Кто обещал, что будет легко?

***

POV. Лера

***

      Я мотнула головой. — Ничего.       Подозрительно покосившись на меня, он протянул: — Ну ладно… Я поговорить пришёл. — Это я уже поняла. О чём?       Гостю, откровенно говоря, не нравился такой ход событий. Он нервничал и кидал по сторонам обеспокоенные взгляды. — Может, продолжим за чаем? — посмотрев в сторону кухни, предложил Степанов.       Я со вздохом поплелась туда, пробормотав про себя: — Мог бы сразу сказать: мол, так и так, давай замутим. Я бы тебя отослала куда подальше и разошлись бы спокойно…       Оказывается, я сказала это слишком громко. На моих плечах сомкнулись длинные пальцы, развернули, и послышался гневно-удивлённый возглас: — За что меня посылать?       Меня уже этот разговор выматывал. Поэтому предпочитаю заниматься чем-то, что эмоционально слабее таких ситуаций. — Как будто сам не знаешь, — я передёрнула плечами, стряхивая руки обнаглевшего блондина. — Боюсь тебя огорчить, не знаю, — едко проговорил Святослав. — Так ты всё-таки за этим пришёл? — Допустим.       Мне не нравится, когда на чётко поставленный вопрос отвечают размытыми фразами. Я скрестила руки на груди. — Тогда допустим, что я согласилась. Что дальше?       По лицу парня расплылась довольная улыбка. — Только ты забыл спросить, хочу ли я этого.       Словно по щелчку выражение удовлетворения сменилось напряжённостью. — Сколько на тебя уже вешалось фанаток, а? Захотел пополнить коллекцию? Так вот знай: я не смотрела ни одного выпуска вашей этой программы, хоть меня и уламывали, и просили. Можешь у своих друзей поинтересоваться, они уже пробовали. Я слышала только ту песню, которую пела на новогодней вечеринке. Больше я твоим творчеством не увлекалась. Да и тогда не увлеклась. И вообще, мне больше нравится оригинал, а не ваша переделка!       Тут я, конечно, приврала. Мне казалось, что в оригинале «Impossible» звучит как-то одиноко без слияния трёх голосов. Но это действительно была одна-единственная песня, которую я слышала из проекта. Просто мне стало обидно, что некоторые считают, будто вручил букет, улыбнулся пару раз, и готово, объект твой навеки и он зависит только от тебя. А также обидно, что я была согласна на это и… почти согласилась. — Смело, — похвалил меня Степанов, — Но ты не думала о том, что, возможно, у меня ещё не было никакой коллекции, что я на самом деле хотел бы чего-то настоящего?       Я покачала головой, не отвечая на вопрос, а отгоняя от себя эти слова, потому что… Ну неправда же это, да? — Хорошо. Ты думала, что я ехал сюда столько времени, чтобы поволочиться немного за тобой, чтобы добавить ещё одну почитательницу, — его голос пропитался отвращением, — к своему списку «обожателей Святослава Степанова»? — А ты такого не планировал? — Представь себе, нет.

***

POV. Влад

***

— Лер, — позвал Никита, открывая дверь.       Мы увидели зрелище, достойное любого стоящего фильма или картины: двое стояли друг напротив друга с такими выражениями на лицах, что можно было подумать, будто они столкнулись друг с другом после многолетней вражды. Эта сценка продолжалась не более 3 секунд, после чего сестра круто развернулась и пошла наверх, не забыв с нами поздороваться. — Привет, — кивнул Свят. — Здорово, — протянул Артём, — И что это сейчас было? Последний день Помпеи? — Это была любовь, — ответил за него Толян, вешая куртку на крючок.       Все понимали, что это была шутка, только как-то неуютно после неё стало. Если это у них любовь, тогда как же они выживут, если что-то пойдёт не так? Э, стоп. То есть мы реально им будущее напророчили? — Я вас умоляю, — вдруг произнёс Степанов, поднимая руки, — Просто немного поругались, с кем не бывает. — Милые бранятся — только тешатся, — озвучил старую истину Цой. — Анатолий, — пихнул его в бок Ник.       После этого в доме воцарилась некая напряжёнка. Я лично думал о том, что Лера же растёт, следовательно, когда-нибудь она уйдёт из-под этой крыши к тому, с кем ей будет лучше, чем с нами… — Влад, — донёсся её голос из коридора, — иди ешь!       Спустившись вниз, я ожидал чего угодно, потому что Свят вроде как ещё не уходил. — Лерк, поставь дополнительную тарелку, — плюхнулся рядом с ней Никита.       В проёме показался Степанов. Столкнувшись глазами с ним, сестра с каменным лицом повернулась к плите и вскоре на столе стояла шестая порция. Завязался непринуждённый (относительно) разговор.