинокий луч фары прорезал бесконечную пустоту, и яркие звёзды сияли сверху. Это была великолепная ночь для катания. Сквизгаар довольно уверенно держал руль. Наверное, швед пытался показать, какой он непревзойдённый, самый лучший во всём мире ездок. Эта мысль натолкнула Токи на то, чтобы ещё сильнее возненавидеть Сквизгаара, но чем дольше они ехали, тем труднее это становилось. Они проехали где-то десять миль, прежде чем увидели на горизонте неоновые огни, и показался невзрачный маленький городишка. Однако, он не был таким унылым, как тот, в котором они жили. Они проехали мимо баров, магазинов и заправочных станций и, свернув налево, остановились у сияющего «Dimmu Burger». Вместо того, чтобы оставить скутер на стоянке, Сквизгаар вырулил через сквозной проезд прямо к окошку и развернулся вполоборота на сиденье. — Что ты хочет? — Я сам может сказать им мой заказ! Сквизгаар дёрнул острым плечом. — Хорошо. Динамик заскрипел, и из него раздалось: — …обро пожа…вать в «…immu Burger», что …елаете зака…ть? Из-за полусдохшего динамика и проблем с английским заказ еды занял у скандинавов минут 15. Сквизгаар приобрёл нервный тик, проверяя, чтобы заказ был оформлен КАК СЛЕДУЕТ, и довёл бедного продавца до аналогичного тика, заставив его повторить заказ четырежды. — Слушать сюда, парень. Я не хотеть никакой горчица в мои бургеры, я сейчас говорить охуенно серьё-о-озно! — рычал Сквизгаар. — Если будет хоть на одном, я вернуться и засунуть 900 пакетик с горчица в твой глотка! Ты понимает? Парень всё понял, выдал им счёт и попросил пройти к другому окошку. Скутер медленно подъехал к нему, и Сквизгаар сказал Токи: — Я летает, ты покупает. — Что? — Я привозит нас сюда, ты платит за еда. — Я не имеет наличный… Сквизгаар указал на наклейку на окне. — Они принимать кредитка. Заплатит своей. — Э… нет. — Почему? — Ни за что! Сквизгаар заглушил мопед и почти полностью развернулся к своему пассажиру. — Что с тобой за хуйня твориться, а? — Я не может написать мой имя так… — Почему? Потому что мой фамилия там быть? — Угу… Токи подумал, что швед рассердится, но тот неожиданно расхохотался. Это оскорбило Токи до глубины души. — Ты есть такой глупый маленький малыш, — хохотнул Сквизгаар. — Если бы мы не найти тебя в тот вечер в Норвегия, ты бы вернуться обратно к свои родители. Хочет знать правда, почему мы позволить мелкий деревенский мальчишка присоединиться к группа, а? Токи сложил руки на груди и сжал губы, пытаясь сдержать непрошеные слёзы, набегающие на глаза. — Не знает? Тогда я расскажет тебе. Потому что твой игра быть хреновый, и дэто делать меня звучать лучше. Вот и всё. Без меня ты быть ничто. Я есть единственный причина для того, что ты быть здесь. Без Dethklok ты есть просто маленький глупый ребёнок, который ничего не мочь делать сам. Поэтому… — Сквизгаар извлёк из кармана свою неизменную ручку-для-автографов и протянул её Токи. — Начни убеждать меня, как я быть неправ. Токи уставился в голубые глаза Сквизгаара. Тот в ответ одарил его тяжёлым взглядом. Окошко открылось, и сонного вида девица монотонно повторила их заказ. — Мы заплатит кредитный карта, — продолжая буравить Токи взглядом, сказал Сквизгаар. Токи помедлил ещё секунду, затем расцепил руки и взял предложенную шведом ручку. Затем он залез в задний карман джинсов, извлёк оттуда свой нелепый кошелёк с Диджимонами и вытащил из него богомерзкую карточку. — Стоять тихо, — пробурчал он, используя правую лопатку Сквизгаара в качестве опоры. Он подписал заднюю сторону карточки, подул на неё, чтобы высохли чернила, и протянул девушке. Пока она снимала деньги, Сквизгаар схватил пакет с едой и начал подозрительно копаться в нём в поисках гипотетических следов горчицы. Через миг девушка вернулась и протянула Токи чек. — Распишитесь здесь, пожалуйста. Второй раз за эту ночь! Токи сжал зубы и сосчитал до десяти. На норвежском. Он взял чёртов чек, стараясь не ужасаться своему временному имени, напечатанном на нём. Борясь с приступом тошноты, он снова использовал правую лопатку Сквизгаара вместо стола, и кое-как начеркал ненавистное «Toki W. Skwigelf». Дважды он проткнул бумагу и заставил Сквизгаара шипеть от боли. Наконец, Токи протянул чек девушке, которая отдала ему другой чек вместе с кредиткой, пожелала им хорошего вечера, и Сквизгаар передал Токи дымящийся пакет с обжигающе горячим дном. Затем снова завёл скутер, и они растворились в прохладе ночи.