Стойкость во имя...

      Волосы слегка намокли, как и щека, кровь дотекла до губ. На лице она же уже слегка засыхала, стягивая кожу. Дышать было сложно, да и чистота пола была столь незаметна, что дышать приходилось пылью. Руку с шеи не убирали, как бы не сломали. Девушка подавила порывы покашлять, точнее попыталась, но не смогла, потому слегка дёрнулась в его руках.       Капитан с некой заботой посмотрел в сторону своего воина, она была прижата за шею, что придавало ей сходство с распластанной бабочкой — её руки были поникшими как крылья, даже лёгкие подрагивания, как предсмертная агония умирающего существа, но Мулан не умирала, просто кашляла. Вскоре её всё же отпустили. — Ну что? Кто тут главный… — Ю усмехнулся, затем отошёл, подозвал кого-то и попросил принести чего-нибудь поинтереснее. — Ну, а пока игрушек не принесли, давай поговорим… Во-первых, я категорически не понимаю, почему ты — девушка, не воспитана чтить мужчин и подчиняться им?       Мулан поднялась из лежачего положения и снова села на колени. — Ты мне не отец и не муж, никогда не подчинюсь тебе… ты — никто, враг моего народа! — глаза девушки пылали яростью.       Ю снова рассмеялся. — Какая ты забавная, когда так злишься. Однако, — он посерьёзнел, — я покажу тебе твоё место, зазнавшаяся девчонка!       В комнату что-то внесли и быстро удалились. Гунн подхватил с подноса бутыль, в несколько шагов достиг девушки и встал рядом с ней на одно колено. — Пей!       В ответ ему Мулан лишь помотала головой. Тогда лёгким для него толчком Ю опрокинул девушку на спину, прижал на уровни груди коленом, а рукой зажал нос, дождавшись когда от недостатка воздуха девушка раскроет ротик, он влил ей эту тёмную жидкость. Мулан пришлось сглотнуть, только после этого её нос отпустили, и она снова задышала, слегка закашлявшись. — Ты…ты… — Молчать!       Мулан давилась словами, но всё же замолчала, судя по всему, вслушиваясь в ощущения.       Гунн же, не теряя времени, сдёрнул с неё штаны, как с большой игрушки. — Хорошенькая… умеют у вас воспитывать куколок, — мужчина явно забавлялся, проводя рукой по ноге девушки.       Мулан вздрогнула от его касания и извернулась, отстраняясь, следующим действием она постаралась его ударить, но цепь не позволила ей, резко затормозив движение её ноги, цепи звякнули, утягивая ногу обратно на пол. Мулан устремила свои глаза в глаза гунна, те смотрели на неё в своем пылающем жёлтом безумии, девушка отвернулась и слегка нахмурилась. — Что… что ты мне дал? Что за ощущения…- девушка слегка поморщилась и повела плечами, словно пытаясь унять неприятное ощущение.       Судя по её виду, ничего не утихло. Она начала слегка извиваться, морщась и жмурясь. — Это… это… — она резко вздохнула.       Капитан с волнением наблюдал за своим воином, точнее сейчас она уже не была ничем на него похожа. Хрупкая девушка, аккуратные, стройные ножки, плавная фигура, мягкая, даже на вид кожа. Ли Шанг поймал себя на том, что любуется ею. Девушка была столь соблазнительно красива, особенно изгибаясь столь причудливым образом, что на секунду, Ли Шанг даже забыл, где он сидит, и потянулся было к ней. Реальность вернулась напряжением в натянутых конечностях и звоном цепей. «Вот я…» — мысленно корил себя парень, — «как я мог… посмел…».       Мулан полу всхлипнула, полу простонала, капитан присмотрелся к ней, она явно мучилась от того, что выпила, потому что уже не сидела, а лежала, извиваясь, как змея, замирая в интересных позах, открывавших соблазнительные виды, но Шанг больше не поддавался своей сути и лишь переживал за девушку. Он не понимал, что же ей такого могли дать…       Девушка и сама не понимала, что именно мучает её, внутри, словно разгорался жар, сначала прилило тепло к щекам, затем стало слегка сухо во рту, следующая вспышка обожгла низ живота, там, где она ещё ни разу такого не чувствовала. Её тянуло прикоснуться к себе, быть может, касания бы утихомирили этот непонятный жар.       Но это надо было ещё постараться извернуться так, чтобы цепей хватало, чтобы она дотягивалась, так что пока Мулан лишь снова изменила позу, перекатившись на бок. В этот момент к ней подошёл, вернувшийся, Ю, он усмехнулся лишь глазами, губы скорее напомнили оскал. Одним движением он перевернул девушку на спину, от чего та простонала.       Шанга терзала невозможность ей помочь, невозможность защитить и принять удар на себя, бессилие было мукой куда большей, чем раны на теле.       Гунн положил одну руку на уровень груди, прижимая девушку, которая по сравнению с ним казалось ещё более хрупкой и маленькой, другой рукой он повёл от колена по ноге выше, удивительно нежно провёл по внутренней стороне бедра, Мулан всхлипнула.       Капитан ожидал любого поведения Мулан: попытка вырваться, попытка ударить, попытка извернуться… Но не того, что она сама разведёт ножки, позволяя руке скользить выше и выше, Ли Шанг отвернулся, уставив свой взгляд в пол. Он разозлился, ему было ненавистно и как-то стыдно, что ли, за такое поведение девушки. Командир рассматривал кровавое пятно на полу, раздумывая о чём-то своём, пытаясь глубже замкнуться, чтобы не слышать стонов девушки, таких стонов, что уже было очевидно, ей не больно и даже наоборот приятно, весьма, излишне приятно. Шанг мотнул головой, отгоняя какие-то из своих мыслей.       Наверное, хотелось зарычать, да именно так, не кричать, а именно издать какой-нибудь животный крик. Ведь как иначе можно максимально точно выразить ту боль, то презрение и ту тяжесть, боль на душе, что грызла Шанга в тот момент.       Он не смотрел, о нет, ни что на свете не убедило бы его повернуть его посмотреть в ту сторону, так думал он, пока слышал согласие девушки на действия гунна, но потом она вскрикнула. Раз, другой, Шанг не выдержал и повернул голову, чтобы застать девушку абсолютно раздетой, распластанной на полу, а гунна спиной к нему и пытающимся овладеть девушкой.       Шанг издал неопределённый звук, даже слегка не напоминающий рык, скорее это был всхлип. Что было самым страшным мучением, он почему-то не мог оторвать взгляд от того, что происходило, правда, всё было словно в лёгком тумане…       Вот гунн насилует девушку, явно услаждаясь её криками, попеременно со стонами, вот он насилует её чем-то ещё, взяв это что-то с подноса, Шанг не пытается рассмотреть что это, но в памяти остаётся что-то коричневое. Далее он бьёт её плетью, как бы то ни казалось излишне странным, Мулан в ответ лишь стонет, счастливо и возбуждённо. Ли Шанг понимает, что начинает сходить с ума, потому как и сам немного возбуждается от этого всего, он стоит на коленях завороженно следя за действием и пытаясь понять хоть что-то.       В какой-то момент, который Шанг почему-то упустил, на Мулан появляются раны, кровь течёт по её раздетому телу, она максимально обнажена и занимает всё место в голове парня, так, что только через несколько ударов парень осознаёт, что его бьют. — Понравилось? — гунн стоит над ним с плетью и кинжалом.       Шанг ничего не отвечает, потому как сознание только перестроилось на болевые ощущения и парень с великой радостью погружается в них, ныряя глубже при ударе за неотвеченный вопрос, он надеется, всё ещё надеется, что эта картина не отпечатается у него на закорке мозга, пока немного помогает и Шанг спокойно улыбается.       Да, ему понравилось, увы, он сильно сожалеет, что видел это всё и что это смогло чем-то понравится, но он молчит, старательно думая о чём-то другом, о снеге, о горном перевале, о событиях так недавно произошедших. Тогда, тогда он впервые увидел Мулан девушкой, её грудь была прикрыта повязкой, и его это даже смутило, он тогда опустил взгляд и не показал румянца, неподобающего капитану.       Сейчас, что успело произойти, почему сейчас он смотрит на неё по-другому, не уже ли она перестала быть для него хрупкой девушкой и стала… даже в мыслях он не смел подставить к девушке какой-то низкий и грязный эпитет, стала падшей девушкой, которая приняла в себя гунна для удовлетворения плоти и радовавшаяся этому на глазах командира армии своей страны?       Ненависть накатила на капитана, окрашивая мысли в ещё более тёмные оттенки.