Тот, кем ты стал

      — Большинством голосов Сенат принял решение о вручении Шиву Палпатину, канцлеру Республики, чрезвычайных полномочий, существенно расширяющих возможности канцлера. Первым же решением канцлера стало восстановление Великой Армии Республики, для отражения агрессии так называемой Конфедерации Независимых Систем, объявившей войну Сенату и демократии.       Лидеры сепаратистов утверждают, что их целью является истинное равноправие и свобода мирных граждан от коррупции, продажных политиков и, как бы странно ни звучало данное заявление, Ордена Джедаев, который, вместо исполнения своих прямых обязанностей, играет в политику, полностью зависит от Сената и совершенно игнорирует проблемы общественности. Потому, сепаратисты с радостью примут в свои ряды каждый мир или систему, которая изъявит подобное желание. Тем не менее, первым своим решением лидеры КНС казнили Оби-Вана Кеноби, рыцаря-джедая Республики. Данный поступок...       — Выключайте. Больше там ничего интересного нет.       Запись отключили, и весь Совет погрузился в раздумья. Йода сонно хлопал глазами, сжимая клюку. От Винду волнами расходилось напряжение. Шаак Ти полностью погрузилась в свои мысли. В общем-то, тем же самым занимались и все остальные магистры. Война наконец-то добралась до них, и теперь Ордену Джедаев предстояло доказать, что они не даром ели свой хлеб и не разленились от мирной жизни.       — На Камино отправлюсь я, — наконец объявил Йода, — войска клонов возглавить. И о наемнике все узнать нам надо.       — Да, жаль, что Кеноби мало чего удалось достичь, — в голосе Пло Куна звучала печаль. — Его смерть станет тяжким ударом для нас. Оби-Ван должен был войти в Совет. К тому же теперь придется решить, кто продолжит обучение Скайуокера.       — Скайуокер грубейшим образом нарушил правила Ордена и наши приказы, — вмешался Винду. — Вместо того, чтобы охранять сенатора Наберри, он самовольно отправился на Татуин. Послушав этого... Хоруса.       — Я слышу в вашем голосе злость, магистр Винду, — все взоры устремились к Шаак Ти. — Что недопустимо.       — Этот человек повел себя...       — Неправильно, — кивнула тогрута. — Это так. Но и вы поступили схожим образом. Вы попытались привести разумное существо в Храм силой. Что запрещено законами Республики, если только речь не идет о темных джедаях или ситхах. И все это на глазах у канцлера и сенатора.       — Он представляет угрозу! — магистр продолжал стоять на своем.       — Для кого? — поинтересовалась Ти. — Для Республики? Для Сената? У нас нет ответа, а если бы и были, то где доказательства? Наши ощущения? Для большинства сенаторов это ничто. Им нужно что-то посущественнее.       — Он совершил нападение на охрану сенатора, — напомнил Винду.       — Инцидент, которому даже сама сенатор не дала хода, очевидно, все уже обсудив и решив. В крайнем случае, этим должна заниматься Дворцовая Стража Набу. Или Корпус Юстиции, но не мы.       — Поговорить с Хорусом должны мы, — проговорил Йода. — Пригласить в Храм надобно его. Пригласить, — особо подчеркнул старый магистр, — а не заставлять придти сюда силой. Думаю, не откажется он просто побеседовать с нами.       — А если он откажется? — продолжал стоять на своем Винду.       — Не будем настаивать мы, но следить нам придется.

***

      — Меня беспокоит поведение магистра Винду, — произнесла Шаак Ти. — Такое поведение недопустимо для джедая. В его словах слишком много агрессии.       — Он слишком близко к сердцу воспринял инцидент с Хорусом, — пожал плечами Пло Кун.       — Я говорю не только об этом. Почему он вообще был на той платформе? Винду хотел привести Хоруса в Храм, даже не обсудив данное решение с Советом. Я не стала поднимать этот вопрос на собрании, но, полагаю, у каждого возникли те же мысли.       — Да, я задавался тем же вопросом, — признался джедай. — Осмелюсь предположить, что и магистр Йода не остался в стороне. Потому он и подчеркнул, что Хоруса в Храм нужно пригласить, а не тащить волоком, когда он сопротивляется. Особенно если учесть, что как раз сражается он очень хорошо.       — Да, я видела запись, — кивнула Шаак Ти. — Но поведение магистра Винду эта стычка не объясняет.       — Вы правы. Не объясняет.

***

      Винду сидел в своей комнате, погруженный в медитацию. Его беспокоила слепота Совета, их неспособность узреть опасность. Они не видели то, что видел он. Они не понимали, кто явился по их души.       Галактика пылала от края до края.       Громадные корабли неизвестной модели сходились в чудовищных битвах, залпами своих орудий сжигая сам космос.       Огромные воины, закованные в броню, убивали друг друга, заливая землю кровью, не щадя ни себя, ни врагов.       Он видел Смерть, прошедшую по Галактике. Видел бесчисленные миллиарды убитых в войне, равной которой мир не знал. Видел невообразимые разрушения, от которых сами планеты раскалывались на части.       — И пусть Галактика горит огнем!       Он слышал этот голос совсем недавно. Те же нотки, то же звучание. Та же внутренняя сила.

Предательства тень сдавила сердца: Хорус восстал против Отца... Имперский орел ранен чёрной стрелой - Грядущее окутано тьмой!*

      Мейс Винду знал, что ничего хорошего незваный гость Республике не принесет, но в одиночку он мало что мог сделать. Остальные магистры не видели угрозы, не понимали, что она таит. Но он терпелив. Он будет ждать и в нужный момент нанесет удар.       Но одну вещь Мейс Винду так и не понял. О своих видениях он почему-то никому не рассказал.

***

      — Что вы думаете о нашей новой армии? — спросил канцлер, демонстрируя Хорусу изображение солдата-клона.       — Это стандартная экипировка? — спросил в свою очередь гигант.       Палпатин кивнул, с интересом разглядывая мужчину. Столь пристальное внимание Хорус вызвал у ситха, еще когда пришли первые отчеты с Набу. Генетически модифицированный солдат вызвал у канцлера неподдельный интерес, особенно когда он на платформе отделал трех джедаев. Да, там присутствовал фактор внезапности, даже сам Винду не смог предугадать действий Луперкаля, но сам факт, что Одаренного можно так просто застигнуть врасплох, поражал и восхищал Палпатина до глубины души.       — Если вы уже в ближайшем времени не создадите для них новую защиту и оружие, то можете смело готовиться к огромным потерям, — наконец-то объявил Хорус. — Лично я на данный момент вижу только будущие трупы.       — Почему же? — удивился канцлер.       — Их броню способен пробить даже один выстрел из стандартной лазерной винтовки, коих у противника в избытке, что уж говорить о более тяжелом вооружении. Помимо того, столь однотипные солдаты очень быстро начнут проигрывать, когда противник разработает нужную тактику. Где штурмовые отряды, способные в кратчайшие сроки добраться до вражеских позиций? Где тяжелая пехота, способная наступать под непрерывным огнем? И где, фраг вас раздери, техника? На чем они будут сражаться?       То, что показал Хорусу канцлер, повергло Луперкаля в шок. Совершенно неудобные, громоздкие, нежизнеспособные шестиногие конструкции — подобные можно было увидеть только в армии орков, ведь только сумрачный гений их "мастеров" мог породить нечто подобное. Да и то, на орочьей техники было куда как больше брони, а уж про количество орудий и говорить бессмысленно.       — Это шутка? — поинтересовался Хорус. — Вы собираетесь отправить своих солдат сражаться на этом?       — Чем они вас не устраивают? — в свою очередь удивился канцлер.       — Всем, — коротко объявил Луперкаль. — Броня ни к черту, шасси слишком уязвимо, не говоря уже о том, что опытный противник с легкостью пролезет к нему под днище, установит заряд и разворотит эту банку со всем экипажем. Единственный способ нормально защитить данную... технику — это постоянно задействовать вокруг него солдат, как группы прикрытия, а это сводит на нет всю функциональность данной машины. Она слишком высока для защиты днища и очень уязвима для атаки с воздуха. Нет, для доставки солдат через пресеченную местность ваш шагоход — назовем его так — в целом сойдет, но если у противника будет тяжелая артиллерия или опытные команды подрывников, то они будут рвать эти машины на части. Я уж молчу о том, что бы сделал с этой банкой танк класса "Хищник".       — И что вы предлагаете?       — Я ничего не предлагаю, — отмахнулся Хорус. — Это ваша война. Я не давал согласия участвовать в ней.       — А что вы попросите взамен на свое согласие? — улыбнулся канцлер.       — Для начала ответьте, зачем вам это? — спросил Хорус. — Почему вы хотите, чтобы я участвовал?       — Республике нужны умелые командиры, — серьезно ответил Палпатин. — Мы не участвовали в крупномасштабных конфликтах уже более тысячи лет, и по настоящему талантливых лидеров у нас практически нет. Война, без сомнений, выявит этих людей в будущем, но они нужны нам уже сейчас. А вы в разговоре с сенатором Наберри упоминали, что командовали войсками.       — Вы от нее это услышали или же прослушали запись разговора?       — Второе, — вновь улыбнулся канцлер. — Мне, без сомнений, интересно, откуда вы пришли и что за Империум вы представляете, ведь о других крупных государствах в Галактике мы никогда не слышали. Хотя Неизведанные регионы потому так и называются. Но сейчас началась война.       — Допустим, я соглашусь, — первые зачатки плана начали выстраиваться в голове Луперкаля. — Что я получу взамен?       — А чего бы вы хотели?       Решение пришло молниеносно.       — Технологию гипердрайва. Для начала.       Уже позже, сидя в персональной ложе в Галактическом доме оперы, Шив Палпатин, в очень узких кругах также известный как Дарт Сидиус, вспоминал детали разговора с Хорусом.       — Скажите, почему вы так жестко отреагировали на требование джедаев?       Луперкаль ответил не сразу.       — Однажды, я пошел на поводу у... кое-кого. Я наивно полагал, что обрел свободу от Императора, законов и правил, а потому волен делать все, что захочу. Но я был неправ. Я стал рабом. Рабом сил, что были превыше меня. Они превратили меня в глупую марионетку, наивно полагающую, что она ни от кого не зависит. Когда правда открылась, было уже поздно. К этому времени я натворил таких дел, наломал таких дров, что... что когда я прозрел, то был опустошен собственной глупостью. Я... понес наказание. И я поклялся, что с этого дня никто и никогда не посмеет вновь управлять мной, и я не склонюсь ни перед кем, кроме Императора. Ваши джедаи... Я мог бы с ними пообщаться, попроси они вежливо. Но они решили, что могут мне приказывать, могут меня заставить. Этого не будет. Да и сказать по правде, они просто подвернулись под горячую руку.       — Вы говорили, что понесли наказание. Осмелюсь предположить, что закончилось оно лишь недавно.       — Вы ошибаетесь, — поправил канцлера Хорус. — Мое наказание не закончилось. И длиться оно будет вечно, ведь палачом являюсь я сам.

***

      Хорус находился в выделенных ему помещениях.       В обмен на согласие канцлер пообещал уладить вопрос с документами и статусом Луперкаля. Он был рад, что опытный военачальник примет участие в войне на стороне Республики. По крайней мере, так казалось со стороны.       Но Хорус видел кое-что еще. Кое-что знакомое. Та же манера речи. Те же слова. Те же напускная забота и участие. Все это он уже видел. И к концу разговора Хорус понял, кого ему так напоминал Палпатин.       Эреб. Первый капеллан Легиона Несущих Слово.       А это значит, что доверять Палпатину нельзя.       Но можно использовать. И если чему Эреб и научил Воителя, так это тому, что Слово является непередаваемо грозным оружием в умелых руках. Главное, правильно им воспользоваться.