Канун Рождества

Утро встретило Джека морозной бодростью: видимо, каким-то образом ночью он подтянул к себе посох. Да уж, было отчего рассердиться во сне! Впрочем, как и все угрозы Питча, последняя казалась Фросту абсолютно пустой,- ведь его не пугало, а даже радовало, провести всю жизнь, играя в снегу среди детей. Джек весело вскочил с кровати. Вот на это он и потратит очередной день! И пусть Кромешнику пусто будет! Ледяной дух весело потер вздернутый нос и нарисовал на стекле школы очередную завитушку. Было весело, солнце играло на его хрустальных рисунках, он и думать забыл про ночной кошмар. Неожиданно за окном прозвенело, и через минуту с веселым смехом на улицу выскочили ребята. Конечно! Завтра же каникулы! Джек, намереваясь затеять снежную баталию, запустил снежком в середину разноцветной толпы, и даже попал в Джейми, всегда отзывчивого на подобные провокации. Однако, сейчас мальчонка просто стряхнул с куртки снег и взял портфель у хорошенькой девочки в розовой шапочке. Та, вздернула носик, но тут же покраснев, взяла Джейми за руку. Джек удивился, спорхнул с крыши и завис в воздухе прямо перед маленьким другом. - Джейми! Привет! Это я- Джек! Но мальчик был так увлечен разговором с одноклассницей, что не заметил и прошел сквозь него. И снова это тошнотворное ощущение, скручивающее в животе неприятный подсасывающий ком. - Джейми! - произнес Джек уже в спины детей. Утреннее вдохновение как рукой смело. То-то же удивятся горожане: половина окон в городе в морозных узорах, половина нет. Ледяной дух уселся на ступеньки на заднем дворе, подперев руками щеки. Серой стрелой из-под лестницы выбежала перепуганная мышь, и секунду спустя по ее следам вытянулась черная линия, развернувшаяся множеством углов в высокий силуэт. - Не сиди на холодном, простудишься. - Очень смешно, Питч. Сражаться не было никакого настроения, но на всякий случай Джек крепче сжал посох. - Решил заморозить ступеньки в отместку за то, что тебя снова не замечают? Джек вытянул несколько сосулек на витых перилах, нарочно игнорируя повелителя кошмаров. Питч усмехнулся, сорвал один ледяной сталактит и повел им в воздухе наподобие указки. - А лесенка-то скользкая... Вдруг кто упадет? Джек сердито развернул посох и встал, собираясь улететь. С одной стороны, Питч был прав, но размораживать ступеньки, признавая это, не хотелось. - Какая безответственность, - протянул Кромешник, навязчиво обходя хранителя вокруг. - Кто-то разобьет себе нос из-за упрямства одного мальчишки. Впрочем, в твоем возрасте понятия об ответственности еще нет. - Я не безответственный! И не маленький! - Да ну? - Питч поднял одну бровь и на его плечо спорхнула уродливая ворона. Отсутствие одной лапки у нахохлившейся птицы сразу привлекло внимание Джека. К его удивлению, Питч птицу не согнал. - Ааа, значит это не ты накануне ночью оставил ветки замороженными, и не из-за тебя эта ворона, заснувшая на одной лапке с утра не могла оторвать ее... Питч нарочно почесал под клювом неловко переступающего на его плече пернатого. Джек замер и поглядел на серую ухмылку. - А что если Госпожа Гнилой Зуб узнает? Она ой как любит птах... Что если все Хранители узнают, какого невнимательного плохиша взяли в свои ряды? - промурлыкал Питч. Голубые глаза распахнулись, давно посиневшие губы впервые задрожали. Ведь он только начал завоевывать доверие Хранителей! - Ты... Ты им не скажешь! - О вороне? Ну разумеется нет... А вот о дюжине курочек, несущих пасхальные яйца, которые отморозили себе невесть что в позапрошлом году... О нескольких родителях, чей авиарейс как-то перед Рождеством задержался из-за метели... Мне продолжать? Или об этом мне лучше поговорить с самими Хранителями? - Ты не посмеешь! - Еще как посмею... Впрочем, - Питч криво улыбнулся, рассматривая сосульку, - Я могу и передумать, если ты кое-что сделаешь для меня... Джек посмотрел испуганно и недоверчиво. Тени за мантией Кромешника стали еще пышнее. - Сущий пустячок... - Что ты хочешь?- голос Джека звучал будто простуженный, и Кромешник состроил из себя саму невинность, подняв брови "домиком". - Однажды я попрошу тебя подойти ко мне, и ты подойдешь. Больше мне ничего не надо. Джек нахмурился, глядя под босые ноги. Где-то чувствовался подвох, но где, Ледяной дух понять не мог. Может Питч и прав -он еще маловат для Хранителя. - Это точно все? - И не снежинкой больше,- просюсюкал Кромешник. - Хорошо. Но только один раз. Ворона спорхнула с черного плеча и качающимися взмахами устремилась вдаль за его спиной. Ледяной дух обернулся и проводил ее взглядом, а когда повернулся обратно, Кромешник уже исчез. Елку Санта установил в самом центре залы. Пасхальный Кролик напрасно ворчал, что верхушка царапает потолок - Северянин был непримирим. Гирлянды всех цветов радуги и многочисленные свечи уже обвивали пушистые хвойные ветви, помощницы Зубной Феи порхали вокруг, развешивая игрушки. По традиции каждый Хранитель должен был участвовать в украшении елки. Кролик, усмехнувшись Джеку, прицепил на нижней ветке стеклянного кенгуру, Песочник-часики, Фея-щелкунчика, Санта- ангелочка. Джек долго рылся в коробке с игрушками. Сосульки и снежинки, конечно, были одинаково привлекательны, но тут на самом дне нащупалось что-то мягко-шершавое, и Ледяной проказник вытянул наружу маленькую черную лошадку из папье-маше. Старенькая, потертая, непохожая на другие. Таких на елке еще не было, и Джек решил внести разнообразие. Кролик и Фея как-то странно покосились на игрушечного коня, болтавшегося в руках духа зимних забав. - Где ты ее взял? - спросил Санта. - На дне коробки. А что? У Песочника над головой появился светящийся желтым Питч с лошадкой в руках. - Он что, отмечал с вами Рождество? - Это было очень давно, - Санта ткнул лошадку пальцем, и она поскакала вокруг держащей ее нитки.- Тогда он собирал страх только вокруг каруселей. А потом, кто-то из детей застрял на колесе обозрения, и он начал понимать, что хочет большего любой ценой. Кролик хмыкнул. - Может выберешь другую игрушку, Джек? Ледяной дух открыл рот, но Санта перебил его: - Плохих игрушек не бывает. - Ладно, пускай висит, - недовольно согласился ушастый Хранитель. После предпраздничной суетливой подготовки Хранители и их помощники играли в фанты и желания, а когда уселись за стол, Санта принес большую бочку рома. Когда очередь дошла до кружки Джека, Кролик сощурился. - Санта, ему же только шестнадцать исполнилось! - Мне триста шестнадцать! - И зубы мудрости еще не вылезли!- погрозила Фея. - Право, Джек, если хочешь, можешь попробовать, но только немного, а то может стать нехорошо, - Санта усмехнулся, и плеснул немного рома в бокал Ледяного духа. - Если начнешь петь в санях, высадим в Африке. Немного спустя свет погасили, оставив зажженной только гирлянду. Санта поднялся из-за стола. - Хорошо с вами, но надо готовить оленей. Дети ждут подарков через час. - Санта, давай мы тебе поможем! - встрепенулась Фея. - В прошлом году работать вместе было весело! - поддакнул Кролик. Песочник и Джек закивали, и Санта усмехнулся. - Все любят кататься в санях... Ладно, раз улизнуть незаметно не вышло... пока я кормлю оленей, поищите что-нибудь под елочкой! На этом Санта вышел, и Хранители со смешками бросились разбирать подарки. Впрочем, Северянин в это же время нашел в санях новые ножны для сабель, перевязанные красным бантом. Пасхальный Кролик получил от него набор светящихся красок для яиц , Фея - шкатулку для особенно дорогих зубов и картотеку стоматологов, Песочник- пылесос для сбора просыпанного ненароком волшебного песка( от которого хранители вечно зевали), Джек - коньки, скользящие по любому, даже жидкому материалу. Похваставшись друг другу, все занялись подарками. И только Ледяной дух обул одну ногу, Фея кивнула на небольшую коробку под елкой. - А это кому? Кролик посмотрел на бирку и передал синюю коробку Джеку: - Это тоже тебе. Фиолетовая ленточка была сорвана, и внутри Джек увидел слегка кривого плюшевого цыпленка без одной лапки. Хранители тревожно посмотрели на духа, застывшего сильнее, чем свои творения. Джек, не глядя на них, озирался по сторонам, а потом, быстро схватив посох, облетел залу. - Что случилось, Джек? - Кажется, Кромешник здесь. Гирлянда на елке замигала и погасла. В неверном свете луны Хранители встали рядом, выставляя перед собой бумеранги, посох, зубные клещи, воронку и пылесос. В щель под массивными дубовыми дверьми просочился черный дым, поднялся выше, уплотняясь в чуть сутулую фигуру. - Какой радушный прием, - оскалился Питч и помахал вниз обеими кистями , призывая сложить "оружие". - Не пугайтесь, я уже сыт. И я ненадолго. Только поздравлю кое-кого... Песочник вылетел вперед, закрывая друзей. - Нет, не тебя, старый друг, не угадал... Хотя ты мне такой старый друг, что из тебя песок сыплется... Над головой Песочника высветилось лицо Питча, у которого отросла борода и заткнула ему рот. Питч рассмеялся и шагнул вперед. - Улетай подобру-поздорову, Кромешник, тебя здесь никто не ждет!- кроличьи глаза неотрывно следили за смутно-различимой темной фигурой, недвижимо стоящей у дверей. - Поспорим? Лунный свет подобрался только к подолу мантии Питча, и когда Джек посмотрел вниз, вместо ног увидел лишь змеящиеся черные отростки. Повелитель кошмаров подплыл вперед и Лунноликий очертил всю его фигуру. Все ожидали очередного "бу", но вместо этого Кромешник поманил длинным пальцем. - Дже-ек... подойди ко мне. Ледяной дух замер, стараясь даже краем глаза не смотреть на изумленные лица друзей. Несколько секунд желтые глаза мутными солнцами прожигали юного Хранителя. Босые ноги едва слышно прошлепали к дверям, оставляя на досках следы инея. Джек слышал, как дернулся за спиной Кролик, и вытянул руку в останавливающим жесте. - Я не боюсь его. Джек в одном шаге остановился перед Питчем. Синие глаза мерцали принятым вызовом. Казалось, в тишине можно было услышать свет, льющийся от Лунноликого на две непохожие фигуры. - Знаете ли, я чту традиции Рождества,- ухмыльнулся Питч и, не отрывая взгляда от бледного лица мальчика, указал на веточку омелы над дверями. Не успел Джек осознать произошедшее, Кромешник наклонился к его губам и поцеловал. Джек, ничего не понимая, застыл ледышкой. Его ресницы захлопали как крылья помощниц Феи. Питч чуть дернул головой - видимо, разница в росте делала действо неудобным, и Ледяной дух понадеялся, что на этом его оставят в покое. Но вместо этого Кромешник обхватил его плечи несуразно угловатыми руками, прижал к себе и снова поцеловал, на этот раз с силой впиваясь губами в маленький рот. Настойчивый язык раздвинул губы опешившего духа, скользнул глубже, напористо толкаясь вперед. Руки Джека как закоченелые отпихивали темную фигуру, но не успел Кролик подскочить на помощь, как Кромешник плавно рассеялся в воздухе черными лоскутами. - Счастливого Рождества, Джек.