Вороны

      Соня вытерла полотенцем свои светлые мокрые волосы. До вечеринки Макса, друга Стаса, оставалось три часа. Вчера ее братец почти вынес ее в домашней одежде на улицу, в сторону машины, дабы потащить за одеждой на торжество. Парень хотел, чтобы его сестра соответствовала его статусу. Под надзором Стаса, девушке было куплено красивое платье, туфли и небольшая сумочка.       К нужному времени, Суворова уже переоделась в наряд, а волосы были собраны в прическу «Французский водопад». В завершении, на ресницы она нанесла немного туши. Выйдя из комнаты, девушка тут же наткнулась на брата. Тот, быстро оглядев сестру сверху вниз, одобрительно улыбнулся и взял ее под руку, отводя вниз, к, уже заведенному, автомобилю, что только сегодня был помыт на мойке. — Мы едем в клуб. Старайся меня из виду не терять, девчонок из класса не слушай, если тебе предложат алкоголь — не пей. И, вообще, чтобы не пила ничего крепче двенадцати градусов. Станет плохо — ищи меня или Фелицию. Ни в какие V.I.P комнаты не идешь ни с кем.       Внимательно выслушав старшего, юная леди села с братом в машину. Он быстро убрал назад небольшой пакет с подарком и, поправив свой галстук, так заботливо завязанный матерью, пристегнулся, выезжая со двора.

***

      Преодолев вход, парень тут же направился к виновнику торжества. Самое смешное, что Соня потеряла в толпе брата почти у порога. Отойдя к диванчикам, она только и успела сесть, как к ней, в ту же секунду, подлетела официантка с подносом, предлагая ей сок.       Уточнив не содержит ли он алкоголя, школьница опустошила бокал, возвращая уже пустую емкость обратно на поднос.       Отправившись в уборную, светловолосая поправила прическу и платье, попутно вытаскивая из сумочки телефон и набирая номер брата в относительно тихом месте. Тот скинул трубку, на что она лишь вздохнула и вышла обратно в зал. Второй раз о содержание в жидкости алкоголя девушка решила не спрашивать, выпив его чуть ли не залпом. Напиток вмиг ударил в голову, а организм с непривычки и неожиданности чуть не изверг его обратно. Колени подкосило и она едва не упала. Прислонившись к стене и приложив ладошку к губам, Соня глубоко вдохнула воздух, которого резко перестало хватать. Переместившись на диван, Суворова откинулась на его спинку, потирая переносицу и пытаясь прийти в себя, унять головокружение. — Эй! Ты как? — рядом с той кто-то опустился, — Соня, ты меня слышишь? — за хрупкое плечо кто-то тряхнул, заставляя посмотреть на него.       Макс смотрел на сестру друга, пытаясь понять слышит ли она вообще его, пытался разглядеть в полутьме ее зрачки. Состояние её было более менее адекватным. Молодого человека это порадовало, но нахмурившись, парень все-таки взял бледное запястье, нехитрым способом проверил пульс Суворовой, после чего поднялся. — Сиди тут и не уходи никуда, — он ушел в поисках друга.       Прошло около часа, а может и меньше, но это время показалось ей вечностью, как парни наконец-то дошли до нее. Стас был сильно напряжен, а в глазах читалось отстраненное раздражение. Тряхнув пару раз сестру, он вздохнул и направился в сторону выхода, придерживая ту под руку, почти краснел от злости. — До понедельника, хорошо потуси, — хмыкнув это, Стас попрощался с другом и сел в машину, мысленно радуясь, что родителей нет дома, — что ты пила? — недоуменно и слегка яростно решил уточнить он, быстро пристегнув Соню, даже я, блять, не успел набухаться. — Я не знаю, но оно было вообще не вкусным и горьким каким-то…голова закружилась, — захныкала девушка, потирая глаза и обняв сама себя, открыла окно. — Наверное, тебе принесли водку, а ты, балда, даже не уточнила что пьешь. Найду, кто это сделал, и четвертую, — хмуро сказал ей Станислав, раздраженный тем, что та ослушалась его. — Дома еще поговорим.       Через несколько часов, пришедшая в себя сестра, переодевшись в домашнее, постучалась к брату в комнату. Получив разрешение, она зашла. Парень сидел напряженный у подножья, задумчивым взглядом сверлил противоположную стену и периодически чертыхался, над чем-то раздумывая. — Что случилось, Стас? Это из-за того, что я выпила? — светловолосая села на пол, напротив брата, смотря в его глаза. — Я тут влип. Я хотел расстаться с Фелицией… залетела она в общем. Пиздец, да? Мне пиздец. — Он ударил кулаком по полу и вздохнул. — Не злись Стас, — Соня погладила его руки своими маленькими, а парень мягко лег на ее колени, — Мы что-нибудь придумаем, мы разберемся с этой ситуацией.        Молодой человек был зол, но от ощущения ее маленьких ручек, так аккуратно гладящих его темные волосы, ему становилось легче. Хотелось разобраться с возникшей ситуацией, но если он скажет своей девушке сделать аборт — станет минимум ублюдком. В возрасте Фелиции это может стать причиной бесплодия, а Суворову потом мучиться от угрызений совести. А что же тогда делать? Просто отказаться от нее с ребенком и выплачивать алименты? Это вариант, но что же тогда возможный ребенок будет о нем думать? А вдруг, он вырастет и решит ему отомстить? А вдруг она совершит самоубийство после его слов? А вдруг…? А вдруг…? Голова Стаса заболела от этих вопросов, что острыми углами врезались в его мозг.       Вскоре он так и уснул, а через пол часа, выскользнув из-под тяжелого брата, Соня ушла к себе, где принялась делать уроки и мельком думать о том, как можно помочь Стасу в сложившейся ситуации, не вмешивая в нее отца. Было очевидно, что мужчина не погладит ее брата по голове за такое. А как отреагируют родители самой Фелиции? Они ведь тоже, скорее всего, рассердятся. Подобная отвратительная ситуация впервые складывалась у кого-то из ее родных. Она не видела реакции ее бабушки на весть о том, что ее мама беременна. Тяжело вздохнув, София выключила свет, опустившись в кровать и укрывшись, медленно уснула.