Небесный пантеон

      — Мэр? — хлопая глазами, переспросил Гойге.       — Мэр — это глава города, — пояснила Дорио, вспомнив о том, что Бог удачи — единственный уроженец сокрытого континента — все еще не до конца разбирался в местной терминологии. — Августина Айрон, тетя моей подруги — она потомок Агни?       — Ты меня спрашиваешь? — не меньше нее опешил юноша.       — Но это ведь можно проверить? — подскочив, Лиза выскочила в зал библиотеки, направившись к его центру, где стояла изящная подставка для книг — главный поисковый терминал. Положив руку на его середину, Дорио уже хотела сделать запрос, как вдруг Гойге отдернул ее.       — Эй! Нет, постой! Не помнишь, что случилось в прошлый раз, когда мы полезли за ответами в чью-то книгу? — напомнил Бог удачи, и иил, прилетевший следом, одобрительно покивал ему. — Лиза, читать чужие личные книги так же опасно, как и свои. Ковчег такого не одобрит.       — Куда бы быстрее шли любые поиски, если бы мы просто могли прочитать историю нужных нам людей или Богов, — возмутилась девочка, и без напоминаний знавшая о нелегком характере этого места.       — Это не наши с тобой прихоти. Прояви уважение к Ковчегу и его архивам. Нам и так едва сошло с рук то, что мы лишь благодаря здешним книгам выяснили, где прячется Николсон.       — Нечестно, — насупилась Лиза и отошла от терминала. Присев на ступеньки, ведущие к этому возвышению, она уперлась локтями в колени и обхватила ладонями разгоряченные щеки. — Должен же быть способ…       — Ты сказала, Айрон — тетя твоей подруги, — вспомнил Контаро, присаживаясь рядом.       — Да, но тетя Августина давно уже отошла от дел. А родителей у Ариадны нет… вряд ли она сама что-то знает.       — Ты можешь просто спросить, — предложил Гойге, отчего девочка тяжело вздохнула и слегка поникла. — Ты как-то говорила, вы с детства дружите.       — Да, так и есть, просто… не хотелось мне ее во все это впутывать.       — Ну, если ее семья действительно как-то связана с Агни — то придется. Тебе нужно с ней поговорить. Рано или поздно скрывать это будет просто невозможно.       — Я и сама в последнее время думаю только об этом, — и снова этот тяжелый обреченный вздох. — Из-за моих недомолвок за последний год мы сильно отстранились. Я все думала, стоит ли рассказывать, поверит ли она, но… каждый раз в голову лезут мысли о том, что сделаю этим только хуже… Она ведь… Ари ведь никогда и нигде меня одну не оставляла. Вдруг решит мне помогать, и…       — Не думай о плохом, — Гойге участливо положил руку ей на плечо. — Поговори, а там видно будет. Стереть ей память о том, что ты Бог, мы всегда успеем.

14.08.5116

      Утренняя репетиция Ариадны должна была пройти на сцене главной городской арены «Мир», которая была до того большая, что считалась одной из самых крупных во всей Республике. Находилась она почти за городом, так что шум машин и гул города совсем не был слышен и не мешал концертам, которые, в свою очередь, не мешали горожанам отдыхать по вечерам.       Придя раньше времени, Цуна уже по-хозяйски прохаживалась по сцене. Выступать в «Мире» девочке еще не доводилось, и теперь каждой клеточкой своего тела Ариадна пыталась прочувствовать этот момент. С высоких рам на юную певицу смотрели десятки огромных прожекторов, которым еще предстояло осветить эту сцену яркими огнями.       В здании еще не было никого, кто отвечал бы за музыку и оформление сцены, а потому Ари ходила по залу, ожидая, когда к ней присоединится лучшая подруга, обещавшая присутствовать на репетициях. Девочки условились об этом буквально перед сном, но с утра Лиза так ни разу и не позвонила, чтобы уточнить, что их уговор сегодня в силе.       И вновь в голову Ариадны лезли мысли о том, что ее подруга сильно изменилась за прошедший год. В детстве она была хоть и веселой, но немного стеснительной оттого, что многие считали ее чудачкой. С прошлого сентября девочка стала куда уверенней, но при том улыбаться стала немного реже. Оставалось лишь надеяться на то, что в скором времени подруга решится поведать ей о своих переживаниях…       За дверью на том конце зрительного зала послышался грохот, и в помещение буквально влетел ее новый знакомый, крича на бегущих за ним охранников: «Да не террорист я! Кому говорю!». Помчавшись наискосок, он перемахнул через несколько рядов кресел, ловко сделав сальто.       — Стрелять буду! — мужчина в форме перешел на угрозы, потянувшись к явно пустой кобуре на поясе.       — Он ко мне! Все в порядке! — Ариадна недовольно окликнула сторожа в возрасте, и тот, подергав усами в такт тихой брани про «обнаглевшую молодежь», вернулся к себе на пост.       — Ну и охрана у вас тут! — протянул Рей-Джи с небольшой одышкой, уже медленней приближаясь к сцене. Поймав на себе немного рассерженный взгляд Цуны, юноша слегка покраснел.       — А ты чего хотел? Серьезное мероприятие! — ответила Ари. — Ты как сюда залетел? Заходят только по пропуску.       — Зале… — на мгновение он опешил, но тут же взял себя в руки. — Да я же песню принес! — подойдя еще ближе, Рей-Джи протянул Ариадне папку с бумагами, где от руки в два разных почерка был выведен текст.       — Уже? — удивилась девочка, наскоро оценив объем проделанной работы. — Ого! Ты это за ночь написал?       — Ага-а. С ног валюсь, — зевнул юноша. — Этот зазнайка к вечеру нас обоих с Гогги запряг книги по местам расставлять. Такая скукотень.       — А-а-а… — девочка вопросительно посмотрела на Рей-Джи, желая поинтересоваться насчет их общих с Лизой знакомых, однако парень уже мирно спал, развалившись на одном из кресел первого ряда. — Да уж… — подумала про себя Цуна. — Будто с неба свалился, но так кстати… И сколько же их у Лизы там? Джек, Гогги? Кто это вообще? Нет, рано или поздно Лизе придется объясниться.       Тихо спустившись со сцены, она, стараясь не потревожить сон юноши, присела в соседнее кресло и пригляделась к чертам лица Рей-Джи, которые вчера в суматохе не смогла как следует разглядеть. Все в его внешнем виде можно было описать в двух словах: «ярко» и «остро». Острые носик и подбородок, неестественно островатые зубки, яркие волосы и глаза — разглядеть их было несложно, ведь, так вымотавшись за ночь, парень даже не закрыл их до конца. Эти глаза… казались такими необычными: фиолетовые, с крайне необычным зрачком, больше похожим на половинку солнышка, которое нарисовал ребенок.       Рей-Джи дернулся во сне, поморгал, почесал затылок и снова провалился в царство Морфея. Этих двух секунд Ариадне хватило, чтобы заметить еще одну странную деталь: правый глаз парня был черным. Мгновением позже девочка поймала себя на мысли, что все это выглядело немного жутко: едва знакомый парнишка, тайный приятель ее лучшей подруги, просто ворвался с бодрым выкриком в ее «вчера» и, кажется, спас почти безвыходную ситуацию. И как-то неловко было сидеть рядом с ним спящим, да еще и пялиться буквально в упор.       Уходя за кулисы в сторону гримерной, где остались все вещи, Цуну посетило еще одно странное чувство — лицо этого юноши она точно уже где-то видела…       Оказавшись в этой небольшой, но довольно уютной комнатке, где был мягкий диванчик, столик, большое зеркало и шкаф для всего реквизита, Ариадна снова набрала Лизу, но телефон подруги в которой раз был выключен.       — Ну где же ты? — вздохнула девочка немного обиженно, хотя знала почти все причины возможного отсутствия той, кого так ждала.       По натуре Лиза всегда была пунктуальной, и опаздывать потому, что «проспала» или «не зазвонил будильник», было совсем не в ее стиле. Скорее она вышла бы из дома заранее. Но задержалась, потому что снимала с дерева кошку или помогала туристу найти нужную улицу. В иной раз девочке просто не везло с транспортом, а чуть реже Лиза пропадала на работе у отца. Который был не против, что его ребенок помогает разбирать бумаги и бегает к кофейному автомату за добавкой.       Что же стряслось на этот раз?       Присев за столик, девочка трижды перечитала текст песни, который, было видно, ее новый друг писал не в одиночку. Немного странноватый, простенький, но все же было в каждой строчке что-то, что откликалось в сердце. Искренность? Эту песню писали от чистого сердца, вкладывая свои собственные переживания.       — Они ведь на сеансах у психолога познакомились? — снова пронеслось в голове Ариадны. — Этот Рей-Джи и правда пережил что-то подобное?       В дверь негромко постучали три раза. Встрепенувшись, Ари тут же кинулась открывать ее, в надежде увидеть на пороге Лизу, которая сразу начала бы оправдываться за свое опоздание… Но вместо подруги в коридоре стояла незнакомая Ариадне девочка, на вид немного младше нее самой.       — Здравствуйте! — весело поздоровалась она, и два ее фиолетовых кудрявых хвостика мило шевельнулись.       Казалось, в глазах девочки были цветные линзы — еще никогда Ариадне не доводилось видеть глаза столь ярко-лилового цвета. Незнакомка была одета в пышное платье до колен, украшенное всевозможными бантиками и рюшами, отчего можно было подумать, что ребенок пришел в полном сценическом образе.       — Простите, я, наверное, помешала, — заметив удивление на лице певицы, девочка поспешила извиниться. — Я Нами Тава, тоже выступаю на фестивале. Правда, я не местная и в «Мире» впервые. Даже не знаю, как пройти к звукооператору. Вы мне не поможете?       — Звукооператор? — переспросила Ари. Ей и самой не мешало бы наведаться к этому лентяю и попросить подобрать для нее подходящий «минус», раз уж текст песни был теперь на руках. — Да, знаю, где его можно поискать. Он и мне сейчас нужен. Сходим вместе тогда? Я Ари.       Довольно быстро отыскав парня, вечно сидящего в своей уставленной музыкальной аппаратурой рубке, девочки закрыли пару основных вопросов, касающихся выступления на фестивале. Если Нами, дружелюбно помахав обоим, вернулась к своим делам, то Ариадна еще долго сидела в темной и душной комнатенке, пытаясь на пальцах объяснить, какую мелодию бедолаге придется наколдовать для певицы за оставшееся время до торжества.       Когда, вконец устав от мозгового штурма, Ари высунулась из небольшого окошка с видом на сцену, то с приятным удивлением заметила у края сцены Лизу, которая безрезультатно пыталась расшатать все еще спящего друга.       — О! Вот и ты! — наигранно сердито начала Цуна, приближаясь к подруге. — Сколько бабушек перевела через дорогу?       — Прости! Прости! — продолжая толкать Рей-Джи в плечо, проскулила она. — С утра Джастин мне телефон разорвал звонками. Этот дурень опять напортачил в отчетах и попросил прикрыть его перед папой, пока все не исправит!       Разумеется, в словах Дорио была доля правды: ей действительно пришлось прикрывать одного непутевого юношу, вот только был это совсем не кузен, а Бог здоровья, который перепутал не документы, а книги, которые Джек еще с прошлого дня велел вернуть на полки. И, может быть, Лиза позвонила бы Ариадне, предупредив о своем опоздании, вот только в поисках нужной секции библиотеки Боги в который раз за месяц забрели в чертов бесконечный коридор, где, увы, совсем не ловила связь.       — Твоему Джастину сколько? 10?       — Не поверишь, иногда мне кажется, что так и есть, — девочка прокашлялась в кулак.       Рей-Джи спал все так же крепко, и казалось, разбудить его не сможет даже включенная на полную музыка, которая будет бить по ушам из всех массивных колонок. Посмотрев на юношу в четыре озадаченных глаза, подруги приняли решение позвать скорую вахтерскую помощь для переноса спящего тела в более удобное и безопасное для него место.       Только к середине дня Морфей начал отпускать юношу, не спавшего больше двух суток. Окончательно проснувшись, он не сразу дал это понять. Мягкий диван был слишком удобным, чтобы вставать с него, а плед таким теплым и уютным, что из-под него совсем не хотелось выбираться. Решив полежать еще немного, Рей-Джи затаил дыхание и прислушался к голосам девочек, которые, кажется, все эти три часа обсуждали фестиваль и ту самую песню.       — У нас должны быть музыканты, которые смогут сыграть это, но, если я попрошу их помочь, с репетиций буду за полночь возвращаться. Времени все меньше, — вздохнула Ариадна, все же не теряя энтузиазма. — Как придет Лора, надо показать ей и распеться как следует. Я все еще не до конца понимаю, какую брать тональность… сложно… Ну, во всяком случае, эту песню петь точно никто, кроме меня, на концерте не будет.       — Лору на мыло? — переспросила Лиза, зная, как неоднозначно подруга относилась к своей эксцентричной наставнице.       — Лору на мыло, — подтвердила Цуна. — Это она мне не дала самой выбрать песню и затянула с поисками до последнего. Что угодно спою ей назло… — со вздохом девочка решила перевести тему. — Слушай, а твои друзья, они… все чудные такие?       Поняв, что певица завела речь о нем, Рей-Джи едва не выдал своего бодрствования.       — Чудные? — пытаясь понять, что именно имела в виду подруга, переспросила Дорио.       — Ну, не знаю, — чуть тише продолжила Ари с улыбкой. — Он такой… странный, что ли? Что у него с глазами?       — А! Это! — опомнилась Лиза. — Это врожденная особенность. Кажется, гетерохромией называется.       — Вот как, — озадаченно хмыкнула девочка, пожимая плечами. — Кажется, я у кошек такое видела. А вот у людей ни разу. Большая редкость, наверное.       — Да-а, — протянула подруга, в который раз понимая, что ее ложь едва ли не выходит из-под контроля.       — А… — Цуна наклонилась и почти прошептала. — Скажи, у него… тоже что-то случилось?       Лиза едва вздрогнула и медленно перевела взгляд на юношу, что все так же притворялся спящим. Девочка уже давно знала, что было на душе у ее «чудного» друга, однако говорить об этом Ариадне она не столько не хотела, сколько не имела права, а потому ей оставалось лишь одно — ответить уклончиво, как она делала до этого.       — У всех что-то случилось.       Не самый продуктивный, но немного странный день подошел к концу. Кое-как расшатав Рей-Джи, который до последнего притворялся спящим, подруги вытолкали его вперед себя из здания под новые возмущения охранников в духе: «Вы и ночевать у нас собираетесь?».       Разговор с Лорой ожидаемо прошел не так гладко, как мечталось, но, поняв, что иного выхода нет, женщина согласилась на условия своей юной подопечной. Малость отрепетировав без музыки, Ариадна уступила место другим певцам, которые пришли в «Мир» ближе к обеду.       Всю дорогу до остановки, с которой Ариадна собиралась уехать домой, троица шла бурно обсуждая предстоящий фестиваль. Некоторых выступающих девочкам уже доводилось видеть раньше на местных конкурсах, а вот кого-то они видели впервые. И пусть вокальная часть торжества носила соревновательный характер, Ариадна совершенно не волновалась о призовых местах.       Когда же, посадив юную певицу на автобус, Боги остались на остановке одни, стало необычно тихо.       — Извини, мне стоило уйти сразу, как отдал ей текст, — вздохнул Рей-Джи, пряча руки в карманы.       — Нет, все в порядке, — Лиза помотала головой. — Я была к этому готова, отчасти… Мы с Ари с раннего детства вместе. Стоило полагать, что рано или поздно она узнала бы о ком-то из вас…       На минуту вновь воцарилась тишина. Здесь, на окраине города, транспорт проходил нечасто, да и людей поблизости видно почти не было.       — Зачем ты попросила ее принести завтра все вещи для выступления? — вспомнив слова, сказанные девочкой, пока он притворялся спящим, Рей-Джи не сразу подумал о том, что у Лизы может возникнуть к нему куда больше вопросов. Однако, взглянув на парня, Дорио дала понять, что уже давно раскрыла его притворство.       — Есть кое-что, что я должна увидеть, — честно ответила юная Богиня. — Кольцо, которое Ари хотела надеть с платьем.

15.08.5116

      Утром следующего дня Лиза вышла настолько «заранее», насколько это было возможно, и на этот раз пришла ко входу в «Мир» еще раньше своей подруги, без которой, увы, путь внутрь был ей заказан. Чем ближе на календаре подбирался день фестиваля, тем суровей становился взгляд охранников на посту перед въездом на служебную парковку. Сегодня все показалось Лизе еще серьезнее: как у главного, так и у черного хода дежурило по двое людей в форме. Вот уж чья кобура пуста не была — мужчины были явно вооружены по-настоящему. И того вполне стоило ожидать — со дня на день в город должен был приехать один из самых знаменитых артистов страны, чей псевдоним срывался визгом с уст юных девушек:       — Широ!       Услышав крик, Лиза тут же обернулась, заприметив неподалеку группу старшеклассниц, которые, было видно, и сами с нетерпением ждали фестиваля.       — Он что, уже в городе? — девочки говорили между собой, но в утренней тишине их голоса были прекрасно слышны даже с расстояния.       — Не знаю, Катя говорила, что видела его машину в центре.       — Он в отеле «Кристалл» остановился? Наверное, выбрал люкс!       — Еще бы!       То и дело переходя на те самые восторженные визги, фанатки продолжали обсуждать что-то, но поглощенная собственными мыслями Лиза уже не слышала их. Уж кому, как не ей, было легко понять чувства поклонниц молодого певца. Отчасти ведь из-за него Дорио потребовала отложить все важные дела Богов на конец августа и оставить ее саму в покое в двадцатых числах месяца. Широ выступает на арене «Мир»! Широ выступает в ее городе! Ради такого уж можно было пару раз поцапаться с Джеком, нарушив все заготовленные им еще за полгода графики. Нет! Никаких ночных вылазок! Никаких серьезных миссий! Во что бы то ни стало Лиза была обязана попасть на фестиваль в здравии и бодрости! Ради этих песен! Ради чудесного голоса Широ! Ради…       Замечтавшись, она едва не забыла о главном, отчего шлепнула себя по лбу, чтобы прийти в себя и взбодриться. Кольцо! Ей было нужно кольцо, о котором двумя днями ранее говорила ее лучшая подруга. Хватит всего получаса, чтобы Ариадна отвлеклась, а Лиза отнесла украшение на Ковчег, где уже опытные Боги дали бы свое экспертное по вопросу Камней заключение — но все это было лишь планом, нуждающимся в реализации.       В компании исключительно собственных мыслей девочка оставалась еще недолго — совсем скоро автобус, на котором должна была приехать Ариадна, причалил к нужной остановке, и девочка бодро выпрыгнула из него, аккуратно держа перед собой чехол с платьем.       — Только-только из ателье! — гордо объявила Цуна, поздоровавшись с подругой.       — Это что за ателье по ночам работают? — поинтересовалась Лиза.       — Ателье «кое-как, зато сама», — ухмыльнулась Ариадна. — Достала из кладовки старую швейную машинку и глянула пару обучалок в интернете. Укоротила подол всего лишь.       — Руки у тебя золотые! — с легкой завистью в голосе констатировала Дорио и тут же поймала на себе озадаченный взгляд подруги.       — А ты чего так рано? Я уж приготовилась к тому, что Джастин тебя и сегодня ук… — на языке крутанулось слово «украдет», но девочка вовремя остановилась. — П… припахает… в общем… да. Надо бы теперь все вместе это примерить, — взяв подругу за руку, Цуна повела ее внутрь здания.       Расположившись в гримерной, девочки еще раз обсудили текст, который за прошлый вечер Ариадна повторила еще несколько раз и уже выучила почти наизусть.       — На-на-на-а, — попыталась протянуть Лиза, но ее голос явно не подходил для такой тональности.       — Нет, смотри. Надо начинать: «А-а-на!» — пропела Цуна. — «И-и же...». Как-то так, — на лице девочки появилась милая умиротворенная улыбка. — Да, друг твой неплохо пишет.       — Я даже знаю, кто ему в этом помогал, — хихикнула Лиза, прекрасно понимая, что именно Гойге принадлежала та часть текста, что была написана максимально аккуратным почерком, ведь, несмотря на достаточно хорошее образование, Рей-Джи совсем не стремился к совершенству в таких мелочах.       — Похоже, у тебя и правда хорошие друзья, — вздохнула Ари с облегчением. — По правде говоря, я поначалу испугалась, что ты общаешься с кем-то, да еще и с парнями, которые явно старше, но теперь вижу, что зря начала переживать.       — О! Ари! — Лиза крепко обняла подругу и едва не расплакалась прямо у нее на плече. Немного уняв первые эмоции, Дорио взяла себя в руки и сказала то, о чем хотела сообщить все утро. — Обещаю, после фестиваля я обязательно вас познакомлю. Они правда хорошие, вот увидишь!       Дождавшись вечно опаздывающих мужчин, отвечающих за сцену, звук и свет, Ариадна первая вышла отрепетировать, все еще без музыкального сопровождения. Больших трудов стоило Лизе найти оправдание, чтобы остаться в гримерной хотя бы на несколько минут. Хотя бы на 10 — и этого в крайнем случае было бы ей достаточно. Ключ от Ковчега был под рукой, в двери в комнату была заветная замочная скважина — должно сработать!       Оставшись одна и хорошо проверив, не услышит ли ее подруга возню, Дорио кинулась на поиски кольца, о котором Ариадна несколькими днями ранее говорила ей с такой ностальгией. Кольцо с красным камнем — рубином. Если он будет настоящим, возможно, Богиня взяла верный курс, ведь уже много сотен лет натуральные камни считались такой редкостью, что хранились разве что в музеях или у очень богатых людей.       Шкаф, пальто, сумка. Не могла же Ариадна забыть его дома? И на пальцах девочки кольца тоже не было. Где? Где? Где! Лиза перерыла все еще раз, а времени оставалось все меньше. В любой момент Ари могла вернуться и застать подругу за обыском, который та не смогла бы объяснить.       В третий раз засунув руку в сумку Цуны, Лиза пошарила по всем карманам, выискивая потайные, и вот она — та небольшая щелочка, в которую так неудачно завалилось маленькое украшение. Крепко взявшись за быстро теплеющий металл, Дорио вытащила кольцо, чтобы для начала взглянуть на него вблизи… странный импульс прошел по всему ее телу — от кончиков пальцев, которые едва касались алого камня, до самых пяток.       — Ха-ха, — эхом прозвучал в голове добрый мужской смех. — Вы, ежели что, приезжайте. В доме моем для Зио и Дорио место найдется всегда…       — Аг-ни… — прошептала Богиня, не сразу поняв, что по ее щеке прокатилась слеза.       Перед глазами мутно мелькнул образ мужчины, чью статую она совсем недавно видела во сне: длинные красные кудри с единственным белоснежным локоном, длинные богатые одеяния, камень… камень в массивном кулоне на груди первого Бога огня. Нет! Сомнений не оставалось! Камень власти был в ее руках, и все это время принадлежал самой близкой подруге…       Опомнившись от звуков шагов в коридоре, Лиза быстро вернула все вещи на место и сделала вид, будто искала телефон, который не глядя швырнула куда-то за спину. Когда люди прошли мимо двери, девочка с облегчением выдохнула и, достав гаджет из-за дивана, вышла к Ариадне, репетиция которой должна была уже закончиться.       Когда Дорио подошла к сцене со стороны кулис, ее подруга беседовала о чем-то с незнакомой девочкой, больше похожей по одежде на дорогую куколку. Заметив Лизу, Ари кивнула своей собеседнице, и уже та отправилась на прогон.       — Уже успела с кем-то познакомиться? — спросила Лиза, провожая девочку взглядом.       — Да, еще вчера. Нами из другого города приехала, вот и спрашивала вчера, что тут у нас, да как.       — Миленькая она.       — Похоже, ей только 12. И куда ее продюсер смотрит? Ни разу его не видела. Кажется, Нами из выступающих только меня да Широ знает.       — Ох, Широ, — тихо проскулила Лиза. Теперь, когда главный вопрос дня был снят, она дала себе волю помечтать о встрече с кумиром.       — Он, кстати, уже приехал, — хитро улыбнулась Цуна. — Его машина на парковке стоит с утра.       — Серьезно?! — воскликнула Дорио. — А ты мне только сейчас говоришь?!       — Ха-ха. Да не сбежит он никуда.       — Ты видела его? Уже видела, да?       — Хах. Только краем глаза, когда он с Лорой болтал в коридоре. Эта стерва ему почти поклонилась, прикинь!       — Ну еще бы! — выдохнула Лиза. Все ее мысли сейчас были только о любимом певце.       — Ладно тебе, — подруга понимающе похлопала ее по плечу. — Всего несколько дней осталось. У тебя будет билет в первом ряду. Ты почти сможешь к нему прикоснуться!       Едва сдерживая восторженные визги, девочка попрыгала на одном месте. Улыбаясь во весь рот.       — Ну вот, моя старая добрая Лизка, — про себя подумала Цуна. — Все так же сохнет по Широ. Ничего не изменилось. Ох… оно и к лучшему. Может, фестиваль ее немного растрясет?       В этот день с репетиции девочки ушли куда раньше, чем в прошлый раз. И участников, желающих устроить прогон своего номера, было больше, и собственных дел. А что там эти дела — зайти в кафе-мороженое по дороге домой и начать обсуждать скорое начало учебного года.       Просто две девочки-подростка, при взгляде на которых почти никто бы не заподозрил неладное. А оно было — летало черным пушистым облачком по пятам, стоило Лизе покинуть здание «Мира». По обыкновению Дорио делала вид, что не замечает Даффа, как бывало дома, в школе и даже на работе у отца. Иил пусть и нечасто покидал Ковчег, но если и делал это, то точно для того, чтобы следить за юной Богиней. И, стоило отдать должное малышу, делал он это наименее назойливым образом, нежели все остальные.       Всего единожды Лиза бросила взгляд на Даффа в кафе, когда Ариадна отошла к стойке за заказом. Так хотелось как обычно погладить пушистого и почесать за большим ушком, но делать это под камерами заведения было крайне опасно. Стоило оставить нежности для более подходящей обстановки… Но вернувшись домой, Богиня и хранитель застали там «слегка» недовольного оборотня, который с порога едва не испортил всем настроение.       — Снова телефон выключила? — Дёмин дернул бровью, наблюдая за тем, как его подопечная ставит на полку свою обувь.       — Не хотела, чтобы звонки мешали на репетиции.       — Опять ты там была. Просил же: «Говори, куда идешь!» — юноша наклонился и посмотрел Лизе в глаза, слегка прищурившись.       — Все хорошо. Со мной был Дафф, — Дорио пожала плечами, стараясь сохранять невозмутимый вид.       — Что-то мне от этого не легче, — Дима незаметно для Лизы двинул бровями в сторону. — Оставь нас одних, муфточка.       — Эй! Стой! Нет! — девочка развернулась, чтобы остановить малыша, но тот уже успел скрыться за дверью. Нахмурившись, Лиза прорычала в сторону парня, но теперь уже он делал вид, что не замечает недовольства своей собеседницы. Уловив это, Дорио перевела тему. — Где мама? — пройдя в ванную, девочка помыла руки и сполоснула лицо после долгой прогулки по жаре.       — Мне почем знать, — буркнул юноша, заглядывая к ней. — Может, к родственникам ушла, может, в магазин. Я за тобой, а не за ней следить должен.       — Ты так спокойно заявляешься ко мне домой, будто точно знаешь, что в ближайшие 2-3 часа никто, кроме меня, не придет.       — Свалю по-быстрому, если надо будет, — парировал юноша.       — И то верно, — несколько секунд Лиза смотрела на свое отражение. Не показывать бушующих внутри переживаний было все сложнее… Особенно при Диме, который всеми силами выводил ее на эмоции.       Оказавшись в комнате, девочка по привычке ногой включила компьютер и, пока тот загружался, взяв домашнюю одежду, отправилась переодеваться в соседнюю комнату. На мониторе появилась заставка, проиграл приятный джингл, загрузился главный экран. Лишь бросив взгляд на лицо известного певца, чья, как бы волк выразился, «рожа» занимала большую часть рабочего стола, Дима перекривился. Руки чесались поменять этот надоевший фон, но тогда ругани было бы уже не избежать. Пытаясь не смотреть в сторону монитора, Дёмин покорно ждал, когда Лиза вернется в спальню, чтобы продолжить разговор.       Из-за стены начали доноситься напевы, звуча немного мимо нот: «Летим со мной, где только ты и я…».       — Ну, и долго ты собираешься так летать в облаках? — стоило девочке появиться в поле зрения парня, как он не выдержал. — Какой еще концерт?! Тебе жить надоело?       — Ну почему мне нельзя пойти?! — воскликнула Лиза и, подойдя, уставилась на волка почти в упор своим обиженным и рассерженным взглядом, на какой был способен разве что ребенок.       Да, да, да. Когда еще месяц назад речь между делом зашла о фестивале, Дима лишь неодобрительно зарычал, но стоило девочке прошлым вечером на рядовом собрании в Белом зале только заикнуться о Широ — сдержать гнева волк уже не смог. Капут! Конец! Армагеддон! Скандал! Катастрофа! Спасайся, кто может! Казалось, от рыка Зверя можно было оглохнуть! Дима вскипел быстрее, чем самый быстрый чайник, и едва не порвал драгоценный билетик, который Лизе достался от подруги. Спасти положение вызвался Дафф, отчего обстановка накалилась еще сильнее. Казалось, после недолгой перепалки Дима малость успокоился, но вот спустя сутки он вновь дал знать о своем несогласии. Простая радость девочки-подростка едва не обернулась ее же горькими слезами.       — Мне повторить?! — еле сдерживаясь, чтобы не закричать, прорычал парень. Лиза насупилась и отвела взгляд. — Сколько раз я тебе объяснял, что ты всегда должна быть под моим присмотром! Всегда! Без исключения! Я должен приглядывать за тобой ежесекундно, ежеминутно, ежечасно, ежедневно, семь дней в неделю, 365 дней в году и еще одни сутки плюсом в високосный! Все, чтобы не попала в беду или сама ее не устроила. Этот концерт — место, где тебя могут запросто вычислить враги, и тогда у всех нас будут проблемы. Я — твой телохранитель и должен заботиться о тебе до тех пор, пока ты не будешь в состоянии сама себя защитить! А это случится… ммм… дай-ка подумать… НИКОГДА! Учитывая твою склонность находить приключения на пятую точку.       — Все же хорошо было! — всплеснула руками девочка, до конца не понимая, как одна новость могла так испортить Дёмину настроение, что он в отместку решил испоганить его всем вокруг, и, главным образом, ей самой. — Тебя какая муха укусила? Я с Богами уже давно договорилась. Если так не хочешь оставлять меня одну — просто пойдем со мной! Я у Ари еще один билет выпрошу.       — Да ни в жизнь, — фыркнул волк и поспешил напомнить, — и ты, кажется, сама говорила, чтобы я на глаза твоей подруге не попадался.       — Ни к чему уже эта конспирация! — все отчетливей обида слышалась в ее голосе. — Рей-Джи она уже видела, о Джеке слышала. Моя Ари — потомок Бога огня, и после концерта я собираюсь ей все рассказать. Так что, если хочешь быть рядом, — будь! Я тебя не гоню.       — Не собираюсь я переться на этот ваш фестиваль, — Дима демонстративно скрестил руки на груди и перебрался на кровать. — И ты туда тоже не пойдешь, ясно! Я все сказал, — нахмурившись, он отвернулся к стене, дав понять Лизе, что в этом вопросе останется непреклонен.       За спиной ожидаемо послышались тихие всхлипы, и пусть девочка вовсе не плакала, была обижена до глубины души. Она медленно села за стол, развернулась к монитору и еще несколько минут смотрела на обои на главном экране.       Широ… О, великолепный Широ! Появившись всего несколько лет назад на эстраде, он буквально за мгновение покорил сердца тысяч девушек! Еще бы, как в такого не влюбиться?! Высокий, статный парень с идеальным телом, обворожительной улыбкой, будто говорящей: «Я люблю вас!». Эти черные как ночь глаза, эти длинные каштановые волосы, этот голос! Еще несколько дней, и девочка сможет увидеть его своими глазами! Давняя мечта Лизы могла исполниться так просто, однако позади нее на кровати лежал самый настоящий разрушитель веселья, господин «облом» и «губу закатай». Тот, на фоне которого и Адольф мог показаться развязным тусовщиком.       Тяжелый вздох нарушил тишину.       — Один черт тебя поймет, — шепнула девочка, глядя на клавиатуру, потыкав по которой, уже готова была сообщить Ариадне, что не сможет прийти на фестиваль. — То бежишь на другой конец города, чтобы вытащить меня из переделки, то следишь за мной в школе… а как пойти куда-то, когда я сама тебя прошу, так сразу в отказ. Сам не хочешь, так одну отпусти. Рей-Джи уж точно там будет и поможет, если что случится. Дафф тоже не откажет — ему билет вообще не нужен, его никто не заметит.       — Куда угодно, только не туда, — слегка смягчился юноша, не желая доводить подопечную до слез.       — Ведешь себя по-свински.       — Эй, я вообще-то на компромисс пытаюсь пойти! — заметил Дёмин.       — Вот скажи, — развернувшись к парню, Лиза облокотилась на подлокотник кресла, — почему каждый раз, когда речь заходит о Широ, ты так срываешься? Не в первый же раз.       — Потому что ты с ума сходишь по тому, кого даже не знаешь! — еще больше взъерошился Дима, уставившись на юную Богиню. — Вот что тебе известно про этого Широ? Только что он красиво поет и выделывается на сцене? А вдруг он плохой человек? Вдруг он над фанатками издевается? Разводит их — «поматросил-бросил». А? Что ты о нем знаешь? Да ничего. Просто обложка, обертка от конфеты. А что под ней — одному Создателю известно! — выдохнув, он продолжил спокойнее. — Вот почему… Нравятся тебе его песни — слушай, но не подбирайся близко к кумиру, чтобы потом, разочаровавшись в нем, не ныть потом в подушку…       Волк долго смотрел девочке в глаза, прекрасно понимая, сколь важным казалось ей это мероприятие. Кумир! Икона! Нельзя было сказать, что сам Дима не понимал этих чувств, но была тысяча «НО», из-за которых просьба Лизы теперь воспринимались только в штыки.       Развернувшись к монитору, Лиза уже что-то проклацала по клавиатуре, как вдруг рука Димы резко легла поверх ее.       — Хорошо… — тяжело вздохнув, произнес Дёмин. — Я пойду с тобой… но у меня будут условия…