Команда Нацу — на перевоспитание!

Спустя два дня. Саблезубы.       — Чем ты думала, Лю? — Юкино мерила шагами спальню Хартфилии, нервно хмурилась, то и дело потирая переносицу. Как её подруга вообще могла догадаться до подобного? И Роуг ничем не лучше!       Хвостатая, усевшись на кровати по-турецки, с понуро опущенной головой слушала нудные лекции девушки, Чени же вальяжно развалился на небольшом диванчике. На коленях у него с привычной глупой мордашкой расположился Фрош, а рядом, напыщенно улыбаясь, — Лектор. Вернулись всё-таки!       — Чем ты думала, Лю? — иксид Эвклифа высунул язык и по-издевательски хихикнул. — Лю? Дурочка!       — Замолчи уже, — шикнул на кота брюнет. — Иначе я расскажу Стингу, как нагло ты себя вёл во время путешествия.       — Предатель! — возмутился Лектор, обиженно покосившись на маленького напарника, который в подробностях описал другу все случившиеся неприятные инциденты, а тот лишь кивнул и прохрипел: «Фро тоже так считает!». — А я тогда скажу, что ты Хартфилию отпустил! Вот скажу! Обязательно скажу! — от накатившего волнения повторялся иксид, принявшийся шантажировать Роуга.       Юкино с горьким вздохом плюхнулась в кресло. В комнате повисло неловкое молчание, давившее всем на нервы и, в частности, совесть. Есть ли смысл устраивать перепалки? Что сделано, то сделано, и прошлое изменить нельзя. А в принципе, что плохого в поступке Люси и Роуга? Ну, захотела девушка увидеть близких сердцу товарищей, ну, по доброте своей душевной помог ей с этим драгонслеер! Не убивать же за это! Главное, чтобы до Эвклифа эта ситуация не дошла.       — Значит так, — притихшим голосом начала Агрия, — Стинг вернётся с минуты на минуту. Если что, мы соврём, мол, Люси все пять дней провела в своей комнате, а мы её просто навещали. Всем понятно? — девушка перевела укоризненный взгляд на иксидов, а в ответ услышала недовольное бурчание Лектора.       — Понятно.       Все находившиеся в спальне резко повернулись в сторону двери, где, облокотившись об косяк и скрестив руки на груди, стоял Мастер Саблезубых. Его лицо, на удивление, выражало абсолютное спокойствие: брови не сомкнуты на переносице, губы не поджаты, будучи вытянутыми в тонкую кривую линию, скулы не чётко выражены, а голубые зрачки глаз не смахивали на сузившиеся разъярённые очи дракона, — но каждый, кто безупречно знал Эвклифа, понимал, что это умиротворение обманчиво. Он прекрасный актёр и весьма импульсивный парень. Взрывное, чёрт возьми, сочетание.       — Сти-и-инг! — заверещал Лектор и бросился в долгожданные объятия напарника, отчего тот в качестве жеста дружелюбия выдавил из себя подобие улыбки.       — Вежливо прошу всех свалить, — начал блондин, а в его тоне проскальзывали еле ощутимые нотки злости, — кроме Люси. С остальными позже поговорю.       Хартфилия шумно сглотнула и виновато отвернулась от Эвклифа, пока её гости, мельком переглядываясь, неуверенно покидали спальню. Стинг не посмеет обидеть Юкино — она ни в чём не виновата, он не скажет дурного слова Роугу — парни столько лет составляют дуэт драконов Саблезуба и бок о бок яростно сражаются в битвах, что такие мелочи им не страшны, а вот хвостатая — дело совершенно иное. Считанные секунды, и девушка осталась наедине с драгонслеером. Заклинательница предпочитала не смотреть на своего Мастера, пытаясь унять нарастающую дрожь в коленках, потирая леденеющие ладошки. Страшно.       — Держи, — Эвклиф всунул в руки девушки её драгоценные ключи и опустился перед ней на корточки. — Хартфилия, взгляни на меня, — он пальцами взял её аккуратный подбородок и чарующе произнёс: — Я просил тебя послушаться и не выходить за пределы гильдии.       Люси приоткрыла рот в надежде произнести что-нибудь, но в горле всё пересохло до такой степени, что у неё лишь получилось просипеть нечто невнятное. Между тем, парень продолжил:       — Я не пытался извлечь из этого личную выгоду. Если бы тебя засёк кто-либо из Совета, да хоть обычный рунный рыцарь, то мне бы нехило влетело. Тебя видели? — уточнил он, а девушка отрицательно помотала головой. — И то хорошо. Как мне с тобой провести ещё два месяца, а? — Стинг чуть надавил пальцами, и Хартфилия, словно выйдя из гипноза и не выдержав, с привычной грубостью убрала его руку. Нередко волшебница замечала, как рядом с ним её буйный характер в страхе утихал, потому такие моменты, когда она могла дать достойный отпор обнаглевшему драгонслееру, её радовали.       — У меня тот же вопрос! — Люси импульсивно воскликнула. — Я готова извиниться за свой побег, а ты?! За свой обман? Ты воспользовался моим мнимым доверием!       Девушка, наверное, так бы и терялась в догадках, будучи прижатой драгонслеером, но вскоре всё разъяснилось — маг аккуратно и почти не заметно стащил с пояса её зодиакальные ключи. Стинг же, поняв, что Заклинательница обо всём догадалась, рывком выскочил из комнаты и захлопнул за собой дверь. Послышался скрип замочной скважины.       — Эвклиф, открой немедленно! Не имеешь права! — завопила Хартфилия и бросилась вслед за драгонслеером. — Если не откроешь, я тебя проклинать буду до конца жизни! Ты меня вообще слышишь?! — стараниями хрупкой, но злой девушки ручка лихорадочно дёргалась.       Парень хмыкнул. Конечно, нет! Уже просил у неё прощения однажды, большего она не дождётся! Стинг, небрежно бросив свою дорожную сумку на пол, присел на мягкую постель к расстроенной блондинке и похлопал ту плечу.       — Лучше забыть обо всём, — Эвклиф с облегчением выдохнул, ощутив, как щекочущий расшатанные нервишки гнев отступил.

***

В то же самое время, Магнолия.       — Скарлет, перестань уже! — рыкнул Лаксус, на что вышеупомянутая девушка открыла рот в немом возмущении, даже не заметив, как в сием минутном замешательстве у неё отобрали вещи. — А теперь иди! — и с обыденным нахальством подтолкнул волшебницу в спину.       Дреяр не поддавался никаким уговорам, не менялся совершенно. И вот зачем, спрашивается, Эрза ему всю поездку правила этики пыталась привить?! А, нет, подобное хамство хитрый маг молний позволял себе только наедине с кем-либо, преимущественно с людьми, слабее его по уровню магической силы, и женщинами. Этот фактор разнообразного поведения Лаксуса невероятно раздражал Титанию, но, по её мнению, также придавал ему мужского шарма.       Драгонслеер учтиво предложил проводить Скарлет до общежития — на дворе же ночь, в это время суток юным леди опасно ходить по улицам без надёжного спутника. Магнолия никогда не славилась буйством разбойников и воров? Плевать! Дреяр живёт в другом конце города, нежели Эрза? Всё равно! Девушка, которую он едва ли не держит за руку, дабы с ней ничего не случилось, представляет собой одну из сильнейших волшебниц Хвоста Феи? Не имеет значения!       — Хватит возиться со мной только из-за приказа дедули! — Эрза скривилась.       — Дура! Тише говорить не пробовала? — Лаксуса временами бесила излишняя болтливость напарницы. Это тебе не верные Райджиншу, прекрасно понимающие драгонслеера без слов, не смеющие даже подумать плохого о нём. — Я тебя из передряг вытаскиваю, потому что старик попросил, но приказа провожать тебя до дома он мне не давал!       Тяжёлые, явно дождевые облака закрыли чистое звёздное небо над Магнолией, а где-то в опустевших закоулках между домами сильный ветер хлестал по кирпичикам с потресканной светлой краской. Было прохладно и темно; если в самом городе стояли фонарные столбы или изредка светились вывески магазинчиков и кафешек, то за его пределами, где и находилось общежитие Хвоста Феи, было настолько сумрачно, что Скарлет шла почти что наощупь.       — Эх, мог бы я прочитать все твои мысли, Титания... — незаконченно протянул драгонслеер, перешагивая очередную грязную лужу.       — Зачем это? — Эрза остановилась и руками упёрлась в бок. Дальше и без того волнистая, разбитая дорога поднималась в холм, а вымотанным морально и физически волшебникам было не так легко подняться на возвышенность. Небольшой отдых.       — Да ты слишком непредсказуемая, — скорее комплимент от блондина, чем укол.       — С тебя пример беру. А по сути, наверное, умение читать мысли пригодилось бы многим людям, — Эрза прижала палец к бледным губам и устремила взор в затянутое тучами небо, однако, после созерцания мрачноватой картины у неё внутри будто что-то щёлкнуло. — Нет, у всех были бы проблемы! Раз человек молчит и хранит всё в себе, значит, это настолько важно, что не должен знать никто.       — Людям было бы стыдно за свои мысли и секреты, — Лаксус харкнул в кулак. — Пошевеливайся, уже за полночь! Я спать хочу.       Скарлет словно током пробило. Она стояла неподвижно, уставившись в сырую от постоянной влаги землю и тщательно прокручивая в мозгах недавний диалог с магом молний. Казалось, в душе вместе взорвались тысячи ярких салютов, украсив разноцветными искрами её каждый кусочек и озарив разум. А что, если...       «А по сути, наверное, умение читать мысли пригодилось бы многим людям.»       «Людям было бы стыдно за свои мысли и секреты.»       — Дреяр, у меня идея! — победно завизжала Эрза. — Это сработает!       — Придумала, как заставить себя ногами передвигать? — мужчина скептически поднял бровь, ту, которую пересекает шрам в виде молнии, — рубец вытянулся.       — Потом пинка получишь, — глаза девушки по-доброму сверкали. — Я знаю, как оправдать команду Нацу! Я нашла выход! — Эрза, ускорив темп ходьбы, быстро забралась на холм вслед за удалившемся от неё на приличное расстояние магом. — Совет не поверил нашим словам, этих маразматиков с лёгкостью обманул Годвин, так? — начала мечница. Дреяр, пресекающий любую самодеятельность, тут же хотел заткнуть рот напарнице, но ему не удалось — та продолжила воодушевлённо тараторить. — А что, если Советники, прибегнув к магии, прочитают наши мысли и воспоминания о том дне, когда мы якобы разнесли их здание? Нацу и Грей помнят того чернокнижника, а ты, допустим, мог бы предоставить отрывки из своего разговора с Уильямом, где он признался во всех злодеяниях! Это выход, Лаксус!