Канун Рождества

В праздничной зале снова стало светло, елка весело замигала огоньками. Хранители подбежали к Джеку, осматривая его со всех сторон. - Он ничего тебе не сделал?- защебетала Зубная Фея. - Что это вообще было?- недоумевал Кролик. Над головой Песочника витали знаки вопросов, теснившихся сейчас в голове у всех. Кролик потряс Джека за плечи, всматриваясь в ошарашенное лицо. - Ты знаешь, зачем он это сделал? Ледяной дух помотал головой, разбрасывая снежинки. Фея увлекла всех за стол. - Я понимаю не больше вашего!-воскликнул Джек, подивившись оправдывающемуся тону своего голоса. Кролик поглядел на него испытующе, но не увидев ничего подозрительного, вздохнул. - Очередное коварство Кромешника. Не узнаешь, пока он не приведет все в действие. Фея посмотрела на ушастого с укором. Так Джек того гляди подумает, что его можно только из пакости целовать. - Кролик, а может Джек и вправду нравится Питчу?- нерешительно произнесла любительница молочных зубов. Над золотистой шевелюрой Песочника вспыхнуло сердце, но тут же рассыпалось, едва тот потряс головой, снимая наваждение. Джек отчего-то покраснел, снежинки на волосах превратились в крошечные капельки. Не успел Кролик выдать тираду, а Джек возмутиться, как двери залы распахнулись и появился Санта. - Хохохо! Сани готовы! А ножны, что я в них нашел просто великолепны! Сидящие за столом Хранители переглянулись, и Джек только успел шепнуть: "Пожалуйста! Ни слова Санте! Это испортит все Рождество." Северянин подошел ближе, и на лицах у всех засияли натянутые улыбки. - Ээй, о чем шепчемся? - О подарках, разумеется,- нашелся Кролик. - А чего Джек такой бледный? Неужели коньки не понравились?- Санта совершенно искренне начал расстраиваться, но тут его дернул за шубу Песочник, над головой которого изобразилась бутылка рома. - Ой малец, да ты никак перебрал,- дух Рождества заботливо похлопал юного Хранителя по плечу. - Да... Меня тошнит немного... Не обидишься, если я не поеду с вами? Боюсь в санях меня укачает, - отнекивался Джек. Ему просто необходимо было привести мысли в порядок. Северянин кивнул, и Фея с Песочником взяли Ледяного Джека под руки. - Ему надо поспать. Мы проводим. Джек улегся, но тяжелое одеяло плохо подтягивалось отчего-то ослабевшими руками. Зубная Фея, увидев раздраженное пыхтение, накрыла его, подоткнув по бокам, и присела рядом. - Спасибо. И за то, что не сказали Санте тоже. Он бы очень расстроился. Ведь он верил в меня, а тут этот, кромешный... - Да ладно тебе Джек! Ведь это просто поцелуй! - Просто? Джек внезапно осознал, что действительно придает всему очень много значения. Действительно, что такого если один дух решил использовать в сражении не оружие, а смятение? - Ох, Джек, Питч всегда был тем еще смутьяном, и Санте это прекрасно известно. Может он вообще поцеловал тебя, чтобы мы начали тебя в чем-то подозревать и рассорились! - Скорее всего,- безрадостно протянул Джек. Теперь ему и самому казалось, что у него похмельный синдром от рома. Ощущение, что он зря уделил слишком много внимания произошедшему было каким-то незнакомо-неприятным. И с недовольством, если не с тревогой, Джек признал, что почему-то больше расстраивала напрасность переживаний, чем они сами. - Ну вот, видишь! Ничего страшного!- обрадовалась Фея, приняв задумчивое выражение бледного лица за спокойствие. - Пожалуй... Просто получается, что это как бы... Мой первый поцелуй... - Ооо, дорогой!- Фея потрепала юного Хранителя по щеке. - Можешь считать что ничего не было! Ведь это Питч поцеловал тебя, а не ты его! Джек кивнул. - Хорошо. Доброй вам ночи и счастливого Рождества. Но где-то в самом темном уголке сознания Ледяной дух подумал, что хочет считать, что "все было". Мало того, отчего-то упрямо хочется, чтобы Питч тоже так считал. - Ладно, отдохнешь, поспишь, все будет иначе,- Фея пригладила белесые вихры на макушке, и Песочник бросил над Джеком горстку золотого песка. Сон был нестойким, в видениях снеговики закатали Джека в огромный ком, и проснувшись почти через час, юный Хранитель обнаружил себя запутавшимся в одеяле. Чары Песочника впервые оказались слишком слабыми, и Джек ненароком предположил, что Кромешник с поцелуем вдохнул в его рот какое-то противосонное заклинание. Он даже подышал в ладони, но ожидаемого черного дыма не было. Потрогал губы- они были такими же холодными. Но если все это было простым прикосновением, почему он до сих думает об этом? Джек раздраженно подумал, что насмешка Питча удалась на славу, но даже эта сердитость не могла заставить его забыть о странных и, о Луноликий, прости, приятных ощущениях. Приятных, головокружительных, настойчивых... Невольно Ледяной дух признал, что смелая напористость Питча, его действия без оглядки на реакцию окружающих, нравились, если не сказать восхищали. И все это ради того, чтобы поцеловать его! И это, да прости Луноликий снова, льстило. Юный Хранитель пожал плечами. Видимо, поэтому, было неприятно, что Фея в противовес умаляла значение произошедшего. Джек невольно смял угол подушки. Все Хранители, да и он сам, старались заслужить признание у детей. Питч же, похоже, перерос это и просто вытворял, что захочется. И внезапно Джек позавидовал этой свободе от чужого мнения. Конечно, возможно, Питчу, годами обделенному верой детей, было просто отринуть желание чужого внимания, но ведь и Джека многие годы никто не видел... И тем не менее он, в отличие от Кромешника, до сих пор оглядывался на старших Хранителей в поисках одобрения. Джек невольно вспомнил наглую серую ухмылку, и она вдруг перестала быть ему противна. Сегодня Питч более обычного казался развязным, бесстрашным... и таким взрослым! Впервые Джеку тоже захотелось позврослеть, чтобы быть настолько свободным. На секунду Джек задумался, не лежит ли в основе его заинтересованности личностью Питча желание стать независимым, подобно ему. Совесть подсказывала, что Кромешник - худший вариант для подражания, но что поделать, если наглый повелитель кошмаров не шел у него из головы. Ледяной дух пытался думать о чем-то другом, но подобно чарам Песочника, зимние забавы меркли перед навязчивыми размышлениями о том, зачем Питч его поцеловал. Хотелось быть важнее какого-то коварного плана против Хранителей, не хотелось быть жертвой насмешки, и если спросить себя, была ли нынешняя взбудораженность неприятной, Джек бы признал, что все как раз наоборот. Отчего-то внимание Кромешника льстило. Может, от того, что влияние на взрослого приятно? Может от того, что внимание взрослого приятно? Или само взросление так интригует? Когда-то он, краснея, наблюдал за тем, что делают взрослые по ночам. Это, насколько он понял, ассоциировалось у них с любовью и поцелуями и чем-то непонятно стыдным. И хотя Джеку было любопытны эти ощущения, все это больше пугало неизвестностью. Но вот тень "таинственного этого" скользнула в его разум с поцелуем Питча и восприятие изменилось. Страх стал меньше, любопытство больше. Ледяной дух улыбнулся иронии: вызывающий страх толкает на его преодоление. Извертевшись в постели до трех ночи, Джек признал, что запутался окончательно. А как все просто в детстве! Вскочив с кровати Ледяной дух заходил из угла в угол. Наконец, когда на ковре под ним была приличная дорожка снега, он вспомнил того, с кем можно было обо всем поговорить, раз уж детство перестало радовать по-прежнему. Джейми безусловно еще не спал. Санту ему подкараулить не удалось, но оставлять подаренного красивого робота до утра было никак нельзя! Джек набрал побольше воздуха в легкие, и постучал в окошко. Робот упал в Альпах из подушек и Джейми бросился открывать раму. - Джек! Ледяной дух подивился горячим объятиям того, кто еще днем его не заметил. Впрочем, дети вообще быстро переключаются и не устают познавать новое. - Привет, малыш!- Холодная рука потрепала маленькую макушку. - Я думал, ты помогаешь Санте с подарками,- удивился Джейми. Джек замялся и присел рядом с мальчиком, опираясь на посох. - Вообще-то я должен был... Но мне тут надо поговорить с тобой. - Со мной? - Да, думаю ты лучше других мне поможешь. Джейми польщенно просиял. Помогать самому Хранителю, вот класс! - И о чем ты хочешь поговорить? Джек уставился во тьму за окном. - Джейми, а ты хочешь вырасти? ... Ну, то есть, повзрослеть? - Спрашиваешь!- всплеснул мальчик ручонками.- Конечно хочу! - А почему? - Я буду большой и сильный, и не надо будет спрашивать разрешения на то, что хочется! - Хорошо. А что ты будешь делать, когда вырастешь? Джейми несколько раз вдохнул пытаясь сформулировать мысль. - Ну, буду гулять, сколько и где захочется, ложиться спать поздно, и буду как взрослые! - Например как папа? - Да, как папа! - И целоваться с девочками будешь? - Фуу, Джек, это же противно! - Даже из любопытства не попробуешь? - Даже из любопытства! - Никакую-никакую девочку не поцелуешь? - Ну... - Джейми покраснел, ковыряя пальцем ногу робота, вспоминая девочку в розовой шапочке.- Ну одну, наверное, поцелую. - Это ту, которой нес портфель? - Ага. - А почему именно ее? - Ну, она красивая, учится на одни пятерки, и... Я бы хотел ей нравиться. - Я думаю, у тебя все получится Джейми. И спасибо тебе, ты очень помог. Оставив мальчугана в недоумении, Джек выпорхнул в окно. После разговора с Джейми внутри него поселился по-настоящему рождественский восторг, но на душе одновременно было тепло и спокойно, как при первом снеге. В темноте под ним проносились огни домов и тысячи гирлянд, в темноте над ним Луноликий рассыпал мирриады огней. Наверное, он все же нравится Питчу! Пусть Питч вредный, но может Хранители и сам Джек просто не заметили в нем других черт? Хммм... Ледяной дух завис в воздухе. Конечно, Хранители будут против, если он начнет больше времени проводить с Питчем. Но ведь он же увидел в нем хорошее, значит и им сможет показать! Стремительнее снежка Джек полетел в обитель Хранителей. На севере занималось раннее утро, и у ворот Джек увидел сани Санты. Должно быть, все подарки уже были доставлены, и Хранители спали. Бесшумно воспаряя в воздухе, Джек поднимался к себе. Внезапно до его слуха донесся разговор из кабинета Санты Клауса. Различив в словах Кролика имя Питча, Джек замер у дверей, передумав входить. - Кромешник явился прямо в залу? - Да, Санта, я же предупреждал, что охрана никуда не годится. Но я хотел бы поговорить не об этом. - Что может быть важнее безопасности? - Вот именно,- ничего!- голос Кролика был раздраженнее обычного.- Боюсь, Кромешник наложил заклятие на Джека. - На Джека? Как? - Питч приманил его под ветку омелы и поцеловал. Джеку потребовалось опереться на стену. Он же просил молчать! - Питч ЧТО?- казалось, склянки в кабине Санты едва не треснули. Дребезжание утихло, и Санта пробасил с надеждой: - Но вы уже сняли заклятие, так? Джек ведь был в порядке! - Вообще-то мы ничего не обнаружили. Но я уверен, Кромешник применил какое-то колдовство! Иначе зачем ему целовать Джека? - И то верно... Хотя все может быть сложнее. Послышалось хлопание дверцы шкафчика. - Это матрешка Питча? - изумился Кролик.- Не думал, что такая есть... Зачем ты ее оставил? - А ты посмотри на нее. Что ты видишь? - Нууу...- донесся легкий шорох.- А чего внутри такая маленькая? С его-то жаждой власти? - Смотри внимательно. Поймешь почему внутренняя матрешка маленькая. - Оу, двойное дно! - Вот-вот. Своего противника надо знать в лицо. И чтобы не забывать о двойном дне в натуре Питча, я и храню эту матрешку. Оох... Ладно, поговорим с Джеком вечером. А сейчас надо...- Санта громко зевнул, и прокряхтел,- Отдохнуть. Джек отпрянул от входа и унесся под потолок залы. Кролик вышел из кабинета и раздраженно буркнул: - Зачем ты вообще эту омелу повесил! - Традиция. - В прошлом году в чулане повесили, никому не мешала! - В этом году я заметил, как ты смотришь на Фею, пока она не видит. - И что с того? - рассердился Кролик. - А то, что маленький зайчонок внутри тебя вечно поджимает при этих взглядах свой хвост. А ведь у вас с Зубной Феей столько общего.- Кролик загладил уши на затылок. - Она знает все про птичек, а ты все про яйца, оба любите весну и вообще. Повесив омелу, я хотел помочь. Пасхальный Кролик закатил глаза, и открыл в полу нору. - Вот вечно, хочешь как лучше, а выходит наоборот. Санта потянулся и ушел к себе. Сонливость же Джека как снегом замело. Снова в его мыслях поселилось смятение, но теперь он уверился, что развеять его можно, только напрямую поговорив с Питчем.