Сюрприз от предков

      Тем временем на наш остров опустилась ночь. Как же всё-таки быстро идет время — вроде бы прошло не больше часа после того, как я пришел в себя, а небосклон уже увешан холодными далекими звездами, а не приятными на вид пушистыми облаками. Ровно год прошел с нашего с Беззубиком знакомства. Кажется, что за это время я прожил целую жизнь. Этот год был намного насыщеннее и радостнее, чем все пятнадцать лет жизни, прожитые мной до того дня. За эти двенадцать месяцев было всё: и ссоры, и драки, и смех, которого мне так не хватало. Каждый день число моих друзей всё росло и росло. Неужели, всё это благодаря одному лишь дракону? Всё же он сильно повлиял на мою жизнь.       Сейчас же он бодро вышагивает в совершенно новом, незнакомом для меня облике, иногда посмеиваясь над тем, как я устало переставляю ноги. Беззубик, а теперь Роувелл, появился в моей жизни второй раз. Интересно, как на этот раз его появление изменит мою жизнь?       Даже открытие двери далось мне с трудом. Всё-таки, прошататься непонятно где, притом на большой скорости, да еще и с пустым желудком — самое ужасное событие за этот год. Я прошел вглубь хижины, с закрытыми глазами умудрившись дойти до своей комнаты, и рухнуть там, на постель лицом вниз.       — Дом, родимый дом. Я тебе еще никогда так не радовался… — еле различимо пробубнил я, не отрывая лица от мягкого одеяла, покрывающего постель.       — У тебя хотя бы дом есть, — мой новый-старый знакомый принялся оглядываться, так как из-за своих больших габаритов, которые были у него в облике дракона, он не мог поместиться в такое маленькое помещение.       — А у тебя что — нет? — я удивился, начиная исподтишка разглядывать парня. — Я думал, что ты считаешь нашу хижину своим домом…       — Ну, это так, впрочем, — он взял в руки какую-то книгу. — А именно родного, где я бы жил и родился, у меня, увы, нет, — мне показалось, или он как-то тяжело вздохнул?       — Кстати, а ты всегда в этой одежде, когда превращаешься в человека? — мне удалось сесть на кровати, не сводя с Роувелла взгляда. — Ты где её вообще выдрал?       Да, одежда у него была не совсем обычной. Такой ткани я не видел еще никогда — она была похожа на кожу, которая была у него в настоящем облике, странное ожерелье. С таким вот «прикидом» он не сможет затеряться в толпе, даже если очень сильно этого захочет. Местные жители носили обычные одежды из обыкновенной льняной ткани, меха убитых на удачной охоте животных. Кожа, а тем более драконья, была у нас на вес золота, и считалась чуть ли не манной небесной. Да и казалась она совсем новой, а с драконами, как известно, уже давно никто не воюет.       — Тебе она не нравится? — спокойно спросил Роувелл.       — Не очень, — я чуть поморщился, припомнив то, как однажды собственными глазами увидел, как мой отец снимал кожу с только что убитого им дракона. Зрелище, мягко говоря, жуткое.       — Я могу и раздеться, — парень пожал плечами, вдруг положив до этого изучаемую им книгу на стол, и начав стягивать свою кофту.       — Нет! Не надо! — я выставил ладони вперед, останавливая его. — Так ты не ответил на мои вопросы…       — Нет, когда я раньше превращался в человека, я летал в одной… Набедренной повязке. А эту одежку мне пришлось стащить у того самого сына Людвига Скалы, — сняв с себя кожаную жилетку и как-то брезгливо, держа её двумя пальцами, он кинул на моё пристанище.       Я потянулся было к ней, чтобы изучить на ощупь, но внезапно до меня дошел один факт — она принадлежала мертвому принцу.       — Ты её с покойника снял?! — ошарашено отдернул руку я.       — Ну, а что? — парень спокойно пожал плечами, садясь на край постели. — Ему одежда теперь без надобности.       Я, не в силах вымолвить и слова, просто ошарашено смотрел на него. Он произнёс всё это так, будто видит подобное каждый день и сие — что-то само собой разумеющееся.       — Да брось, я шучу! — он же прервал не очень продолжительную тишину, после похлопав меня по плечу. — Я её из сундука вытащил.       — А если всё раскроется?       — Раскроется и раскроется, что теперь? Я-то улечу, а вот ты… — вдруг он сделал задумчивое лицо. — Черт, о тебе я и не подумал. В общем, на крайний случай придумаем что-нибудь! Да и как всё раскроется, если вождь и его сынок мертвы? — опрокидываясь на постель поперек, проговорил парень.       — Их тела могут найти.       — Не-а, не найдут. От этого корабля уже через пару дней ничего не останется. Их поглотит море, — в комнате раздался громкий зевок, явно исходящий не от меня. — А ты, если тебе так не нравится эта одежда, мог бы дать мне что-нибудь, чтобы переодеться.       — Ах да, конечно. Сейчас что-нибудь поищем…       Я наконец отмер, вспоминая, что могу ещё и двигаться, а не просто стоять и удивляться происходящему и, кивнув, встал с кровати. Подойдя к шкафу, я начал искать что-то подходящее. Не могу видеть его в этом наряде. Меня он раздражает. Как я уже говорил, как только мой взгляд падал на его одежду, ко мне приходили не очень приятные воспоминания… Вся моя одежда была однотипной, и комплекты мало отличались друг от друга. Но, думаю, пусть лучше мы будем походить на близнецов, чем он носит эту ужасную одежду. Хорошо хоть размер у нас примерно одинаковый.       — А эта твоя Астрид реальная стерва! — из размышлений меня вытащило внезапное заявление со стороны старого-нового друга.       — Да что ты к ней прицепился-то? — не сильно возмутился я, продолжая рыться в шкафу.       — Ну не нравится она мне, ничего с собой поделать не могу!       — Нормальная девушка. Почему она кажется тебе стервой?       — Ха! Если кто-то что-нибудь и просечет с этим обманом, то она будет в этом самой первой! Зуб даю!       — Она поймет, — в моих руках оказалась простая темная кофта, которую я, кивнув, бросил куда-то за спину. — Она ведь приняла тебя, когда только узнала, что я дружу с драконом?       — Пф! Драконы — существа настоящие. Жалость у людей — тоже штука отнюдь не мифическая. То, что ты не убил меня при нашей первой встрече, можно списать на это, — он еще раз демонстративно зевнул, и не надоело повторять одно и то же? — А на что же ты спишешь превращение дракона в вполне себе обыкновенного парня, а? Ладно, это бы она тоже поняла, возможно. А вот выходка с мертвецом-принцем, за которого я себя выдаю, уж извини, даже мне мерзкой кажется!       Нет, я верю, что Астрид должна всё понять. Я знаю её намного лучше, чем Роувелл. Хоть она и кажется слегка высокомерной и эгоистичной, внутри неё есть сострадание и некоторая мягкость. Именно она буквально заставила меня идти вслед за Беззубиком, когда мой отец отплыл на Остров драконов, пытаясь с помощью дракона найти их гнездо. Никакая она не стерва. И если правда откроется, она поможет и поймет.       — Ты действительно хочешь на ней жениться? — еще раз спросил мой друг.       — Почему ты завел этот разговор именно сейчас?       — Ну не молча же мне пялиться на твою худую задницу, пока ты одежду достаешь! — парень встал с постели и вновь подошёл к моему рабочему столу. — И вообще, мог бы хотя бы прибраться здесь. А то, — он взял в руки книгу и, сдув с неё тонкий слой пыли, снова наигранно чихнул: — Апчхи, у меня аллергия на пыль!       — Что-то раньше у тебя этой аллергии не было, — я достал из самой нижней полки черные брюки и протянул их товарищу.       — Времена меняются! — а он, взяв их, пожал плечами.       — Кстати, а… Где твои родители? — этот вопрос мучил меня всегда, ровно с момента нашего знакомства.       — Давай не будем говорить на эту тему, хорошо?       — Просто ты всегда один… Я никогда не видел других фурий, поэтому подумал.       — Не надо об этом говорить, — дракон нахмурился. — За-мя-ли.       — Кстати, а тебя…       — Всё! Я один. Фурий больше нет. Вопрос исчерпан? — прорычал он, выворачивая выданную мной одежду на нужную сторону. — Впрочем, их больше и не будет.       — А почему?       — Я остался один. Из наших больше никого нет. И как ты мне предлагаешь размножаться, а? — вдруг парень сделал шаг вперед и встал со мной вплотную. — Может, мне тебя обработать и ты мне потомство родишь? Как тебе предложение?       — Ты с ума сошел?! — я толкнул его в грудь и отшатнулся.       — А зачем тогда было спрашивать?       — Так спокойно говоришь об этом… Каждый должен остепениться и завести детей. Это одна из причин, почему я не отказываюсь от женитьбы, — неожиданно для себя я вздохнул. — Отдать дань природе, чтобы от меня после отстали.       — Вот оно что. Что ж, благородно, ничего не скажешь. А я просто смирился. Что мне теперь, самому убиться, что ли? Тем более, может быть, фурии еще остались, — Роувелл задумчиво замер, но после, поморщившись, вновь начал разбираться с одеждой. — Хотя это невозможно.       Видимо, он был настолько увлечен разговором, что вовсе не обращал внимания на одежду, так как, замолчав и уставившись на неё, он замер, будто я ему чучело фурии всучил:       — Эээ… Хочешь, чтобы мы с тобой были как близнецы?       — Мы не похожи! Абсолютно.       — Тут ты прав. Похожи мы будем только по одежке.       — Надевай быстрей!       — Да хорошо, хорошо! — Роувелл фыркнул, и тут же принялся снимать с себя кофту.       Я как-то поначалу не придал этому значения, но внезапно повернулся к нему боком, внутри признавая, что веду себя как девчонка.       — Ну не при мне же! — взвизгнул я.       — Вообще-то, раньше ты меня полностью без одежды каждый день видел. И всё было нормально. Что сейчас тебя вдруг засмущало? Аргументов нет? — увидев, что я просто стою с открытым ртом, не в силах произнести ни слова, он усмехнулся: — Нет, поэтому заткнись.       — Ну… Дракон — это дракон, а человек — это человек…       — Логично. Если ты такой стеснительный, то тогда не поворачивайся и не фантазируй. Впрочем, у меня нет ничего такого, чего нет у тебя.       — Надеюсь, — я отвернулся и принялся разглядывать карту местности, которая была составлена лично мной во время полетов над нашим бескрайним морем вместе с моим спутником, недавно казавшимся мне спокойным и веселым, а сейчас бубнит себе под нос что-то неразборчивое и явно нелестное в адрес меня, моей невесты и всего рода человеческого.       В принципе, Роувелл прав. Прибраться в моей «мастерской» действительно было бы неплохо. Вот он-то мне и поможет в этом, если в течение недели не станет обратно драконом. Я перестал посещать свою комнату из-за того, что большую часть времени сейчас проводил у Плеваки в мастерской. Ученик из меня, мягко скажем, никакой, поэтому вместо двух-трех часов я проводил у него почти целый день.       — Хм, если у тебя такая реакция на раздевающегося человека, получается, что ты еще никогда не видел обнаженного тела, ни мужского, ни женского, так? — с его стороны прилетела очередная усмешка. — Кроме своего, конечно.       — А ты будто видел.       — Видел. Твоё, например, — дракон хихикнул. — Ты имеешь очень нехорошую привычку не закрывать за собой дверь, когда моешься.       — И ты наблюдал за мной… В облике человека? — Я резко развернулся, ошарашенно глянув на старого-нового друга.       — Нет.       — А я думал, что ты… Что ты только в облике человека такой… — пытаюсь подобрать слова.       — Извращенец? Не-а. Например, если сделать из тебя обезьяну, она получится точно такой же занудой, как и ты. Характер от облика не зависит. Также и со мной. Правда, в зверином облике есть некоторые преимущества. Если бы я разговаривал в облике дракона, мы бы с тобой вряд ли подружились. Ты бы считал меня еще той занозой в заднице, и всё.       Тем временем дракон уже успел переодеться, теперь как-то брезгливо разглядывая свой наряд. Одежда, предоставленная мной, Роувеллу очень даже шла. И ничуть мы не были с ним похожи. Парень был выше меня примерно на пару сантиметров, поэтому одежда на нем и не висела, и не обтягивала. Как раз в пору.       Кожаные брюки вместе с кофтой валялись на моей постели, на которую в следующее мгновение уселся парень.       — Ну так что, идем к твоему папочке? — спросил он, закидывая ногу на ногу.       — Зачем?       — Просить аудиенции, дуб ты, — Беззубик цокнул языком, затем начав изображать из себя жертву, хватаясь за сердце. — И поплакаться, какой я несчастный ребенок, брошенный обстоятельствами на произвол судьбы! Или ты что, хочешь, чтобы наш коварный замысел из-за недостатка объяснений раскрылся раньше времени? — он вскочил и подошёл ко мне. Его зрачки снова стали вертикальными, он заглянул прямо ко мне в глаза, вдруг тыкнув пальцем в мою грудь. — Не забывай, я свою шкуру спасу, а ты — нет. Когда я ринусь спасать тебя, это уже будет невыполнимо. А громогласный рык, извини, свалил от меня вместе с драконьим обликом.       — Погоди, вопрос: до каких пор ты будешь человеком? И почему не можешь превратиться обратно?       — Откуда мне знать? — он вновь принял мирный вид, отходя от меня, и разводя руками. — Всё произошло как-то само собой, будто так и должно быть. И до каких пор я буду выносить тебе мозг, я тоже без понятия. Знаешь, меня в дрожь бросает только от одной мысли о том, что я могу навечно застрять в таком теле.       — Быть человеком не так уж и плохо… — я не нашёл ничего умнее, как беспомощно пожать плечами.       — «Не так уж и плохо», — Роувелл передразнил меня противным голосом. — Может быть, тебе и неплохо прожить всю жизнь с её средней продолжительностью, а для меня это будет очень хреново! Скорее всего, я не буду стареть, что вызовет массу подозрений у местных жителей! Нормальная продолжительности жизни у нас, как я уже говорил, как у людей. Но тело человеческого облика перестает меняться после двадцати лет и затрачивает много энергии. То есть, помру я таки молодым в этом облике.       — Всё, хватит ныть! — моя голова начинала болеть, поэтому мне пришлось начать массировать виски двумя пальцами. — Идем к отцу.       — Понял, затыкаюсь! — на бледном лице появилась улыбка, и мой друг вприпрыжку направился к двери, вскоре скрываясь за ней.       Я тяжело вздохнул. Он мой друг, поэтому я должен выносить его, хоть это, скорее всего, будет даваться мне с огромным трудом. Вдруг мой взгляд метнулся на один из рисунков, висящий на стене над рабочим столом. Он как раз располагался за стопкой книг, поэтому с угла, где стоял парень, его видно не было. Я подошел поближе и легким усилием отсоединил лист от стены. На нем был изображен мой старый-новый друг в виде дракона. Тогда он еще был Беззубиком — моим лучшим другом, а не каким-то Роувеллом — той еще язвой. Я нарисовал его уже давно, и всё забывал показать фурии. Глядя на изображение, я грустно улыбнулся, касаясь пальцами нарисованной морды.       — Эй, ну тебя там что, пыль c твоего стола сожрала? — я вздрогнул, когда услышал громкий возглас и после видя в дверном проеме тело друга.       — Иду, — рисунок вскоре оказался прижатым лицевой стороной к неровной поверхности стола.       Парень снова скрылся за дверью, а я вскоре последовал за ним. Да, веселая у меня настала жизнь…