Debt.

Барри глухо застонал, когда его резко прижали к стене и впились поцелуем в приоткрытые от неожиданности губы. Леонард не церемонился с ним, не позволял думать ни о чем, кроме него самого. Аллен сжал в кулаке свитер мужчины, на секунду оказавшись на капоте той машины. Нет, сейчас Леонард целовал жестче и грубее, чем ночью, вжимал в стену, сжимая талию дрожащего в его руках парня, который едва не с ног валился от такого напора. Барри не знал, куда деть руки, которые то сжимали свитер, то обнимали за шею, то скатывались к груди и к плечам и дико дрожали. Снарт, открыв дверь квартиры, толкнул в нее Барри, который, споткнувшись о порог, со стоном упал на спину. Ему не дали подняться на ноги, наоборот, Леонард навис сверху, снова впиваясь поцелуем в покрасневшие и чуть опухшие губы парня, касаясь зубами сегодняшней ранки на нижней губе. Барри не мог думать ни о чем, кроме чужих губ на своей шее, кроме мужчины, который оставлял болезненные метки в виде засосов и укусов, сильных рук, которые ласкали худое тело, освобождая от одежды. Аллен приоткрыл глаза, когда неожиданно все остановилось. Нежная кожа начала раздражаться от жесткого ковра в прихожей, пальцы отчаянно сжимали низ свитера, намереваясь вот-вот сорвать его с мужчины, но Барри боялся что-то сделать, когда голубые глаза так пристально смотрели. Именно тогда, когда Барри уже совсем забылся, Леонард остановился, властно нависая над сжавшимся парнем. Мурашки табуном прошлись по спине к шее, Аллен не мог оторвать взгляда от лица мужчины, готовый снова потянуться за поцелуем, потому что, черт возьми, дико хотелось снова почувствовать власть и грубость Снарта на себе. Хотелось снова забыться и окунуться в жесткие ласки, и Барри не понимал, что с ним происходит. Неожиданно Леонард довольно оскалился, чуть прищурившись, и Барри готов поспорить, что вздрогнул от одного лишь такого взгляда. Барри застонал, наконец ощутив чужие губы на своих. Снарт впился поцелуем в длинную шею парня, оставляя очередной засос, и Барри тихо застонал, потому что, черт, Лен метил его. Метил, как свою сучку, и от этого одновременно бросает в дрожь от удовольствия и к горлу подступает ком отвращения. Аллен тихо всхлипнул, отвернувшись. — Барри, — звал его Снарт, но шатен совсем не хотел на него смотреть, ему чертовски стыдно и грязно. Быстрая перемена в Барри не скрылась от Снарта, который снова остановился. Тело в его руках расслабилось, смирилось с происходящим, готово к ночи, но Барри, самому мальчику дико страшно и плохо. — Просто… — прошептал Барри, приоткрыв полные позорных слез глаза. — Сделайте это, мистер Снарт. Снарт зарычал, и Барри вздрогнул, зажмурившись и снова отвернувшись. Нет, так не пойдет. Леонард подхватил Барри, заставляя встать на ноги, и толкнул в какую-то комнату. Раздраженная тканью ковра спина соприкоснулась с мягкой поверхностью постели. Снарт молчал, но он точно заставит это тело дрожать от удовольствия, голос срываться от громких стонов, он заставит Барри сойти с ума и забыться. Аллен покорно отвечал на поцелуй, стараясь не думать о холодных руках на своем разгоряченном теле, о горячем языке во рту, потому что это слишком хорошо. Стыд за удовольствие разливался по телу, сковывал, но поцелуи на шее и ласки бедер руками расслабляли. В Барри шла борьба нескольких чувств и, черт возьми, Леонард их все перебивал. Аллен громко застонал, приоткрыв губы, стоило Снарту прикусить вставший розовый сосок, посасывая и сжимая. Довольно усмехнувшись, мужчина продолжил ласкать грудь мальчишки под ним, рукой резко разведя его ноги в стороны и, не дав возможности снова начать сомневаться, сжимал вставший член через джинсы. Барри всхлипнул, выгибая спину и закрывая глаза от удовольствия. Он не мог думать, мог только наслаждаться умелыми грубоватыми ласками на своем теле. Барри позволил стянуть с себя штаны с бельем и зажмурился, потому что смущение прилило к щекам. Он возбудился еще во время поцелуя в подъезде, но Лен не выдал ни смешка, ни ухмылки, лишь сжал член и с удовольствием поймал губами новый стон мальчишки. Аллен сжимал плечи мужчины, ощущая жестковатую ткань свитера и нахмурился. Лен победно улыбнулся. — Давай, малыш, сними его. Аллен послушался и сорвал с Леонарда ненужную вещь, притянул мужчину к себе за шею и впился поцелуем в губы, оглаживая теплой ладонью широкую спину, легко царапая. С губ Снарта сорвался тихий стон, и теперь наступила очередь Барри победно улыбаться. Тело мужчины покрыто татуировками, и Барри закусил губу, так соблазнительно, что Лен не мог оторвать взгляд. Аллен посмотрел ниже и нахмурился, потому что Снарт был все еще в штанах. На немой вопрос Леонард ответил ухмылкой. — Действуй, Scarlet. Барри сглотнул и неуверенно потянулся к ширинке брюк, стараясь не касаться возбужденной плоти, но Снарт перехватил его руку и положил на пах, Барри неосознанно сжал руку и услышал тихий выдох над ухом. Шатен смущенно зажмурился, но ему так нравилось сжимать большой член мужчины, что он начал двигать рукой, дразня. Снарт зарычал и укусил куда-то в ключицу так, что Барри заскулил и вздрогнул. Теперь чувство метки на своем теле лишь возбуждало сильнее, нет противного кома в горле. Аллен заставил Снарта выпрямиться и сел на пол так, что его лицо оказалось на уровне ширинки. Леонард хмыкнул, зарылся пальцами во влажные от пота волосы мальчишки и подался вперед, из-за чего Барри уткнулся носом в ткань брюк и застонал. Удовольствие от происходящего перебивало стыд, Барри тихо всхлипнул и расстегнул штаны мужчины, вытаскивая твердый член. Губы сами приоткрылись, а язык собрал капельки естественной смазки с головки. Лен не давил на затылок, не заставлял брать все и сразу, потому что Барри снова начнет сомневаться и никакого удовольствия обоим. Проведя мокрым горячим языком вдоль ствола, Барри прикрыл глаза и взял в рот головку, посасывая и собирая губами смазку. Рука в его волосах напряглась, сжала волосы сильнее, и Барри заскулил, беря член в рот глубже. Аллен делал минет всего пару раз в жизни, так что сразу все он взять не мог, но Лен и не заставлял. Дрожащей рукой Барри обхватил член мужчины, продолжая брать наполовину, сжимая горячими пальцами основание. Снарт закрыл глаза и откинул голову в удовольствии, поглаживая мальчика по голове. Барри было стыдно из-за получаемого удовольствия, он сморгнул пару слезинок и позволил Лену снова бросить себя на кровать. Во рту все еще был привкус соленой смазки, и не было никакого отвращения и чувства мерзости. Неужели Снарт победил? Аллен заерзал на животе, не зная, как лечь, чтобы Леонарду было приятнее, он начал паниковать и с мольбой посмотрел на мужчину. Снарт видел в глазах мальчишки слезы, нет, не стыда, а желания и удовольствия. Он ухмыльнулся и навис над Барри, целуя в шею, плечи, поверх всех своих меток, которые он уже успел наставить. — Расслабься, малыш Барри, я позабочусь о тебе. Эти слова прошлись мурашками по телу Барри, его член дернулся от нарастающего желания и власти над собой. Снарт взял все в свои руки, оглаживая широкими ладонями напряженную спину и плечи, влажные теплые губы спустились ниже, и Барри млел под ним, подаваясь навстречу ласкам. Снарт отстранился на несколько мгновений, и через пару секунд рядом с Барри упали смазка и пакетик презервативов. Аллен смущенно отвернулся, сжимая простыню в кулаке. Леонард ухмыльнулся и стал покрывать поцелуями спину мальчишки. Смазав пальцы, он гладил сжатое колечко Барри, который вздрогнул и тихо заскулил от этого прикосновения. Первый палец вошел без затруднений, стенки приятно растянулись, и парень тихо выдохнул и попытался максимально расслабиться. Болезненный стон сорвался с губ Барри с проникновением второго пальца, но Леонард успокаивающе что-то шептал на ухо, прикусывая мочку и посасывая. Тело под ним расслабилось, Барри тихо постанывал. Подушечками пальцев Снарт нащупал простату, и в этот миг мальчишку подбросило на постели, громкий стон вырвался из груди. Аллен не решался обернуться, потому что знал, что мужчина победно скалился, начиная двигать пальцами, растягивая. Удовольствие накатывало на Барри волнами, он сжимал в кулаках простыни, потому что было так хорошо и так мало. В Барри уже три пальца, Леонард трахал его быстро и грубо, подготавливая, но Барри казалось, что он готов кончить только от этого, так и не прикоснувшись к себе. — М-мистер… Снарт, — судорожно выдохнул Барри, когда рука Лена остановилась, а пальцы так сильно упирались в простату, что коленки подкашивались. — П-пожалуйста… Так хочется. Ком стыда за такие слова застрял в горле, и мальчик всхлипнул, пряча лицо в скомканных простынях. Снарт раздраженно рыкнул и одним рывком вошел в расслабленное тело. Он застонал, когда Барри резко сжался вокруг него и вскрикнул, потому что так хорошо и так больно, что мальчик терялся в собственных чувствах. Мужчина не двигался, позволяя Барри привыкнуть к размерам, покрывая его шею, спину и плечи поцелуями, рукой поглаживая истекающий смазкой член. В один момент Барри неосознанно подался навстречу, насаживаясь на член мужчины по самые яйца, и черт, было так приятно и хорошо, что он готов был снова умолять. Но Леонард уберег его от позора и стыда, сделав первый глубокий толчок. Барри уткнулся лицом в постель, выгибая спину и тихо всхлипывая. Постепенно темп нарастал, хватка Леонарда на бедрах усиливалась - наутро точно будут синяки. Барри не мог сдерживать стоны, которые становились все громче и громче, голос вот-вот сорвался бы. Руки Леонарда с бедер переместились на тонкие кисти мальчишки, прижимая к постели так, что у Барри больше не было шанса двинуться. Наслаждение волнами накатывало на него, заставляя захлебнуться в удовольствии, сорвать голос в криках и стонах, слезы скатывались по лицу, потому что так хорошо, что парень вот-вот сойдет с ума. Барри выгибался в руках мужчины, метался по постели. Тихие стоны и вздохи Леонарда над ухом, его горячее дыхание и сильное тело, накрывающее Барри, заставляют дрожать, всхлипывать и сходить с ума. Барри вот-вот забудет собственное имя, кто он и где находится: наслаждение туманом накрывает его сознание. Ладонью Снарт обхватил его болезненно ноющий от нехватки внимания член и дрочил в такт глубоким и сильным толчкам. Барри чувствовал, как оргазм вот-вот накроет его. Он неосознанно то сжимался, то расслаблялся вокруг члена Снарта, который лишь ускорялся, ведь он тоже был близок к концу. Аллен содрогнулся в руках мужчины, так сильно сжимаясь вокруг него и слыша рык над ухом. Леонард всем телом вжал его в постель, и Барри кончил на простыни, закатывая глаза. Ему было трудно дышать, ноги дрожали, ему не позволял упасть лишь Снарт, держащий за бедра. Барри упал на постель, как только почувствовал пустоту внутри себя. Ему хотелось спрятаться от Леонарда под одеялом, но глаза сами закрылись, тело предательски не слушалось и позволило чужим рукам уложить его на другую сторону кровати. Легкая простыня окутала Аллена, и последнее, что он помнит — прикосновение к своим губам.