Тот, кем ты стал

      — Тревожны слова твои, юный Скайуокер, — Йода задумчиво поджал губы и покрепче сжал старую клюку. — Все джедаи возмущение в Силе ощутили, но неведома была причина нам.       — Я и сам с трудом ощущаю его присутствие, магистр, — признался Энакин. — Стоило мне покинуть его комнату, оно практически спало до нуля, будто там никого нет. Я чувствую его лишь вблизи.       — Он рассказал, как оказался на Набу? — строго спросил Винду.       — Нет, — падаван покачал головой, которая все еще гудела, пусть и не сильно, от полученного удара. — Хорус вообще не желает разговаривать со мной на эту тему. Мою принадлежность к Ордену он проигнорировал. Я бы даже предположил, что до сегодняшнего дня он вообще не знал о нашем существовании.       Повисла тишина.       — Ты должен доставить его в Храм, — после секундных размышлений приказал чернокожий магистр. — Пусть этот... Хорус предстанет перед нами, и мы решим его судьбу. Ввиду все более назревающего конфликта мы не имеем права оставлять без внимания подобные инциденты. Ваш отдых на Набу придется прервать, сенатор Наберри также нужна в Сенате.       — Боюсь, он не согласится, — с легким вызовом ответил Скайуокер. — Хорус уже открыто мне заявил, что он плевать на вас хотел с самого высокого шпиля Терры, что бы это ни было. А еще он добавил, что не позволит кому-то решать свою судьбу. Такое право есть лишь у его отца. Все остальные могут катиться в сквигову задницу. Правда, объяснить, что такое сквиг, он не пожелал.       Передавая слова Луперкаля членам Совета, Энакин в душе злорадствовал. Впервые на его памяти кто-то посмел в открытую послать магистров куда подальше, причем падаван не сомневался, что Хорус с легкостью и удовольствием повторит свои слова в лицо Совету. Странный мужчина обладал удивительной волей и решительным характером, что очень импонировало Скайуокеру. Несмотря на бунтарский характер, он был вынужден подчиняться правилам Ордена, выслушивать многочасовые нотации и отказывать себе в том, чего очень хотелось. Например, в семье.       — И когда же, Скайуокер, он успел вам все это сказать?       Энакин хмыкнул, вспоминая.

***

      Раздраженный Скайуокер шел по коридорам особняка. Голова нещадно болела от удара, и падаван намеревался высказать Хорусу все, что о нем думает. Проблемой было только осознание того, что уж больно легко Луперкаль его отделал, будто это и не Энакин вовсе проводил бесчисленные часы в тренировочном зале, а после выслушивал нудные лекции Кеноби о нетерпении, импульсивности и прочих грехах, противных джедаям.       Хорус обнаружился в голонете. Ну, не совсем в нем, а сидящим перед монитором, на который была выведена всевозможная информация о Республике — ее история, устройство, быт и законы. В том числе и все последние новости. При этом Скайуокеру даже показалась, что не вся эта информация имелась в открытом доступе. Прямо сейчас Луперкаль просматривал отчеты о последних событиях в Галактике, недовольно кривясь и фыркая.       Его внешний вид также претерпел некоторые изменения. Очевидно, Падме надоело смотреть на его наготу, и Хорусу выдали просторные черные штаны, снятые не пойми с кого, и столь же просторную рубашку песочного цвета, трещащую по швам на мощных мышцах. А вот обуви по размеру так и не нашлось, потому Луперкаль шлепал босыми ногами по прохладному мрамору, выбивая незнакомый ритм.       — Если хочешь что-то сказать, мальчик, то говори побыстрее, — Хорус даже головы не повернул, а Энакин замер с открытым ртом. Он ведь шел практически бесшумно! — Усиленные слух и обоняние. Твое приближение я обнаружил, еще когда ты шел сюда по соседнему коридору.       — Кто ты такой?! — Скайуокер полыхал гневом, забыв все наставление учителя.       — Я вроде бы уже представился, разве нет? — мужчина так и не повернулся, а его голос звучал ровно и спокойно.       — Ты знаешь, о чем я!       — Знаю, — кивнул Хорус. — Но это вовсе не означает, что я буду тебе отвечать.       — Я — джедай! — Энакин, конечно, врал, но вряд ли этот гигант мог это знать. Сила забурлила вокруг него. — Я приказываю тебе отвечать!       Хорус медленно встал со своего места и повернулся к разбушевавшемуся юнцу. Он смерил его долгим и внимательным взглядом, после чего коротко хмыкнул. Ожидавшей несколько иной реакции Скайуокер стушевался.       — Послушай меня внимательно, мальчик, — Луперкаль улыбнулся, будто говорил с нерадивым ребенком. — Мне абсолютно плевать, кто ты и чем занимаешься, но позволь кое-что тебе пояснить. Один раз я уже попал под чужое влияние. Последствия были фатальны как для меня, так и для окружающих. Больше я такую ошибку не допущу. На сей раз я сделаю тебе скидку ввиду твоей юности и неопытности, а также недавних событий. Но если ты еще хоть раз попытаешься повлиять на мой разум или взять его под контроль, это будет последняя ошибка в твоей жизни. Ты меня понял?       Энакин смог только кивнуть. Юноша уже осознал, что он, пойдя на поводу у эмоций, действительно использовал Силу против этого мужчины, но его попытка бездарно провалилась. Теперь же падаван пытался понять, что больше удивляет его в данной ситуации — его же глупое поведение или тот факт, что Хорус оказался устойчив к воздействию Силы.       — Ты сказал, что являешься джедаем? — спросил Хорус, выводя на экран изображение Храма на Корусанте. — Одним из стражей мира в Галактике?       — Да, это так, — Энакин гордо вскинул голову.       — Хреново тогда вы исполняете свои обязанности, — слова Луперкаля произвели эффект ледяной воды. — У вас здесь война назревает, а вы бездействуете. Армии нет, флота нет, хоть какой-то военной техники тоже нет. Как вы собираетесь сражаться?       — Нам не нужна армия! — возмутился Энакин. — Каждый джедай — воин! Наше мастерство и Сила помогут нам!       — Они помогут вам отразить орбитальную бомбардировку? — поинтересовался Хорус, сложив руки на груди. — Они помогут, когда противник засыплет вас снарядами? Или, быть может, ваши навыки помогут вам, если враг решит применить биологическое оружие? Если ты действительно в это веришь, мальчик, то ты либо просто глупец, либо наивен до безобразия. Войну не выиграть без сильной армии и флота, и только законченный идиот верит в обратное. Я прошел немало битв, командовал войсками и знаю, о чем говорю. Твоя Республика падет в течение месяца, а то и меньше, если только ваши лидеры не припасли пару козырей в рукаве. И этим козырем определенно будете не вы.       — Республика отказалась от армии еще тысячу лет назад, — попытался заявить Скайуокер, но получилось не очень убедительно. — Мы отказались от войны.       — Поверь, это решение не делает вам чести, лишь подчеркивает глупость и недальновидность, — Хорус глянул на Энакина настолько пронизывающим взглядом, что тот невольно поежился, одновременно испытывая странный и несвойственный ему трепет. — Пойми, мальчик, война не спрашивает, нужна она вам или нет. Она просто приходит и сметает все на своем пути. Сгорают миры, рушатся города, гибнут люди, и если государство не готово, то это исключительно вина его лидеров. Война уже на вашем пороге, и если Республика не встретит ее легионами солдат, то очень быстро падет. Таковы простые правила, установленные не мной, но бесчисленными поколениями тех, кто уже оказывался в подобной ситуации.       Энакин стоял, раздавленный подобными заявлениями. Долгие годы ему внушали, что от наличия армии одни лишь беды. При виде стройных рядов солдат в головы лидеров лезут дурные мысли, направленные лишь на захват территорий, разрушения и смерть. Такова истина! И вот ему заявляют, что его истина — бред идиота и что только законченный глупец откажется от армии и будет думать, что таким образом решит все свои проблемы.       — Джедаи тысячи лет хранят мир в Галактике, — наконец-то ответил он. — Благодаря мудрой политике Совета магистров, мы стоим на страже закона и мира в Республике. Выстояли тогда — выстоим и сейчас. Ты еще убедишься в своей неправоте, когда встретишься с ними. Магистры наверняка пожелают с тобой поговорить.       — А с чего ты взял, что я собираюсь о чем-то с ними говорить? — хмыкнул Луперкаль. — Мне плевать на их желания с самого высокого шпиля Терры.       — Ты вызвал сильное возмущение в Силе, — мужчина лишь недоуменно поднял бровь. — Они должны отреагировать и понять, что делать в данной ситуации.       — И, я так понимаю, тем самым они будут решать мою судьбу? — уточнил Хорус. — Не дождетесь. Свою судьбу я вручу лишь в руки своему Отцу, ведь только он обладает данным правом. А все несогласные могут катиться в сквигову задницу. Им там самое место. В случае чего, можешь так и передать своим магистрам.       Энакин стоял, разинув рот. В полной прострации он слушал слова Луперкаля, не веря собственным ушам. Еще никто и никогда на его памяти не демонстрировал столь презрительного отношения к джедаям и их лидерам. Их могли не любить, могли не уважать, но еще никто не смел их игнорировать. И вот один нашелся.       — Еще вопросы будут? — Скайоукер лишь покачал головой. — Свободен.

***

      На следующее утро.       Скайуокер обнаружился на террасе, погруженный в себя. Всю ночь Падме слушала стоны и беспокойное бормотание из его комнаты. Во сне падаван постоянно звал свою мать, будто чувствуя некую опасность, что ей угрожала, но при этом ничего поделать не мог.       — Что это с ним? — несмотря на свои габариты, Хорус появился рядом с девушкой совершенно бесшумно.       — Кошмары, — коротко ответила Падме. — Он беспокоится о матери. Думает, что ей что-то грозит. Или что она уже попала в беду. Теперь вот хочет ее проведать.       — И чего он тогда ждет? Особого приглашения? — поинтересовался Луперкаль. — Ну так получит. В Ложу Идиотов, лишившихся родителей и семьи по собственной дурости.       — Вы говорите так, будто сами являетесь ее членом, — заметила Наберри, на что мужчина лишь грустно улыбнулся.       — Скорее уж, я ее возглавляю.       — Меня вызывают на Корусант, — попыталась объяснить Амидала. — Я нужна в Сенате. Энакин является моим телохранителем и должен лететь со мной, а ему надо на Татуин. Это "немного" в другую сторону.       — Ну и много толку будет от стража, который находится в разладе с самим собой? — заметил Хорус. — Поверьте, немного. Я уже видел таких. Как правило, они гибнут сами и тянут за собой остальных. В итоге приходится выбирать — либо послать его на верную смерть, где он умрет в одиночестве, либо на некоторое время оставить его в покое, чтобы он решил свои проблемы.       Падме на миг призадумалась. Если так рассудить, то прошедшей ночью от Скайуокера действительно было бы мало пользы, если бы что-нибудь случилось. Погруженный в собственные сны и тревоги, он даже не проснулся, когда девушка заглянула в его комнату. Проникни в особняк убийца, Энакин благополучно бы его проспал.       — Что вы предлагаете?       — Летите на... Корусант, — Хорус запнулся, будто название планеты было ему непривычно. — А он пускай летит к матери. В противном случае толку от него будет ноль.       — Его накажут.       — Если командир не в состоянии позаботиться о душевном состоянии своего солдата или как следует замотивировать, то его следует расстрелять за некомпетентность. Из-за таких людей и проигрываются войны, а вам скоро понадобятся все, кто сможет держать в руках оружие.       — Войны не будет, — решительно заявила Падме. — Мы этого не допустим.       — Ваша наивность очень забавляет, — ухмыльнулся Хорус, — а ваша решимость вызывает уважение. Но одного желания, даже вкупе с решимостью, мало. Чтобы остановить войну, которая назревала долгими годами, нужно нечто большее.       Впервые Падме не знала, что ответить.       — Мне нужно оружие, — внезапно заявил Хорус. — Без него я чувствую себя голым. Да и какая-никакая броня бы не помешала, но это уже потом.       — Зачем? — удивилась Наберри.       — Я солдат, как и сказал тот умник. Я держу оружие в руках с тех времен, как научился ходить, если не раньше.       — Вы так и не сказали, откуда вы родом, — напомнила девушка.       — Скажем так, я пришел из очень далеких миров, — улыбнулся Хорус, и от этой улыбки в душе девушки что-то перевернулось. Это не была влюбленность, но что-то очень близкое.       — Насколько далеких? — уточнила Падме.       — Невообразимо.

***

      Скрипя зубами и недовольно бурча, глава службы безопасности выделил из дворцовых запасов двуручный вибромеч. Перед полетом на Корусант Падме направилась в Тид, чтобы доложиться королеве. По ее поручению, Куарш Панака, глава Службы Безопасности, выдал Хорусу меч, хотя ему очень не хотелось этого делать. Выдавать оружие человеку, который, будучи безоружным, отправил на больничные койки пятерых его людей, Панаке совершенно не хотелось.       Энакин умчался на Татуин с такой скоростью, что Падме даже стало обидно. По крайней мере, ее расстройство Хорус видел невооруженным глазом. Лишь усмехнувшись, он привыкал к новому для него мечу, который легко удерживался в одной руке. При этом примарх уже прикидывал, как данный меч можно будет улучшить, превратив в полноценный силовой клинок, более привычный его руке. Собственно, в последние годы своей бурной деятельности, он пользовался булавой и силовым когтем, для пущего эффекта оснащенного комби-болтером. Кто мог знать, что это грозное оружие вкупе с Великим Оком станут кошмарным символом непередаваемого ужаса для всех обитателей Галактики на долгие тысячелетия?       Хорус мысленно послал свою благодарность Императору, который не лишил своего глупого сына тех знаний, которые он некогда получил. В противном случае, пришлось бы изрядно покрутиться, чтобы чего-то достичь. Собственно, у него и сейчас хватало проблем. Простейшие данные, полученные из местной сети, поразили примарха до глубины. Эта Галактика отличалась от его родной всем, чем только можно. На перечисление ушло бы немало времени, а потому Луперкаль даже не пытался создать хотя бы подобие списка.       Главное, что ему было ясно, так это близкое начало войны. Ее опаляющее дыхание чувствовалось всей кожей, приятно будоража нервы. Адреналин поигрывал в крови, а рука сама покрепче сжимала рукоять меча. Осталась одна проблемка — в этой войне Хорус своего места на данный момент не видел. Как и не мог понять, каким образом он должен выполнить приказ Отца.       В этой Галактике есть нечто, что позволит Императору Человечества прервать свой долгий сон и вновь принять бразды правления над Империумом. Как только этот миг свершится, начнется новый Великий Крестовый Поход, который сметет с лица Галактики всю скверну и мрак. Присутствие ксеносов будет выжжено, а власть Терры станет абсолютной. Наступит день, и Темные Боги забьются в самые дальние уголки безбрежного Царства Хаоса, боясь даже нос показать в реальном мире.       Скоро он окажется в столице местного государства. Оттуда он начнет свой долгий путь, который приведет его к триумфу и позволит вернуться домой. Пусть и не героем, но и не худшим врагом Империума. И тогда враги рода людского будут повержены, а власть Человечества станет абсолютной и вечной. Новый Империум будет един. Хорус в это верил. Остальное было неважно.