Исчезнувший

      «Имел ли я выбор в своей жизни? По большей части, наверное, нет. Да и нужды в нем не было. Я просто жил. Не задумываясь о том, что будет завтра. Не думая о том, что я делал. Лишь выполняя свою работу тогда и выполняя приказы сейчас. Бездушно… Безучастно…»       Ветер в хижине стих. Колокол замолк, не издавая больше не звука. Мег поднялась на ноги, настороженно глядя на темную фигуру возле себя. Призрак молчал, не двигаясь с места, слегка покачиваясь взад-вперед, словно он снова ушел в себя, в те глубокие воспоминания, которые он сам же и похоронил много лет назад. Они остались одни, и теперь девушка не знала, что ей делать дальше. Возможно, следовало что-то сказать, но она не могла заставить себя произнести ни слова. Погружённая в свои мысли, она не заметила, как где-то позади нее раздался тихий, едва уловимый треск.       — Филипп…?       Темные, словно чернила, корни Сущности медленно обвивали основание дома, словно хищник перед решающим прыжком. Они незаметно подбирались все ближе к последней выжившей.       А Призрак все еще стоял без единого движения.       «…Словно марионетка в чужих руках… до и после… Сначала Азаров, теперь Оно, они требовали полного подчинения… я… я не хочу больше… слышите… Я не хочу!» В этот момент в голову Филиппа будто резко ввинтился раскалённый бур. Сущность голодным шакалом, мертвой хваткой вцепилась в сердце. Его злила живая душа, что стояла рядом.       Закончи дело!       Оно орало, разрывая барабанные перепонки, выжигая слова каленым железом на сетчатке глаза. Филипп схватился за голову.       «Я не хочу больше!»       Однако Оно заорало еще сильнее. Боль, жгучая, горячая, словно лава, накатила огромной лавиной. Это и было то самое чувство, что испытывают те, кто оказался в Его власти. Кто был принесен Ему в жертву… снова и снова… до конца времен…       Оджомо сжал виски, стараясь прекратить, отгородиться от чужого настойчивого желания, от Его голода, однако Сущность буквально захватила все вокруг, темной слизью обволакивая стены, требуя последнего ритуала. Оно не отпустит свою последнюю жертву. Только не сегодня…       Подчиняйся!       И сдавило сердце, сжимая пасть стальными челюстями...»       Что-то изменилось в одно мгновение. Мег увидела, как Призрак сделал шаг назад, с силой сдавливая голову. Взгляды карих и белых глаз пересеклись.       А затем он произнес одно-единственное слово, огнем сжигающее спертый воздух.       — Беги.       «Что?»       Мег не успела среагировать, лишь услышала, как остро отточенные лезвия свистнули в воздухе. Топор-череп взметнулся вверх и с оглушительным свистом опустился туда, где находилось ее лицо.       Девушка закричала, отшатываясь назад и зажимая ладонью три глубокие кроваво-красные полосы на щеке. В последний момент тело её успело отклониться чуть в сторону так, что удар пришелся скользящим.       Но все же достаточно сильным, чтобы Мег потеряла координацию.       — Не надо!       Она отпрыгнула внутрь комнаты, с ужасом наблюдая, как темная плесень обвивает дверной косяк, подбираясь еще ближе и формируясь в небольшие темные щупы. Призрак стоял в проеме, отрезая ей путь к спасению. Только сейчас Мег запоздало заметила, как костяной топор слегка подрагивает в темных пальцах.       «Принеси ее мне!»       Он снова сделал рывок вперед, замахиваясь для еще одного удара. Мег отскочила к стене, в ужасе оглядываясь. Бежать дальше было некуда.       Если только…       Ее взгляд упал в сторону.       «Окно!»       Мысль короткой вспышкой пронеслась в сознании, а отточенные рефлексы уже подняли девушку на ноги. Стремительно преодолев пару метров, Мег вывалилась из окна второго этажа.       Успев кое-как сгруппироваться, Томас с громким вскриком упала на землю, зашипев от судорог в ступнях, что приняли на себя основной удар. Времени на раздумья больше не было. Не обращая внимания на боль, рывком поднявшись, она устремилась вперед, в горы автомобильного мусора, окруженного туманом.       Нужно было уходить. Дуайт сказал ей бежать к воротам… К тому же, внизу, в подвале, по словам Мерфа, должен был открыться еще один путь…       Однако Призрак не оставил ей выбора. Петляя между деревьями и многочисленными грудами автомобилей, она бежала вперед, прочь от дома, задыхаясь от нехватки кислорода и не обращая внимания на кровь, капающую с лица.       Мег поморщилась от осознания собственной глупости. На что она рассчитывала? Сблизиться с убийцей? В какой-то момент Мег поняла его, смогла разглядеть под темной маской того, кто когда-то был человеком.       Неужели она ошиблась в своих выводах?       Ее глаза расширились, едва она увидела, как темная материя позади нее в быстром темпе пожирает деревья и металл. Ускорив темп, Мег, стараясь не оборачиваться, бежала так быстро, как только могла.       «Хватит!»       Призрак вцепился в голову, пытаясь унять ослепляющую кровавую пелену перед глазами. Однако Оно не желало отпускать.       «Прекрати!»       Оно зашипело, раскаленными щупальцами выжигая сознание, подавляя волю, заставляя его двигаться вперед по кровавым, еле различимым в траве следам. Словно невидимые хлысты подгоняли его в спину.       «Делай, что должен!» — орало Оно. — «Ты заключил договор!»       Призрак зашипел от боли. Долгие годы без сна и света, не зная усталости, он служил Сущности, принося голодному зверю все новые души и зная лишь одно.       В случае неудачи он станет следующим.       Что с ним сделает Сущность в случае провала? Он не знал ответа на этот вопрос. Возможно, пожрет его окончательно, сделав частью себя…       Или обречет его вечно страдать, сгорая в темном вязком пламени…       Он остановился, силой воли отгоняя вязкие щупальца от своего сознания, облегчая боль и возвращая себе рассудок. Где-то впереди уже мелькал красный огонек, и слышался скрип открывающихся ворот.       Большие металлические створки ворот листами железа проглядывали сквозь лес. Мег ринулась к ним, перепрыгивая темные корни деревьев и покореженный металл.       «Выход!»       Едва не впечатавшись в них, она устало прислонилась лбом к холодным пластинам, слушая тихое гудение тока, текущего по свисающим проводам. Электричество все еще подавалось, старые генераторы выжимали последние силы. Сглотнув вязкую слюну, она панически начала оглядываться, пытаясь найти кнопку или рубильник.       Наконец, ее взгляд зацепился за неприглядную, измазанную в крови и грязи, небольшую ручку. Молясь всем Богам, Мег резко дернула рубильник, заставляя ржавые ворота пошатнуться и заскрипеть от натуги. Медленно, невыносимо медленно шестеренки пришли в движение. Томас скрипнула зубами.       «Ну же!»       Те несколько минут, что она простояла в ожидании, казались Томас вечностью, однако она не желала выпускать рубильник из онемевших пальцев. Ей казалось, что, отпусти она его, все исчезнет как пыль. Тихий гул, скрежет, и вот створки ворот невыносимо медленно, но наконец-то поддались, разъезжаясь в разные стороны. Перед девушкой предстали две высокие стены и колонны, соединённые полуразрушенной аркой. Вся конструкция образовывала собой небольшой коридор.       Но даже не это привлекло внимание Мег.       Вдалеке, в конце коридора, горело пламя большого костра. Того самого костра, что девушка видела в лесу. Надежда зажглась в ее сердце ярким огнем.       «Получилось!»       Однако едва Мег сделала шаг вперед, темные пятна на стенах по бокам зашипели, словно масло на сковороде. Преобразуясь в шипы, они переплетались вместе, образовывая сплошную стену и перекрывая ей путь.       «Нет…»       Девушка задохнулась от ужаса, отступая назад. Сущность переливалась всеми оттенками черного с красными прожилками, протягивая в ее строну уродливые обрубки. На секунду ей показалось, будто от вязкой массы идет яростный гул. Ее не собирались отпускать отсюда живой.       С самого первого момента, когда она пришла сюда, девушка старалась не то что не отчаиваться, но даже не допустить мысли о том, что с этой свалки ей не придётся вернуться домой.       Теперь же жесткая правда невыносимым грузом легла на плечи, давая Томас простую истину.       Ей не выбраться.       Знакомый колокольный звон раздался за ее спиной. Девушка обернулась, глядя, как из воздуха, словно сотканный из тысячи нитей, появляется Призрак. Не подходя ближе, он замер на месте, сжимая костяной топор в руке и глядя на переливающиеся шипы и свет огня, проникающий сквозь стены.       «Отдай ее мне!» — закричал голос. Оджомо качнул головой, шипы больно сдавили сердце, однако он не сдвинулся с места, держась за те капли разума, что у него еще оставались.       «Она победила. Обыграла тебя в твоей же игре».       «Отдай. Мне. Её!» — орала Сущность. — «Это мой мир! Это мои правила!»       Призрак молчал.       «Выполни свою работу! Закончи то, что начал!» — раздирало Оно гортань. — «Сделай это сейчас же!»       «Сделай это сейчас же… Делай то, что от тебя требуется и не задавай вопросов… Твое безразличие сыграло мне на руку… Выполняй то, что требуют…» — заговорил другой голос. Не Сущности. Азаров стоял над поверженным Филиппом, ухмыляясь. «У тебя никогда не было выбора». Филипп поднял голову. Лицо Арчибальда начало расплываться. Темные щупальца полезли сквозь глазницы, трансформируя тело в темную массу. Еще мгновение — и бывший босс, поглощенный шипами, исчез. Сущность разинула пасть, хищно скалясь.       «У тебя нет выбора».       И внезапно смолкла. Оджомо поднял голову.       «Ты ошибаешься. Всегда есть выбор…»       Белые глаза посмотрели на Мег. Секунду-другую Призрак не двигался.       А затем опустил голову в почтительном поклоне.       — Живи.       «Но…»       Мег не успела ничего ответить. Призрак поднял оружие, сделал сильный замах…        И спустя секунду острые лезвия вонзились в темную плоть груди, выпуская черную кровь наружу.       «Нет!» — закричала Сущность.       Стена на проходе исчезла. Темные шипы стремительно ринулись к своему бывшему слуге, пытаясь помешать ему совершить задуманное. Призрак прикрыл глаза. Черная кровь капала с бинтов, окрашивая их в темный цвет.       Мег отступила назад. Путь был открыт.       — Спасибо, — прохрипела она, делая ещё несколько шагов. — Спасибо…       Небо словно развернулось, выпуская темную материю наружу. Еще один удар, на этот раз в живот, заставил Сущность шипеть от боли.       «Не смей!»       «Ты связан со мной», — Оджомо поднял голову. Тьма разверзлась перед ним. — «Я питал тебя долгие годы. Ты стала частью меня. И если умру я — умрешь и ты!»       Он достал колокол. Тяжелый чугун послушно зазвенел в пальцах, исполняя последнюю похоронную мелодию. С каждой секундой звон становился все громче и громче, распространяясь на всю территорию свалки.       «Остановись! Ты не посмеешь!»       «Я жалею лишь об одном… что не сделал этого раньше. Больше ты никого не заберешь!»       Колокол треснул в руке, не выдерживая сильных вибраций. Филипп взял в руку своё оружие и, отломив острые лезвия от черепа, занес их для решающего удара. Сущность в ярости взметнулась, надеясь помешать ему.       — Я не знаю, что ждет меня, — прошептал Филипп, с его рук капала кровь. Его собственная кровь текла по поверхности металла. Силы покидали. Однако Оджомо знал лишь одно.       — Я заберу тебя с собой.       Мег бежала настолько быстро, насколько могла. Огни костра становились все ближе, когда она, повинуясь внутреннему порыву, обернулась. И увидела у ворот огромный черный клубок с торчащими паучьими лапами. В середине этой черноты стояла одинокая фигура.       «Всегда есть выбор».       Затем паук резко уменьшился в размерах.       И спустя мгновение кокон взорвался с оглушительным воем. Томас снесло взрывной волной и бросило на землю, к костру.       А потом сознание покинуло ее измученное тело.