Their bandages
13 сентября 2016 г., 12:01
Красной нитью судьбы связаны те, кому суждено быть вместе.
Атсуши ещё в детском доме слышал это выражение и искренне верил, что где-то определённо есть тот самый человек, с которым связан он. Парень всегда представлял себе какую-нибудь тихую, милую девушку, которую он будет водить на свидания, кормить мороженым, провожать до дома. Держать за руку и осторожно обнимать, боясь спугнуть. Она, наверняка мило смущалась бы и краснела. А ещё запиналась при разговоре и крепко сжимала ладонь Атсуши маленькой своей.
Накаджима жил этой мечтой. Этой надеждой встретить того самого человека.
Встретил.
Повернутого на всю голову суицидника, работающего в детективном агенстве. Он не смущался и не краснел. Не просил провожать до дома. Да у них и свиданий не было никогда. Только вот Атсуши был уверен, что это тот самый нужный человек. Его человек.
Теплее, чем все другие, роднее, чем кто-либо ещё. Ладони у Дазая всегда горячие, от него пахнет дешевым красным вином и больницей. Иногда — старыми книгами. Накаджиму с ума сводят эти ароматы. Как и вечные попытки Осаму уйти в мир иной. Мужчина ходит по лезвию ножа — и это наводит страх на парня. Огромнейший страх потери.
Даже сам Дазай порой усмехается, когда Атсуши в очередной раз говорит о том, что он — тот самый, с кем парень связан красной нитью. Он не верит в подобное.
А Атсуши верит. Правда, он давно понял, что в их случае, связывает, наверное, не нить. Бинт — не более. Только вот он крепче. И Накаджиме хочется верить, что в случае чего, он сможет вытащить Дазая с того света, вытянув за этот самый бинт.