Твой сладкий аромат

      Падать стремглав вниз с небес к подножию ада почему-то казалось чем-то привычным. Всё это потому, что я сам избрал свою судьбу: идти по тёмной дорожке и вкушать плоды, недоступные для ангелов в белоснежных одеяниях. Ведь всё своё я не так давно сменил на траур, обломав роскошные крылья о твёрдые скалы при падении с высот. Но это была моя прихоть, и это было тем, чего я действительно хотел и желал. Глупец? Возможно, и даже скажу больше: самый настоящий глупец. Но я был одержим. Одержим любовными прихотями и соблазнами. Я отдался всецело силам зла, присягнув на верность самому Сатане.       Не знаю, сколько столетий, тысячелетий прошло с момента, как я обосновался в царстве мёртвых, где такие же грешники, как я, только людского происхождения, отбывали своё наказание в бесконечных муках. Я видел много и достаточно для того, чтобы привыкнуть к зрелищам не для слабонервных. Наслушался сполна, чтобы спокойно засыпать под крики боли, ужаса и страха, душераздирающим воплем отражающихся от стен и эхом проносящихся по всему аду. Эта обитель зла стала моим постоянным домом и являлась таковой до тех пор, пока я не отправился творить своё злодеяние на земле.       Проблема с деньгами оказалась для меня и не проблемой вовсе, ведь благодаря своей сущности и уму я за пару дней смог обогатиться настолько, сколько не зарабатывают себе обычные люди за всю жизнь. Мой взор пал на величавый небоскрёб на краю центра огромного мегаполиса, рядом с которым простирались нити автомагистрали, являющие собой скоростные шоссе со множеством транспортных развязок. Из своего жилища я мог лицезреть потрясающий вид, который воистину был прекрасен ночью. Ведь именно в это время суток я мог наблюдать за искрящимся в тени городом, глядя в панорамное окно из своих апартаментов, расположенных на последнем этаже. Но должен заметить, что последний этаж мне пришлось делить с ещё каким-то богатым гангстером, потому что квартир на площадке располагалось две: моя и его. И этот противный мужик умел знатно развлекаться: море выпивки, наркоты, никотина, куча нетрезвых шлюх и громкая музыка. Но весь этот шум казался мне мелочным, потому что рано или поздно я спокойно под него засыпал. Но стоило вечеринке закончиться, как наступало поразительное умиротворение в тишине, которая неприятно резала мой слух, и я сразу же просыпался от этого, включая плазменный телевизор или аудиосистему уже у себя в квартире. Тишина — это не мой удел, ведь до этого момента, где бы я ни был, меня всегда сопровождали какие-то звуки, будь это красивая мелодия или предсмертные крики грешников. И засыпал я исключительно под звуки чего-нибудь, ведь они меня успокаивали.       Чаще всего просторы своей обители я покидал ночью, чтобы пройтись по освещённому неоновыми огнями городу и вдоволь поиздеваться над стаей алкоголиков, которые к утру просыпались в помойных железных контейнерах где-нибудь в подворотне. Собственно, почему бы и нет?       И вот однажды после такой очередной прогулки я возвращался домой, когда на улице было уже раннее утро, что, по сути своей, летом являлось светлым временем суток. И вот тогда-то, заходя в главный холл здания, я столкнулся с тобой: неприметной неуклюжей девушкой, которая снесла бы меня с ног, если бы я не имел возможности быстро уворачиваться и перемещаться в пространстве.       — Смотреть ведь нужно, куда идёшь, — крикнул я тебе вслед, на что в ответ получил:       — А нечего тут расхаживать под ногами барской походкой! — шикаешь на меня, поворачиваясь лицом на пару секунд и показывая средний палец. Вот уж нифига себе!       После этого ты юрко покинула помещение, как и всё здание в целом, а я ещё какое-то время продолжал стоять как вкопанный. Совсем страх потеряла, землянка ненормальная?       Но эта твоя черта пробудила во мне невиданное ранее чувство: глубочайший интерес к расе человеческой, а если конкретнее, то к тебе — маленькой наглой девчонке. И если бы я был человеком, то наверняка бы проследил за тобой, но нет. Я не опущусь до такого. Однако интерес был со мной явно не согласен и потому разгорался во мне сильнее с каждой новой секундой, поэтому я решил выбить у одного из охранников, кто ты и из какой квартиры. И это сработало. Но это было не так удивительно, как то, что я узнал после. Ты, оказывается, жена того самого гангстера, который живёт со мной по соседству. Вот как? Как? Этот крупный толстый мужчина и маленькая неприметная ты? Это никак не хотело укладываться в моей голове, и когда я пришёл в квартиру и сел в своё любимое кресло, задумавшись над этим вопросом, то совершенно не заметил, как пролетел весь день и на город опустился вечер.       Вытянув руки к потолку, я потянулся и поднялся с насиженного места, пряча ладони и пальцы в карманы своих чёрных джинсов. До прогулки по городу времени ещё было предостаточно, и, чем заняться, я попросту не знал до тех пор, пока не услышал какой-то крик и звук бьющегося стекла в соседней квартире. Вот уж не знаю, хорошо это или плохо, когда стены настолько тонкие. Неожиданно всё резко затихло, а после моего слуха коснулся женский истошный крик и грубый мужской, источающий бранные слова, голос.       «О, как же приятно, когда влюблённые ссорятся», — я усмехнулся, прикрывая глаза, но всего миг, и я вновь распахнул их обратно, начиная предполагать, кто мог оказаться той девушкой. Почему-то воспоминания о тебе, наглой девчонке, въедались в сердце и мозг, словно сильная кислота. И будь на то моя воля, я бы стремглав кинулся бы барабанить в дверь соседней квартиры, дабы выяснить, что там происходит. Да что со мной за чертовщина творится? Дьявол! Это не моё дело и не мои проблемы, но какая-то часть меня стремилась узнать, что происходит там, за стеной, и если есть в этом необходимость, то вмешаться. Как итог, я послал всё к чертям и, глубоко вздохнув, растворился в воздухе.

***

      — Сучка неблагодарная! — кричал гангстер, вжимая тебя в стену, удерживая за тонкую шею своими толстыми короткими пальцами. — Ты такая же шлюха, как и все остальные!       — Пусти меня! — закричала ты ему в ответ, и, да, он тебя отпустил. Отпустил так, что ты отлетела к противоположной стене, больно ударившись об неё спиной.       — Проваливай в душ и готовься к наказанию, — грубо проговорил мужчина и ушёл в другую комнату, хлопнув дверью.       Я же молча наблюдал за всей этой картиной, и ни один мускул на моём лице не дрогнул, хотя внутри был такой ураган чувств, что казалось, ещё немного и он вырвется наружу. Но, будучи невидимым для людей, я мог спокойно проследовать за тобой. Той, которая, поднявшись с холодного пола, поплелась в ванную комнату, закрываясь там на замок. Но для меня не помеха пройти через дерево, и потому мы оказались в помещении совсем одни.       Пусть ты и представлялась мне редкостной хамкой, но ты, на удивление, оказалась далеко не такой, какой предстала предо мной сегодня с утра. Сняв с себя растянутую громоздкую пижаму, ты осталась в одном нижнем белье, и я залюбовался сим моментом, с интересом разглядывая женственные формы: округлые подтянутые ягодицы, мягкую упругую грудь, осиную талию и изящные руки. Кожа твоя была бледнее моей, но от этого она притягивала меня ещё больше. Тихий вздох вырывается из твоей груди, а твои тонкие пальцы тянутся к резинке, что удерживала волосы в тугом пучке. Встряхиваешь волосами, позволяя волнистым прядям упасть на изящные хрупкие плечи. Хах, влюбился? Нет. Пока нет. Но особую привязанность к тебе я чувствовал где-то там, глубоко внутри себя.       Освободившись от оков нижнего белья, входишь в душевую кабинку, которая по своим размерам могла вместить так порядка ещё четырёх человек. Отрегулировав воду, встаёшь под тёплые струи, позволяя каплям очерчивать тело прозрачными дорожками.       Я не мог больше выносить эту картину и потому принял свой видимый облик, не спеша снимая с себя одежду. Проблем с рубашкой особо не было, но, когда я потянул собачку замка на своей ширинке вниз, ты вздрогнула и обернулась ко мне, испуганно прикрываясь руками.       — Что, не ожидала? — я усмехаюсь, наблюдая за твоей заторможенной реакцией. Любая другая бы уже закричала или что-нибудь бросила в меня по инерции, но не ты. Ты вжалась в угол душевой и отвела глаза в пол. Твои щёки окрасил румянец, когда я швырнул остатки одежды куда-то в угол. Это же просто вещи.       Я захожу в эту кабинку, где меня моментально окатывает водой с ног до головы, словно проливным дождём, но это чувство мне почему-то нравилось: то, как вода приятным теплом обдаёт твою кожу и щекочет, стекая вниз. Я подставляю лицо навстречу струям на несколько секунд, а после встряхиваю головой и резко приближаюсь к тебе, вжимая твоё хрупкое тело в стеклянную поверхность.       — Пришло время расплаты за свою утреннюю ошибку, — тихо шепчу тебе на ушко, обхватывая руками за плечи. Ты вздрагиваешь, и я могу предположить то, что сейчас у тебя по спине пробежался табун мурашек. Нравится? Или же тебе просто стало холодно? В любом случае это неважно.       Я спускаю одну руку вниз. Огладив гладко выбритый лобок, я скользнул ниже, прикоснувшись к клитору, а после и к половым губам. Раздвинув их, я резко ввожу в тебя два пальца, а ты не можешь сдержать громкого стона… Наслаждения, я правильно понял? Да, ты была уже далеко не девственница, и, признаться честно, почему-то от представления картин того, как тебя трахал этот пузатый гангстер, хотелось поскорее прочистить желудок. Но я демон, и прочищать желудок мне было несвойственно.       — Как же так вышло? — спрашиваю я, начиная двигать пальцами в тебе, чувствуя, как их обильно обволакивает твоя природная смазка. — Почему ты стала его женой?       — У моих родителей было много долгов, и потому я решила выйти за этого человека, — тяжёлое дыхание обрывало твой голос временами, но всё же ты сказала это.       — Какое бесполезное геройство, — хмыкнул я, заглядывая в твои глубокие глаза и находя там ответы на свои остальные вопросы.       Жалела ли ты о сделанном выборе? Безусловно. И, более того, я даже уверен, что твои родители были против такого твоего поступка, предлагая множество альтернативных решений, но ты почему-то выбрала именно этот путь. Дурёха.       Я вынимаю свои пальцы из твоего лона, хватаю тебя за руку и резко разворачиваю к себе спиной, в которую вжимаюсь своей грудью и вновь погружаю в тебя уже три пальца, растягивая. Обхватываю руками твою талию и примыкаю губами к твоему плечу. Ох, лучше бы я этого не делал. Природный аромат твоего тела ударил мне в нос, и я, словно обезумевший, так сильно вжал тебя в себя, что ты тихо ойкнула, когда мой возбуждённый член вжался в район твоей поясницы.       — Нравится? — ехидно спрашиваю я, когда ты вцепляешься пальцами в мои руки и тихо стонешь от моих ласк. Уверен, со мной тебе лучше, чем с ним.       Я подаюсь немного вперёд, и ты наклоняешься под моим напором, позволяя моему органу коснуться нежной кожи на твоих ягодицах.       — Хочешь ощутить его в себе? — ласкаю языком кромку твоего ушка и слегка посасываю, однако долго мне не пришлось ждать, ведь ты так умоляюще выпалила это приятное «хочу», что мне не оставалось иного выбора, кроме как заменить свои пальцы на член.       Ты так громко простонала, что наверняка позабыла о том, что где-то там, за пределами этой двери, находится твой истеричка-муж. Но… Чёрт подери! Ты такая узкая и горячая. Даже я в первый раз в своей жизни не смог сдержать тихого рыка удовольствия, ведь мышцы твоего влагалища так крепко и плотно обхватили мою плоть, сжимая.       Я начинаю двигаться, крепко обхватив тебя своими жилистыми руками и оставляя укусы-поцелуи в районе твоей шеи. В ответ же ты сладостно стонешь, подмахивая в такт моим толчкам, что вынуждает меня двигаться быстрее, глубже, сильно обхватив твои бёдра своими тонкими пальцами и сжав их.       — Хэй! Ты там в норме вообще? — доносится голос из-за двери, а после и стук в неё.       — Может, споёшь для него, м? — спрашиваю я, кивая на дверь, ведь стоило твоему мужу постучаться, как ты тут же стала заглушать свои стоны, что мне крайне не понравилось. И с какой это стати он вдруг забеспокоился?       — Я в порядке… П-папочка, — вот чертовка! Ты что это, серьёзно? Ты зовёшь его «папочкой»?       — Хорошо. Выйдешь — мы с тобой поиграем, — слышится довольный голос, а после и звук удаляющихся шагов, однако меня ваши переговоры так разозлили, что я грубо толкнулся в тебя, доставая до матки и задерживаясь в таком положении на какое-то время, позволяя тебе ощутить дискомфорт и всё моё недовольство в целом.       — Так ты любишь его?! — зло выплюнул я, больно кусая тебя за плечо чуть ли не до крови, на что ты тихо всхлипываешь и отрицательно мотаешь головой, тихо шепча мне в ответ:       — Просто, если я отвечу иначе, будет только хуже, — твои оправдания мне ни к чему, ровным счётом как и мнение о тебе твоего мужа. Мне наплевать, слышишь? Поэтому я просто начинаю грубо трахать тебя. Хочу слышать то, как ты кричишь, как просишь, нет, умоляешь меня остановиться. Но что я слышу в ответ?       — С-сильнее… Хн! — прогибаешься в спине, сталкиваясь ягодицами с моей паховой областью с громким шлепком при соприкосновении. В тебе, оказывается, столько сюрпризов, чертовка.       Нас не хватит надолго. Несмотря на то, что я пусть и демон, пусть и достаточно долго мог удерживать волну подступающего оргазма, с тобой это почему-то казалось невозможным. Я покидаю твоё тело и в очередной раз разворачиваю тебя к себе лицом, подхватывая под бёдра и вжимая в стеклянную стену душевой кабинки. Наши кончики носов соприкасаются, когда я вхожу в твоё тело одним глубоким толчком, срывая с твоих губ сладкий стон. Мне так нравится твой голос.       Запах секса, который витал в ванной комнате вместе с запахом влаги, никогда прежде не дурманил мой разум так, как с тобой. Смесь нашей смазки приятно хлюпала внизу, смешиваясь с водой и утекая вместе с ней же. Твоё горячее дыхание я чувствовал на своих губах, но не позволял нам поцеловать друг друга: решил оставить на десерт. Мой член давит на твои горячие стенки, которые в свою очередь сжимают его, доставляя нам обоим неимоверное удовольствие. Никогда прежде у меня не было такого секса. Никогда.       Дыхание сбито к чёрту, мои движения размашисты и быстры, а твоя грудь трётся о мою затвердевшими сосками. Не знаю уж, сколько времени мы с тобой занимались сексом, стоя под душем и обмениваясь парочкой ненужных пошлых слов, добавляющих остроты нашему деянию. Но тебе нравится, и я тоже доволен, а запах, который мы создавали с тобой вместе, был просто упоительным.       — Кончай! — потребовал я, ощущая дрожь во всём твоём теле. — Кончи для меня. Кончи вместе со мной.       Ты что-то невнятно мычишь, и я срываюсь: грубо толкаюсь в тебя, пытаясь завладеть твоими губами, и всякий раз чертыхаюсь, когда наши губы невозможно соединить из-за моих проникновений в твоё податливое тело.       Финальные рывки подводят нас обоих к кульминации, и мы содрогаемся в ярком оргазме, громко простонав в унисон.       — Теперь ты от меня никуда не денешься, — сбивчиво прошептал я, пытаясь восстановить дыхание, но, ощутив, как ты обмякла в моих руках, довольно улыбнулся. Ты такая же, как и все остальные женщины, организм которых не справлялся с той дозой наслаждения во время оргазма и которые теряли сознание сразу же после того, как испытывали его со мной.       Знаешь, а ведь я и правда тебя теперь никуда не отпущу, наверное, поэтому я так бережно вышел из тебя и подхватил твоё тело на свои руки. Вдыхая аромат твоей кожи, я прикрыл глаза и с уверенностью мог сказать самому себе то, что теперь мы будем вместе всегда, хочешь ты того или нет.

***

      «Очередной случай самоубийства случился сегодня утром в доме №***, расположенном на краю центра города. В одной из квартир на последнем этаже было обнаружено тело разыскиваемого полицией гангстера. По предварительной версии, мужчина выстрелил себе в голову и скончался на месте. Подробности происшествия не разглашаются», — известие новостной ленты чётко проговаривал приятный женский голос, раздававшийся у меня за спиной. Придерживая в своей руке бокал с виски, я осторожно взболтал содержимое в хрустале и сделал очередной глоток. Слизываю каплю спиртного, попавшего на уголок губ, и безуспешно пытаюсь сдержать злорадную ухмылку.       — Эх… Я даже поиграть с ним должным образом не успел, — вздыхаю и ставлю опустевший бокал на журнальный столик, а после устремляю свой взгляд в сторону спальни, где на кровати в объятиях алого шёлка лежала обнажённая ты со множеством синяков и засосов в самых различных местах. Отныне ты моя собственность и моя женщина, которую я ни с кем не собираюсь делить.