Ещё один шанс.

      Утро второго дня их прибывания в Триарис было тихим. Солнце только начинало заливать окна таверны мягким светом, и запах свежего хлеба смешивался с моросящей влажностью с городских цветочных клумб. Эми сидела у окна на первом этаже трактира, доедая кусочек торта, подаренного Сильвером накануне вечером. Крем был чуть приторным, коржи мягкими от пропитки, но от этого родными — словно в них осталось тепло вчерашнего вечера.       Она разрезала кусочек вилкой, и вдруг в голове отчётливо всплыло:       «Времени мало, но мы можем спокойно поговорить и встретиться на третьем дне фестиваля. В час дня, в Крольечьей Лавке на главной улице, хорошо?»       Эми вздохнула, чуть напрявшись в плечах и ладонями проведя по лицу, прижав ими свои волосы к шее. Слова Соника отзывались в ней особенно чутко. Теперь она понимала — он изменился. Вырос, стал сильнее, серьёзнее… и всё же оставался тем самым Соником. И всё-таки — уже другим. Её друг детства, с кем воспоминания были стерты ужасными обстоятельствами, но постепенно возвращаются, заполняя пробелы в её страницах жизни. Это странное осознание вызвало вроде и улыбку, и нечто похожее на горечь вины. Как она могла забыть кого то настолько важного...? Мысли путались, как нити старого клубка — стоило потянуть за одну, как всплывали десятки забытых образов.       Сильвер, который только что вернулся со стойки, тихо поставил кружку с чаем на стол и присел напротив. Эми вздрогнула, возвращаясь в реальность от удушающих мыслей.       — Ты задумалась, — заметил он, размешивая сахар. — Даже очень. Довольно редкое явление.       — Просто... — ответила Эми. — Вчерашнее никак не выходит из головы. Мысли о прошлом... — она теребит пальцы в перчатках, вновь вздыхая. — О том, как всё поменялось... Всё резко навалилось, что до сих пор не отошла, ха-ха.       Сильвер кивает. Обнаружить замершую Эми на пороге шатра с застывшим выражением надежды и грёз, смотрящую в конкретную сторону улицы было для него полнейшей неожиданностью. Только ближе к ночи она внятно объяснила, что произошло, будто до сих пор не веря, боясь, что столкнулась с больной иллюзией. Сильвер погладил её по голове, помогая переключить внимание на предстоящий сон.       — Давай прогуляемся по городу, как позавтракаем, – взглядом провожает подходящего официанта с блюдами. – Надо немного отдохнуть, особенно тебе.

***

      Город уже просыпался, но площадь ещё не успела заполниться толпами. Открывались магазины, рабочие приводили улицы в порядок, ездили редкие повозки. Каменные дома отбрасывали длинные утренние тени, а яркие шатры с гербами медленно открывались один за другим. Столица даже в утренней рутине поражала своим величием, а в дневной период фестиваля вновь заискрит трудолюбием и некой задорностью с флёром любимого праздника.       Прогулка вызывает сплошное умиротворение, а оттого и удовольствие. Эми чувствует в воздухе атмосферу некой стабильности, городской уют в купе с ощутимой безопасностью. Триарис воистину отражает помыслы своих главных господ, отличаясь от других столиц, где они были.       — Мама когда-то говорила… — тихо начала Эми, когда они проходят центральную улицу. — Что в столице есть памятная стена. На ней вырезаны имена павших стражников. И среди них — имя моего отца.       Её взгляд на несколько мгновений стал опустошенным. Тёплое воспоминание о детстве имело двоякую природу: знание о своей чудесной семье и горечь утраты. Моргнув, в ясные глаза снова вернулся привычный блеск любопытства и озорства.       – И она добавила, что дорога к стене выложена жёлтым кирпичом. Что я узнаю её, как только увижу.       Немного пройдя в сторону центральной площади, им и вправду, словно по знаку, встретился поворот на улицу, где дорожка редкими кирпичиками переливалась золотистыми оттенками. Они свернули на эту улочку, постепенно поднимаясь по лестнице и выйдя на небольшую смотровую площадку на возвышенности, залитую солнцем. По одну сторону можно было увидеть крыши торговых домов и часть основного парка, а по другую несколько больших белых плит с вырезанными именами. И здесь было гораздо тише, ежели в городе.       Возле них стояли ещё несколько персон, кто-то молился, кто-то клал цветы в специальные вазы. Эми замечает в их лицах безразмерную печаль; погибшие были чьими-то супругами, детьми, родителями, друзьями. И хоть она не застала отца при жизни, мама рассказывала столько чудесных историй, будто переживала вместе с ними и счастья, и внезгоды.       – Роберт Роуз, да? – легонько тронул задумчивую ежиху Сильвер, отвлекая и показывая на имя ближе к середине одной из плит.       – ... Да.       Глядя на вырезанные буквы, чувство гордости заполнили её мысли на несколько мгновений. А затем они перешли в скорбь и об упущенных возможностях.       – Научно-техническая война с Эггманом забрала тысячи жизни больше пятнадцати лет назад, – проглатывая горечь, Эми вспоминает исторические справки. – Мой отец герой, спасал гражданских при эвакуации от кислотных дождей. И меня с мамой тоже.       Сильвер молча кивнул, стоя рядом и поглаживая её по плечу. Эми сейчас более откровенна в своём прошлом, ежели раньше, в других странах. И сейчас ей предстоит пережить боль утраты для того, чтобы стать сильнее и примириться со своей жестокой судьбой.       Она глубоко вздыхает, складывает ладони в молитвенном жесте, про себя читая обрывки фраз из различных пожеланий, в конце лишь сказав шепотом: «Пап, приглядывай за мной, пока я на распутье.»       Ветер пощекотал листву посаженных деревьев, задевая её каре. Она улыбнулась, приняв природное явление за этакую поддержку, небольшую иллюзию для собственного успокоения. Сильвер предложил немного передохнуть на лавочке с видом на город и, присев, Эми вдруг охнула:       – Ой, я сейчас примерно вспомнила часть детства, – до конца завершая мысль, она смотрит на спутника. – Хочешь послушать?       – ... – его взгляд смягчается, будто наконец получил желаемую часть истории. – Конечно, я весь во внимании.

***

Около десяти лет назад, окраина деревни Клиффум, северо-запад от столицы Триарис

      Самый разгар дня выдался чудесным и освежающим. Дубовый лес выглядел очень бодрым после пары дней августовских дождей. Воздух пропитан чистым кислородом и запахом природной влажности.       — Ля-ля-ля, ля-ля-ля! ~       Эми Роуз, под щебетанием птиц, вприпрыжку возвращалась из соседнего небольшого пригорода, где играла с местной детворой почти весь день. А дорожка на окраине этого леса — один из коротких путей туда и серёдка между ним и небольшой в ширину речкой.       — Надо будет маме рассказать, что началась распродажа овощей, вот она обрадуется! — с улыбкой проговорила маленькая ежиха и, захотев ускориться, пошла быстрым шагом.       Избегая лужи и скользкую траву, девочка прошла половину пути и вдруг услышала какой-то металлический скрежет и резкий звук, будто груду чего-то жёстко бросили в землю.       — Что такое?! – и Эми побежала к мосту, через который она должна пройти реку по своему маршруту домой.

Бах! Лязг! Бах-бах-бах!

      Добежав до моста, мисс Роуз увидела странную картину боя: железный робот сражается с юным ежом синего цвета, а тот лишь отбивает все его атаки ногами, меняя траекторию бомб куда-то в небо, после чего они там и взрываются.       — Что тут происходит?!       Но её не услышали, ибо в воздухе произошёл очередной взрыв с такой звуковой и силовой волной, что девочка просто не устояла на ногах и кубарем прокатилась назад, немного цапнув щёку и руки об острые камни.       Сделав несколько комбо из кулаков и ступней, синий ёж прыгнул сальто назад и заговорил с роботом:       — Слушай, Эггман, я не в настроении с тобой драться сегодня. Чего тебе нужно на этот раз?       Робот, мигнув глазами красным цветом, заговорил чуть искажённым металлическим голосом:       — У меня сегодня ночью появилась восхитительная теория, как я могу усовершенствовать своих роботов!       — И-и-и?       — И мне нужен твоя колючка! Чтобы они стали мощнее и сильнее! Чтобы они сравнились с тобой по физическим данным!       Юноша сделал скептический взгляд с долей жалости в зелёных глазах.       — Я вот всё не пойму, ты изобретатель или же биолог?       — Это зовётся «Биотехнологией», тупой ёж!       — Сли-и-и-ишком сложно для маленького ёжика! И не тупой, просто я просто физик.       — Тогда расскажи формулу механического движения, которая используется для ускорения?       — Э… чего?       — Пф. Никудышный физик.       — Значит я гуманитарий!       — «Какого домового тут происходит?» — спросила себя в мыслях Эми, глядя на перепалку этих двоих из-за кустов. — «Кто они вообще? Этот робот Эг… Эггман вроде? А он тогда кто?» — смотрит на мальчика оценивающим взглядом. — «А он симпа—…»       — Так, стоп, а почему мы вообще разговариваем? Мы ж сражаться должны! — вдруг спохватился робот, показав в глазах знаки вопроса.       — Так это, я время тяну, ха-ха-ха.       И тут же сверху послышался звук громкого вентилятора и над мостом показался небольшой вертолёт. Там сидел маленький жёлтый лисёнок с голубыми глазами.       — О, Тейлз, ты как раз вовремя!       — Без твоих сигналов было бы сложнее, — ответил пилот через рацию.       – «Так вот зачем он подбрасывал бомбы вверх! Весьма умно!» — восхитилась Эми, покачивая головой.       — Что?! Подмога?! Вот же ж! — машина завертелась на месте, поняв, что его окружили со всех сторон.       — Теперь тебе не сбежать, Эггман! — выкрикнул лисёнок, бросая во врага небольшой тёмно-серый предмет выпуклой, но кругловатой формы. За несколько сантиметров до цели «таблетка» вынула маленькие острые ножки, будто божья коровка, и вцепилась в железный каркас, пикнув красным огоньком.       И Робот покрылся электрическими разрядами, постепенно покрываясь копотью и ржавея на глазах.       — «Сигнал потерян. Сигнал потерян. Сигнал поте…» — повторяла груда металла, постепенно утихая и отключившись, упав на колени. Подождав минуту, дабы проверить, не притворяется ли он, напарники подпрыгнули, узрев свою победу.       — Получилось! — вдвоём воскликнули они, дав пять друг другу.       — «Как круто…» — в очередной раз восхитилась маленькая Роуз, всё ещё прячась в кустах вся перепачканная и с синяками.       — Надеюсь, это была последняя копия, а то я уже устал за ними гоняться, — высказался синий ёж, отряхиваясь и разглядывая железяку. — Что делать с ним будешь?       — Да как обычно: разберу и соберу что-нибудь полезное, — ответил Тейлз, открывая багажное отделение под сидением и услышал писк монитора. — Хм?       — Чего там?       — Радар показывает, что совсем рядом здесь находится теплокровное существо. И оно… вон в тех кустах!       — «Божечки, меня раскрыли!» — ручки задрожали, а дыхание сбилось. — «Нет, нельзя поддаваться панике! Они ж победили вражеского робота, а это значит, что они хорошие!»       — Э-э-э-э-эй! — кричит Соник, махая ладошками. — Выходи! Мы тебя не обидим!       — «Да и сам он это только подтверждает. Ну, была не была, » — зажмурилась девочка, и, прошуршав листвой, вышла из укрытия.

…

      М-да, молчаливая реакция мальчишек была очень выразительной. А что можно ожидать?       — Э-эй! Ты в порядке?! — первым спохватился лисёнок, оборонив робота и подбежав к ежихе. — Не поранилась? Что-то болит? Дай посмотрю.       — Н-нет, всё в порядке! Честно-честно!       Но Тейлз её вежливо игнорировал, осматривая царапины и помятую одежду, бормоча о том, что поколотит Соника за невнимательность.       — Фух, похоже, и правда цела, — успокоился он, повернувшись к другу. — Ты что, не знал, что здесь мирный житель?! Она же могла серьёзно пострадать!       — Когда я приманил эту железяку сюда, здесь никого не было! Да и место заросшее, вот я и подумал, что здесь никто не ходит.       — П-пожалуйста, не ссорьтесь! — запищала девочка, привлекая внимание. — Мистер Ёж прав, сюда редко кто заходит, так что это не его вина.       — Тогда ты чего здесь делала? – щурится, но вопрос задаёт не с целью обвинить, осматривая на девочку сверху-вниз. – Мелкая ещё для одиночных походов.       — Пройдя здесь, я могу быстрее дойти до моего дома из ближайшей большой деревни, – она смущается чужого взгляда, но упорно держит держит лицо, отряхая юбку от пыли. –Кратчайший путь, вот.       — А-а-а, вот оно что.       — Но царапины всё равно нужно обработать, — буркнул механик, кивнув. — Так что давай мы тебя проводим домой на вертолёте, так намного быстрее.       — Е-если вас не затруднит, конечно…       Вскоре, по указаниям Эми, они прилетели к указанной жилой территории, где только-только обстраивались новые двухэтажные дома. Полёт хоть и был недолгий, но с высоты птичьего полёта был даже виден краешек другого города, побольше их деревушки. Залипательный вид и эта мысль обрадовала девочку, пока она заходила в дом.       — Мам, я дома! И у нас гости!       — С возвращением, милая, — послышался из кухни голос матери, а затем показалась и она сама уже с почти прикрытыми глазами. — Добро… Господи, Эми, что с тобой?!       Мелкие ранения никогда не уйдут от материнского взгляда, поэтому быстрая перебинтовка, тысяча извинений от мальчишек (хотя ёж себя виноватым не считал), объяснение ситуации и на прочие улаживания потребовалось около получаса, после чего они сели за стол для чашечки чая.       — Такие крохи, а уже спасайте территории Мобиуса, – Элиза разглядывая гостей насколько позволяет ей зрение. – Сколько вам, если не секрет?       — Одиннадцать, а напарнику десять.       — Вас же не заставляли, правда?       — Нет, мы по собственной воле согласились на это! Выслеживание копий вражеских роботов и их обезвреживание — это работа для подмастерья настоящего телохранителя замка, — объяснил Тейлз, глотнув ягодного чая.       — Мой муж тоже был телохранителем королевской семьи, — к теме упомянула Элиза, чуть понурив плечи. — К сожалению, он погиб после нападения Эггмана девять лет назад, выполняя долг службы.       — Ох… соболезнуем, — тихо сказал Соник, на секунду посмотрев на подлеченную Эми. — «Она росла без отца и в такой глуши…?»       — Я знаю, что телохранители дворца дают воинскую клятву защищать королевство и не виню их за это, – и хотя в голосе слышалось понимание, нечитаемая эмоция на лице взрослой эжихи была смесью горечи и понимания. – Я даже горда тем, что являюсь матерью его дочери.       Соник на несколько секунд прижал уши к голове. Он не раз встречал родственников погибших солдат, они имели право злиться на судьбу, и эта женщина тоже. Но она спокойно принимает действительность, улыбается коротко и поглаживает дочь по голове, на что та улыбается радостно.       — А… — лисёнок замешкался. — С Эми ведь не… произошли какие-нибудь… дефекты?       — К счастью, нет. Весь основной удар я приняла на себя, но ничуть об этом не сожалею.       — Как ваше состояние? Сильно ухудшается? – беспокойство и слова вырвались прежде, чем он их окончательно обдумал. Даже его напарник взглянул с удивлением.       — Говорить вам это или нет… — притормозила миссис Роуз, но взгляд ежа явно дал понять, что он не отстанет. — Думаю, что где-то через год-полтора я полностью ослепну. И Эми знает об этом.       Несколько секунд их стол был покрыт молчанием. Но Соник кашлянул в кулак, дабы разбить внезапный барьер неловкости, а Эми молчаливо встала для уборки использованной посуды.       — Тогда... как вы будете жить?       — К такому случаю мы уже подготовились, не беспокойтесь об этом.       — Хм…       Глядеть на этого маленького ежа, который сделал максимальное серьёзное лицо — это то ещё залипание. «Маленький взрослый,» — подумала про себя Элиза, усмехнувшись в кружку.       — Ну, мы тогда пойдём, — сказал Тейлз, встав из-за стола. — Нам ещё нужно отчёт составить, скольких копий мы сегодня обнаружили.       — Приятель, ты же мне друг?       — Сам составляй, мне лень.       Ежихи одновременно усмехаются с мальчишеской перепалки, залившим кротким смехом похожих друг на друга голосов.       — Мы тогда вас проводим.       На улице уже был мягкий закат, ветерок стал чуть холоднее, поэтому пришлось взять тёплые накидки. Пройти к входу/выходу из этой обитаемой территории было быстрее, чем ожидалось, и пока Тейлз заводил вертолёт, а Эми увлеченно смотрела, Соник в сторонке решил спросить на последок:       — Миссис Роуз?       — Хм?       — В свободное от работы время нам можно с вашей дочерью видеться? – эта мысль не давала ему покоя. Соник видит чужое одиночество, и ему тяжко от мысли, что где-то здесь они будут одни. – А то мне кажется, что у неё совсем друзей нет.       — «Мечты сбываются?» — удивилась Элиза настолько, что уставилась на мальчика. Не в стиле Соника напрашиваться быть кому то другом, ибо это к нему обычно предлагали в первую очередь. Непривычно, но разнообразие и внутреннее спокойствие явно лучше, чем лишняя тревога где-то на краю сознания.       — Так… можно?       — Да, конечно. В любое время, как будете свободны, — она улыбнулась, почувствовав то облегчение, которое давно искала. Ёжик улыбнулся в ответ, всем видом говоря, что не подведёт.       — Соник! На борт!       И наконец вертолёт заработал, гудя на всю округу. А ёж же прыгнул на крыло, зацепившись за его край очень крепко.       — Ну, до встречи!       — Пока-пока!       Даже необычные и неловкие встречи заканчиваются простой улыбкой с пожеланием «счастливого пути!». И порой они изменяют судьбы многих, даже тех, кто не упоминается сейчас, но будет важен в будущем.

***

      – Не могу поверить, что могла забыть нечто столь забавное. И... важное.       – Твой разум хотел тебя защитить, – немного объясняет Сильвер, выслушав и открыв для себя много нового об Эми. – Когда я нашёл тебя, ты очень много плакала, особенно по ночам. Расспрашивать было трудно и мне ничего не оставалось, кроме как отвлечь тебя чем-то новым.       – И я тебе очень благодарна, правда, – она понимающе кивнула. – Ты... очень многое для меня сделал. Я смогла выжить лишь благодаря твоей поддержке и терпимости.       – Не отрицаю, что для меня ты свалилась как снег в солнечный день, – поглаживает её по голове, хмыкая и чуть портя ее причёску. – Но оставить одного ребёнка в больнице я просто не мог. И никогда не пожалею о своём решении, будь уверена.       Он согласен, что тогда ему, бродячему страннику, брать маленького ребёнка в спутники было очень опасно. Он никогда никого не воспитывал, но благодаря внезапному появлению ему было суждено научиться чему-то новому. Растить, защитать, немного баловать и быть рядом, пока она не окрепнет. Случайности не случайны – это маленькие шансы на судьбоносный поворот.       – В любом случае, мы уже здесь и у нас фестиваль под боком. Есть ещё места, куда бы ты хотела сходить?

***

      Ярмарки в любых странах всегда похожи между собой, сколько бы Эми не сравнивала. Лавочки с едой, уличные представления, выставки и продажи вещей разной степени раритетности и тематики. Но атмосферу праздника делают именно простые жители и важные организаторы. Весёлая суматоха, игры, смех и танцы под прекрасным закатом чудесной столицы Триарис.       Благодаря прогулке легкое волнение и тревожности полностью сошли на нет. Все непонятки и раздраи в душе Эми перестали её тревожить, оставив чувство осведомлённости и уверенность в том, что всё будет хорошо.       Под конец дня их привлекла манящая акция в ювелирном магазине, что для парочек два украшения будут с хорошей скидкой. Для Эми Сильвер всегда будет лишь старшим братом, наставником и спасителем, но... подобные шалости для выгодной покупки иногда реально помогали, особенно в трудные времена, когда можно было денежно и выгодно сторговаться. Сильвер сложен как симпатичный молодой ёж, хотя возраст всё ещё остаётся большой загадкой для Эми. Он вообще не меняется, с самой первой встречи! Возмутительно!       В любом случае, в магазин они всё же проникли. Разнообразие украшений даже ослепляет, разглядывать качество работы, разнообразие камней и их фактур было очень занимательно. Триарис славится одним из больших месторождений изумрудов на планете, так что и изделий с ними было очень много.       – Сильвер, смотри! – подзывает Эми, указывая на подушечки с подвесками. Они переливаются разными цветами и формами.       – А у вас зорький глаз, юная леди! – местный работник тут же замечает их заинтересованность, подойдя для консультации. – Свежие изделия, только с мастерской. Из наших изумрудов, можем помочь подобрать вам парные.       Сильвер вежливо улыбается на предложение, позволяя подопечной посмотреть без влияния чуткого работника. На что Эми и тратит эти драгоценные минуты, останавливаясь взглядом на кулон из желтого изумруда и овальной формы. А чуть подальше на мягко-зеленый и круглой. Примерив их, Эми кивает на свой выбор, а Сильвер, подумав о чём-то, тоже соглашается. Под восхищением продавца о том, какой у девушки замечательный вкус, они спокойно оплачивают покупку с долгожданной скидкой.       – Тебе же точно понравилось, Сильвер? – допытывает ежиха, пока они возвращаются обратно в трактир для ужина по вечерней атмосферой. – Или ты снова мне лишь угождаешь?       – От чистого сердца утверждаю, что данное украшение полностью соотвествует моему вкусу, – когда он так официально говорит, это точно означает, что ему понравилось. Эми кивает, полностью удовлетворённая ответом.       Она хотела ещё добавить, что благодаря кулону он сможет вспоминать ее в случае их разлуки. Но не стала портить такой замечательный вечер под тёплыми фонарями и ночным небом. И она даже не заметила, как чуть отойдя вперёд, Сильвер с помощью телекинеза шустро отправил несколько монет обратно в ее мешочек, тем самым полностью оплатив покупку сам.       Баловать он её точно не перестанет, даже когда она станет совсем взрослой.

***

      Ночной Триарис был особенно красив и уютен. С её окна открывался вид на небольшой кусочек звёздного неба в контрасте с высоким каменным зданием классической постройки, где Луна была в убывающей фазе. Выпив кувшин воды, Эми достаёт изумрудную подвеску и сквозь лунный свет видит, как внутри камня виднеются различные природные грани, отражающие мелкие, но завораживающие блики.       – Он был в рыцарской накидке, – вспоминает вслух, бормоча. – Он стал телохранителем королевской семьи?       Трепет в сердце колотит каждый раз, когда она вспоминает их вчерашнюю встречу. Соник вырос, стал сильнее, исполнил детскую мечту стать героем. Эми прижала прохладные пальцы к щекам, заметив, как они стали непривычно горячими. Она зажмурилась и покачала головой, нехотя, но признавая нечто очевидное: что-то начало зарождаться в её сердце. Непривычное, колкое, вызывающее на абсурдные действия и желающее поскорее увидиться.       Как всего за несколько минут их общения детский восторг перерос в нечто... большее? Или же так было всегда, просто она была маленькой? Эми глубоко дышит, не позволяя себе размышлять на эту тему раньше положенного. Ещё понапридумывает всякого и разочаруется, нет-нет-нет!       И тем не менее, третий день приближался. И вместе с ним — полноценное времяпровождение вместе.