Здесь играют по-взрослому

— Заглянем на пирс и по домам? — снова предложила Наоми, когда они с Элизабет вышли на оживленную улицу. — Ты ведь ещё не устала? — Нет, не особо… Тогда напишу маме, что ещё гуляю, — задумчиво ответила Рыжик и полезла в карман за телефоном. На улице уже начало смеркаться и набережная менялась на глазах. Небо постепенно заливалось цветами розовых и оранжевых оттенков, а солнце медленно спускалось за горизонт, лишая город яркого света. По всей набережной уже зажглись огни и фонари. Прохожие с удовольствием прогуливались по ней, наслаждаясь вечерними преображениями и совершенно не спешили по домам. Утренний ветер к вечеру и вовсе сошел на нет, от чего на улице было тепло, несмотря даже на отсутствие яркого солнца. Пришвартованные яхты в такую спокойную погоду обычно кажутся одинокими и безмятежно дремлющими. Однако, сегодня они вызывали другие чувства, ведь и их не обошел светлый праздник Рождества. Украшенные новогодними гирляндами, они словно игрушечные мерцали разноцветными огоньками, даря жителям Монтерея невероятные пейзажи и ощущение приближающегося волшебства. — Невероятно… — восхищенно протянула Элизабет, плавно вышагивая по пирсу. — Да, в Рождество тут по-особенному красиво, — согласилась с ней Наоми, бросив на причал не менее восхищенный взгляд. Дошагав босыми ногами до самого края, Рыжик остановилась и осторожно присела на скрипучие доски, умостив возле себя рюкзак и ботиночки. — Довольно насыщенный выходной, ты так не считаешь? — подняв голову, спросила она. — Ага, но это ведь здорово, — опустилась рядом Наоми и зачем-то сняла с себя куртку. Из внутреннего кармана она достала пачку сигарет и вынула оттуда последнюю. — Какую из них ты бы хотела себе? — прикурив долгожданную сигарету, Наоми по-хозяйски откинулась назад, оперевшись на локоть. Медленно выпуская серебристый дым, она оценивающе присматривалась к каждой яхте. — Я? Не знаю, они все хороши. Я бы любой была рада. — А мне нравится вон та, с большим парусом. На ней точно можно отправиться в путешествие. Хочешь в путешествие на яхте? — Да, а кто ж не хочет? — удивленно хохотнула Элизабет, посмотрев в хитрые синие глаза. — Значит, поедем, — решительно ответила Наоми и снова отвернулась к одиноким яхтам и катерам. — Почему ты так в этом уверена? — изумилась рыжеволосая, не отрывая от подруги подозрительного взгляда. — А почему нет? Главное — желание. Если сильно захотеть и постоянно держать эту цель в голове, то всё обязательно получится. В ответ Элизабет хмыкнула и задумчиво посмотрела на практически скрывшееся за горизонтом солнце. Такой позитивный настрой и непоколебимая уверенность Наоми удивляла и поражала её. Наоми тем временем докурила и потушила окурок в пустой пачке. Затем она не спеша встала на ноги и начала стягивать с себя кофту. — Что ты делаешь? — опешила Элизабет. — Как что? Собираюсь прыгнуть, — расстегнув молнию на джинсах, ответила Наоми. — С ума сошла? — завопила Рыжик и резко отвернулась, едва Наоми стянула джинсы. Оставшись в одном нижнем белье, Наоми стянула с волос резинку и, сделав глубокий вдох, смело нырнула в воду. От неожиданного всплеска и брызг Элизабет съежилась и даже зажмурила глаза. — Ты что творишь? — вновь возмутилась Элизабет, едва увидела на поверхности черную макушку. — А что такого? — искренне хохотнула Наоми. — Весело же, давай тоже. — Еще чего! А если кто увидит? — Да какая разница? К тому же уже темно, и нет никого. Давай! — Ни за что! Ты, может, и сумасшедшая, а у меня вот еще остались крупицы здравого смысла, — не сдавала позиции Рыжик. — Да ты просто струсила. — А вот и нет. Просто это не разумно! — Все трусишки так говорят, — неприкрыто издевалась Наоми, хищно кружа в воде. Она была похожа на русалку, что соблазняет моряков. Такая же красивая, изящная. С каждым новым движением её густые и черные как смола волосы медленно расплывались, частично утопая в прозрачной воде. В них был какой-то свой отдельный шарм. — Говори, что хочешь, а я туда ни ногой, — встала в позу Элизабет, и тогда Наоми пошла на крайние меры. — Тогда я нырну и не всплыву, пока не услышу всплеск воды. — Пф, ты блефуешь, — надменно фыркнула Элизабет, откидываясь чуть назад. — Посмотрим, — ехидно ухмыльнувшись, Наоми резко ушла под воду. Погрузившись как можно глубже, она заплыла под пирс и тихо вынырнула где-то на середине. Ухватившись за его основание, она хитро улыбнулась и молча прислушалась к реакции подруги, стараясь не выдать себя ни единым звуком. — Да, да. Очень умно, — язвила Рыжик, закатывая глаза. Первые несколько секунд она откровенно улыбалась такой причуде. Когда и через двадцать секунд Наоми не показалась на поверхности, Элизабет заметно занервничала. — Эй, ну хватит уже придуриваться. Это не смешно! Но и после этого знакомая макушка не показалась на поверхности. Элизабет стала сильнее всматриваться в толщу воды, стараясь разглядеть хоть что-нибудь, но всё было тщетно. Солнце совсем ушло за горизонт, а блеклого желтого света от одиноко стоящего вдали фонаря катастрофически не хватало. Наоми будто растворилась. — Господи, ну ладно, прыгну я, прыгну, только высунись уже наружу! — запаниковала девочка, небрежно и быстро стаскивая с себя свитер. Почуяв запах победы, Наоми так же медленно и тихо опустилась под воду и проплыла обратно к концу пирса. Раздевшись до белья в мелкие цветочки, Рыжик нагнулась к воде и прокричала ещё раз: — Слышишь? Я прыгаю, только вы… — резко вынырнув из воды, Наоми схватила Элизабет за руку и рывком утянула за собой в воду. Испуганный визг и море брызг последовали незамедлительно. — Черт тебя дери, Наоми! — громко ругнулась Элизабет, откашливаясь и убирая мокрые волосы с лица. — Совсем сдурела?! А та лишь звонко хохотала, глядя на пышущую злобой девочку. Даже в таком состоянии Рыжик казалась ей слишком милой. — Я до смерти перепугалась! — Не стоило, это всего лишь я, — мягко улыбнулась ей Наоми. — Ведь здорово же, согласись? И совсем не страшно. — А вот и не соглашусь, — вредничала Элизабет, всё ещё пытаясь хмуриться. — Тут чертовски холодно и… и мокро! — Так бывает, когда прыгаешь ночью в воду, — не переставала дразниться брюнетка. Нещадно обрызгав её за это, Элизабет всё же оттаяла и даже рассмеялась, глядя на мокрое и недовольное лицо напротив. Держась на плаву, она осмотрелась, вновь скользнув восхищенным взглядом по яхтам. Вода и правда была холодной, да и время было позднее, однако вылезать Элизабет не торопилась. До сегодняшнего дня ей ещё не доводилось плавать так поздно в свете одних лишь далеких фонарей. Раньше она ни за что бы не решилась на такой нелепый и безрассудный поступок, и раз уж это произошло, хотелось подольше побыть в образе «храброй и шальной» девицы. К тому же, Наоми вселяла в Элизабет недостающую уверенность; с завидной легкостью развевала по ветру её потаённые страхи. И потому-то ей так легко было утянуть за собой Элизабет в любую пришедшую на ум авантюру. Неожиданно лицо Наоми из ехидного стало каким-то серьезным. Заметив это, Элизабет стало немного не по себе. Наоми неотрывно смотрела ей в глаза несколько секунд, после чего медленно и практически бесшумно подплыла ближе. Тогда-то Элизабет и вовсе замерла, затаив дыхание. «Нет, нет, нет, не нужно так близко…» — паниковала про себя девочка, испуганно глядя в потемневшие глаза, которые очень быстро оказались совсем рядом. От воды ресницы Наоми слиплись, от чего взгляд казался кукольным, но не менее выразительным и красноречивым. Её густые волосы перестали быть идеально прямыми и дали себе волю, изогнувшись в легкие волны. В это мгновение она выглядела такой естественной и ранимой, что сердце Элизабет не смогло не среагировать. Оно предательски ускорилось, разгоняя по венам накатившую волну жара. — Лиза, — совсем шепотом позвала Наоми, и та еле заметно вздрогнула. — Ты очень красивая, — очертив ласковым взглядом контуры её лица, заключила Наоми. Сердце девочки пропустило удар. Неожиданное признание смущало, сбивало с толку и… было невыносимо приятным. Рыжик не могла больше сопротивляться очарованию Наоми. Словно загипнотизированная она не двигалась и лишь молча наблюдала, как та подплывает ещё ближе, а взгляд её бездонных глаз замирает на губах. Ещё мгновение и, зажмурившись, она ощущает прикосновение холодных мокрых губ на своих собственных. Чужое горячее дыхание опаляет, когда Наоми разжимает губы, чтобы потом снова впиться поцелуем. Но уже не таким боязливым. Горячим языком она уверенно проводит по нижней губе и настойчиво проталкивается внутрь, окончательно развевая любые сомнения с другой стороны. В ту же секунду защита Элизабет дает слабину и, приоткрыв рот, она отвечает Наоми, самостоятельно подаваясь вперед. От подобного жеста Наоми мгновенно потеряла контроль. Не было на её пути больше никаких знаков «стоп». Элизабет больше не убегала, не пряталась, не сомневалась. Она здесь, рядом, плавится в её руках. В груди разгорелся пожар, который она давно желала разделить с Элизабет. Она плотнее прижалась к хрупкому телу, в попытках сократить расстояние между ними до миллиметров. Целовала её с такой страстью и жаждой, с какой осушаешь стакан воды после длительного и жаркого дня. Элизабет трепетала и дрожала в её объятиях, изредка издавая приглушенные полустоны. Она дивилась тому, как приятно было скользить под водой по обнаженной коже Наоми и тому, какие эмоции будоражат в ней её поцелуи. Вокруг было чертовски тихо, будто и правда в городе кроме них никого не осталось. Лишь изредка вдали можно было расслышать шум проезжающих машин, но и его заглушал глухой стук девичьих сердец и всплеск воды от частых и резких движений. Наоми не упускала возможности коснуться чужой щеки, или зарыться пальцами в огненные локоны. Провести по тонкой шее и плечам, несильно сжать бока. Ручейки стекающей воды холодили кожу Элизабет, вызывая мурашки. А вот руки Наоми — напротив. Были горячими, обжигали. От каждого прикосновения становилась так хорошо и тепло. И эти ощущения пугали Элизабет. Подобно водовороту они утягивали её за собой на самое дно, и сопротивляться этому не было ни сил, ни желания. С трудом разорвав поцелуй, Наоми нехотя приоткрыла веки и посмотрела в растерянные глаза напротив. Придя в себя, Элизабет сглотнула и смущенно потупила взгляд. По-прежнему не выпуская девочку из объятий, Наоми прислонилась к её лбу, вновь закрывая глаза и восстанавливая тяжелое дыхание. — Давай уже выбираться. Ты вся дрожишь, — ласково и совсем тихо произнесла она. Элизабет не ответила. Лишь коротко и робко кивнула в знак согласия.

***

— Блин, он и не думает высыхать! Как теперь домой идти? Вряд ли мама оценит мои ночные купания, — бормотала себе под нос Элизабет, сильнее кутаясь в свитер и старательно пряча грудь. Взглядом она сверлила свой мокрый бюстгальтер, аккуратно разложенный на краю пирса, дабы тот мог просохнуть. Оставшееся мокрое белье неприятно холодило, от чего Элизабет заметно стучала зубами. Последствия её выходки, ожидаемо, оказались менее радужными и более проблематичными, нежели сам поступок. — Может, переночуем у меня сегодня? — спокойно предложила Наоми, выжимая свой лифчик. Она тоже надела майку на голое тело, но в отличии от Элизабет чувствовала себя комфортнее и совершенно не стеснялась. — У тебя? — переспросила Рыжик, поднимая на подругу удивленный взгляд. — Ну да. У тебя мы уже оставались, пришло время и мне гостеприимство проявить, — хмыкнула брюнетка. — Н-не думаю, что это хорошая идея… Нет, ничего не выйдет, — задумчиво ответила Элизабет и для пущей убедительности помотала головой. — Почему? — Последний раз, когда я отпрашивалась на ночевку к подруге, я свинтила на вечеринку Нейтана. Мама узнала об этом, и мне не хило так влетело. Доверие подорвано и вряд ли она меня теперь куда-нибудь отпустит, — призналась рыжеволосая, ковыряя ногтем дощечку. — Пф, просто у тебя не было такой замечательной подруги как я, — махнула рукой Наоми. — Дай мне телефон, я сама всё сделаю. Твоя мама от меня без ума, так что если я попрошу — с легкостью отпустит. — Какая ты скромная, — ухмыльнувшись, съёрничала Рыжик. Но надо признать, в чем-то Наоми была права — миссис Форд действительно души не чаяла в новой подруге Элизабет. — А то ж! — подыграла ей брюнетка и нетерпеливо качнула рукой, призывая-таки отдать ей телефон. Элизабет демонстративно цокнула, но мобильный отдала. — Отлично, заодно напишу Альберту и попрошу нас забрать, пока мы тут совсем не окоченели, — добавила она, привставая и глядя уже в свой телефон. Наоми отошла на несколько шагов и набрала нужный номер. Элизабет смерила её скептическим взглядом, всё ещё перебирая в голове максимально логичные варианты оправданий. Она сомневалась, что подруге удастся уговорить её маму. Как оказалось — зря. Едва Наоми услышала на другом конце голос миссис Форд — тут же включила всё своё обаяние и хитрость. Превратилась во взрослую и рассудительную девушку, идеально подбирающую нужные слова. От той Наоми, что так беспечно прыгала с пирса несколько минут назад не осталось и следа. Удивительно, как быстро может меняться человек, если того требуют обстоятельства. Закончив разговор на победной ноте, Наоми вернулась к недоумевающей Элизабет. — Всё, готово, — она протянула девочке телефон, не в силах стереть с лица самодовольной ухмылки. — Пойдем, поднимемся к дороге, Альберт скоро приедет. Хмурясь и растерянно хлопая глазами, Элизабет медленно забрала мобильный и послушно встала. На автомате собрала свои вещи и поспешила за удаляющейся Наоми. Окончательно поверив в то, что Наоми действительно удалось уберечь её от глупых и нелепых оправданий перед матерью, Элизабет расплылась в довольной улыбке. Правда, ненадолго. На смену старым переживаниям быстро пришли другие. Наоми не соврала — знакомый Мерседес не заставил себя долго ждать и уже через пару минут показался на горизонте. Лишь очутившись внутри дорогого кожаного салона, Элизабет вдруг осознала, куда повезет их сейчас этот автомобиль. — Наконец-то тепло, — с наслаждением протянула Наоми. — Альберт, включи, пожалуйста, обогрев. — Как пожелаете, мисс Саката, — добро ответил мужчина, выполняя просьбу. — Если я спрошу, что случилось, могу ли рассчитывать на правдивый ответ? — осторожно поинтересовался он, поглядывая в зеркало заднего вида. — Ничего особенного, просто решили немного поплавать. Да, Элизабет? — А? Д-да, — неуверенно согласилась та, отвлекаясь от внутренних терзаний. Чем ближе они подъезжали к дому Наоми, тем громче протестовал её внутренний голос. «Что ты творишь? Ночевать у Наоми? В пустом доме? Вдвоем? После того, что сейчас произошло? С ума сошла?!» — Элизабет молча наблюдала за меняющейся за окном картинкой, тревожно щипая себя за губу. Но как бы не возмущалось всё её нутро — отступать было поздно. Огромные ворота скрипнули, пропуская девочек во двор. Очень знакомый двор. По каменной тропинке они шли к не менее знакомому особняку, что, казалось, смотрел на Элизабет свысока. Давил своим величием и напоминал о той роковой ночи, когда она была здесь в последний раз. В голове Элизабет тут же пронесся шторм из неприятных воспоминаний, и она мгновенно изменилась в лице. — Всё в порядке? Ты какая-то напряженная, — обеспокоенно спросила Наоми, когда они были уже у дверей. — Всё нормально. Просто немного замерзла, — притворно улыбнулась Элизабет, стараясь скрыть своё волнение. Она тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. Ни к чему вспоминать прошлое. Теперь всё иначе. — Ничего, примешь горячий душ и сразу станет лучше. Едва Наоми успела договорить, как дверь перед ними распахнула миссис Беккер, любезно приглашая девушек войти. — У меня сегодня гостья, — оповестила её Наоми. — Не могли бы вы заварить горячий чай? — Разумеется, мисс Саката, — нежным голосом ответила женщина и добро улыбнулась Элизабет. — Добро пожаловать. — Добрый вечер, — робко поздоровалась рыжеволосая в ответ. Пройдя в гостиную, Элизабет осмотрелась. Она будто видела дом впервые. Таким он был пустым и тихим без толпы пьяных, галдящих и выряженных в диковинные костюмы подростков. Сейчас гостиная буквально сияла чистотой и порядком. Стиль, в котором она была оформлена, олицетворял собой полный минимализм. Лишь мягкий набор из дивана и кресел, большой телевизор у стены, полупустой шкаф с книгами и кофейный столик, на котором не было ничего лишнего. Голые светлые стены не были украшены по случаю Рождества, а в центре на ковре не возвышалась Новогодняя елка, от чего комната и вовсе выглядела не жилой и походила больше на страницу мебельного каталога. — Моя комната наверху, — обратила на себя внимание Наоми и стала подниматься по лестнице. Элизабет покорно последовала за ней. Она с любопытством вертела головой, разглядывая неизведанную часть особняка, ведь во время Хэллоуина никому не позволялось подниматься выше первого этажа. Девушки шли по длинному коридору, застланному ковром из тонкого ворса, пока Наоми не остановилась у белой деревянной двери. Она медленно повернула ручку и кивком пригласила Элизабет войти. Та нерешительно глянула на подругу и осторожно сделала первый шаг. Она была взволнована — ещё немного и она наконец увидит спальню Наоми. Очутившись внутри, Рыжик бегло окинула комнату изучающим взглядом. Она множество раз представляла себе какие-то немыслимые хоромы, под стать такому особняку, но к её удивлению всё оказалось не совсем так. Несомненно, спальня была намного больше чем её собственная, но по сравнению с остальной частью дома, она выглядела более «домашней». Первым, что бросилось Элизабет в глаза, была большая двуспальная кровать с металлическим каркасом. Из-за высокого матраца она выглядела невероятно мягкой, а пуховое серое покрывало с парой маленьких красных подушечек на нем создавали в комнате уют. Как и модульная картина, состоящая из трех частей и размещенная прямо над кроватью. Такие часто можно увидеть в номерах отелей. Рядом с кроватью умостилась маленькая белая тумбочка, на которой красовалась небольшая ваза с декоративными красными розами. По другую сторону возвышался встроенный шкаф-купе с зеркальными створками и белые книжные полки, также встроенные в стену. — Как тебе? — нетерпеливо поинтересовалась Наоми. — Шикарно, — честно протянула Элизабет, всё еще разглядывая комнату. — Такая просторная и роскошная, как я и думала. — Рада, что тебе нравится, — криво усмехнулась брюнетка. — Ты пока осваивайся, а я скоро вернусь, — с этими словами Наоми вышла в коридор, оставив Элизабет одну. Утопая босыми ногами в мягком сером ковре, та дошагала до белого письменного стола. На его поверхности ровной стопочкой лежало несколько тетрадей и книг, в углу закрытым покоился ноутбук, а рядом с ним — стакан с ручками и карандашами. Как и в остальных комнатах, тут царил идеальный порядок. Каждая вещица была на своём месте. Почувствовав накатившую усталость, Рыжик присела на стул, что стоял возле стола. Откинулась на его спинку и утомленно запрокинула голову. Казалось, она и правда освоилась и скопившаяся в груди тревога стала постепенно рассеиваться. «И чего я так разволновалась? Это ведь обычная ночевка. К тому же мы не одни — её гувернантка здесь, да ещё и оказалась невероятно доброй и приветливой женщиной. И вообще, что могло пойти не так? Мы ведь уже ночевали вместе», — мысленно успокаивала себя Элизабет, прикрыв веки. «Ага, и закончилось это несанкционированным поцелуем», — гаденько усмехнулся в ответ её внутренний голос. Рыжик тут же распахнула глаза и словно по струнке выпрямилась на стуле. В эту же секунду дверь в комнату отворилась и явила собой Наоми, нагруженную какими-то вещами. Элизабет вскочила с насиженного места и ошарашенно посмотрела на подругу. — Ты чего? — хохотнула Наоми, глядя на выражение её лица. — Ничего, — на автомате выпалила рыжеволосая. — Держи, тут полотенце и сменная одежда, — объяснила Наоми, протягивая Элизабет стопку вещей. — Прими пока горячий душ, чтобы согреться. А когда выйдешь уже и чай будет готов. Мокрую одежду оставь на тумбочке, миссис Беккер постирает её, и завтра она будет как новенькая, — улыбнувшись, закончила она свой инструктаж. Подобно болванчику Элизабет только и делала, что кивала, да растерянно хлопала ресницами. Приняв у подруги предложенные вещи, она словно на автопилоте зашагала к приоткрытой двери. Лишь выйдя за её пределы она осознала, что понятия не имеет, куда идти. Рыжик заглянула в комнату и уже было открыла рот, чтобы спросить, как Наоми её опередила: — Дальше по коридору, стеклянная дверь, — подсказала она, не оборачиваясь. Элизабет ещё раз кивнула и поплелась по указанному направлению. Найдя нужную дверь, она неуверенно щелкнула ручкой и вошла. — Ого, — неосознанно и совсем тихо произнесла Элизабет, нащупав выключатель. Она не ожидала увидеть такую роскошную и просторную комнату. Взгляд Элизабет сразу же приковала огромная ванна округлой треугольной формы, больше напоминавшая джакузи из дорогих фильмов. Заметив длинную стойку с раковиной и шкафчиками слева, она засеменила в том направлении и оставила на ней стопку выданных вещей, чтобы получше разглядеть всё вокруг. «Да тут три меня поместятся, как пить дать!» — воскликнула про себя Элизабет, невесомо пробегая пальцами по краям ванны. Вскинув голову к потолку, Рыжик обнаружила, что он зеркальный, и снова пришла в восторг. Глядя в свое отражение, она пару раз покрутилась и вернулась к стойке с вещами. Возле дорогой и стильной раковины стояли кое-какие банные принадлежности и покоился фен, который Элизабет отметила себе на будущее. Уперевшись руками в белую поверхность стойки, Элизабет подалась вперед — ближе к висевшему на стене зеркалу. Чуть склонив голову, она окинула себя взором. Прикоснулась к слипшимся влажным волосам, обратила внимание на подтекшую тушь и уставшие глаза. Тяжело вздохнув, Рыжик повернулась вправо и наткнулась на туалет и душевую кабинку. Именно ей и решила воспользоваться Элизабет, испугавшись, что не разберется с многочисленными кнопочками на замороченной ванне. Стянув с себя свитер и остальную верхнюю одежду, она уложила её на стойку, как и просила Наоми. Освободившись от плена мокрого белья, она быстро юркнула в кабинку и включила воду, сделав её погорячее, также внимая советам Наоми. Рыжик с удовольствием подставляла лицо под горячие струйки воды, позволяя им прогреть каждую частичку её замерзшего тела. Они ручьями скользили по рыжим волосам, тонкой шеи и груди. Ласкали её спину и бедра. Наткнувшись на шампунь, Элизабет сразу протянула к нему руку. Как только она нанесла его на волосы, в нос тут же ударил знакомый аромат. Так обычно пахнут волосы Наоми. От чего-то эта ассоциации пробуждала в девочке непонятные, но приятные чувства. Долгожданный горячий душ заставил Элизабет забыть, что она о чем-то переживала. Закончив водные процедуры, Рыжик подбежала к стойке и размотала полотенце. В нем она нашла симпатичное ажурное белье и шелковый пижамный набор, состоявший из коротеньких шорт и маечки на тонких бретельках. Когда Элизабет вернулась в спальню Наоми, та сидела на столе и допивала чай. — Уже закончила? — заметила очевидное она, спрыгивая на пол. — Ага, и воспользовалась твоим феном, надеюсь, ты не против, — отводя взгляд и заправляя локон за ухо, отозвалась Элизабет. Будто озябнув, она обхватила себя руками и потерла плечо. Ей было неловко в чужих вещах, хотя сам комплект ей очень даже понравился. — Конечно я не против, — нахмурившись, подтвердила Наоми и поставила кружку на стол. Она сделала пару шагов к Элизабет и хитро, но беззлобно ухмыльнулась. — А тебе идет эта пижамка. Она дернула краешек её майки и заглянула в зеленые смущенные глаза, которые так старательно избегали зрительного контакта. — Пойду тоже приму душ, а ты попей чай с булочкой и, если совсем устала, можешь ложиться спать. Я быстро, — заверила её брюнетка и прошла дальше, выходя из комнаты. Кивнув, Элизабет проводила подругу взглядом и прошла вглубь. Кровать к тому времен уже была расправлена, а большое окно плотно зашторено. В комнате стоял еле уловимый аромат свежей выпечки, который Элизабет не смогла проигнорировать. На столе она заметила небольшой поднос с кружкой и пышными булочками на блюдце. Тоненькими пальчиками она схватила одну из них и отправила в рот, запив доброй порцией горячего чая. Тепло мигом растеклось по груди, и Элизабет блаженно прикрыла веки. Пока Рыжик с азартом поедала сдобу, глаза её изучали полочку, висевшую прямо над столом. Там были разные книги, школьные учебники и пара самоучителей японского языка. К большому удивлению Элизабет, в спальне совершенно не было фотографий. Она обвела глазами каждую полочку и шкафчик, но нет. Ни одной даже рамки под фотографию она не нашла. Зато наткнулась на небольшой блокнотик, лежавший возле ноутбука. Он отличался от других тетрадей и, мало того, показался ей знакомым. Не переставая жевать, рыжик хмурила бровки в попытках напрячь свою память. «Точно, она там рисует постоянно!» — щелкнуло у неё в голове, и, не колеблясь ни секунды, она отставила кружку, чтобы освободить руку и взять скетчбук. Мысленно потирая ручки она уселась за стул и принялась листать свою находку. Блокнот был очень толстым и, судя по всему, велся уже давно. Первые страницы были заполнены разнообразными набросками и портретами неизвестных Элизабет людей. Она с трепетом рассматривала каждый рисунок, поражаясь мастерству своей подруги. Несколько следующих страниц заняла неизвестная девушка с длинными и, кажется, светлыми волосами. Её было много. Где-то она была изображена вместе с Наоми, но чаще одна в простых и непосредственных позах. «Интересно, кто это?», — подумала Элизабет вглядываясь в незнакомые черты. Вскоре Рыжик добралась до набросков парней и девушек, напоминавших её одноклассников и других ребят из школы. Там был даже Нейтан. Пару раз Элизабет сдавленно прыснула, обнаружив карикатуры на учителей и просто забавные зарисовки. На следующей странице Элизабет замерла. С белого плотного листа на неё смотрела милая веснушчатая девушка, как две капли воды похожая на неё. Осторожно перелистнув страничку, она нашла ещё один свой портрет и нервно сглотнула. Проведя по рисунку подушечками пальцев, Рыжик испытала целый спектр эмоций. Сначала это было удивление, затем она испытала что-то вроде детской радости — ей это даже немного польстило, позже это ощущение плавно перетекло в смущение и закончилось непонятным испугом. Резким движением Рыжик захлопнула блокнот и отодвинула его на место. Ещё несколько минут прожигала его взглядом, после чего вскочила со стула и переместилась на кровать. Подальше от своей находки. Вмиг ей стало очень стыдно за то, что она листала скетчбук без разрешения. Возможно, Наоми не хотела, чтобы она это увидела. Сквозь внутреннюю травлю и самокопание, Элизабет услышала в коридоре приближающиеся шаги. Запаниковав, она быстро нырнула под одеяло и притворилась спящей. Шире распахнув дверь, в комнату вошла Наоми. Увидев подругу в постели, она подобно кошке бесшумно подошла к кровати и покрутила расположенный сбоку выключатель, приглушая свет. Окинув девочку ласковым взглядом, она отошла к шкафу и стала тихо переодеваться. Лежа на боку, Элизабет боялась раскрыть глаза и отчаянно жмурилась, поддерживая образ спящей. Внутри всё бурлило от стыда и ощущения всего идиотизма сложившейся ситуации. Переодевшись в ночной комплект, Наоми аккуратно забралась на кровать, полностью погасив свет. Элизабет лишь почувствовала, как сзади прогибается матрац и как кто-то забирается под одеяло, приглашая с собой прохладный воздух. Бесшумно и почти невесомо, Наоми придвинулась ближе, утыкаясь носом в шею Элизабет и осторожно обхватывая её за талию. Элизабет удивленно распахнула глаза, но не шелохнулась. Она ощущала, как щекочет кожу чужое дыхание, как медленно передается ей чужое тепло. Чувствовала, как мягко прижимается к спине грудь Наоми и как стучит под ней её сердце. Наоми так трепетно и нежно обнимала её, словно боялась повредить. Отчаянно прижимала к себе, как нечто очень дорогое и нужное. Элизабет была готова умереть. Настолько трогательным и чувственным был этот жест, что у неё защемило сердце. Глаза быстро намокли и Рыжик возвела их вверх, в попытке остановить подступающие слезы. Чувство стыда и злости пожирало её изнутри. Как могла она подозревать Наоми в каких-то неведомых и мутных замыслах, когда именно она была единственным, кто заботился и помогал ей в тяжелый момент. Кто без колебаний протянул ей руку помощи и не отступал, несмотря на все её выходки. Закусив губу, Рыжик боролась с нестерпимым желанием развернуться и заключить Наоми в ответные объятия. Уткнуться в её длинную шею, зарыться в шелковые волосы и вдыхать аромат её тела. Останавливал Элизабет лишь страх, спрятавшийся где-то глубоко в груди. Страх перед неизведанным и новым. Страх быть непонятой и выглядеть глупо. И страх этот победил. Сжимая в кулак тонкую простынь, Элизабет сдалась. Закрыла глаза, позволяя облаку из нежности, тепла и запаха хвои окутать её с головой. Усталость и невероятно мягкая постель лишь поспособствовали этому и уволокли Элизабет в мир грёз. Туда, где ей не нужно принимать сложных решений, где всё довольно просто и понятно.